http://warmech.ru/batalion/8osb_of6.htmlВспоминает ветеран труда Анатолий Ларенок: Мой отец был комиссаром штрафбата... мой отец Павел Прохорович Ларенок, кадровый военный, прошедший Великую Отечественную войну от звонки до звонка, был комиссаром штрафного батальона и писал воспоминания о своём боевом пути. ...
15 августа 1942 года штрафной батальон Донского фронта был полностью укомплектован командным и политическим составом, а 16 августа к нам поступили первые штрафники - капитан и два старших лейтенанта. С командиром батальона подполковником Василием Жердевым, человеком прямым, завидной выдержки и отваги, получившим немалый боевой опыт ещё в финскую кампанию, мы быстро нашли общий язык, полное взаимопонимание.
К 18 октября, когда наши части, понеся большие потери, остались на небольших "островках" Сталинграда, в наступление перешли войска Донского фронта. В нашем батальоне было уже около 800 штрафников. Последовал первый боевой приказ по батальону: занять оборону в четырёх километрах юго-западнее станции Котлубань, не дать врагу прорваться к Камышину и обеспечить выгрузку боеприпасов и продовольствия. Эта станция была конечной в прифронтовой полосе, и враг денно и нощно наносил по ней бомбовые и артиллерийские удары.
Дисциплина у нас была железная. Не помню ни одного случая неповиновения. Как и все фронтовые части, мы были хорошо вооружены, отлично обмундированы, ежедневно получали традиционные сто граммов. Ни в чём не было недостатка. Получивших ранение, даже незначительное, или совершивших героический поступок без промедления отправляли в тыл. Тут же следовал приказ о реабилитации штрафника: он восстанавливался в прежнем звании; если отличился в бою, награждался и по выздоровлении направлялся на фронт в обычную часть.
Кто же сражался в наших рядах? Проявившие трусость в бою, вышедшие из окружения без документов и за другие проступки. Вот пример. Среди штрафников оказались командир полка в звании подполковника и комиссар этого же полка в звании полкового комиссара (к сожалению, память не сохранила их фамилии).
За что они попали в штрафбат? Их полк беспорядочно отступал под превосходящими силами противника. Командир и комиссар потеряли управление частями, оторвались и с небольшой группой автоматчиков своего полка переправились через_Дон и пришли в Сталинград, в штаб армии. Здесь они доложили, что полк попал в окружение и они не смогли вывести подчинённых целиком, что отдельные группы пробиваются к своим. На третий день в штаб армии поступило боевое донесение от заместителя командира этого полка. В нём говорилось, что полк находится на правом берегу Дона и ведёт оборонительные бои в районе станции Клетская, а командир и комиссар пропали без вести. Вот за это они и попали в штрафбат.
Комиссар полка погиб в первом бою. Командир настойчиво просил дать ему такое задание, чтобы можно было как можно быстрее искупить свою вину. Вскоре такой случай представился.
Из штаба фронта поступил приказ достать "языка" в течение 48 часов. Сделать это вызвался бывший командир полка. Он тщательно подготовился к этому заданию. В течение суток наблюдал за передним краем противника. Затем, с наступлением темноты, надел маскировочный халат и пополз к траншеям гитлеровцев. Он был уже близок к цели, как вдруг заметил: метрах в десяти справа выползли из траншеи семеро немцев и направились к нашему переднему краю. Штрафник замер. Когда немцы отползли на некоторое расстояние, пополз за ними.
Гитлеровцы подползли к брустверу нашей траншеи и залегли. Немного погодя ближайший к штрафнику немец подполз к траншее ещё ближе и заглянул туда... В этот момент командир полка коршуном бросился на него, и они вместе свалились на дно окопа. Поднялась стрельба. Немцы пытались ретироваться, но всем уйти не удалось. Утром мы увидели на снегу три трупа.
К утру "язык" был доставлен в штаб фронта. Он сообщил ценные сведения. В тот же день был приказ: считать подполковника искупившим свою вину и отправить в тыл, а за проявленные находчивость и мужество представить на него наградной материал. Как потом стало известно, подполковнику вручили орден Красной Звезды.
Приказ был зачитан во всех ротах батальона. Никогда не забуду минуту, когда я достал из сейфа партийный билет штрафника и вручил его владельцу. Тут же подполковник снял солдатскую форму и надел командирское обмундирование.
После окружения вражеской группировки к нам перешёл немецкий капитан. Он заявил, что является командиром батальона, что он член Коммунистической партии Германии и просил при первой возможности перевести на нашу сторону остаток его батальона, в котором насчитывалось всего 180 человек. Ближайшей ночью это подразделение под видом смены позиции сосредоточилось в одной из балок. Там батальон был обезоружен и пленён...
...Из черновых набросков отца я узнал также, как отважно сражались штрафбатовцы и в районе станции Поныри на Орловском направлении.
Анатолий ЛАРЕНОК, ветеран труда.
