«Закончу эту небольшую главу короткой записочкой, которую мне прислали из Калиша (Польша) 27 июня 1913 года:
«Уважаемый мсье Фламмарион!
Мой отец, который умер в 1879 году, доказал мне, что он еще жив, с помощью тех знаков, о которых мы с ним условились еще при жизни.
1) Намеченное нами окно в моей комнате раскололось надвое по горизонтальной линии посередине, причем этот звук был похож на выстрел из ружья;
2) Выбранные нами часы, которые до этого весело и энергично отбивали время, теперь стали делать это медленно и как-то особенно печально, и такое продолжалось в течение нескольких недель...
Больше я не могу этого скрывать, так как и сам уже глубокий старик, да и Вы, наш учитель, далеко не молодой человек. И Ваш долг, тоже не умалчивать о таких необъяснимых фактах, публиковать их, открыто говорить о них, живо обсуждать с читателями - ведь весь мир прислушивается к Вам, ждет от Вас истины.
Ваш Николай Степанов».
Фамилия Степанов ("очень редкая") в конце абзаца меня заставила перечитать по внимательнее и сделать вывод о том, что это мои предки - Эспер Иванович и его сын Николай Эсперович, хотя отчеств и не указано. Первый умер именно в 1879 году, второй в этом году служил и жил в Херсонском округе недалеко от отца, похороненного в Одессе, а в 1913 году служил в Калишском округе (эти данные есть у меня в послужных списках Степановых). Эти факты совместно дают почти 100% уверенность в моем родстве с героями вышеупомянутой записки, а ведь это весточка с того света!
