История Соммарива-5: тяжела ты, Сеньки шапка...

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Все без исключения источники, сообщая о смерти Крусино, подчеркивают, что умер он, «будучи глубоким стариком». По моим прикидкам, ему было лет 70, так что представления о глубокой старости у нас с гражданами XV века сильно разнятся… Паросом он владел 48 лет, Андросом – 22 года, накупил всякого-разного в Негропонте, раскопал килограммы древностей и экспортировал километры мрамора. В общем, жизнь его вполне удалась, по меркам тех же граждан XV века.

О большей части детей известно немногое… и невнятное. Так, о сыновьях Крусино Марко и Джофреддо ноль сведений (жены, дети, владения, занятость, место и годы жительства – все кануло в небытие), а дочь Кьяра в 1475 году не то умерла незамужней, не то просто где-то упоминалась в незамужнем статусе. У Гаспаро, где-то засветившегося или все-таки скончавшегося в 1486 году, в официальном древе указано двое сыновей, Доменико и Марко, однако в прочитанных мной разноязычных источниках упоминается только Доменико. Те же источники приписывают ему создание двух безымянных дочерей, одна из которых в 1486 году вышла замуж за Доменико Зентани (да-да, очередная донельзя благородная семья).

Остров Андрос перешел к старшенькому Доменико, Парос – к Никколо.

***

Согер, начиная главу о Доменико, писал, что отношения между братьями были потрясающе теплыми, и душевными, и добрыми, и еще куча прочих мимими. И посвятил он этому описанию целый большой абзац, в котором несколько раз повторил, что никаких конфликтов по поводу отписанного наследства между братьями не было. Помнится, я удивлялась, мол, зачем столько воды об одном и том же – понятно же, что папаня поделил острова между достойными сынами, так же везде, разве нет? Потом, правда, где-то меж строк мелькнуло, что Никколо был любимцем отца, далее – что он управлял отцовской собственностью в Негропонте и имел свой замок на Липсосе… Все это в придачу к Паросу, разумеется…

А Доменико… ну что – Доменико… Доменико унаследовал Андрос по праву старшинства и – все папины неразрешенные денежные претензии, добавив к ним собственную фобию оплаты счетов. Так, на его плечи была переложена «почетная» тяжба с Петрониллой Зено, вроде бы именно в 1462 году, в год смерти Крусино, принявшей монашеский постриг (совпадение кажется интересным, если вспомнить мою гипотезу о некоем «разорванном» брачном сговоре Крусино с Петрониллой), также он перестал своевременно выплачивать 150 обязательных годовых дукатов семейству Зено за владение Андросом, за что ему грозили конфискацией всего имущества, но… галеры коллекторов, очевидно, в те дни ходили по морям, как по болотам – вязко, медленно и с крокодилами, – так что имущество оставалось при Доменико. До кучи – и я категорически не хочу в это углубляться – он сцепился с Фиоренцей Криспо, кузиной, если я правильно определила, его жены, за какие-то где-то владения, которыми он владеть прав не имел, а получил вследствие какой-то бюрократической путаницы или откровенного подлога… позже, вероятно, вообще уже после смерти Доменико, в результате очередного суда Фиоренце перепал остров Намфио из Соммаривских владений (о котором лично я и знать не знала, так что все ОК, дозволяю отдать

).

Правил он всего ничего – четыре года, и ни один источник не уточнил, почему так мало. Болезнь съела или суды все нервы вытрепали – неведомо. Судьба вдовы из рода Криспо, если она еще была жива, по обыкновению, никем не записана; дети же учтены. Так, у Доменико родились дочь Таддеа (вышла замуж за мсье Гоццадини, правителя Кикладского острова Сифнос в 74 квадратных километра), сыновья Джованни, Крусино II, Франческо I и Джакопо. Возможно, была еще одна дочь Катерина, однако в «официальном» древе она отсутствует, так что откуда западные генеалогические сайты взяли ее имя – я хз. Согер добавил еще и пятого сына (без имен, все по стандартам), но у него там такая ..опа в датах несусветная, что я просто отмахнусь.

В 1466 году Андрос перешел к Джованни Доминиковичу Соммарива, остальные братья имели земельные наделы на острове.

… Джованни решил окончательно снять денежное бремя с Андроса, и потому в сентябре 1467 года он инициировал новый судебный процесс с намерением уладить разом все претензии наследников Зено. Сенат постановил явиться всем сторонам ровно через год, 12 сентября 1468 года, однако Джованни не повезло дожить до этого момента.

В августе 1468 года Андросе высадились команды четырех турецких судов, угрожая захватом. Джованни «немедленно выступил против них» и пал в бою вместе с тринадцатью своими приближенными. Остров «был предан железу и огню», что я понимаю как «был обстрелян и пылал»; турки угнали в плен порядка 700 человек (в каком-то источнике было написано «бесчисленное количество пленных», так что не только представления о глубокой старости, но и математические показатели сильно видоизменились с течением веков

) и нахапали добычи на 15000 дукатов. 7 сентября весть об этом была послана в Сенат. Детей Джованни не оставил (по ходу, даже не был женат), и управление Андросом, равно как и растущие долги, взял на себя его брат Крусино II.

Всего через два года, в 1470 году, турки вновь прошлись ураганом по Архипелагу. Они заграбастали Негропонт и Липсос, лишив тем самым дядю Крусино II, Никколо, лакомых кусков наследства, и обрушились на Андрос. Остров был «опустошен», в рабство попало «практически все население», и во владениях Крусино II осталось всего порядка 2000 человек (при этом никто не пишет, сколько вообще человек проживало на Андросе). Досталось и Паросу – 3000 человек в остатке после набега, и Антипаросу – 100 жителей.

***

… Никколо Паросский, – я буду использовать именно это его прозвище – бОльшую часть времени проводивший на Липсосе и в Негропонте, спешно перебрался на Парос, потрепанный вниманием турками и невниманием, собственно, хозяина, и уже там схватился за голову: клятые османы наложили свои варварские лапы на наследные богачества, вот просто так, с нифига, без предупреждения, со скуки и природной злобности. Сия ужасная потеря заставила Никколо начать обустраивать Парос и особенно его столицу Парикию; за дело он взялся с таким энтузиазмом, что уже в 1482 году путешественники отмечали красоту, плодородность и несомненную благоустроенность острова. Своей резиденцией Никколо сделал церковь Св. Антония, ибо расположенный на Паросе древний замок прилично обветшал ~~и был оккупирован призраком папеньки, день и ночь распекающим сына за разбазаривание островного наследия~~. В одном греческом источнике я прочла, что Никколо преуспел в торговле соколами (??), которой занимался совместно с братом Джироламо, что и помогло со временем нивелировать ущерб, причиненный турками. В орнитологии я полный ноль, так понятия не имею, водились ли на Паросе соколы в достаточном количестве, однако знаю, что никакого брата по имени Джироломо у Никколо не было (был брат Джоффредо, но что-то я сомневаюсь, что речь о нем), так что к этой информации отношусь весьма критично… И вообще: что там с мрамором, папиной отрадой? Всё, распродали?..

В 1490 году флот султана Баязида II бороздил Эгейское море с недобрыми намерениями и в сентябре почему-то нацелился на Наксос с Паросом. Некий Никколо Каппелло, командующий, как я поняла, болтавшейся по соседству Венецианской армадой, поспешил на защиту островов (и с чего вдруг такая милость?). Обрадованный Никколо Паросский незамедлительно поднял знамя Республики над своим замком и послал местного архиепископа к Каппелло с сообщением примерно такого содержания: «~~Мы, Николай Первый~~ С удовольствием бы, монсеньор, уступил я Венеции права на остров за скромную пожизненную денежную компенсацию». Республика инициативу не поддержала, но разрешила Никколо Паросскому «отдать себя под ее защиту». А не поддержала, судя по всему, потому, что куда больше была заинтересована в передаче прав на Наксос от правившего там герцога Джованни III Криспо, и Парос мог только «идти в нагрузку», в доукомплект к Наксосу. Джованни и жители упрашивали, и республиканские чиновники всякие активно намекали, предлагая приличную ежегодную пенсию, но он уперся рогом, «не желая задешево продать Наксос». В 1494 году на Наксосе произошло «кровавое восстание»: вроде как жители, ранее уже безуспешно выступавшие против тиранического правления и непомерных налогов, на этот раз удачно скооперировались и взяли штурмом герцогский замок. 1 июля 1494 года Джованни III Криспо был убит в драке (или отравлен), а Республика взяла Наксос в оборот на целых шесть лет без необходимости платить кому-то обременительную «социалку».

Что-то я отвлеклась.

Пока «благодарные» подданные травили и резали Криспо в его покоях, а Никколо Паросский, возможно, ваял для Сената очередную убеждающую презентацию «Как прекрасен этот Парос, посмотри», флот Баязида II продемонстрировал в действии принцип «пришел, увидел, наследил»: приплыли, обозначили свое присутствие пушечными залпами, туда-сюда прошлись вдоль берегов, паники нагнали, хаос посеяли и – скрылись тихой сапой на Кикладском горизонте на несколько лет.

… а параллельно разворачивалась – или нет – еще одна мутная история…
Туманно и полунамеками в нескольких источниках пишут, что в 1488 году Никколо Паросский «воспользовался возможностью (и тут имелись в виду турецкие набеги), чтобы захватить власть над Андросом». У своего племянника, ага. У сына столь горячо любимого брата, с которым были сплошные мимими.

Другие авторы утверждают, что Никколо проделал это в 1503 году, и в тот период между островами, точнее, между ветвями Соммарива действительно было подобие гражданской войны. Возможно, нападений было несколько, ибо надо было успеть вклиниться между традиционными налетами османов... Сам Крусино II умер около 1500 г., однако кусок с 1488 по 1500 гг. просто выпал из истории: согласно всем источникам, включая «официальное» древо, правил Крусино II именно до 1488 года, а потом власть таки куда-то уплыла, быть может, именно в руки вероломного дядюшки… Но каким образом, на какой точно срок, что делал племянник в это время; имело ли вообще место описанное событие – неведомо.

Зато, в свете такой гипотезы, становится понятно, почему Никколо Паросский, очевидно, наслаждавшийся своими многочисленными угодьями в разных уголках Архипелага (до завоевания их турками), внезапно начал исступленно впаривать Парос Республике за скромную пожизненную ежегодную мзду. В общем, что-то в ней есть, в легенде этой…

***

О войне между «ветвями Соммарива», то бишь между дядей и племянником, источники сообщают скупо: «В 1500-х гг. гражданские споры между двумя ветвями клана привели к тому, что многие андрианцы были переведены на Парос». Естественно, я тут же вопросила в пустоту: «Многие» — это из тех «двух тысяч», оставшихся после османского налета 1470-го года?.. Или за прошедшие 30 лет на Андрос из всех закоулков Архипелага понаехали адреналинщики и гордые носители многолетней клинической депрессии, когда всё тлен? Место-то практически «сакральное»: сегодня выжил, а завтра турки снова придут, и тут уж верняк…

Или нам опять недосказали, и на Паросе тьма народу умерло от банального страха, когда турецкий флот сновал вдоль берега, постреливая?.. А потому популяцию надо было как-то восстанавливать?..

Или же это Никколо, таки узурпировавший власть, перестраховывался на случай, если этой власти его лишат, и пополнял загодя «запасы» налогооблагаемых подданных?..

Все оказалось проще: в XIV-XV вв. венецианцы, а позже и турки привлекали население внутренних Балканских регионов на стремительно пустеющие в результате набегов и эпидемий (?) острова Архипелага. В частности, так на Андросе когда-то появились албанцы-арнауты.

Если Крусино II действительно умер около 1500 года, то, возможно, именно его смерть показалась дяде-узурпатору подходящим случаем для захвата власти. У правителя Андроса осталось четверо сыновей (и ни одной дочери в официальном древе, что я нахожу неправдоподобным): Никколо (как задолбали эти одинаковые имена!), Альберто, он же Берто, с пометкой «бастард» в древе; Джанули, он же Джованни по Согеру, и Марко. Двое младшеньких в раздаче наследства никак не участвовали – не обломилось, – так что они покинули остров и направились один во Францию, второй в Савойю (некогда герцогство, в составе которого находились Пьемонт и Генуя). Судя по всему, другие братья Крусино II уже скончались, раз скипетр перешел к Никколо Крусиновичу (не путать с Никколо Паросским, который узурпатор).

И снова – ноль сведений практически во всех источниках, за исключением одного, в котором он, Никколо, а вовсе не Альберто-Берто, назван «внебрачным». Ну, блин, герцоги же, и времена-то уже не доисторические, а все туда же: разброд и шатание в датах и фактах…

Там же, в том единственном источнике, сказано, что властью Никколо наделил сам себя, что все это было незаконно, вот только почему-то никто не возражал, за власть не бился, в суды не обращался. И правил товарищ с 1500 по 1505 год. А может, и не правил вовсе, а просто стоял тенью за троном двоюродного деда-тезки, ибо по всем полунамекам выходит именно так.

Кстати, о двоюродном деде, то бишь о Никколо Паросском, тем более что его жизненный путь подходил к концу. Где-то (и мне кажется, было это по-гречески) я прочла, что на склоне лет сей «достойнейший» господин, к тому моменту уже давно вдовец (женой была некая синьорина из семейства то ли Сегондо, то ли Пезаро), влюбился… щаз я соберусь… в дочь Доменико Зентани, внучку его, Никколо, родного брата Гаспаро, то есть в свою собственную внучатую племянницу… И даже на ней женился в 1502 году. И прожил в браке три своих последних года.
Вот просто фу.

Извините.

***

Итак, мы ~~подползли~~ подошли к 1505 году, когда по стечению обстоятельств власть сменилась (в очередной стопицотый раз) на обоих островах. Никколо Паросский умер, оставил трех дочерей и всего одного сына – скажите, как его зовут? – Крусино; его внучатый племянник и тезка Никколо Андросский тоже готовился почить в бозе (умер в 1506 году), и на троне обосновался его дядя Франческо.

Франческо, цитирую, «был настолько жесток», что жители острова сначала угрожали призвать турок (один источник), а потом в самом деле призвали венецианцев (другой источник; согласно третьему, венецианцев никто не звал, они сами пришли), которые через несколько месяцев изгнали его и взяли Андрос под свою протекцию», назначив стороннего губернатора на четыре года, а затем его одного, тоже стороннего, еще на пару лет.

Вроде бы после отстранения – читай: в изгнание – Франческо направился в Венецию качать утраченные права. И вроде бы, согласно одной итальянской книге, его сопровождал старший сын Джованни. И там они вдвоем – все так же «вроде бы» – требовали не столько власть вовзад, сколько денежного содержания, ибо от одних кредиторов кочевали к другим, скрываясь от третьих. И Республика почему-то обеспечивала их жильем и содержанием, взимая оное с временного губернатора Андроса… И так они там тусили в свое удовольствие примерно до 1513-13 гг., когда Франческо вдруг отказался от своих притязаний на остров и пред очи судей явились сразу трое потенциальных претендентов (почему Андрос не остался под управлением губернатора, история умолчала).

И все бы ничего, да только официальное генеалогическое древо Соммарива утверждает, что Джованни прожил всего 10 лет с 1511 по 1521 гг. и физически не мог принимать участия в этом веселом венецианском кутеже… Был у Франческо еще один сын, Гаспаро (поймать бы их всех и пороть, долго пороть словарем имен!

), у которого, в его очередь, был сын Доменико, но… Все они ни разу не Джованни.

На Паросе, как я ранее писала, воцарился единственный сын Никколо Паросского, Крусино (в какой-то из книг названный почему-то Франческо… тут уже просто пороть, неважно чем). Ему я тоже «дарую» прозвище «Паросский», пусть и ненадолго. Он был женат на Марии Веньер, но потомства не оставил (или потомством были безымянные девочки). Согласно официальному древу Соммарива, правил он до 1510 года, однако умер только в 1517 или 1518 году, и я не знаю, как понимать эту информацию…

О стиле его правления ничего неизвестно; странно, что единственному наследнику Паросских владений, последнему, как потом окажется, представителю семьи во главе этого острова, уделили так мало внимания…

Ладно. Крусино Паросский восседает на Паросе, на Андросе сменяются губернаторы, где-то в Венеции растут и пухнут аппетиты бывшего правителя с «прибившимся» невесть откуда «сынком». Перенесемся в 1514 год, когда Франческо Соммарива подтвердил свою незаинтересованность в управлении Андросом, а Республика почему-то отказалась от идеи временных губернаторов, и в Венеции нарисовались три кандидата на островной престол. Это были «бастард» Альберто-Берто, сын Крусино II и племянник Франческо; сын Франческо, Джованни (которому, напоминаю, согласно официальному древу, исполнилось 3 года – самое время островами заведовать); а также Полимено, племянник Франческо от его брата Джакопо. После недолгих препираний права на Андрос передали Альберто-Берто Соммарива, который и «хозяйничал» на острове с 1514 по 1523 год.

В какой-то из западных книг прочла, что Берто стал править после своего бездетного брата Никколо (того, который вроде как не совсем легально власть себе забрал), но, как видим, все это хрень собачья.

Врезка:
Так, стоп. Как-то поднапряг меня «официальный» возраст Джованни, претендовавшего на Андрос с соской во рту, и я решила посмотреть данные на его соперников. Ну, и с ними – данными то есть – полный швах. По Альберто-Берто непонятно, а вот Полимено, согласно древу, в 1514 году только родился… И прожил 17 лет, успев при этом жениться и завести аж трех (!) разновозрастных сыновей…
Вот где настоящая собачья хрень.
Что-то очень «не так» с этим древом и этими цифрами; ощущение, что они «отстают» лет на 10 минимум. Или – более вероятно – в некоторых случаях отражают энный период чего-то там (правления, например). Но не всегда. Будем считать, что к моменту определения правопреемника Республики на многострадальном острове ВСЕ кандидаты вступили хотя бы в пубертат.
Кстати, в том же древе я обнаружила пару человек, проживших, на вскидку, лет 150… И никого это не смутило, ну что за люди, чесслово…

Мы снова скачем по времени.

1518 год, на Паросе умирает бездетный Крусино, сын Никколо Паросского. Братьев у него нет, одни сестры, причем отношения с ними не айс – вот прям до откровенной неприязни. И Крусино Паросский завещает свою вотчину двоюродному племяннику Полимено Джакоповичу Соммарива – тому самому, который уже успел неудачно поучаствовать в раздаче прав на Андрос четырьмя-пятью годами ранее. Вдруг откуда ни возьмись выползли препятствия… ладно, вру, с Наксоса они выползли, всё по традиции: товарищ Джованни IV Криспо заявил претензии на Парос (а??) по праву герцогства и, цитирую, «как сюзерен выморочного владения». В общем, счел Парос имуществом, на которое после смерти владельца, никто не претендует или не может претендовать ни по завещанию, ни по праву наследования. Не устаю поражаться наглости семейства Криспо…

Республика встрепенулась, ужаснувшись перспективе объединения Наксоса и Пароса (по каким-то там геополитическим причинам), ввела на Парос свой военный гарнизон и отправила дело о наследовании на рассмотрение в Сенат. По другим данным, это герцог Кандии (Крита) с какого-то перепугу отправил на Парос своего советника Филиппо Лиони, чтобы «принять на себя управление от имени Республики» (в смысле отжать по-тихому?), однако остров уже контролировался ~~гоп-компанией~~ странным альянсом Джованни IV Криспо, Полимено Соммарива и «многими другими», так что советник «не смог войти в крепость», о чем герцог Кандии в истерике и сообщил Сенату.

Такое чувство, что на Паросе воцарилась анархия и куча набежавшего отовсюду народу обороняла «урватые» куски земли…

29 июня 1519 года Сенат таки усадил того самого советника Филиппо Лиони в не поддавшуюся ему с первого раза крепость и постановил всем заинтересованным лицам явиться пред венецианские судейские очи до марта следующего года. Места в первом ряду тут же себе забронировали Джованни IV Криспо и Фиоренца, сестра покойного Крусино Паросского и одновременно вдова Джованни Франческо Веньера (умер в 1518 году). В плацкарте «ехали», цитирую, «старый Франческо Соммарипа, бывший лорд Андроса; Альберто, нынешний владелец острова; Полимено Соммарипа, сын Якопо, который уже предъявил претензии даже на Андрос».

Разбирательство дела происходило летом 1520 года комиссией в составе «семи мудрецов» – вот и думай: это перевод корявый, или судьям льстили, или и правда они были с мозгами… И для четырех из пяти претендентов, в принципе, нашлись весомые аргументы. Так, на стороне Альберто-Берто, уже распоряжавшегося Андросом, был тот факт, что Никколо Паросский, согласно тогдашним законам, не имел никаких прав на Парос (вне зависимости от воли его отца, несомненно, обожавшего «младшенького»): Парос должен был быть завещан Доменико и далее его потомкам. А значит, сейчас нужно восстановить справедливость и вообще возродить «союз» Пароса и Андроса. В пользу Джованни IV Криспо «играла» бездетность умершего Крусино Паросского: мол, Парос-то был феодальным владением семьи Криспо, господам Соммарива его так, попользоваться дали. И коль скоро на Паросе прямая линия правителей прервана – вертайте недвижИмость. Тем паче, что прецеденты уже были. На эту сентенцию последовало возражение, что феодальное право к Паросу не применимо (по таким-то и таким-то статьям таких-то законов), а значит, Крусино мог им свободно распоряжаться и оставлять кому вздумается, то бишь – ну, вот тому зареванному мальчугану в коротких штанишках по имени Полимено. А че не так?..

Чего я не поняла, так это прав на Парос сестры покойного, Фиоренцы, уже покинувшей семью ввиду замужества… Именно ей в результате присудили остров, но вменяемых объяснений такого решения я не нашла.

И не удалось прочесть хоть какие-то аргументы в пользу «старого Франческо».

31 июля 1520 года временный губернатор Пароса советник Филиппо Лиони ~~смог наконец-то выйти из крепости и поесть~~ передал власть Фиоренце Веньер, которая тут же отписала все права своему сыну Никколо (да $ля) II. И этот Никколо Веньер (ну хоть фамилия иная, спасибочки) удерживал остров до своей смерти в 1531 году.

Вот так Парос покинул семейное гнездо Соммарива, перейдя в дом Веньер. На острове и сейчас проживают люди с фамилией Соммарипа и гордятся своей принадлежностью к древней герцогской семье, однако генеалогией не интересуются и выстроить линии от «тех самых» не в состоянии.

***

После смерти Никколо Веньера в 1531 году Парос вновь стал предметом наследственных споров. Никколо вроде был прожил 49 лет, был женат, однако не оставил потомства (ну, бред же, нет?), и потому целых четыре года (!) пятеро судей (видимо, менее мудрых, чем семерка 15-ю годами ранее

) решали его судьбу. Парос был официально передан родной сестре – опять! – покойного, Сесилии, только что ставшей женой Бернардо Сагредо, однако на деле хозяином стал именно Бернардо.

Из-за бюрократический волокиты в права Бернардо вступил только 18 июня 1536 года, а уже в октябре 1537 года Парос был завоеван турецким адмиралом Хейреддином Барбароссой в ходе очередного кровавого рейда по Кикладам. Бернардо с женой «заперлись в замке на холме Кефалос» и/или «много дней пытались обороняться», однако «через несколько дней боеприпасов не стало, и жители, спасаясь от всеобщей резни, сдались Хейреддину, обещавшему им сохранить им жизнь». Бернардо удалось договориться с Барбароссой о спасении жены, и та бежала в Венецию. Сам он какое-то время содержался в тюрьме, позже с помощью неких верных соратников был освобожден и воссоединился с Сесилией. 22 ноября 1540 года через Сенат Бернардо предложил Порте выкупить остров за приличную ежегодную дань, но получил отказ: Империя активно росла вширь и дани ее уже мало интересовали. При этом номинально Парос перешел под управление герцога Наксосского вместе с несколькими другими островами.

Цитата: «Население острова обезлюдело, стариков убили, юношей продали в рабство, а женщин увели в гарем».

***
Возвращаемся на Андрос – последнее фамильное «пристанище» семейства Соммарива.

В 1523 году Альберто-Берто с несимпатичной припиской «бастард» в официальном древе скончался, оставив двух дочерей и сына, Крусино III. Мда, Альберто точно был рожден от какой-то, может, и «левой», но очень влиятельной женщины, настоявшей на «нестандартном» имени… Описания правления Крусино III, по традиции, никто не составлял; известно, что он унаследовал – не поверите – денежные разборки с семейством Зено, которые, по-моему, разрешить было нереально, можно только прекратить. Что, собственно, он и сделал весьма оригинальным способом: женился в 1530 году на очень состоятельной девушке Катерине или Кансиане Зено.

В 1537 году, разорив Парос, Барбаросса направился к Наксосу и Андросу со всей своей ужас наводящей флотилией. Удивительно, но правителю Наксоса Джованни IV Криспо удалось откупиться данью и вассальской клятвой турецкому султану, и в ноябре того же года их оставили в покое. Почему такой же финт не прошел на Паросе – не ведаю, возможно, размер дани был не сопоставим или же ребятки не сообразили предложить себя в вассалы. Пишут, что Криспо обязался выплачивать 4000 или даже 5000 дукатов ежегодно, при том, что годовой баланс острова составлял всего 10000 дукатов.

Врезка из вариации Википедии:
Завидев турецкий флот, жители Наксоса в панике побросали свое имущество и укрылись в столице острова. Османы разграбили все, до чего дотянулись на берегу (на сумму 25000 дукатов), остальное порушили. Барбаросса (?) послал к герцогу христианского эмиссара с посланием, в кратком пересказе звучавшем так: «Сдавайтесь или вам хана». Криспо внял голосу разума (помощи все равно ниоткуда не предвиделось) и сдался.

Что же до Андроса и Крусино III, то тут обычные разброд и шатание. То ли он «присоединился» к Криспо в согласии на дань в 1537 году, а годом позже Барбаросса узурпировал власть над Андросом; то ли Крусино III свергли именно в 1537 году, и обещание дани никак не помогло. Так или иначе, не позднее 1538 года временно низложенный Крусино III был вынужден стать вассалом Порты с обязательством ежегодных платежей, причем потребовалось вмешательство французского посла, чтобы хотя бы на таких условиях дом Соммарива мог продлить ~~агонию~~ срок своего владения островом. Согер (кстати, он был монахом, религиозным, значицца, человеком, которому вроде как по статусу врать не дозволено) в своей книге приводил текст турецкого документа, переведенного на французский и датированного «между маем и июнем 1539 года» (в гугловском переводе это звучало так: «в конце луны, именуемой Нуарем, в 946 году хиджры», и это просто застрелиться

). Суть документа, подлинность которого активно оспаривается, заключалась в том, что султан Сулейман I за ежегодную дань в 35000 аспров (?), т.е. серебряных монет, дозволяет Крусино III и его наследникам править Андросом. Вопросы к подлинности вызывает абзац, в котором султан разрешает жителям «защищаться и противостоять бесчинствам турецких солдат или янычар» – исследователи справедливо полагают, что в трезвом уме турецкий султан ни в жисть подобного бы не одобрил…

***

Крусино III умер в 1540 году, ему на смену пришел старший сын Джованни Франческо (Джанфранческо), он же Жан-Франсуа во французском варианте. И именно так я и буду его называть, поскольку от этих одинаковых имен уже рябит в глазах…

Жан-Франсуа невероятно сблизился с представителем семьи Криспо – правителем Наксоса Джованни IV – на почве общего для них несчастья в виде неугомонного Барбароссы. Так, Жан-Франсуа женился на дочери Джованни IV, Таддеа, 1519 г.р., а сын Джованни Джакомо IV Криспо взял в жены сестру Жана-Франсуа, Сесилию (другие авторы писали, что Согер напутал или наврал, и девушку звали Кансианой, однако в официальном древе она таки Сесилия). Согер утверждал, что в приданое Таддеа Криспо получила некую «пустую Зию», но… это абракадабра, а не факт.

Говоря о пустой Зие, как можно увидеть далее по тексту, Согер имел в виду остров. Однако такого острова нет и не было; единственная Зия в том регионе – это деревушка на острове Кос, который хоть и «швартуется» в Эгейском море, к Архипелагу отношения не имеет. В общем, Криспо там и рядом не стояли. Остров Кос находился под управлением госпитальеров (не Республики!) и был завоеван турками еще в 1522 году.

Разбивая теорию Согера, другие исследователи: а) зачем-то добавляют к наследству еще и остров Миконос, управлявшийся губернатором венецианского происхождения, б) подчеркивают жирным, что первым островом (т.е. неведомой Зией) правит семейство Гоццадини, пусть и под турецким протекторатом, а значит, вот тебе, Согер, врешь ты всё, собака сутулая.

Вот только Гоццадини обосновались на острове Сифнос, где нет ни одной географической Зии, и удерживали власть аж до 1617 года без всяких там Криспо… А в роли одной из соправительниц, то бишь жены одного из правительствующих Гоццадини, в свое время «выступила» Таддеа Соммарива, дочь Доменико.

При подготовке этого отрывка я, по обыкновению, рылась в Гугле. И вот в разновидности Википедии нашла, что под Зией в данном контексте подразумевался Кикладский остров Кеа в плюс-минус 140 квадратных километров, он же Кеос и Tzia; последнее с сильно пьяных глаз могло быть прочитано как «Зия». Вот он-то вполне мог принадлежать Криспо и стать приданым для дочери семейства… Впрочем, в 1537 году и он был сметен турками, так что насладиться его «пустотой» Жану-Франсуа не довелось…

***

Жан-Франсуа правил до 1566 года. Ну, как «правил»… Его терпели до 1566 года. Его же собственные подданные, угу.

И тут снова придется упомянуть Наксос и правителя Джованни IV Криспо. Став вассалом османов, Криспо растерял остатки того уважения или, скорее, той «не самой огромной неприязни», которую греки испытывали по отношению к латинянам на протяжении десятков лет. Кроме того, для уплаты ежегодной «выкупной» дани Криспо поднял налоги, от чего греческое население взвыло и начало активно точить ~~зуб~~ ножи. В 1563 году некий «венецианский комиссар» посетил Архипелаг и составил отчет, в котором писал, что герцог Наксосский, «достойный человек почти 70 лет», является, по факту, герцогом номинальным, поскольку везде и во всем верховодят турки. Что он «одевается и живет, как нищий, без малейшей пышности», без расходов, положенных ему по статусу; что все его мысли заняты попытками еще где-то сэкономить, «чтобы подкупить турецких капитанов и министров». И – что его собственные подданные предъявляют жалобы на него прибывающим турецким капитанам, а он не осмеливается наказывать их за какие-либо преступления, включая те, что направлены лично против него…

***

Вероятно, более тесные и «теплые», чем когда-либо в истории, отношения между правителями Наксоса и Андроса сблизили также и жителей этих двух соседних островов. И андрианцы прекрасно знали о настроениях наксотов. В общем, греческие поселяне Андроса посчитали, что теперь и они могут «безнаказанно оскорблять Соммарива и даже покушаться на его жизнь» (Согер). Фактически – цитирую по книге другого автора – «уже было принято решение пойти и убить герцога Андроса». И вызрело окончательно оно в тот момент, когда в 1566 году на Наксосе греческое население призвало турок покончить с режимом Криспо.

И с этой ситуацией, по традиции, не все понятно; за переплетением слухов и искажений сложно разглядеть, че и как произошло.

По порядку, если он тут есть.

Джованни IV Криспо до такого позора не дожил – умер в конце 1564 года. Его преемником, с предварительного разрешения султана, стал сын Джакомо IV – тот самый, который женился на девице из рода Соммарива. И вот на него-то греки-островитяне – вроде бы – подали жалобу в султанат. Султаном в те дни был Сулейман Великолепный, однако он с головой ушел в бесчисленные завоевания турецкой армии и к локальным распрям интереса не проявлял, поскольку отсутствовал либо физически, пребывая в очередном походе, либо – духовно, размышляя о новом или анализируя только что закончившийся. Короче, Сулейману было не до того.

Местечковыми делами занимался его сын Селим II при участии великого визиря Соколлу Дамата Мехмеда-паши. Великий визирь оказывал поддержку институту герцогства, тогда как Селим аццки хотел отдать все острова под управление своего фаворита Иосифа Наси – бежавшего из Португалии бывшего христианина, «обратившегося» в турецкого еврея (личность известная, незаурядная, крайне влиятельная, но о нем писать я точно не буду), – о чем неоднократно просил своего отца-султана. Ну и, по самой распространенной версии, Селим воспользовался благоприятным стечением обстоятельств, когда и папенька далеко, и визирь чем-то другим важным занят, и греки-ходоки пришли плакаться, и низверг Криспо вместе с Соммарива (чтоб два раза не вставать), заменив их всех на своего любимца Наси в сентябре 1566 года. Криспо было дозволено уехать в Рим (или Венецию), а Соммарива – тот вообще спокойно поселился на Наксосе и оставил там кучу потомков, некоторые из них потом занимали весьма «хлебные» места при турецкой администрации…

Другая история гласит, что еще в апреле 1565 года (возможно, это ошибка перевода и речь таки о 1566 годе) пять турецких галиотов вошли с грозными мордами в порт Наксоса, после чего герцога Криспо поместили под домашний арест, инкриминируя ему помощь действующим в Архипелаге особо нахальным «христианским пиратам» и/или задержки в уплате ежегодной ~~разоряющей~~ дани. Джакомо сумел сбежать в Константинополь, дабы там оправдаться и отмыться; его снова арестовали и уже планировали судить на Наксосе, когда он снова сбежал, на этот раз в Рим. Как видите, ходокам с жалобой, если они и были в этой истории, даже плыть никуда не пришлось: они могли поплакаться турецким капитанам, буквально не отходя от своего плуга или горшка с какавьей (это не то неприличное, что вы там подумали, это греческая рыбная похлебка).

Еще в одном варианте приводились детали жалобы: дескать, герцог бухает, сволочь такая, а под алкогольными парами творит бесчинства и непотребства, да еще и остальную латинскую знать в это втягивает. Управлением островом ваще не занимается, спасите-помогите. Тут я ржу, потому что именно Селим II получил прозвище «Пьяница» за свою слишком нежную любовь к вину, которая, по меркам Корана, квалифицировалась как злоупотребление. Криспо о жалобе заблаговременно узнал и спешно направился в Константинополь с целью «отстоять свое дело большим количеством дукатов» (тех, из которых складывалась неуплаченная дань, видимо). Там его схватили и бросили в тюрьму на полгода. И уже оттуда он каким-то образом перебрался в Рим.

Википедия рисует картину жизни Джакомо Криспо за пределами Архипелага. Какое-то время он пытался вернуть свое герцогство, потерпел неудачу и присоединился к походам венецианцев (точнее, объединенной лиги европейцев разного происхождения) против турок. А в 1579 году, когда Джозеф Наси умер, Криспо обратился к султану Мураду III (сыну умершего султана Селима II) с просьбой восстановить его и Жана-Франсуа Соммарива в правах на Наксос и Андрос соответственно. Кстати, и это иронично, их бывшие греческие подданные, со своей стороны, тоже подали прошения в Порту, ратуя за возрождение на островах прежних, латинских правящих династий (и вот надо было весь этот кипиш устраивать с жалобами??). Однако султан отказал в просьбах наксотам, сославшись на участие Джакомо в военных действиях против османов. Ну, и Соммарива попутно тоже отказал, чтоб два раза, опять-таки, не вставать. Кикладские острова превратились в автономную провинцию.

… за что люблю Википедию, так это за достоверность. На соседних с этим топиком страницах на голубом глазу написано, что Жан-Франсуа Соммарива умер еще в том 1566 году, когда разворачивалось главное действо, а Джакомо Криспо упокоился тремя годами ранее подачи прошений…

***
Вот так закончилась история «островного владычества» герцогов Соммарива/Соммарипа.

Пишут, что после потери Андроса в 1566 году Соммарипа «с трудом вернулись в ряды остальной латинской знати греческих островов, не пользуясь никакими дополнительными привилегиями по сравнению с другими». В какой-то греческой статье я прочла, что новым местом жительства потомки фамилии выбрали Наксос. Еще доподлинно известно, что при поддержке монаха ~~собирателя мифов~~ Согера в 1680-х гг. праправнук последнего официального правителя Андроса Жана-Франсуа, Антонио Соммарипа, занимавший должность французского консула на острове Родос, пытался вернуть права на Андрос, для чего обращался к французскому послу и министру военно-морских дел, но – увы.

Утрата привилегий не помешала господам Соммарипа и далее успешно бракосочетаться – в основном, с аристократами – и активно размножаться, благодаря чему их генеалогическое древо обросло многочисленными побегами. Впрочем, древо это грешит неточностями, и я пишу это не только потому, что в нем НЕТ известных мне Соммарипа из МОЕЙ семьи: в нем отсутствует куча других найденных в разных заслуживающих доверия источниках персон. И это при том, что на островах однофамильцев этой семьи физически быть не могло.

***
Что еще? Пишут, что со временем многие латиняне «смешались» с греческим населением, если и не кровно (все-таки для некоторых аристократов подобные союзы были табуированы), то, как минимум, в религиозных обрядах, т.е. сменили свою католическую веру на православие. Причина могла быть чисто практическая: латинских священников по старой памяти на островах не жаловали, и порой даже служить мессы было некому. Да и османское правительство считало католическую церковь враждебной из-за частых венецианско-турецких войн, а потому какую-никакую поддержку оказывало только православной вере. Результатом такого смешения, в частности, стала «эллинизация» латинских имен и фамилий: Джорджио стал Георгосом, фамилия Маноли превратилась в Манулиса и т.п.

И об бывшем островном хозяйстве нашлись карапули. К примеру, с середины XVII века Парос стал этакой базой для пиратов, а в конце века еще и большим ТРЦ, в котором они сбывали свои «приобретения». В 1647 и 1699 гг. на острове бушевали эпидемии, чумы и оспы соответственно. Тут можно предположить, что и соседние острова мадам с косой не преминула посетить… В 1699 году окончилась длительная Критская война (1645-1699), и на Кикладские острова хлынул поток беженцев, среди которых были и представители венецианских семей. А в начале века на Паросе обосновались консулы Англии, Франции и Нидерландов, что, по словам источника, в котором я это прочла, свидетельствовало об интересе иностранцев к острову.

Поскольку смена власти на Андросе произошла с согласия жителей (фигня, что они потом слезно просили вернуть «всё как было»), остров получил особые привилегии от османского правительства. Андрианцы платили фиксированные налоги, были защищены от любых турецких вмешательств; на острове процветала свободная торговля и были гарантированы права наследования. В XVIII веке на Андросе открылись греческие школы, также в церквях и монастырях священники и монахи преподавали греческий язык и «ценности западного Просвещения».

В общем, жизнь шла своим чередом, без особых перемен и потрясений, до III четверти XVIII века, когда в Архипелаге вдруг появились русские...

... а пока я преодолеваю очередные нестыковки и тупики, позвольте продемонстрировать вам то немногое, что осталось от влиятельного "дома Соммарипа": остатки гербов, разбросанные по островам

И - один из Крусин Соммарипа образца конца XVII века в виде жениха:

krusino_sommaripa_i_lukreciya_koronello_na_ikone_v_cerkvi_naksosa.png