“ВЕЛИКИЙ ПЕРЕЛОМ” В ПРИКАМСКОЙ ДЕРЕВНЕ (1929-1930 гг.) : ВГД

М.А. Иванова
г. Пермь

“ВЕЛИКИЙ ПЕРЕЛОМ” В ПРИКАМСКОЙ ДЕРЕВНЕ (1929-1930 гг.)

“Великий перелом”, свершившийся в советской деревне в ноябре 1929 г., вызревал постепенно и, по-видймому, одновременно в центре и на местах. Толчком послужил курс XV съезда ВКП(б) на коллективизацию. Образованные после съезда в парткомах отделы по работе в деревне стали целенаправленно руководить процессом коллективизации: всемерно пропагандировать идею, опыт немногих первых колхозов, составлять планы колхозного строительства и непременно их перевыполнять. Подталкиванию коллективизации способствовали “дни урожая и коллективизации”, проведенные в октябре 1928 и 1929 гг. Они проходили как массовые агитационно - пропагандистские кампании под лозунгами коллективизации. В итоге количество колхозов стало стремительно возрастать: в районах Предуралья с 91 в начале 1928 г. до 778 к октябрю 1929 г., т.е. более чем в 8 раз. Организаторами новых колхозов были коммунисты и комсомольцы, членами - в основном бедняки и батраки (1).

В решениях ЦК партии, речах ее лидеров как идеал подавалась задача создания крупного коллективного земледелия (И. Сталин: “фабрики зерна”). В ответ, особенно после XVI партконференции (апрель 1929 г.), на местах стали возникать колхозы - гиганты, объединявшие территории нескольких сельских советов. Летом 1929 г. такой колхоз под названием “Революция” был образован на границе Б.- Сосновского, Оханского и Очерского районов, он охватил до 6 тыс. дворов на территории 15 сельсоветов. Осенью 1929 г. в Нытвенском районе возник колхоз - гигант “Красный Октябрь”, в Кунгурском районе - колхоз “Заря”, в Чусовском районе был образован единый на весь район ТОЗ (2).

На XVI партконференции, а затем в статье И. Сталина “Год великого перелома” (7 ноября 1929 г.) прозвучала идея “сплошной коллективизации”. Она немедленно стала воплощаться в жизнь. Повсеместно пересоставлялись планы, районы один за другим переводились в положение “сплошной коллективизации”. В Пермском округе к декабрю их стало уже 14, т.е. практически весь округ включился в этот процесс. 7 декабря 1929 г. Пермский окружком ВКП(б) телеграфировал в Москву о том, что в 1930 г. округ будет полностью коллективизирован. Это решение принял пленум окружкома. То же наблюдалось и в других округах, а декабрьский пленум Уралобкома ВКП(б) поставил задачу коллективизации уральской деревни в течение 1930 г., при этом на 60% - к весеннему севу (3). Местные парторганизации исходили при этом из названной статьи И. Сталина и решений ноябрьского пленума ЦК ВКП(б).

Так фактически свершился “великий перелом” - почти единовременный перевод деревни на путь тотального обобществления. За 3-4 месяца, до начала весеннего сева, предполагалось вовлечь в колхозы большинство крестьянства. Расчет на массовое добровольное вступление в ответ на усиленную агитацию, а также обещанную материально-финансовую помощь колхозам оказался утопией. Поэтому к уговорам и разъяснениям пришлось добавить угрозы и принуждение. Для этого была объявлена новая классовая политика в деревне “ликвидация кулачества как класса” (5 января 1930 г.). Местной власти предоставлялись полномочия определять, кто кулак, а кто не кулак. Центр регламентировал этот процесс установлением предельной цифры раскулаченных - не более 3%. В большинстве районов такого количества кулаков не оказалось. Под эту категорию поэтому попали якобы бывшие кулаки, а в основном - нежелавшие вступать в колхозы середняки. Таким образом, в решениях ЦК партии за период от ноября 1929 г. до марта 1930 г. были сформулированы все элементы реальной политики сплошной коллективизации. Они вырабатывались в ходе ее практического осуществления. Были найдены необходимые средства и методы, позволившие форсировать этот процесс в соответствии с планами партии.

Средством реализации сплошной коллективизации стали известные 25-тысячники и рабочие бригады, ядром которых были партработники и комсомольцы. Негласно им помогали органы ОГПУ. “Коллективизаторы” соревновались за рекорды в перевыполнении планов. Так, в Кудымкарском районе коллективизацию провели за 24 ч., в Нытвенском - бригада (52 чел.) коллективизировала район за 10 дней, в Оханском районе при охвате крестьянства колхозами на 90% добились того, что “классовая ненависть бедноты и боевые настроения пробуждены” (4). Оперативное руководство “переломом” деревни осуществляли райкомы и окружкомы партии. Так, 2 февраля 1930 г. Пермский окружком направил в районы телеграмму следующего содержания: “Примите немедленно ряд организационных и разъяснительных мер, обеспечивающих высокие темпы коллективизации” (5).

Методы коллективизации, зафиксированные по материалам районов Предуралья, сводились к следующим: составление списков “за колхоз” или “против”, угрозы - “не пойдете в колхоз - лишим земли”, “снимем последние юбки”, “отправим на Соловки” и т.п., а также штрафы, реквизиции продуктов, твердые задания по хлебозаготовкам, индивидуальное повышенное налогообложение, аресты с содержанием без воды и пищи и др. Главным средством устрашения стало раскулачивание и высылка. На это также составлялись планы. В Пермском округе первоначально планировалось раскулачить и выслать 900 хозяйств, на деле за первую половину 1930 г. цифра достигла 3 325. Документы свидетельствуют, что раскулачивали и “отдавали под порох” “индивидуалов и лишенцев”, т.е., наряду с немногими кулаками, просто крестьян – единоличников (6).

В результате применения таких методов к весеннему севу в районах Предуралья было вовлечено в колхозы более 80% хозяйств (в целом по Уралу - более 70%, а по стране -7%) (7). Как видно, план был перевыполнен. Деревня была действительно “переломлена”, точнее - сломлена.

Крестьянство ответило на насилие сопротивлением. Перед вхождением в колхозы осуществлялся массовый забой скота, в итоге его поголовье сократилось почти вдвое. По деревням пошел “красный петух” - поджоги домов активистов, колхозного имущества, его расхищение. Колхозники не усердствовали на колхозной работе. Нередки стали случаи террора против партийно - советских работников, организаторов колхозов. Актами сознательного протеста стали антиколхозные и антисоветские лозунги, листовки, заявления типа “Долой колхозы, да здравствует единоличное хозяйство!”, даже такие как “Смерть всем коммунистам - угнетателям! Долой Советы, которые нас гнетут!” (Черновской, Сивинский, Уинский районы). Массовые выступления против политики власти весной 1930 г. произошли в с. Аспа и с. Ашап (Ординский район) (8). Многие факты сопротивления крестьянства коллективизации пока еще не выявлены.

Как видно, обнаружилась другая сторона медали под названием “сплошная коллективизация” - развал деревни, срыв весеннего сева, угроза массового сопротивления крестьянства. Власти пришлось совершить политический маневр - осудить наиболее злостные проявления насилия, назвав их “искривлениями линии партии”, допущенными исключительно по вине местных работников, и показать видимость “выпрямления“ этой линии (статья И. Сталина “Головокружение от успехов” 2 марта 1930 г., постановление ЦКВКП(б) от 14 марта 1930 г.).

“Выпрямляли” линию в основном путем наказания немалого числа старательных исполнителей политики партии, а также новой порции льгот, обещанных колхозами. На деле линия партия оказалась неизменной - сплошная коллективизация и ликвидация кулачества не были остановлены, с осени 1930 г. они вступили в новую фазу, и проводились более искусно, но не менее жестко. “Великий перелом’’ был продолжен, деревня поставлена на колени.

Факты из истории прикамской деревни вполне подтвердили всеобщность и масштабность насилия над крестьянством на начальной стадии сплошной коллективизации. Вхождение в число “передовых” районов в этом деле было обусловлено наличием сильной и дееспособной партийной организации, многочисленного и активного отряда уральских рабочих. Их стараниями прикамская деревня испытала все формы произвола и насилия над крестьянством.
______________________________________________________________________

1 По пути коллективизации: Сборник документов материалов. Пермь, 1978. С.50-54, 58-67; Уральское хозяйство в цифрах. Свердловск, 1929. С.73.
2 ГАНИиОПДПО, ф.2, оп.7, д.12, л.193; оп.5, д.273, л.32.
3 Звезда. 1929. 11 дек.
4 ГАНИиОПДПО, ф.2, оп.7, д.126, л.2,6, д.128, л.124; На пути коллективизации. С. 120.
5 Там же. Ф.2, оп.6, д.224, л.18.
6 Там же. оп.7, д.124, л.80,34.
7 Там же. Д.128, л.14.
8 Там же. Д.124, л.61,80,84,130, д.128, л.14; ГАРФ, ф.1235, оп.107, д.473, л.136.
______________________________________________________________________

«ПРИКАМЬЕ, ВЕК XX: МАЛОИЗВЕСТНЫЕ СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ КРАЯ»
Материалы региональной научно-практической конференции
Пермь, 25-26 октября 1996 года
https://vk.com/wall-139222551_14790

“ВЕЛИКИЙ ПЕРЕЛОМ” В ПРИКАМСКОЙ ДЕРЕВНЕ (1929-1930 гг.)

Автор М.А. Иванова Материалы региональной научно-практической конференции«ПРИКАМЬЕ, ВЕК XX: МАЛОИЗВЕСТНЫЕ СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ КРАЯ»Пермь, 25-26 октября 1996 года

Автор М.А. Иванова
Материалы региональной научно-практической конференции
«ПРИКАМЬЕ, ВЕК XX: МАЛОИЗВЕСТНЫЕ СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ КРАЯ»
Пермь, 25-26 октября 1996 года