Статьи, проясняющие реалии прошлых лет

Имения, заложенные в опекунский совет. Часто встречала такое. Иногда кто-то покупает с торгов такое заложенное имение.
Что же это? И при чем здесь опекунство?

Опекунский совет

В 1826 году на московской улице Солянке появилось величественное здание в стиле ампир – Опекунский совет. Несмотря на свой торжественный облик здание было предназначено для решения дел весьма житейских и отчасти даже сентиментальных.
Опекунский совет на Солянке имел право заниматься ссудно-залоговыми операциями: в его ведении было такое учреждение как Ссудная касса, выдавшая ссуды под залог недвижимости. Во всяком случае, Пушкин заложил свое Болдино именно здесь. Вырученные Опекунским советом деньги (проценты за кредит) шли на содержание богоугодных заведений. В частности – Воспитательного дома, который находился тут же, на Солянке, и вместе с Опекунским советом составлял единый архитектурный ансамбль.

Воспитательный дом предназначался для брошенных детей и сирот. О том, насколько актуальным было появление подобного заведения, можно судить по тому, что уже в день закладки фундамента Воспитательного дома на месте строительства было найдено 19 подкидышей. При Воспитательном доме был и родильный приют, где женщины могли производить на свет нежеланных младенцев и тут же оставлять их. В некоторых случаях во время родов дамы даже надевали маску, чтобы сохранить инкогнито: ведь рожали здесь не только маргиналы. Многие из подкидышей были с рождения больны, так что в приюте постепенно закладывались и основы российской педиатрии.

Детей здесь не только лечили, но и давали им образование - обучали бухгалтерии, аптекарской и хирургической науке. Также здесь выпускали столяров, токарей и слесарей, седельников и башмачников, часовщиков, пекарей, портных… Затем Воспитательный дом открыл Латинские классы, Повивальный институт и Классические курсы, где юношей готовили к поступлению на медицинский факультет Московского университета. Во Французских классах давали образование будущим гувернанткам. В самостоятельную жизнь совершеннолетних воспитанников выпускали с небольшим денежным «приданым».
Взято отсюда и немного сокращено

Опека и залог
В ряде случаев правительство могло передать дворянское имение В ОПЕКУ.
В опеку передавались ИМЕНИЯ ВЫМОРОЧНЫЕ, то есть оставшиеся после смерти владельца и из - за отсутствия наследников без хозяина, а также имения разоренные, доведенные владельцами до краха.
Опека назначалась в том случае, когда владельцами имения оказывались лица несовершеннолетние, недееспособные и т.п. Опекунами назначались местные дворяне, которые в этом случае получали в виде платы 5% дохода от имущества.
Задачей опеки при крепостном праве была всемерная поддержка дворянского землевладения; разоренные имения нередко переходили в казну, продавались с аукциона, но никогда не становились собственностью живших в них крепостных крестьян.
Широкое распространение среди помещиков в начале XIX века получил ЗАЛОГ имений – вместе с крепостными крестьянами. Что оно было такое, весьма полезно разобраться.
Владельцы могли получить денежную ссуду в разного рода кредитных учреждениях под залог своих имений или части их. Дело казалось соблазнительным: ничего поначалу не теряя, помещик получал сумму денег, которую мог использовать для своих нужд и даже для коммерческих операций. Однако за ссуду каждый год, до истечения ее срока, кредитному учреждению следовало платить немалый процент.
Если процент не выплачивался и по истечении срока ссуда не возвращалась, имение присваивалось кредитным учреждением и продавалось им с аукциона (то есть публичного торга). Сумма, внесенная покупателем, пополняла бюджет кредитного учреждения, помещик же, потерявший имение, оставался разоренным.
Право давать процентные ссуды под залог недвижимого имущества было предоставлено и ОПЕКУНСКИМ СОВЕТАМ. Таких было два – при Петербургском и Московском воспитательных домах. Хотя эти дома и назывались императорскими, то есть находящимися под покровительством государства, казна им денег не отпускала. Воспитательные дома, содержавшие сотни сирот, существовали за счет частной благотворительности, отчислений от лотерей и театральных спектаклей, продажи игральных карт и т.п. Но главным источником доходов воспитательных домов были ссудные операции.
Постепенно такого рода залог стал среди помещиков делом обычным. Пьер Безухов («Война и мир» Л. Толстого) платил процентов по закладным в Совет (опекунский) около 80 тысяч по всем имениям.
Часто можно прочитать: «имение было заложено и перезаложено ». Заложено – понятно, что же означает «перезаложено»?
ПЕРЕЗАЛОЖИТЬ имение означало заложить его заново, до окончания срока первого залога, когда имение следовало выкупить, то есть внести со всеми процентами полученную под залог сумму, – это были деньги весьма изрядные. При втором залоге кредитные учреждения значительно, обычно вдвое, увеличивали ежегодный процент взноса, то есть ставили закладчика в чрезвычайно невыгодные условия.
На праве закладывать собственных крестьян, то есть получать ссуду под залог крепостных душ, построена и вся афера Чичикова с покупкой мертвых душ.
Если ценные вещи (движимое имущество) закладывались в ломбард впредь до выкупа в натуре, то, разумеется, земли и крестьяне закладывались по официально оформленным, подтвержденным местными властями документами, свидетельствующим о том, что заложенное действительно имеется.
Время от времени государство предпринимало РЕВИЗИИ – переписи крепостного населения страны, прежде всего с целью установить количество людей мужского пола, годных в рекруты. Поэтому «РЕВИЗСКОЙ ДУШОЙ» назывались не все крепостные крестьяне, а только крестьяне - мужчины.
С 1719 по 1850 год было проведено десять ревизий. Сведения о крепостных крестьянах записывались в особые листы – РЕВИЗСКИЕ СКАЗКИ. Впредь до новой ревизии ревизские души юридически числились существующими; повседневный учет крепостного населения организовать было немыслимо. Таким образом, умершие или беглые крестьяне официально считались в наличии, за них помещики обязаны были вносить налог – ПОДУШНУЮ ПОДАТЬ.
Этими обстоятельствами и воспользовался Чичиков, скупая у помещиков мертвые души как живые с целью заложить имение с мнимыми крестьянами в Опекунский совет и получить кругленькую сумму денег. Сделка была выгодной и для помещика: получив от Чичикова хоть малую сумму за несуществующего крестьянина, он избавлялся вместе с тем от необходимости вносить за него в казну подушную подать. Разумеется, Чичиков стремился купить мертвую душу подешевле, а помещик продать ее подороже – отсюда упорный торг за души.
При законной покупке и закладке живых душ закладчик получил сумму, исходя из реальной цены живых крестьян, и обязан был вплоть до срока выкупа ежегодно платить за каждую заложенную душу положенный процент.
Чичиков же не собирался это делать. Заложив мертвые души как живые, он хотел получить за них ссуду и скрыться с капиталом, составленным из разницы между стоимостью ревизской души и суммы, уплаченной за нее помещику. Ни о каких процентах, а тем более выкупе он и не помышлял.
Трудность была одна: у Чичикова не было земли, а крестьян без земли дворянин мог купить только «НА ВЫВОД», то есть с переселением в новые места. Да и заложить крестьян можно было только с землей. Поэтому Чичиков планировал купить землю в одной из необжитых, степных губерний – Херсонской или Таврической (Крым). Это было вполне реально: известно было, что правительство, заинтересованное в заселении пустынных земель на юге России, продает их любому желающему дворянину почти за бесценок. Никого не смущало, что Чичиков будто бы собирался перевести в новые места одних мужчин, без их семей. Такая сделка могла состояться только до 1833 года, когда появился закон, запрещающий продавать крестьян «с разлучением от семьи».
здесь статья, откуда я надергала только факты

показалось интересным - не знала, что шкалой реомюра пользовались.
Температурная шкала
Сейчас для измерения температуры воздуха, воды, тела и т.п. мы пользуемся шкалой ЦЕЛЬСИЯ, в которой один градус равняется 1/100 разности температур кипения воды и таяния льда. Существует еще и шкала РЕОМЮРА, в которой градус равен 1/80 той же разности. В XIX и в начале XX века в России действовали обе шкалы, условно обозначаемые С или R. В литературе того времени шкалы часто не указываются, мы склонны воспринимать градусы по Цельсию, но это неверно: следует учитывать, что в дореволюционной России преобладала шкала Реомюра. Разница несущественна, но все же рекомендуем читателю для точности понимания каждый раз делить указанное число градуса на 0,8 – температура покажется нам холоднее (если ниже нуля), или теплее (если выше). Так, 24 градуса холода по Реомюру окажутся 30 градусами по Цельсию, и мы искренне посочувствуем героям. Ноль градусов в обеих шкалах совпадает.
В стихотворении Некрасова «О погоде» есть строки:
Двадцать градусов, ветер притом,
Бескаретные ходят пешком.
По шкале Цельсия это 25 градусов – погода не для прогулок. источник