ЛАГЕРЯ ДЛЯ ЛИЦ, НАХОДИВШИХСЯ В ПЛЕНУ И ОКРУЖЕНИИ :: МВД и ФСБ :: 2-ая Мировая война 1939-1945 гг.
Всероссийское Генеалогическое Древо

Генеалогический форум ВГД

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Генеалогический форум ВГД » 2-ая Мировая война 1939-1945 гг. » МВД и ФСБ » ЛАГЕРЯ ДЛЯ ЛИЦ, НАХОДИВШИХСЯ В ПЛЕНУ И ОКРУЖЕНИИ
Вниз ⇊


ЛАГЕРЯ ДЛЯ ЛИЦ, НАХОДИВШИХСЯ В ПЛЕНУ И ОКРУЖЕНИИ

а так же на временно оккупированной территории. РЕПРЕССИИ В ПОСЛЕВОЕННЫЙ ПЕРИОД

<<Назад    Вперед>> Модераторы: Ella, Gnom7
Ella
Модератор раздела

Ella

ДОНЕЦК, ДНР
Сообщений: 20640
Регистрация: 2005
Рейтинг: 3001 

http://www.forum.print-forum.r...amp;page=5

Лагеря для лиц побывавших в плену или в окружении были. Однако в систему ГУЛАГ они не входили, представляли же они из себя фильтрационные пункты, в которых проходили проверку бывшие военнопленные и лица побывавшие в окружении. Документ – Приказ наркома обороны №0521 от 29.12.1941 ЦХИДК. Ф.1/п. Оп.23а. Д.2. Л.27. Правильное название «Формирование армейских сборно-пересыльных пунктов».

Кстати, проверку в этих лагерях проходили не только военнослужащие, бывшие в плену или вышедшие из окружения. Контингент этих лагерей бал разделен на 3 категории:
1-я — военнопленные и окруженцы
2-я — рядовые полицейские, деревенские старосты и другие гражданские лица, подозреваемые в изменнической деятельности
3-я — гражданские лица призывного возраста, проживавшие на территории, занятой противником

Кроме армейских СПП существовали и проверочно-фильтрационные лагеря (ПФЛ) в системе НКВД (опять-таки не ГУЛАГ)
О работе фильтрационных лагерей можно судить по следующему документу:
«Справка о ходе проверки б/окруженцев и б/военнопленных по состоянию на 1 октября 1944 г.
1. Для проверки бывших военнослужащих Красной Армии, находящихся в плену или окружении противника, решением ГОКО №1069сс от 27.XII-41 г. созданы спецлагеря НКВД.
Проверка находящихся в спецлагерях военнослужащих Красной Армии проводится отделами контрразведки «Смерш» НКО при спецлагерях НКВД (в момент постановления это были Особые отделы).
Всего прошло через спецлагеря бывших военнослужащих Красной Армии, вышедших из окружения и освобождённых из плена, 354 592 чел., в том числе офицеров 50 441 чел.
2. Из этого числа проверено и передано:
а) в Красную Армию 249 416 чел. в том числе:
в воинские части через военкоматы 231 034
из них — офицеров 27042
на формирование штурмовых батальонов 18 382
из них — офицеров 16 163
б) в промышленность по постановлениям ГОКО 30 749
в том числе — офицеров 29
в) на формирование конвойных войск и охраны спецлагерей 5924
3. Арестовано органами «Смерш» 11 556
из них — агентов разведки и контрразведки противника 2083
из них — офицеров (по разным преступлениям) 1284
4. Убыло по разным причинам за всё время — в госпитали, лазареты и умерло 5347
5. Находятся в спецлагерях НКВД СССР в проверке 51 601
в том числе — офицеров 5657
Из числа оставшихся в лагерях НКВД СССР офицеров в октябре формируются 4 штурмовых батальона по 920 человек каждый»

Путем несложных арифметических подсчетов можно прийти к выводу, что из всего количества прошедших проверку аресту подверглись менее 4%... Если учесть, что в число проверяемых входили полицаи и старосты (см. выше), показатель не впечатляет..
Да, надо пояснить..

Штурмовые батальоны – воинские формирования, созданные по Приказу Народного Комиссара Обороны №Орг/2/1348 (ищется яндексом).
Основное отличие от штрафных батальонов – срок пребывания в них определен 2, а не 3 месяцами, должности комсостава (до помком роты включительно) занимали военнослужащие из состава «переменного» контингента (в штрафбатах все офицерские должности занимали не штрафники), семьи «переменного» состава штурмовых батальонов пользовались теми же привелегиями, что и военнослужащих всей остальной РККА (в случае гибели «штурмовика», например, семья получала «офицерскую» пенсию, размер которой соответствовал званию военнослужащего до попадания в штурмовой батальон)

Направлены в промышленность – это не ГУЛАГ, это мобилизация на тех же основаниях, что и, например, гражданского населения в дни обороны Москвы или Ленинграда, страна разрушена – надо восстанавливать, позже начнется формирование т.н. рабочих батальонов для восстановления народного хозяйства на освобожденных территориях (к ГУЛАГу отношение не имеет)..
И да, проверка бывших военнопленных и вышедших из окружения это не прихоть кровожадного и подозрительного советского командования.. В условиях военного времени это необходимость. Несогласных адресую к мемуарам В. Шеленберга:

"В лагерях для военнопленных отбирались тысячи русских, которых после обучения забрасывали на парашютах в глубь русской территории. Их основной задачей, наряду с передачей текущей информации, было политическое разложение населения и диверсии. Другие группы предназначались для борьбы с партизанами, для чего их забрасывали в качестве наших агентов к русским партизанам. Чтобы поскорее добиться успеха, мы начали набирать добровольцев из числа русских военнопленных прямо в прифронтовой полосе"
К слову сказать, Шелленберг возглавлял VI управление РСХА (внешняя разведка Управления Имперской Безопасности), а ведь был еще и Абвер (войсковая разведка), который тоже вербовал агентуру из военнопленных…

А ведь у многих вышедших из окружения не было даже документов, удостоверяющих личность. Так что проверка в условиях военного времени вещь просто необходимая.
Кроме того, не все бывшие пленные и «окруженцы» напрвлялись в ПФЛ (проверочно-фильтрационные лагеря) для многих проверка заканчивалась уже на СПП (сборно-пересыльном пункте), где их проверяли армейские органы контрразведки, после чего они направлялись в строевые части (Документы и оружие на руках, свидетели есть – пропуск до места назначения и в бой).

Да и, кстати, многие «окруженцы» такой проверки вообще не проходили, например Чистяков, командующий на тот момент 21 армией в мемуарах пишет:
«У Гумрака (под Сталинградом) оказался лагерь наших военнопленных. Мне было приказано всех наших бойцов, бывших военнопленных, хорошо одеть, обуть, подлечить, накормить, дать им отдых 10-15 дней, а затем направить в тыл. Я побеседовал с этими воинами и убедился, что настроение у этих людей такое, что они готовы в любую минуту идти драться с фашистами насмерть, чтобы отомстить за свое унижение и муки, за гибель своих товарищей... я отобрал из бывших военнопленных 8 тыс. человек, сформировал из них восемь батальонов, вооружил их и отправил в дивизии»
Конечно мемуары цитировать не очень корректно, к делу их не подошьешь, но в качестве лирического отступления потянет..

К концу войны в связи с массовым освобождением бывших военнопленных и перемещенных гражданских лиц порядок их сортировки и проверки несколько упростился.
18 января 1945 г. Военным Советом фронтов и военных округов была дана директива начальника тыла Красной Армии и Уполномоченного СНК СССР по делам репатриации, согласно которой военнопленные и гражданские лица, освобожденные Красной Армией, подлежали направлению:
— военнослужащие Красной Армии (рядовой и сержантский состав), находившиеся
в плену, — в армейские СПП, после проверки в них установленным, порядком — в
армейские и фронтовые запасные части;
— офицерский состав, находившийся в плену, — в спецлагеря НКВД;
— служившие в немецкой армии и специальных строевых немецких формированиях,
власовцы, полицейские и другие лица, вызывающие подозрение, — в спецлагеря
НКВД;
— гражданское население — во фронтовые СПП и пограничные ПФП НКВД; из
них, после проверки, мужчины призывного возраста — в запасные части фронтов или
военных округов, остальные — к месту постоянного жительства (с запретом направ-
ления в Москву, Ленинград и Киев9);
— жители приграничных областей — в ПФП НКВД;
— дети-сироты — в детские учреждения Наркомпросов и Наркомздравов союзных
Республик
(Ф. 9526. Оп. 4а. Д. 1. Л. .63—64)

Т.е. Рядовой и младший начальствующий состав – в армейские СПП и запасные части, офицеры – на проверку в ПФЛ НКВД (с них спросу больше, потому как звездочки на погонах), гражданских – по ситуации, детей в детдома, а предателей – однозначно в НКВД..
Более того, в феврале была принята практика ускоренной проверки (в 5-дневный срок) в отношении лиц не вызывающих подозрений (стариков, женщин с детьми и т.д.). После чего их отправляли к постоянному месту жительства.

Ладно, поехали дальше.. Война кончилась, на оккупированных территориях и в Германии освобождены миллионы советских граждан, в том числе и бывших военнопленных. Ими в СССР занималось образованное в октябре 1944 г. Управления Уполномоченного Совета Народных Комиссаров СССР по делам репатриации во главе с Ф.И. Голиковым. Докумены этого ведомства находятся в Государственном Архиве Российской Федерации, кстати, вполне доступны.. Буду цитировать по работам В.Н. Земскова «РЕПАТРИАЦИЯ СОВЕТСКИХ ПЕРЕМЕЩЕННЫХ ЛИЦ (1944-1952 гг.)» и «РЕПАТРИАЦИЯ СОВЕТСКИХ ГРАЖДАНИ ИХ ДАЛЬНЕЙШАЯ СУДЬБА (1944—1956 гг.)», а также Филипповых Д.Н. «РЕПАТРИАЦИЯ СОВЕТСКИХ И ИНОСТРАННЫХ ГРАЖДАН» (там есть ссылки на фонды, описи, дела и листы архива)..

Ну значит так.. Согласно одному из пунктов соглашений, принятых на Ялтинской конференции ВСЕ граждане СССР, оказавшиеся на территории ответственности союзников, а так же попавшие в плен к союзником (т.е. воевавшие против них на стороне Германии) подлежали репатриации (кроме тех, кто эмигрировал до войны – белогвардейцы и т.д., за небольшим исключением вроде атамана Краснова) Таковых к концу войны ведомство Голикова насчитало около 5 млн человек (из них около 1,7 млн военнослужащих РККА).

Согласно директиве Ставки №11086 от 11 мая 1945 года для приёма репатриируемых советских граждан, освобождаемых войсками союзников, Наркоматом обороны было организовано 100 лагерей. Кроме того действовали 46 сборных пунктов для приёма советских граждан, освобождённых Красной Армией. (sik!) Это учреждения относились к Наркомату обороны и к НКВД никакого отношения не имели, кстати В данном случае термин «лагерь» означал не место заключения, а сборный пункт, равно как и СПП. Большинство этих сборных пунктов находились за границей (в Германии, Австрии, Польше, Румынии и др.)

22 мая 1945 года ГКО принял постановление, в котором устанавливался 10-дневный срок регистрации и проверки репатриантов, после чего гражданские лица подлежали отправке к месту постоянного жительства, а военные — в запасные части. (Постановление ГКО №8670 «О мерах по ускорению проверки репатриируемых советских граждан»). На практике, правда, этот срок оказался нереальным, поэтому проверка продолжалась 1-2 месяца и больше. К 30 мая емкость СПП была доведена до 1,3 млн человек. (ГАРФ Ф. 9526. Оп. 4а. Д. 1. Л. 28—29.)
Что же касается проверочно-фильтрационных пунктов в системе НКВД (таковых было 15 штук и занимали они среднее положение между армейским СПП и проверочно-фильтрационным лагерем НКВД), то на 1.01.1946 г. проши проверку 656 533 репатриантов, из них 582 999 направлено к месту жительства, 21 512— в спецлагеря (ПФЛ), 1 426 — в народное хозяйство, 3 393 — в части Красной Армии, 31 763 — в военкоматы и 15 440 — «прочая убыль» (так в оригинале)
Что же до ПФЛ в системе НКВД, в них на 1.01.1946 г. находилось 228 018 человек (через 3 года это количество составляло уже 2 923 человека)
По статистике ведомства Ф.И. Голикова, к 1 марта 1946 г. было репатриировано 5 352 963 советских граждан (3 527 189 гражданских и 1 825 774 военнопленных). Однако из этого числа следует вычесть 1 153 475 человек (867 176 гражданских и 286 299 военнопленных), которые фактически не являлись репатриантами, так как не были за границей.
Итого получается, на 1 марта 1946 года было репатриировано 4 199 488 советских граждан (2 660 013 гражданских и 1 539 475 военнопленных), из них 1 846 802 поступило из зон действия советских войск за границей и 2 352 686 принято от англо-американцев и прибыло из других стран.
Результаты проверки (всеми органами и армейскими и НКВД) на 1.03.1946 выглядят следующим образом. (ГАРФ. Ф. 5446. Оп. 86а. Д. 12345. Л. 81-82; Ф. 9526. Оп. 4. Д. 33. Л. 120)
Гражданское население:
Направлены к месту жительства – 2146126 (80,68%),
Призвано в армию – 141962 (5,34%)
Зачислено в рабочие батальоны – 263647 (9,91%)
Передано в распоряжение НКВД – 46740 (1, 76%)
Военнопленные:
Направлены к месту жительства – 281780 (18,31%),
Призвано в армию – 659190 (42,82%)
Зачислено в рабочие батальоны – 344448 (22,37%)
Передано в распоряжение НКВД – 226127 (14,69%)

Кроме того на сборно-пересыльных пунктах и использовалось на работах при советских воинских частях и учреждениях за границей находились 61538 человек гражданских (2,31%) и 27930 бывших военнопленных (1,81%)
Если брать бывших военнопленных, нас, я так понимаю, более всего интересует цифра 226127 чел (14,69%). Остановлюсь на ней поподробнее.
Ну для начала сразу бросается в глаза, что миф о поголовном направлении в ГУЛАГ всех побывавших в плену или окружении как-то разваливается.. И кто же все-таки входил в эти 14%..
Согласно инструкциям, имевшимся у начальников проверочных органов, из числа репатриантов подлежали аресту и суду:
— руководящий и командный состав органов полиции, «народной стражи», «народной милиции», «русской освободительной армии», национальных легионов и других подобных организаций;
— рядовые полицейские и рядовые участники перечисленных организаций, принимавшие участие в карательных экспедициях или проявлявшие активность при исполнении обязанностей;
— бывшие военнослужащие Красной Армии, добровольно перешедшие на сторону противника;
— бургомистры, крупные фашистские чиновники, сотрудники гестапо и других немецких карательных и разведывательных органов;
— сельские старосты, являвшиеся активными пособниками оккупантов.

В соответствии с 193 ст. ч. УК РСФСР 1926 г. с правками 1940 г. за добровольный переход на сторону врага, равно как и пособничество врагу, разглашение информации, связанной с дислокацией воинских частей и соединений и многого еще чего предусматривалось только одно наказание – смертная казнь. «Жестокая карательная машина» советского правосудия заменила ее на.. 6 лет спецпоселения.. Поясняю – спецпоселение это не лагерь, жили все эти товарищи за пределами лагерных зон, в своих бараках, ходили свободно, без конвоя..

Всего в 1946-1947 гг. на спецпоселение поступили 148 079 власовцев и других пособников оккупантов. На 1 января 1953 года на спецпоселении оставались 56 746 власовцев, 93 446 были освобождены в 1951-1952 гг. по отбытии срока.
Что же касается лиц, запятнавших себя конкретными преступлениями, они действительно были направлены в лагеря ГУЛАГа..
Неправда ли, занимательная арифметика получилась?..
Я не спорю, были и невинные жертвы, с учетом таких грандиозных перемещений человеческих масс без ошибок и нарушений обойтись было просто нереально, но с учетом всего выше сказанного выглядят они скорее как исключения, а не правило.
Так что не надо безоговорочно воспринимать на веру все то фуфло, что течет с голубых экранов, особенно с НТВ.

Если тема интересует, рекомендую почитать:
В. Н. Земсков (мощные социологические и исторические исследования, с цитатами из архивных документов, самое главное, с указанием источников)
ГУЛАГ (историко-социологический аспект)
Репатриация советских граждан и их дальнейшая судьба (1944—1956 гг.)
Репатриация советских перемещенных лиц (1944-1952 гг.)
Рождение «второй эмиграции» (1944-1952)
Филипповых Д.Н. –« Репатриация советских и иностранных граждан» (тоже хватает разнообразной информации)
Пыхалов И. «Великая Оболганная война» (цифры, факты, выдержки из документов, опять-таки с указанием на источник).
Все вышеуказанное находится в открытом доступе в сети – нажми на кнопку..
Перечень постановлений ГКО, Наркома Обороны, приказов Верховного Главнокомандующего, директив Ставки находятся в открытом доступе – ищутся яндексом..
Документы Уполномоченного Совета министров (СНК) СССР по делам репатриации рассекречены и находятся в Государственном Архиве Российской Федерации, о чем нас извещает Бюллетень рассекреченных документов
федеральных государственных архивов Было бы желание..
До кучи можно еще почитать Полевой Устав РККА (ПУ-39), Дисциплинарный Устав РККА (ДУ-40),
Уголовный кодекс РСФСР 1926 г. с поправками 1940 г. Все находится в течении считанных секунд.

---
Все мои и моих предков данные размещены мною на сайте добровольно.

В ЛИЧКЕ НА ПОИСКОВЫЕ ВОПРОСЫ НЕ ОТВЕЧАЮ. ПИШИТЕ НА ФОРУМ.
Ella
Модератор раздела

Ella

ДОНЕЦК, ДНР
Сообщений: 20640
Регистрация: 2005
Рейтинг: 3001 

www.mat.univie.ac.at/~neretin/1937/Shvernik.doc
ЗАПИСКА КОМИССИИ ПРЕЗИДИУМА ЦК КПСС В ПРЕЗИДИУМ ЦК КПСС О РЕЗУЛЬТАТАХ РАБОТЫ ПО РАССЛЕДОВАНИЮ ПРИЧИН РЕПРЕССИЙ И ОБСТОЯТЕЛЬСТВ ПОЛИТИЧЕСКИХ ПРОЦЕССОВ 30-х ГОДОВ

[Не позднее 18 февраля 1963 г.]


V. РЕПРЕССИИ В ПОСЛЕВОЕННЫЙ ПЕРИОД
Изучение архивных материалов показало, что необоснованные репрессии про¬должали иметь место и в послевоенный период.

Репрессии против военнослужащих

Во время Великой Отечественной войны и, главным образом, после войны серь¬езные нарушения законности были допущены в отношении военнослужащих. Когда еще шла война, выходившие из окружения, бежавшие из плена и освобожденные со¬ветскими войсками военнослужащие Советской Армии, как правило, направлялись на проверку в специально созданные для этого фильтрационные лагеря, где содержались в условиях, мало отличавшихся от условий, существовавших в исправительно-трудо¬вых лагерях для осужденных преступников. Срок пребывания в фильтрационных ла¬герях ничем не ограничивался. После окончания войны с Германией все освобожден¬ные из плена и репатриированные советские военнослужащие, даже при отсутствии на них каких-либо компрометирующих данных, сводились в батальоны и в порядке наказания направлялись для постоянной работы на предприятия угольной и лесной промышленности, находящиеся в отдаленных районах страны. Многие тысячи воен¬нослужащих были осуждены по необоснованным и сфальсифицированным материа¬лам.
Неправильное отношение к бывшим советским военнопленным осуждено поста-новлением Центрального Комитета КПСС и Совета Министров СССР от 29 июня 1956 года «Об устранении последствий грубых нарушений законности в отношении бывших военнопленных и членов их семей»48. В этом постановлении указывается, что «во время Великой Отечественной войны и в послевоенный период были допущены грубые нарушения советской законности в отношении военнослужащих Советской Армии и Флота, оказавшихся в плену или в окружении противника... в нарушение советских законов, по отношению к бывшим военнопленным проявлялось огульное по¬литическое недоверие, широко применялись необоснованные репрессии и незаконно ограничивались их права... в результате применения при проверке во многих случаях незаконных, провокационных методов следствия, было необоснованно репрессирова¬но большое количество военнослужащих, честно выполнивших свой воинский долг и ничем не запятнавших себя в плену».
Во исполнение принятого постановления партийными органами, прокуратурой, судами и органами госбезопасности была проделана большая работа по устранению допущенных к бывшим советским военнопленным несправедливостей и реабилита¬ции необоснованно осужденных.
Имеющиеся в архивах КГБ при Совете Министров СССР архивно-следственные дела и переписка по ним свидетельствуют о грубейшем произволе, допущенном в от¬ношении 35 генералов Советской Армии. Из числа этих генералов 21 человек были арестованы в период войны, остальные 14 — в послевоенное время. Большинство из арестованных генералов обвинялось в проведении антисоветской агитации, а некото¬рые — в измене Родине. Следствие по их делам велось с грубейшими нарушениями за¬кона. Так, генерал-майор Романов Ф.Н., начальник штаба 27 армии, арестованный в январе 1942 года за «ведение антисоветских разговоров», не допрашивался в течение 8 лет, срок следствия и содержания под стражей не продлевался с ноября 1942 по ок¬тябрь 1951 года. Преподаватель Академии командно-штурманского состава ВВС Со¬ветской Армии генерал-майор авиации Туржанский А. А., арестованный в феврале 1942 года за восхваление немецкой военной техники и другие «антисоветские выска¬зывания», находился в тюрьме без продления срока следствия и содержания под стра¬жей свыше 9 лет и допрашивался с перерывами в два-три года. Заместитель началь¬ника штаба Западного фронта Голушкевич В. С. арестован в 1942 году по обвинению в проведении антисоветской агитации, содержался в тюрьме без продления срока следствия и содержания под стражей свыше 8 лет и не допрашивался в течение 7 лет и 3 месяцев. Начальник штаба Северо-Кавказского фронта генерал-лейтенант Лас-кин И. А. был арестован в 1943 году по подозрению в измене Родине, так как, нахо¬дясь в течение месяца в окружении, задерживался немцами, срок следствия и содер¬жания его под стражей не продлевался более б лет, допросы проводились с перерыва¬ми в два-три года. Маршал авиации Ворожейкин Г. А., заместитель командующего ВВС Советской Армии, арестован в апреле 1948 года по обвинению в клеветнических высказываниях о советской действительности и в адрес Сталина, находился под след¬ствием в течение 4 лет (Материалы проверки о нарушениях законности, т. 18, л. 8-45).
Только 18 сентября 1951 года бывший министр госбезопасности Игнатьев пред¬ставил на имя Берия, Молотова, Булганина и Кагановича список на 12 генералов из этой группы с письмом, в котором просил санкционировать направление четырех дел в суд, а восьми дел - на рассмотрение Особого совещания. На копии этого письма име¬ется следующая пометка Игнатьева: «вопрос рассматривался сегодня (21.IX.51 г.) в П. Б. Предложено хорошо оформить этот документ (составив на каждого отдельную справку) и внести вопрос примерно в декабре с. г. Игнатьев. 21.IX.51 г.» (Материалы проверки о нарушениях законности, т. 18, л. 1-7).
12 января 1952 года Игнатьев представил в Бюро Президиума Совета Министров СССР список уже на всех 35 генералов (Там же, л. 8—35). После утверждения этого списка перечисленные в нем генералы в период с марта по август 1952 года были осуждены Военной коллегией Верховного суда СССР к длительным срокам лишения свободы. К настоящему времени все они реабилитированы. Лишь бывшему начальнику Астраханского военного гарнизона генерал-майору Дорофееву оставлено обвине¬ние в служебном злоупотреблении.
Кроме указанных 35 дел в архиве КГБ обнаружен еще ряд дел на генералов, дли¬тельное время незаконно содержавшихся под арестом. Некоторые из них скончались в тюрьме. Так, например, контр-адмирал Самойлов, арестованный в июле 1941 года, умер в тюрьме 19 сентября 1951 года, причем с августа 1942 года до декабря 1948 го¬да он не допрашивался. Умерли в следственной тюрьме арестованные в 1941-1942 го¬дах научные работники Военной академии имени Фрунзе генералы Дьяков, Соколов и Глазков, причем они также годами не допрашивались, а в продлении срока содержания под стражей прокуратура отказывала из-за отсутствия доказательств их виновности.

Повторное репрессирование лиц, отбывших наказание

Грубейшим нарушением закона в послевоенный период явилось повторное ре-прессирование лиц, в прошлом судившихся за контрреволюционные преступления и отбывших наказание.
Инициатором повторных репрессий против этих лиц явился Абакумов, работав¬ший тогда министром госбезопасности СССР. В июле 1947 года Абакумов дал указа¬ние органам госбезопасности об изъятии из архивов всех материалов и дел на бывших троцкистов, зиновьевцев, правых, меньшевиков и представителей других много лет тому назад прекративших существование партий и антипартийных группировок. Всех этих лиц, независимо от того, какие на них имелись материалы, предлагалось взять в активную агентурную разработку и дела на них разрешалось сдавать в архив только после смерти разрабатываемых. Такие указания Абакумова исходили не из интересов обеспечения государственной безопасности, а из его карьеристских устремлений.
О проведенных мероприятиях Абакумов 17 июля 1947 года информировал Стали¬на и Жданова.. В информациях, направлявшихся Абакумовым в адрес Сталина, пред-намеренно искажалось действительное положение и сообщалось, что осужденные в прошлом и отбывшие наказание за принадлежность к оппозиции и к различным анти-партийным течениям, а также лица, имевшие с ними связь, продолжают якобы зани¬маться антисоветской деятельностью и даже объединяются в отдельные подпольные группы. В своих сообщениях Абакумов обвинял прежнее руководство МГБ в том, что оно свернуло оперативную работу и не вело борьбы против этой категории лиц (Архив ЦК КПСС, д. «О троцкистах, правых и др.», 1947-1949 гг.).
Как показало ознакомление с содержанием фактических материалов, приводив¬шихся в информациях Абакумова, для подобных утверждений оснований не было. В материалах имелись лишь данные о том, что некоторые лица из упомянутой выше категории, общаясь между собой, критиковали отдельные мероприятия партии и пра¬вительства, причем, в редких случаях эти высказывания носили антисоветский харак¬тер. Подавляющее же большинство из них вело себя правильно и занималось общест¬венно-полезным трудом.
Несмотря на это, были разработаны мероприятия по повторному репрессирова¬нию граждан, ранее осужденных по политическим обвинениям и отбывших наказа¬ние, и созданы новые тюрьмы и лагеря для их размещения.
Так, 27 января 1948 года Абакумов и министр внутренних дел СССР Круглов, ссылаясь на указания Сталина, представили ему проект постановления ЦК ВКП(б) «Об организации лагерей и тюрем со строгим режимом для содержания особо опас¬ных государственных преступников и о направлении их по отбытии наказания на по¬селение в отдаленные местности СССР» (Материалы проверки о нарушениях закон¬ности, т. 17, л. 1-5).
Этот проект с некоторыми дополнениями был принят как постановление Совета Министров СССР от 21 февраля 1948 года (номер 416-159сс). Подписал его Сталин. В постановлении предлагалось «организовать для содержания осужденных к лишению свободы шпионов, диверсантов, террористов, троцкистов, правых, меньшевиков, эсе¬ров, анархистов, националистов, белоэмигрантов и участников других антисоветских организаций и групп и лиц, представляющих опасность по своим антисоветским связям и вражеской деятельности: особые лагери обшей численностью на 100000 человек... особые тюрьмы на 5000 человек...». Наибольшее количество особых лагерей (на 90000 человек) создавалось в районах Колымы, Норильска и в Коми АССР. Кроме того, преду-сматривалось строительство новых особых лагерей на 45 тысяч человек на севере Ир-кутской области. В особых тюрьмах и лагерях устанавливался строгий режим, запреща-лось применять к заключенным сокращение сроков наказания и другие льготы, заклю-ченные должны были использоваться преимущественно на тяжелой физической работе.
Также со ссылкой на указание Сталина 7 февраля 1948 года Абакумов и Круглое представили ему проект постановления о передаче из МВД в МГБ СССР «работы по административно-ссыльным и высланным за вражескую деятельность и антисовет¬ские связи» (Архив ЦК КПСС, д. «О выселении, ссылках и поселении»).
21 февраля 1948 года Сталин подписал постановление Совета Министров СССР номер 418-161 ее «О ссылке, высылке и спецпоселениях», в основу которого был поло¬жен проект, представленный Абакумовым и Кругловым. В этом постановлении, наря¬ду с указанием о передаче работы по административно-ссыльным и высланным в ве¬дение МГБ, предусматривалось создание специальных районов на Колыме, на севере Красноярского края, Новосибирской области и в Казахской ССР, где должны быть со-средоточены все высланные и административно-ссыльные, с установлением для них более строгого режима. Для организации агентурной работы и надзора за ссыльными и высланными только в Красноярский край, Новосибирскую область и Казахскую ССР предлагалось выделить дополнительно 600 оперативных работников МГБ, создать на Колыме самостоятельное управление МГБ по Дальнему Северу.
Уместно отметить, что количество ссыльных, высланных и спецпереселенцев в то время достигало двух миллионов человек (Архив ЦК КПСС, д. «О выселении, ссыл¬ках и поселении», письмо Абакумова и Круглова от 7.П.1948 г.). Это позволяет судить о масштабах проведенных в стране репрессий и намеченных мероприятиях по новому переселению ссыльных и высланных в отведенные для них районы.
Одновременно с принятием Советом Министров СССР указанных выше поста¬новлений, 21 февраля 1948 года Президиум Верховного Совета СССР издал Указ «О направлении особо опасных государственных преступников по отбытии наказания в ссылку на поселение в отдаленные местности СССР»49. Этот Указ и постановление Совета Министров СССР от 21 февраля 1948 года «Об организации лагерей и тюрем со строгим режимом для содержания особо опасных государственных преступников [и о направлении их по отбытии наказания на поселение в отдаленные местности СССР]» обязывали МГБ СССР направлять по решению Особого совещания в ссылку на поселение в специально отведенные районы всех освобожденных по отбытии нака¬зания из тюрем и лагерей со времени окончания Отечественной войны - шпионов, ди¬версантов, террористов, троцкистов, правых, меньшевиков, эсеров, анархистов, наци¬оналистов, белоэмигрантов и участников других антисоветских организаций и групп, а также лиц, «представляющих опасность по своим антисоветским связям и вражес¬кой деятельности». Кроме того, Указ обязывал МВД СССР направлять в ссылку на по¬селение под надзор органов МГБ те же категории лиц, по мере освобождения их по от¬бытии наказания из особых тюрем и лагерей.
26 июля 1948 года Абакумов и бывший Генеральный прокурор СССР Сафонов, отчитываясь перед Сталиным о выполнении указанных выше постановлений Совета Министров СССР, сообщили, что места ссылки подготовлены и что выявлено и учте¬но 45048 человек из числа освобожденных из тюрем и лагерей после войны и подле¬жащих ссылке.
К своему докладу Абакумов и Сафонов приложили проект директивы о порядке репрессирования таких лиц и просили Сталина дать согласие разослать директиву на места (Архив ЦК КПСС, д. «О выселении, ссылках и поселении»). 26 октября 1948 го¬да эта директива за № 66/241 ее была подписана Абакумовым и Сафоновым и разосла¬на всем органам МГБ и прокурорам. Директива обязывала арестовывать отбывших на-казание лиц, «следствие вести в направлении выявления антисоветских связей и вра-жеской деятельности после освобождения преступников из тюрем и лагерей, направ¬ляя дела по окончании следствия по подсудности. Если в процессе следствия таких данных получено не будет, - указывалось далее в директиве, - дела направлять в Осо¬бое совещание при МГБ СССР для применения к арестованным ссылки на поселение в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 февраля 1948 го¬да». Обращает на себя внимание, что люди, отбывшие наказание, назывались в дирек¬тиве преступниками.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 17 ноября 1951 года за само¬вольное оставление места ссылки и поселения устанавливалось наказание 20 лет ка¬торжных работ.
Выполнение Указа Президиума Верховного Совета СССР от 21 февраля 1948 го¬да и директивы МГБ и Прокуратуры СССР от 26 октября 1948 года свелось на практи¬ке к тому, что отбывших уже наказания граждан, многие из которых и ранее были осуждены необоснованно, вновь арестовывали, предъявляли им, как правило, преж¬ние обвинения, а затем через Особое совещание направляли на неограниченный срок в ссылку. Это носило фактически характер мести и противоречило основным принци¬пам социалистического права. Репрессирование таким порядком продолжалось до 1953 года. Всего по решению Особого совещания на поселение и в ссылку направлено 52468 человек (Материалы проверки о нарушениях законности, т. 2, л. 122; сообщение КГБ № 537-с от 5.III. 1962 г.).
По указанию ЦК КПСС названная выше директива МГБ СССР и Прокуратуры СССР отменена 16 июля 1954 года50. Находившиеся в ссылке лица были освобождены и сняты с учетов КГБ и МВД СССР.

---
Все мои и моих предков данные размещены мною на сайте добровольно.

В ЛИЧКЕ НА ПОИСКОВЫЕ ВОПРОСЫ НЕ ОТВЕЧАЮ. ПИШИТЕ НА ФОРУМ.
<<Назад    Вперед>> Модераторы: Ella, Gnom7
Генеалогический форум ВГД » 2-ая Мировая война 1939-1945 гг. » МВД и ФСБ » ЛАГЕРЯ ДЛЯ ЛИЦ, НАХОДИВШИХСЯ В ПЛЕНУ И ОКРУЖЕНИИ
Вверх ⇈