город Карсун Симбирской губернии.

Спасительные кресты Карсуна

Самым древним храмом Карсуна считается церковь Преображения Господа Бога и Спаса, поставленная на том месте, где по старинному преданию некогда останавливался с походной церковью царь Иван Грозный. Строился, ширился город – возводились и храмы во всех его слободах, а затем и во всем Карсунском уезде. Уроженец Карсуна Валерий Алексеевич Волынцев собрал материал о многих карсунских храмах, о их священнослужителях, сыгравших немаловажную роль в формировании духовного облика края. Предоставляем вниманию читателей небольшую часть исследований историка-краеведа по данной теме.

Крестовоздвиженский кафедральный собор
Спасо-Преображенский монастырь
Одновременно со строительством Карсуна в Стрелецкой слободе возводился Преображенский мужской монастырь, с деревянной церковью Преображения Господа Бога и Спаса, согласно указанию царя Алексея Михайловича, по «сказке того монастыря старцев Моисея да Филарета с братиею».
Место выбрали не случайно: еще при походе на Казань часть войска царя Ивана Грозного имела там остановку с походной церковью. Вот почему Преображенская церковь считалась самой старинной. В марте 1706 г. в монастыре была построена новая деревянная церковь во имя Николая Чудотворца. Других сведений о ней не сохранилось.
10 марта 1721 года был издан указ «по челобитью» горожан о постройке церкви Преображенского монастыря: монаху Антонию Кадышевскому, велено в том монастыре построить вновь каменную церковь во имя Воздвижения Честного Креста Господня» вместо деревянной, впоследствии переименованной в Спасскую церковь.
После построения Казанско-Богородицкой церкви в селе Б. Поселки в 1834 году священнослужители были перемещены в село, а Спасо-Преображенская церковь с оставшимися при ней прихожанами в 1835 году была приписана к Михайло-Архангельскому храму. Отсутствие приписанной земли, малая территория вокруг храма и малочисленность штата монахов послужила причиной упразднения монастыря.
В 1930-е Спасо-Преображенская церковь была разрушена.
Крестовоздвиженский собор
С возникновения Карсуна на его площади была основана соборная церковь во имя Нерукотворного образа Всемилостивого Спаса. Когда же город с прилегающими к нему слободами соединился в одно, а соборная церковь, по грамоте Великого Государя, была отдана в Преображенский монастырь, то «на место той церкви от города в 38 саженях построена была соборная церковь Воздвижения Честного и Животворящаго креста Господня, деревянная», с приделами: Казанской Богородицы и Усекновения главы Иоанна Предтечи.
Первыми священнослужителями собора были: протопоп Кирилл Степанов, соборные попы Лука Яков и Степан Степанов, пономарь Никита Мелентьев.
Когда деревянный храм пришел в ветхость, по ходатайству настоятеля собора протоиерея Григория Яковлева, с разрешения духовного начальства, в 1734 году началось строительство каменного собора.
В 1848 году собор был поврежден пожаром, но после этого быстро восстановлен, простоял до 1883 года, пока не принято было решение о его сносе. По проекту В.Л. Ивановского начали строительство нового собора.
Поскольку храм был холодный, то в 1902-1904 годах провели ряд реконструкций: утеплили, подняли пол и выложили чугунными плитами, обновили иконостас. По окончании строительных работ в соборе 18 апреля 1904 года протоиерей Степан Филиппович Зефиров освятил северный придел во имя Святой Живоначальной Троицы, а 25 апреля – второй придел во имя Корсунской иконы Божией Матери. На это торжество прибыл из Симбирска Владыка Никандр.
После литургии был отслужен молебен перед местной Чудотворной древней иконой Корсунской Божией Матери. Автор этой статьи проследил весь путь иконы или списка с нее, начиная с города Эфес в Турции, Полоцкого монастыря в Белоруссии, далее – Корсунской обители под Киевом и появления ее в Карсуне. Из Выборга от внучки протоиерея Н.Ф. Зефирова Любови Николаевны нами получено литографическое изображение иконы Корсунской Божией Матери, из Турции – книга «Город Эфес» с многочисленными цветными иллюстрациями, из Полоцкого Спасо-Евфросиниевского монастыря – буклет и икона преподобной Евфросинии.
Предполагаем, что икона Корсунской Пресвятой Богоматери находится в России, возможно, в Самаре или в Ульяновске. Карсунский Крестовоздвиженский собор был закрыт 18 марта 1932 года.
Перед войной он был перестроен в Дом культуры.
Михайло-Архангельская церковь
Карсунская Михайло-Архангельская деревянная церковь была построена в 1653 году в Стрелецкой слободе. Первые ее служители – Иван Тимофеев, Василий Иванов и Трофим Григорьев.
10 мая 1733 года был выдан указ о постройке в Карсуне вместо ветхой деревянной церкви Архангела Михаила новой каменной, которая была поставлена на средства купца Глазова. Приделов в церкви было два: во имя Святого Архистратига Михаила и первомученика Архидиакона Стефана. Основными прихожанами были в основном жители деревни Глазов Луг и части стрелецкой половины Карсуна. В 1901 году в Карсун прибыл священник Николай Филиппович Зефиров, он принял приход Михайло-Архангельской церкви. С 1926 по 1929 годы он был благочинным по Карсунскому уезду, где служил до своей кончины 6 марта 1931 года. Вскоре церковь была разрушена.
Христорождественская церковь
На отведенных землях Казачьей слободы в 1651 году в Карсуне была построена деревянная церковь во имя Рождества Христова. Первыми ее служителями стали Петр Иванов и Иван Климонтов.
В 1780 году вместо ветхой церкви построили новую деревянную, но во время пожара 25 марта 1864 года она сгорела до основания. На ее месте в 1865 году заложили каменную, из красного кирпича, того же наименования. В 1870 году церковь была освящена. Каменную колокольню к этой церкви пристроили в 1897 году.
Последние десятилетия XX века священниками Христорождественской церкви были М.М. Сперанский и А.А. Троицкий, последний был также законоучителем в ремесленном училище. Осенью 1918 года после ареста в качестве заложника во время красного террора А.А. Троицкий был расстрелян.
Разрушена церковь в 1930-е годы.
Церковь во имя Николая Чудотворца
В Карсуне долго не было общественного кладбища. Захоронения делались при вновь построенных церквах, монастыре, вблизи Барышского оврага. В начале XIX века была окончательно закреплена территория городского кладбища – по бывшей Верхне-Никольской улице (ныне Тельмана).
Сначала на кладбище стояла деревянная часовня, а в 1842 году основана небольшая каменная церковь (на пожертвование землевладельца Родионова) во имя Николая Чудотворца.
Церковь не имела собственного причта (служителей), так как была приписана к Карсунскому Крестовоздвиженскому собору. После революционных лет здесь некоторое время служил священник Г.А. Логинов, которого называли обновленцем. И все же церковь закрыли, здание длительное время использовалось под склад сырья для канатной фабрики, затем ее сломали.
http://monomax.sisadminov.net/main/view/article/521

Хороший городок

Формирование культурно-бытовых норм (в том числе норм жилищного строительства и благоустройства) в малых городах дореволюционной России происходило под влиянием сословной структуры и занятий их жителей. В XIX веке более половины населения Карсуна составляли крестьяне, занимавшиеся земледелием и домашним скотоводством. Неудивительно, что вплоть до начала ХХ века уездный городок отличал «достаточно архаичный, полусельский быт», характерный для многих городских поселений.

Сословно-профессиональный состав населения Карсуна определили особенности его исторического развития. Основанный в 1647 году как город-крепость на юго-восточном рубеже Московского государства, он изначально был заселён разными категориями служилых людей. Во второй половине XVIII века в Карсуне из числа «регулярных» горожан проживало всего 39 человек… иногородних мещан. Ни купцов, ни цеховых в городе не было. Большинство населения – 3232 чел., или 94,2 % (больше, чем в любом другом уездном городе Симбирского наместничества) – составляли пахотные солдаты – «прежних служб» стрельцы, пушкари и казаки.

Крестьянское население преобладало в Карсуне и в XIX – начале ХХ века (в 1897 году крестьяне составляли 58,6 % от общего числа городских жителей, тогда как «привилегированных» горожан насчитывалось менее 8,4 %, из них дворян и чиновников – 5,6 %).

Основным занятием значительной части карсунцев (включая мещан) вплоть до начала ХХ века являлось земледелие. Карсунский городской голова Пастухов докладывал симбирскому губернатору в августе 1892 года: «Большинство местных жителей… занимаются хлебопашеством на арендуемых у города землях».

О характере жилой застройки Карсуна первой половины XIX века можно судить по немногочисленным делопроизводственным документам, хранящимся в Государственном архиве Ульяновской области, и объявлениям о продаже домов, помещённым в «Симбирских губернских ведомостях». Источники свидетельствуют о существовании в городе разных вариантов жилых построек – от простых однокамерных «келий» и изб до сложных 2–3-х камерных с вертикальным развитием домов с мезонином.

Безусловно, размеры и варианты жилых и хозяйственных надворных построек зависели не только от сословного положения, но и от благосостояния их владельцев: начальнику карсунской инвалидной команды подпоручику Соболеву принадлежал «дом с мезонином из красного соснового леса» и «флигель со службами к нему» общей стоимостью 628 руб. 57 . коп., мещанину Голощапову – флигель «с разным надворным строением», стоимостью 45 руб. 28 . коп., солдатке Васильевой – келья, оцененная «не более как на три рубля». А вот основным строительным материалом на протяжении XIX века оставался лес, которым тогда изобиловал Карсунский уезд.

Сенатор П.И. Сумароков, проезжая в 1838 году через «хороший городок» Карсун, записал в путевой дневник, что «в нем каменного строения только одна церковь и два, три дома, с лавками, по обе стороны». Всего же домов в ту пору насчитывалось 584 (при числе жителей 3709 человек). Более полно характер застройки города раскрывают делопроизводственные документы, появившиеся после пожаров 1845 и 1847 годов. Статистическая обработка описей сгоревших крестьянских домовладений свидетельствует о том, что в середине XIX века массовая жилая застройка Карсуна в целом не отличалась от застройки в сельской местности. Наиболее распространённой жилой постройкой являлась рубленная из сосны, реже из липы, осины или «разного леса» изба, либо её композиционные варианты: чаще – изба-сени, изба-сени-чулан, изба-сени-клеть; реже – изба-сени-изба, изба-сени-подклет, изба-сени-горница. Основным материалом покрытия жилища небогатых горожан служила солома, состоятельных – тёс.

После утверждения императором Александром I в 1804 году регулярного плана Карсуна была проведена перепланировка кварталов и усадебных мест. Новые постройки отныне возводились только «с непосредственного позволения карсунского Городнического правления» и «по Высочайше конфирмованному фасаду», т.е. с использованием типовых проектов, утвержденных в столице. Качество и тип возводимых вновь строений определяли существующие традиции застройки и материальный достаток конкретных горожан.

Соблюдение правил Строительного устава не было ещё нормой при возведении построек частными лицами. Несмотря на то, что самовольные сооружения подлежали по закону слому, строительство «без разрешения местного начальства» велось практически всеми категориями горожан. Причём в большинстве случаев это делалось индивидуальными застройщиками сознательно, вопреки требованиям, предъявляемым к ним городской администрацией. Например, в 1859 году городничий Мармазинский рапортовал Симбирской губернской строительной и дорожной комиссии о том, что причетник Архангельской церкви И.Г. Андреяновский «выстроил земляную баню расстоянием не более 25 сажен от церкви и противу моего на то запрещения, он уклонился грубыми ответами, что он имеет на своей собственности строить всё, что ему угодно».

Описание «домашнего быта» карсунцев, опубликованное в «Симбирских губернских ведомостях» за 1854 год, дополняет скупые данные описей. Его автор, И. Байсупин, так характеризует «наружный вид жилища… простолюдина» из крестьян: «…с улицы изба в два или три окна с красными наличниками и ставнями, покрытая соломой, иногда и тесом в застреху, …сверх соломенной крыши выведена четвероугольная кирпичная труба, в которую вделана другая круглая из горшечной глины, или большей частью на обыкновенной трубе ставят горшок или корчагу с пробитым дном: это делается для безопасности соломенной крыши от огня…».

Дома зажиточных крестьян представляли собой «две избы, с таким же точно размещением, как и у прочих крестьян, но почище отделанные и с белой топкой», имели «просторные теплые сени с клетями и подклетами» и 5 или 7 окон «с лица», из которых, однако, 2–3 средних были «фальшивыя».

Последняя черта особенно интересна. Оконная бутафория свидетельствует о том, что в Карсуне имел место компромиссный вариант фасадной типизации жилой застройки: номинально число окон с улицы соответствовало «правилам благолепной архитектуры», реально – экологическим нормам освещённости и эргономичности русского крестьянского жилища. В качестве кровельного материала жилища использовался тёс по лубу «под гвоздь».

Жилища представителей городских сословий (солдат, мещан и купцов) по камерности, этажности, строительному материалу в это время практически не отличались от «обыкновенных» и богатых крестьянских домов. Несмотря на то, что статус уездного города способствовал постепенному изменению облика жилой застройки Карсуна (горожане вынуждены были следовать градостроительным предписаниям властей), консерватизм крестьянской культуры сдерживал внедрение прогрессивных форм в городское жилищное строительство. Посетив Карсун в марте 1865 года, симбирский губернатор барон И.О. Велио нашёл, что в нём «видна, общая для всех уездных городов Симбирской губернии, бедность и нечистота, на окраинах города виднеются крытые соломой крыши, на улицах без тротуар непроходимая грязь и навоз, только на базарной площади и главной улице не было заметно навоза, соломы и мусора». Осмотрев город год спустя, губернатор отметил, что ему «встречались постройки ветхие и угрожающие разрушением, также многие домашние службы покрыты соломою».

Планировка усадебных мест также была связана с русской сельской традицией. Обыкновенно усадьба делилась на две части – двор со строениями и огород или сад (иногда с пчельником или гумном «на задах»). Эти функциональные части отделялись друг от друга изгородью или хозяйственными постройками. На протяжении всего рассматриваемого периода бытовала П-образная, двурядная и однорядная связь надворных строений. Об этом, в частности, свидетельствуют формулировки типа «сараи и хлевы кругом двора», «сарай с плетнями кругом двора», «10 звен кругом двора заборов и сараев» и т.п. В то же время, отмечены случаи беспорядочного расположения хозяйственных служб.

Так, например, купец И.Я. Маслов без согласования с городничим «поставил пятистенный амбар посреди двора, тогда как его усадебное место (было) довольно пространно…».

Жилая застройка третьего по значимости уездного города губернии стала приобретать новые черты только в последней четверти XIX века, когда под воздействием административных мер крестьянские традиции возведения жилых построек постепенно растворились, нивелировались в городской градостроительной культуре.

Строительство жилья по типовым проектам и образцовым чертежам привело к распространению в Карсуне деревянных домов на высоком кирпичном фундаменте-подклете, домов комбинированного типа (первый этаж кирпичный, второй деревянный) и 1–2-х этажных каменных домов. В то же время сохранялась традиция возведения жилых построек на «поставах» – деревянных или каменных «стульях». В начале ХХ века отмечается рост качества, добротности массовой жилой застройки, а также её индивидуализация, связанная, в первую очередь, с различиями в наружной отделке жилища. Многие зажиточные крестьяне и мещане, по примеру купцов, чиновников и дворян, строят пяти- или шестистенные дома. Примечательный факт: некоторые карсунские старожилы «домом» называют именно пяти-шестистенник, а обычную четырехстенную постройку именуют «флигелем».

Александр Кузнецов
http://monomax.sisadminov.net/main/view/article/522

ИЗЯСЛАВСКИЙ СЕРГЕЙ СТЕПАНОВИЧ
Диакон церкви города Карсун Симбирской губернии.

Запись № 11 от 12 апреля 1875 года о СМЕРТИ 11 апреля 1875 года АННЫ СЕРГЕЕВНЫ ИЗЯСЛАВСКОЙ, дочери девицы умершего диакона города Карсун Симбирской губернии Сергея Стефанова ИЗЯСЛАВСКОГО, 65 лет, от удушья.
Отпевание состоялось в Покровской церкви села Летниково Бузулукского уезда Самарской губернии. Отпевание провел священник Александр ЗЕЛЕНИН с исполняющим должность псаломщика Иваном ЗЕФИРОВЫМ.

Tsindyaikina написал:

[q]

Добрый день! Ищу сведения о Черняевом Иване Павловиче, Черняевой Ефросинье Кузьминичне. Проживали в 1930е в д. Глазов Луг (Карсунский район).
Пожалуйста, поделитесь информацией, какие колхозы (названия колхозов) находились в д. Глазов Луг (Карсунский район) и рядом с ней. Буду пытаться искать по месту работы.

[/q]

из "Список нас пунктов Средневолжского края" 1931г.
д.Глазов Луг входит в состав Карсунского с/c

Ищу прадеда Сальникова Николая Васильевича, жил в КАрсуне ориент с 1870 до 1950г.г.
В 1913г по адресу г.Карсун, 1-ая часть по Спасскому порядку.
Подскажете, куда дальше двигаться?