От Орла до Обояни

Наступало лето.
Для крестьянина лето было самой тяжелой порой. Главным событием лета считался в деревне сенокос.
Косить сено начинали в конце июня – в день, когда отмечали праздник Ивана Купалы (23 июня по старому стилю или 7 июля по новому).
К этому времени трава уже вырастала высокой, наливалась.
Рано утром, пока еще не спала роса, косцы шли на покос.
Если трава была высокой, косили горбушей – изогнутой на коротком черенке косой.
Для низкой травы использовали большую косу на длинном черенке.
Продолжался сенокос дней двадцать или целый месяц: это зависело от погоды.
Скошенная трава подсыхала на солнышке и постепенно превращалась в сено.
Крестьяне молили Бога о вёдре – сухой солнечной погоде. Если идет дождь, то трава преет, плесневеет и гниет.
Ворошить и сушить траву выходила на сенокос вся семья. Переворачивали траву граблями, а укладывали вилами.
Когда вдруг надвигалась тучка, сено сгребали в копны или скирды.
А уж когда совсем трава высыхала, ее перевозили на свой двор. Сено хранили дома.

По окончании жатвы отдых еще не наступал.

Теперь надо было отделить зерно от колосьев: подходило время молотьбы.
Снопы раскладывали на току в два ряда и начинали их бить цепом, или колотилом.
После молотьбы нужно было отделить зерно от соломы, мякины, колоса, сорных трав и пыли – словом, надо было веять.
Делали это на ветру: из большого вороха брали зерна на совок или лопату и бросали вверх против ветра Дугой.
Лучшее зерно оставалось на семена, среднее – на прокорм семьи, а самое легкое, нецелое зерно и мякина – раздавленные колосья – на корм скотине.
Все это при веянии распределялось в отдельные кучки.
Хранили их тоже раздельно.
Остатки соломы использовали не только на корм скоту: ею застилали хлев, набивали тюфяки для спанья, крыли крыши домов и хозяйственные постройки.

Не смогла пройти мимо статьи "Великий голод на Руси: как он привел к Смутному времени" https://cyrillitsa.ru/history/...l-k-s.html

3 голодных года
1601-1603 годы запомнились в русской истории как время «Великого голода». Все лето 1601 года было очень дождливым. Небо затянуло тучами на долгие недели. Когда ливни, наконец, прекратились, в сентябре грянули ранние морозы и выпал снег. Урожай озимых был уничтожен на корню. Запасы сена почти полностью сгнили, оставив скот на зиму без еды.
Весной следующего года оголодавший народ принялся за обработку земли в надежде получить хоть какой-то урожай и накормить умирающие семьи. Однако ситуация повторилась. Три голодных года подряд привели к тому, что русский народ пребывал на грани отчаянья.
Именно в это время появилась печальная поговорка «Полынь да лебеда — крестьянская еда».

Правивший в то время Борис Годунов пошел на крайний шаг — открыл царские амбары, чтобы накормить умирающих людей. Узнав о столь щедром жесте, в Москву потянулись толпы голодающих со всей страны. Они бросали маленьких детей и свои скудные хозяйства ради обещанного государем хлеба.
Однако царских запасов не хватило, чтобы накормить всех. В городах и деревнях уже давно съели всех животных, включая домашних кошек, бродячих псов и даже крыс. Как только последние запасы иссякли, началось людоедство. Крестьянки заманивали путников в избы, убивали, а трупы складывали «на мороз», чтобы не портились.
Съедали не только заблудившихся странников, но и членов своих собственных семей, стариков и детей. Деревенские мужики, не в силах дольше терпеть, убегали в леса и присоединялись к вольным казакам. Ко всем этим бедам прибавилась вспыхнувшая в разгар голода холера.

И грянул 1604 год
Год 1604-й стал «последней каплей», от которой чаша терпения измученного народа переполнилась. Лето того страшного года оказалось самым холодным за всю историю Русского государства. Приезжавшие в Московию иностранцы поражались стоявшей в июле погоде.
На улицах лежали сугробы, доходившие взрослому мужчине до колена. Крестьяне ездили на зимних санях с полозьями. Холод стоял такой, что птицы падали на лету. Ни о каком урожае и речи быть не могло. Народ с отчаяньем понимал: дальше его ждет настоящий апокалипсис.
И он случился. Великий трехлетний голод и морозное лето 1604-го стали началом периода, который в русской истории зовется «Смутным временем». По данным разных историков, Смута длилась порядка 10—14 лет. Державу сотрясали восстания, природные катаклизмы, войны с поляками и шведами. Все это в итоге вылилось в тяжелейший экономический и государственно-политический кризис.

А нашим служивым предкам приходилось еще и воевать.

Орел 1625

Деревня Жаровина Лука за 30 лет тоже изрядно «поредела».
Вместо девяти помещиков, владевшими этой деревней в 1595 году, осталось четыре.
Причем, только Медведев Степан остался на своей земле, остальные владельцы поменялись.

Владельцы д. Жаровина Лука в 1595 году:
Офонасьев, Золотарев, Медведев, Хитрый (Хитрово), Очкасов, Лаговчин, Сидоров, Цуриков, Онтонов.

Владельцы д. Жаровина Лука в 1625 году:
Русанов, Збитов, Медведев, Собакин

Жилище.

Быт русского крестьянина и горожанина на протяжении столетий менялся медленно и мало. Со времен Киевской Руси складывался из землянки и полуземлянки русский традиционный дом: на севере — изба, на юге — хата. Крыша у избы двускатная, у хаты — четырехскатная. В средневековье крыша избы была гораздо более высокой, чем в современном традиционном жилище. С крутых скатов хорошо спадал снег, не залеживался на крыше и не портил ее. И, самое главное, высокая крыша нужна была для того, чтобы дым от топившейся по-черному печи собирался наверху и выходил через особые небольшие окошки. Избы ставились узкой стороной на улицу, хаты — широкой, боковой. Для постройки избы употреблялся особый строевой лес, чтобы дом был теплым. На изготовление хаты шли более легкие и дешевые материалы, доступные для крестьянина, особенно в не слишком лесистых местах, где «строевого леса» не было. Хата делалась нередко из столбов, между которыми укладывались бревна, жерди или даже камыш. Вся постройка обмазывалась глиной. И хата, и изба в Орловском крае в отличие от северных построек ставились без подклета — особого полу подземного помещения. Дом на подклете лучше, чем просто наземный, защищен от высокого снега и весеннего разлива воды. Крышу обычно покрывали соломой. Окна в домах были очень маленькими. Это были небольшие отверстия, закрывавшиеся деревянной задвижкой.

Внутри жилище представляло собой однокомнатную постройку. Потолком служила крыша (особого потолка, как в современных домах, не было), пол был хорошо утрамбованный земляной. Разделения на отдельные комнаты не было. Главнейшим местом в жилище, центром дома была огромная печь — источник тепла, место приготовления пищи. Возле нее спала вся семья. Печь заменяла собою баню. Поскольку она топилась по-черному, то стены дома были покрыты многолетним слоем копоти и сажи. В холодное время года в избе держали молодую скотину — телят, ягнят, поросят и домашнюю птицу.

В XVI—XVII вв. жилище крестьянина с его топившейся по-черному печью не отличалось от жилища служилого человека. Только у помещика дом был несколько больше, чем у его крестьян.

Благодаря консерватизму крестьянского жилья его облик с веками мало менялся. Подобный внешний вид и планировку с некоторыми отличиями имели крестьянские избы в Орловском уезде и в XVI-XVII веках. Аналогично выглядела в это время большая часть городской застройки Орла и других городов края. (Орёл изначальный (57 стр.))