А на «Мацкву» не обижайтесь.

В Синельниково, ставшем теперь заграницей, живет и работает мой добрый друг по переписке и совместным поискам Николай Николаевич Слышик. Иногда мы присылаем друг другу написанное нами. Вот и вчера Николай Николаевич прислал мне свою газетную статью, а сегодня свои мысли по поводу моего отзыва на нее. Я публикую
статью и отзыв без комментариев.
БОРЬБА ЗА ХЛЕБ
В Украине процесс коллективизации шел сложно. Планы хлебозаготовок без конца сры- вались. А вот Синельниковский район был в передовых. Тут неплохо завершили 1930 год, 1931 и уверенно начали 1932-й. Шутка ль, уже в январе выполнили квартальный финансо- вый план! Как такое не заметить! Об опыте района стала писать центральная газета «Из- вестия». А однажды даже пред- ложила, чтоб провести готовящуюся Москвой «производств- еннохозяйственную перекличку» пере- довых колхозов страны по «подготовке к весеннему севу, по заключению договоров о соревновании районов» и так далее именно в Синельни- ково. Представляете, не в Минске, не в Харькове, а в Синельниково! А руководители райо- на, окрыленные такой славой, пошли еще дальше. Сначала стали направлять в отстающие районы области «буксирные бригады», потом выдвинули встречный план по хлебозаготовкам. Не случайно, председателю Райисполкома Борщу (инициалов в протоко- лах Бюро Райкома, к сожалению, нет) вручили автомашину «Форд». Как сказано в одном из докуме- нтов, «за успешное выполнение на протяжении многих лет хозяйственно-политической кампании».
10 феврале 1932 года в здании теперешнего молодежного комплекса «Карусель» (бывший кино- театр «Победа») «перекличка» состоялась. От Всеукраинского ЦИК присутствовал Г.И. Петровский. Район представлял Борщ. Сценарий прост: приветствия, речи, обмен опытом, ознакомление с экс- понатами сельхозвыставки, прощания у поездов. Короче, все получилось, как надо. А вскоре Обком выдвинул Борща на должность секретаря Синельниковского Райкома партии (протокол Бюро Обко- ма №5 от 28. 02.1932).
Нелегко пришлось тянуть Борщу в новой упряжке, хоть и был до этого вторым человек- ом в районе. То, что район – передовой, понятие относительное: район стоял чуть тверже на ногах, чем остальные. А в остальном – такие же трудности. На дворе – весна, влагу на- до закрывать, сеять, а кони и волы – истощенные, так как в прошлом году, в связи с погод- ными условиями, был низкий урожай. Озимая пшеница - и та дала лишь по 10 цнт. с га.! А поэтому в амбарах – не густо. А нового урожая еще нет. А сверху уже спустили план по хл- ебозаготовкам. А Бюро Райкома уже успело утвердить. Вот постановление: «План хлибоз- аготивли на 1932 рик в розмири 35800 т. (пшеници 14600, жита 8000, фуражу 13,100, круп- яних 100), наданих району, вважати за реальний та приняти до неухильного виконання».
Конечно, если б выполнять постепенно, то можно раскрутиться, но «сверху» подгоняют. Бывало, как позвонят из Обкома, так не знаешь, куда деваться. А если Харьков, «Мацква» на проводе? Тех вообще твои внутрирайонные проблемы не волнуют. Давай зерно и всё! И это не просьба, а указание. А оно неоспоримо, как и то, что солнце всходит днем, а луна – ночью. Но ведь между «верхами» и Райкомом есть еще и крестьянин. Значит, что получ- ается: он должен под метелку вымести все из амбара, так как требуют, и своими же рука- ми организовать себе голод? Крестьянин, впрочем, хоть и неграмотный, но понимал, что зерно нужно промышленным центрам страны, но у него его не было. Однако статистика указывала пальцем на Украину. Там, мол, на одного жителя приходится 36 пудов., в то вр- емя, как по Союзу – лишь 28.
И началась борьба за хлеб. Препятствий на поле битвы возникало много, но главным из них бы- ла зажиточная часть крестьянства. Кулак. Он не верил в будущее страны, потому и саботировал хлебосдачу. Пришлось Райкомовцам подтягивать вожжи правления и держать их в натянутом сост- оянии. Точно так, кстати, и «верхи» держали Райком на коротком поводке. Устанавливались строгие нормы вывоза зерна. Для Сельсоветов (единоличники) и колхозов – пятидневка. Поэтому повозки с мешками катились в места приема хлеба ежед- невно: единоличник – в одиночку, колхоз - группами, от чего, кстати, и получили название «красная валка». А хлебушек в амбарах таял. В связи с этим Райкомы, чтоб притушить оч- аги надвигавшегося голода, снимали шляпу перед Обкомом, а тот, со- ответственно, перед вышестоящими органами, и просили помощи.
Не могу сказать, что не помогали. Находил в архиве много фактов вагонных поставок в адрес Обкома от Совнаркома. Привозили кондитерские изделия, крупу, тюльку. Но только для тех район- ов, «кто пребывает в тяжелом положении». Синельниковский же район, как числящийся пока еще в списках благополучных, «туча счастья» каждый раз обходила. На- ряду с этим, Обком не прекращал беспокоиться о зерне, которое еще не вывезли из амбаров. Запретил, во-первых, колхозам и едино- личникам продавать хлеб «вплоть до выполнения плана хлебозаготовок», а, во-вторых, «против сп- екуляции хлебом на базарах (требовал - авт.) поднять всю общественность».
Но результат по сдаче хлеба, к сожалению, мало радовал. Особенно, во второй полови- не года. В одном из протоколов Бюро Райкома так и записано: «липневий план хлибозагот- ивель зирвано» (недовыполнение - 1,68%). И гнев Обкома, как цунами, хлынул «вниз»: «неповоротливисть, недбал- исть, кулацький саботаж»! Пошли рекомендации. Вот содержание одной из них. «В 3-5 колхозах (ра- (йона – авт.) найти 3-5 индивидуальных хозяйств, которые являются доподлинными гнездами орган- изации кулацкого саботажа хлебозаготовок и про- дать за деньги по 1-ой их корове». Помогало ли? Наверное, раз план августа (12000 т) район выполнил успешно.
Но за августом пошел сентябрь. А он, как гласит один из протоколов Бюро Обкома, «пид прямою загрозою зриву плана хлибозаготивель». Дело в том, что гайки уже закрутили – дальше некуда: пе- решли с пятидневной отчетности по вывозу зерна на – ежедневную. А это еще больше «взбесило» сдатчиков хлеба, и саботаж лишь вырос. Сложилась такая ситуация: на 7 сентября Украина оказал- ась в хвосте среди союзных республик, а Днепропетровс- кая область – на последнем в республике. Пошла «сверху» команда: «Сломить сопротивл- ение по хлебосдаче!». А как? За счет чего? Райком, конечно же, схватился за «кнут» и начал подстегивать, но это мало помогало. Тогда стали применя- ть к отстающим колхозам, в соответствии с требованиями Обкома, «крупный штраф от 7 до 50 тыс. руб.». Прокурорам районов предписано - проводить «показательные судебные процессы». Они в районе собирались чуть ли не каждый день. Ужесточили требования к руководителям Сельсоветов и колхозов, направив туда уполномоченных.
В октябре председателя Райисполкома Зеленского отозвали в распоряжение Обкома, а исполн-
ять обязанности остался Поплавский. Но от этого «крикливость» Райкомовских протоколов не изм- енилась. Они чуть ли ни за ворот брали каждого участника хлебозаготовок и убеждали, что «ришу- чого пидъому темпив не наступило». И вдруг (надо же!) в головы ру- ководителей района вскочила «свежая» мысль: хлеб, мол, едят и на селе, и в городе, а, значит, он – «дело общее». И стали нап- равлять в колхозы, кроме Обкомовских и Райкомовских уполномоченных, еще и авторитетных люд- ей от предприятий города. А что делать? Обстановка в районе была критическая, даже – взрывооп- асная. Из 74 колхозов план хлебозаготовок не выполнили – 41. Дошло до того, что начали распуска- ть правления колхозов. А у единоличников (их насчитывалось 9293) описывали, изымали и продав- али имущество. Но все равно октябрь еле вышел по хлебосдаче на 46,7%.
Это породило волну недовольства «верхов» к «низам». Они стали изобретать новые ме- тоды влияния на сдатчиков хлеба. Например. Кто выполнил план, того заносили в Красную книгу, а нет – в Черную. Списки эти печатались. Расширилась география репрессий. Так, в отношении жителей сел Хорошевского Сельсовета было принято известное решение (рекомендация Обкома): «Отобр- ать у саботажников по 1 корове и продать в счет долга». К тому времени уже подоспело постанов- ление Совнаркома, в котором сказано, что селам «прекратить отпуск товаров народного потребле- ния до полного выполнения плана хлебозаго- товок… На сколько не выполнили план, на столько и сократить… Злостных несдатчиков хлеба высылать за границы района». И поехали повозки с «шт- рафниками» в кузовке за пределы родного села…
Но план по-прежнему не выполнялся. И тогда члены Бюро Райкома во главе с Борщом (Артеме- нко, Крапива, Федорченко, Чиняков, Куник, Мизерный), взвесив все «за» и «против», написали пись- мо в Совнарком. К сожалению, архивы его не сохранили. О чем просил Райком? Понятное дело, чт- об снизили план хлебозаготовок. А чем мотивировал? Что мно- го лет был в передовиках и сейчас, мол, старается, но так сложилось, что в районе может случиться голод.
К сожалению, это было не более, как вой глухонемого в пустыне. Письмо не только не помогло, но и подлило масла в огонь. 5.11.32-го в район вдруг «спустился десант». Наехало столько «гост- ей», что «стаями порхали» по колхозам. На следующий день проверяющ- ие доложили ситуацию в районе председателю Совнаркома В.М. Молотову. И тут же, будто автоматом, из Серпухова (шеф был в дороге), заторопился в три адреса ответ-телеграмма серии «Г»: в Харьков – центральные ор- ганы власти Украины, в Днепропетровский Обком, в Синельниковский Райком и Райисполком. Текст его сохранился в архивах. Он длинный. Можно было бы ограничиться выдержками, но дело в том, что документ-то исторический, и его желательно знать. Подаю без правки…
«Ознакомившись с сообщениями товарищей, выезжавших 5 ноября в колхозы Синельниковщи- ны, считаю на основе тех имеющихся у меня данных установленный план хлебозаготовок безусло- вно выполнимым, а ваши заявления о невыполнимости плана считаю опасным для партийной орга- низации, проявлением слабости политического руководства в Син- ельниковском районе, слабости, прикрашиваемой убаюкивающими парторганизацию рассуждениями о «передовом" районе. Дейст- вительно передовым в наших условиях можно на- звать только такой район, который честно и в ср- ок полностью выполняет также и план хлебозаготовок, выполнение которого является важнейшим указателем большевистского руководства, делом организованного хозяйственного укрепления кол- хозов, которые в свою очередь безусловно требуют твердой и смелой борьбы с потерями, расхищ- ением и сокрытием от государства колхозного хлеба, что нередко проделывается возможной у на- ших районных органов кулацкой агентурой в колхозах, и в том числе даже некоторыми правлецами- коммунистами, безнаказанность которых является преступлением перед рабочим классом и перед- овым колхозным крестьянством. Никакими рассуждениями бесхребетных руководителей, будь то в районе или в области или выше, нельзя оправдать беспомощность в выполнении вполне посильно- го плана хлебозаготовок. Если по сути дела не большевистские руководители не осознают и не ис- правят своих ошибок, партийная организация должна выправить положение, не останавливаясь перед самыми решительными мерами. В.М. Молотов. 6.11. 32 года».
Так руководители района оказались между «молотом и наковальней». Телеграмма В. М. Молото- ва была опубликована в районной газете «За соцперебудову». А 7 ноября состоялось заседание Бюро Райкома, на котором докладывал Борщ. Принято решение: «Признать ошибки Райкома (поп- робуй – не признай!), указанные в телеграмме… Немедленно направить уполномоченных в села: Поплавского, Петрова, Федорченко, Корсуньського, Владимирова, Галибина…Предупредить членов партии, что в случае невыполнения плана хлебозаготовок, они будут привлечены не только к парти- йной, но и к уголовной ответственности… Обмолот закончить к 20 ноября… Установить норму ежедневного вывоза зерна из района 4000 ц.». Далее. «Учитывая, что единоличные хозяйства Е-Хорошевского и Лозоватского Сельсоветов чинят сопротивление, снять их с учета на поставку про- мышленных товаров». «Создать при Райисполкоме тройку для руководства обмолотом зерна в сос- таве: Лысенко, Корнеев, Резников». «Сообщить т. Молотову, что Синельниковская парторганизац- ия берет на себя обязательства за любую цену выполнить план хлебосдачи 1932 года».
«За любую цену» - это не просто слова, это обещание, а может и клятва перед вышестоящим начальством. А поэтому надо крутиться. Что, как говорят архивы, и делали. Уже 25.11.1932 года Борщ доложил в Обком, что план хлебозаготовок выполнено 8 Сельсоветами и 27 колхозами (а всего-то 74!). А чтоб придать боевитости своему докладу, закончил многообещающими слова – «Настрий добрий». Но зерно-то как шло медленно из сел, так и продолжает идти. В связи с этим Обком 6.12.32-го «командировал в Синельниково своего сотрудника Плисса», а также вызвал на «ковер» по хлебозаготовкам Борща.
К сожалению, и после этого темпы хлебозаготовок не улучшились. Во-первых, не реальный пл- ан, во-вторых, классовые причины стояли поперек. Если в 1931 году план по району выполнено на 100%, то в 1932-м – на 80% (задание – 28800 ц., а выполнено – 22350). Но на этом жизнь не остан- овилась. Составили, как водится, новый календарный план. Учли недостатки предыдущих лет. И маховик 1933 года раскрутился. Плисс и уполномоченные мотались от села к селу. В Сельсоветах расселись 33 уполномоченных, в колхозах – 27, плюс – 46 контролеров. Позже добавилось еще 5 буксирных бригад. Они разошлись по дворам и начали «трусить» зерно. В результате, как стало известно из информационного сообщения Обкома, «в колхозе «Червоний досвид» Георгиевского Сельсовета обнаружено укрытыми 500 ц. зерна. Из них 50 ц. чистой пшеницы». И так - во многих колхозах. Лишь за один день из района «на-гора» поступило 415 ц. зерна. Как после этого не выз- вать Борща в Обком? Вызвали. Отчитали. И – снова в «бой».
А «сверху» эхо «разноса» спустилось «вниз». И каждая «сестра» получила по «серьге». Исключ-
ен из партии и снят с должности председатель колхоза «Червона нива» Пустовий, «как кулацкий аг- ент». А виноват, якобы, в том, «что стал на путь сопротивления хлебозаготовкам». Лишился парти- йного билета директор Раздорской МТС (фамилия не указана) за то, что «дважды пытался убедить Райком – колхозы МТС, мол, смогут сдать лишь 300-600 т. хлеба вместо 3000 – по плану». В прото- коле Бюро так и записано: «занявшийся кулацкой арифметикой». Строгий выговор влепили предсе- дателю Ново-Ивановского Сельсовета Кмето и оперуполномоченному Райкома Малашенко за «опо- ртунистическое отношение к плану хлебозаготовок». Тем же был помечен и председатель Сельсов- ета - «села Романовка» Роскошинский - за «примиренчество к саботажникам». А председателя ко- лхоза «Профинтерн» Довженко предупредили.
Строго? О-о-о! Спасибо, хоть так! А если б приклеили ярлык, который не раз приходилось встре- чать в документах: «как злейшего врага партии, рабочего класса и колхозного крестьянства, сабот- ажника хлебозаготовок с партийным билетом в кармане, организатора обмана государства, органи- затора провала заданий партии, правительства в угоду кулацким и прочим антисоветским элемент- ам – снять с работы, исключить из партии, арестовать, отдать под суд», то и собственным детям стыдно было бы смотреть в глаза…
А голод уже приближался. Его щупальца все туже сжимали горло района. Стишки появ- ились, типа: «В 32-му году ми вже или лободу», «Нема хлиба, нема сала – комсомолия за- брала». Их сочиняли, в основном, те, у кого хлеб был припрятан, а «волны» крестьянские подхватывали и несли по всему «океану». Хотя, если заглянуть в статистику голода 1933- го (не говоря уже о 1932-м), то в Синельниковском районе положение было терпимым. Ср- авним два района области (март):
Синельниковский Акимовский
Голодных семей 24 835
Опухших 97 1908
Умерших - 168
Отравившихся 8 8
Но и в голод, оказывается, вопрос вывоза хлеба стоял на первом месте. А амбары полу- пусты. Хоть в 1933-м урожай зерновых и получился на 6 ц. выше против 1931-го, все равно зерна не хват- ало. Приходилось бороться за него. Но - как? А это уж как у кого получалось: убеждали, проводили показательные суды, применяли рекомендации «верхов». В селах, например, Кильманского Сельс- овета перестали снабжать людей промышленными товарами. Как сказано в одном из документов, сразу сдача зерна поднялась до 100%. В колхозе «Червона долина» Писаревского Сельсовета у одной из крестьянок нашли припрятанные 1,63 ц. зерна. Раскрутился пропагандистский маховик: дескать, у нее есть трудодни, семья состоит из 6 работоспособных членов, могли бы и заработать, но – бездельничают, а мать ходит по селу с протянутой рукой…
Сложно было удержать в районе ситуацию, чтоб не «вступить» ногой в поголовный гол- од. Но ведь как-то справлялись. За счет помощи «сверху»? Никак нет! Ее оказывали лишь тем районам, где цифры по голоду выше. Например. Однажды в область пришли вагоны с продуктами. Иным районам выдали по 1000-5500 пуд., а Синельниковскому - 500. Зато ра- довались те, кто прятал хлеб. Дескать, пусть крестьяне поголодают, так сами уйдут из кол- хозов. Не случайно, к «более активному» кулаку пришлось применять непопулярные меры. Началась полоса выселения их за пределы области и района. За 1933 год «за порог» обл- асти выставлено 17 тыс. семей и 5 тыс. одиночек «чуждого» и «паразитического» элемен- та. А из района (соответственно) 375-75…
Но и это не помогало. В последней декаде сентября план по хлебозаготовкам выполнен лишь 4 районами области. Синельниковский - был в хвосте. За это Борща критиковали. Да и не только. По-моему, даже «гильотину» уже стали готовить. Как кажется, им заинтересо- вались «сверху». Прост- ите, в архивах такого нет, я сужу по совокупности событий, так как не понаслышке знаю о методах партийного руководства. Сижу вот и представляю, как телефонистка сообщает Обкомовцу: «Мацква на проводе!». Ну, «верхний» «нижнего» и спрашивает: а вы, мол, что, до сих пор Борща не замени- ли? Надо, надо подпалить ему щетинку! Придумал написать в Совнарком! А планы, впрочем, и теп- ерь не выполняет. Обком, конечно, в защиту. Да у него, дескать, дела уже поправляются: в прошл- ом месяце план выполнил на 33,1%, а в этом уже на – 49,6. А «верхний» озабоченно вздохнул в тр- убку и промолвил: он, мол, у вас, конечно, Иван, но пока - не Царевич. А это, в переводе с партийн- ого языка на простой, говорило, что «надо немедленно» убирать…
А что ему, тому, что «сверху»? Сказал и пошел покурить. А ведь, как считали члены Бюро, несп- раведливо! В районе, если заглянуть за занавес декабря, план по хлебозаготовкам 1933 года, хоть и нелегко дался, но выполнен ровно на 100%. Кроме того, базовый показатель того периода вырос: план коллективизации, например, выполнено на 99,7%. А то, что в наше уже время пишут об этом событии в угоду «заказчику», оно не всегда соответствует действительности. Смотрите. В 1993 году газета «Пивденна зоря» (Никополь) сообщала, что в 1933 году в Синельниковском районе «кончил- ись все резервы сдачи зерна и тогда секретарь Райкома Борщ написал «вверх» письмо, чтоб умен- ьшили план хлебозаготовок. Ответ никто не давал. Но через время Борща и председателя Райисп- олкома Поплавского сняли с должностей и исключили из партии». На первый взгляд, вроде б, все и так. Но не совсем. Письмо-то, вспомним, писали в 1932 году, а не в 1933. Ответ В.М. Молотов, ок- азывается, дал. А из партии, как дальше увидим, никого не исключали…
Так вот. Чтоб не было белых пятен в этом вопросе, остановлюсь на хронологии событ- ий конца 1933 года. 9 ноября на Бюро Обкома слушался вопрос «Об откомандировании на руководящую ра- боту в Бердянскую партийную организацию т. Борща». 11 ноября тот же орган постановляет: «В св- язи с переходом Борща на работу в другой район, рекомендовать на должность секретаря Синель- никовсковского Райкома т. Цауне». 13 ноября состоялось заседание Синельниковского Бюро Райк- ома. Присутствовали члены Бюро -- Борщ, Федорченко, Старченко, Крапива, Куник, Леженко, Шен- гур, Хариф. Слушали -- Постановление Обкома «Об откомандировании на руководящую работу в Бердянскую парторганизацию т. Борща». На какую именно - не указано. Временно исполнять обяз- анности возложили - на Старченко. Еще один вопрос слушали в тот день: «Об отпуске с т. Борщем в Бердянск автомашины «Форд». Постановили: «В видпуску автомашини не суперечить»…
Вот и все. Что было. Но нет ответа на главный вопрос. Так его сняли, повысили или перевели на равноценную должность? Лучше, пожалуй, ответа не найти, как я его вычитал в материалах Плену- ма Райкома, состоявшегося 12 августа 1934 года. На нем присутствовал секретарь Обкома М.М. Ха- таевич. В выступлении он сказал следующее: «Снятие т. Борща с работы (ага, значит, сняли!) явля- ется серьезным сигналом Синельниковской парторганизации, которая имеет большущий опыт в бо- рьбе за первенство не только в области, но и по всей Украине». Вот теперь ясно.
А закончить хочется тем, что в учетной карточке Борща записано: «1935 год. Освобожден из Бердянска». Что касается бывшего председателя Райисполкома Поплавского, то после всех этих «потрясений» я его не раз «встречал» в документах: и зав. Райплана, и зав. Культотделом, и ре- дактором районной радиогазеты, даже членом Бюро Райкома (1934 г.) вместо выбывшего Крап- ивы…
Николай Слышик

Валерий Алексеевич! Статья опубликована в районной газете «Берег надий» №47-51-2015 года.
Цифрами и фактами можете пользоваться со ссылкой на газету.




Добрый день, Валерий Алексеевич!
Спасибо за оценку моего труда. А на «Мацкву» не обижайтесь. Это произведение художественно-
историческое (во всяком случае, старался, чтоб было таковым), поэтому там речь идет лишь об об-
разах. У каждого они свои. У меня – тоже. Я помню уже не 1930-е, а 1950-60-е. Телефонистка в те
годы в эфире была, как генерал. А если еще голосом удалась да от имени власти говорит, то вооб-
ще хоть стой, хоть падай. Как скажет, что на проводе «Мацква» (с русским нажимом на «ц») или Ки- ев, то любой низовой работник терялся, брал трубку дрожащею рукой и говорил, как школьник перед учительницей. Простите, если получился двойной смысл.