Нижегородский негатив

Более часа я дома. А мысли возникшие при выезде из Нижнего Новгорода не покидают меня. Сегодняшняя поездка в Нижний была стремительной. В 11-30 приехал и без малого в 18 уехал. Мысленно я еще и еще возвращаюсь к финалу сегодняшнего судебного заседания – к моему вопросу одному из свидетелей, заявленному органом предварительного следствия свидетелем обвинения, но сегодня ставшему лжесвидетелем защиты. Ничего конкретного в показаниях, он не смог назвать источника своей осведомленности, врал и врал. Пытался выдать себя за некоего эксперта. Ну и отпустить бы его с миром, но в конце, поставив его в неудобное положение, от чего ему стало плохо, и, узнав от одного из сердобольных адвокатов стороны защиты о том, что он болен онкологическим заболеванием, я не сдержался и задал ему вопрос, от которого мне самому позже стало не по себе. Я спросил у него: «Вы что умирать не собираетесь?», имею в виду смерть с грехом лжесвидетельства. Ему стало совсем плохо и он был отпущен судом. Он ушел. А я, немного позже, оставшись наедине со своими мыслями, спросил сам у себя, а нужно ли было мне задавать этот вопрос. И вот, уже который час не могу сам себе однозначно ответить на поставленный мною же вопрос.
На этих днях минуло или минут три года с того дня, как я стал заниматься этим делом. Год ушел на преодоление сильнейшего противодействия возбуждению уголовного дела. Год шло следствие и вот уже без малого год дело рассматривается судом. Буксует. Судья был ограничен во времени рассмотрения дела в виду явной волокиты, нарушил, установленный ему срок рассмотрения дела и слушание дела продолжается. О том как, можно судить потому, что только сегодня один из свидетелей обвинения, ранее допрошенный и до сих пор находящийся под государственной защитой, дал показания об обстоятельствах, о которых он предпочел умолчать. Это тот свидетель, в отношении которого была проведена акция устрашения: дом его матери был подожжен, а из его квартиры совершена кража. Так совпало, что сегодня стало известно прекращении уголовного преследования в отношении другого ключевого свидетеля, который по вызову работника полиции ехал в полицию, был остановлен полицейскими, и пересажен другую машину. А через три часа в его машине и в кармане его куртки были обнаружены наркотики. При этом он знает, кто затолкал ему наркотики в карман куртки. Защищал его я. Полгода он провел в следственном изоляторе, но сломать его не удалось.
С такими промежуточными итогами мы: мои доверители – потерпевшие и я их представитель движемся к приговору. Каким он будет – не знает никто. По делу тянется шлейф негатива. Защитники подсудимого, в прошлом несостоявшиеся сотрудники ФСБ, пытаются очернить меня, а я стараюсь не зацикливаться на этом негативе. Но сомнения все же гложат.

Сероухов Валерий Алексеевич написал:

[q]

"А дальше что?"

[/q]

А дальше, судя по всему, будет еще хуже.


Сероухов Валерий Алексеевич написал:

[q]

Никто даже не спросил у полицейских для чего и для кого они фальсифицировали материалы дела в отношении ключевого свидетеля по другому делу. А это отсутствие должной реакции тревожит.

[/q]

Эта деталь указывает на то, что всем "кому надо", было известно для кого материалы были фальцифицированны.
Те "кому надо" предпочли не уточнять на суде.

Сероухов Валерий Алексеевич написал:

[q]

а нужно ли было

[/q]

но ведь уже произошло,такая рефлексия потянет за собой самоедство, кому оно надо, кому будет лучше от этого?
иногда понимаю, (ловлю себя в ситуации), что даже зная КАК НАДО и что будет, если рулить в противоположную...все равно поступаем как поступаем, используют нас и в темную и в..., чувствуешь себя марионеткой
в конце - молиться нам всем- на все воля Божья

Вот реакция Нижегородского портала http://newsnn.ru/news/2015/1/25/132610/

То, что негатив давит на меня, я ощущаю физически. Вчера после труднейшего процесса, сел в машину и поехал домой на выходные. Устал настолько, что из машины вышел с трудом. Кроме всего прочего ощущается сильнейший негатив исходящий от судьи. Он дошел до того, что не дает мне высказаться до конца. Своим поведением и конкретно действиями он выражает явное неуважение ко мне. Мои увещевания не останавливают его. Он хватается за голову и продолжает свое. Говорить о взаимном уважении не приходится. Слава Богу радуют женщины. Девчонки в гостинице, бармен и официанты. Татьяна Львовна и журналист Ирина Славина, которую Татьяа Львовна назвала совестью Нижнего Новгорода. А еще прекрасный человек - подполковник юстиции Елена Шишкова - мужественная женщина. Как - то так случилось, что и в Нижнем прекрасная половина человечества за редким исключением остается прекрасной.