Студеникины

Прошу рассмотреть имеющиеся у меня сведения с тем, чтобы помочь мне в исследовании истории моей семьи. Имеющиеся сведения таковы:

1. Крайний известный предок (ФИО и любые доступные сведения о нем)

Михаил Студеникин

2. Хочу исследовать отцовскую/материнскую линию, найти братьев или сестер и т.д.

Все линии

3. Предположительные места проживания разыскиваемых предков

Воронеж, с. Бабяково, Усманского стана, с. Ямное, Борщевского стана, городок Орлов, с. Рождественская Хава

4. Известные сведения о бракосочетаниях (год, место и т.д.)

5. Сословие

Беломестные атаманы, затем — однодворцы

6. Дополнительные сведения, могущие помочь в поиске (ФИО супруга / супруги, известные дети, вероисповедание, служба в армии, где учился, должности, название ближайшей приходской церкви, любые семейные предания-легенды и т. д.)

Возможен вариант в XVII веке (1646 год): Деникин

Связанные фамилии:
XVII век: Даншин (сын беломестного атамана), Мещеряков (в 1647 году: беломестный атаман Иван Мещеряк) — крестьяне Незная Студеникина
Сонцовы (Солнцевы) (в 1648 году у Данилы Студеникина и Офромея (Варфоломея) Сонцова один крестьянин на двоих в селе Ямном, я бы даже добавил от себя лично, своими словами, один крестьянин "вопче": Савка Савельев. В первой половине XVII века имя Савелий встречалось только в родах беломестных атаманов Сонцовых, Студеникиных и Кузнецовых. Во второй половине XVII века — у Тюлькиных и Веневитиновых. Тюлькины и Сонцовы состояли между собой в родстве.)

Савка Ермолов, бобыль атамана Анисимки Степанова, 1615 год
Атаман Сава Сонцов, 1621 год
Сенька Савельев сын Сонцов*, крестьянин Варфоломея (Савельева сына?) Сонцова, 1646 год
Атаман Совелей Кузнецов, 1646 год
Савка Прокофьев, бобыль Данилы Незнамова сына Студеникина, 1646 год
Савка Савельев, крестьянин Данилы Незнамова сына Студеникина, 1648 год
Савка Савельев, крестьянин Варфоломея Сонцова, 1648 год
Атаман Савелий Незнамов сын Студеникин, 1654 год
Савелий Иванов сын Тюлькин, сын Ивана Прокофьева сына Тюлькина, солдата Францова полка Вульфа, 1675 год
Исай Савельев сын Веневитинов, бобыль Родиона Варфоломеева сына Сонцова, 1705 год
Савелий Андреев сын Сонцов, 1714 год
Савелий Гаврилов сын Тюлькин 1835 год

XVIII век: Прибытковы, Худяковы, Варварины, Расторгуевы

*В 1646 году в городке Орлове, в год основания городка, вместе с другими выходцами из сел Бабякова появился сын боярский драгунской службы Семен Сонцов.

XIX век. Восприемники при крещении детей: Якунин, Михалёва, Студеникин, Студеникина, Бабкин, Гудкова, Боев, Студеникина, Свиридов, Студеникина, Свиридов, Студеникина, Свиридов, Студеникина, Студеникин, Студеникина, Студеникин, Студеникина, Зубков, Студеникина, Копытин, Шубина, Копытин, Студеникина, Старухин, Костина, Старухин, Студеникина, Костин, Ситникова, Костин, Васильева, Панин, Струкова, Старухин, Васильева

XX век. Восприемники при крещении детей: Старухин, Васильева, Путилин, Шульгина, Деханов, Перелыгина, Перелыгин, Мызникова, Ермолаев, Раевская, Меркулов, Мызникова, Хромых, Копытина, Гудков, Якунина, Копытин, Студеникина

Алфавиты на 6 странице.

* * *

Михаил Студеникин

Незнай Михайлов сын Студеникин

Савелий Незнамов сын Студеникин

Михаил Савельев сын Студеникин 1657-

Прокофий Михайлов сын Студеникин

Петр Прокофьев сын Студеникин 1691-до 1744 [возраст по словам тестя Григория Евстратова сына Прибыткова, который в 1716 году заявил, что ему 44 года (1672 г.р.), а в 1719 — 65 лет (1654 г.р.). Скорее всего Петр родился позже, т.к. в 1700 г. его нет в Списке с разборных книг], жена ? Григорьева дочь Прибыткова

Алексей Петров сын Студеникин 1723-, жена Анастасия Давыдова дочь Худякова 1727-

Василий Алексеев сын Студеникин 1745-, жена Евфимия Матвеева дочь Варварина 1745-

Василий Васильев сын Студеникин 1784-1853, жена Евфимия 1783-

Николай Васильев сын Студеникин 1823-1878, жена Гликерия Трофимова дочь Михалева 1823-

Сергей Николаевич Студеникин 1851-, жена Елизавета Игнатьевна Васильева 1863- (1-я жена Косенкова Софья Федоровна)

Митрофан Сергеевич Студеникин (1905-1942)-, жена Меланья Максимовна Варванцева (1905-1987)

дочь Светлана Митрофановна Студеникина (Сорокопудова)

* * *

Другая ветвь Студеникиных, потомков Незная Михайлова сына Студеникина

I. Незнай Михайлов сын Студеникин

II. Данила Незнамов (также Незнанов) сын Студеникин

III. Федос Данилов сын Студеникин

IV. Трофим Федосеев сын Студеникин 1655-

Гаврила Федосеев сын Студеникин

Сергей Федосеев сын Студеникин 1660-

V. Иван Трофимов сын Студеникин 1678-

Заготовка статьи

Промемория

Рязанский и Орловский уезды

На рубеже XVI и XVII столетий служилые люди помещики и вотчинники с родовым прозвищем "Студеникины" отмечены в исторических документах всего в нескольких уездах Русского государства.
Если расположить их названия по времени образования этих уездов, то получится такая последовательность: Рязанский, Орловский и Воронежский уезды.
Судя по алфавитам и описям дел Поместного приказа/Вотчинного архива этот род не стал многочисленным в более позднее время, и служилые люди, к нему принадлежавшие, имели поместья всё в тех же уездах, что и в начале XVII века, с небольшими приобретениями имений в других уездах рязанскими детьми боярскими, в частности, в Костромском и Алексинском уездах.
Фамилии соседних с рязанскими Студеникиными детей боярских, помещиков и вотчинников, во время самых ранних упоминаний, имели соответствия в Воронежском уезде, больше всего в атаманских сёлах, а именно: в населённых имениях Ямном и Бабякове, где жеребьи принадлежали беломестным атаманам. Это такие фамилии, как Сукочёвы, Сеченые, Сонцовы, Лыковы, Мосоловы, Вострые Иглы (в Рязани Вострые Сабли), Печенкины, Невзоровы, Дымовы, Банины, Веревкины, Крюковы, Измайловы, Дьяковы, Шубины, Шишкины, Кареевы, Олесовы, Фроловы, Чернышовы, Рогозины, Киселевы и даже, как недавно удалось установить, Веневитиновы, белозёрские казаки, получившие привилегию укрепить свои поместья в вотчину в Рязанском уезде в Каменском стане за мужественное поведение, за так называемое "осадное терпение" в королевичев приход в 1618 году, в Смутное время, и другие. Примечательно, что все эти перечисленные рязанские фамилии, кроме Крюковых и Чернышевых, были известны только среди беломестных атаманов, и не имели соответствий в Большой Усмани Собакине. Складывается впечатление, что эти атаманы рязанского происхождения составляли как бы основу жителей Ямного и Бабякова, и были "разбавлены", если так можно выразиться, служилыми людьми из каких-то других уездов, из которых, в основном, состояли усманские атаманы. Хотя среди них тоже встречалось несколько рязанских фамилий, других, отличных от бабяковских и ямнинских: Муковнин, Лукин, Гробовников, Кодулин, Лихачев, может быть ещё Коркодивой, если он имеет отношение к Каракадымовым. За исключением Лукина и Коркодымова (так значится в писцовых книгах 1594 года), выходцев из Окологородного, Каменского (Пронск) и Перевицкого (Зарайск) станов, служилые люди с перечисленными фамилиями (в том числе Крюков и Чернышов) находились и обретались на момент составления писцовых книг только в Пехлецком стане Ряжского уезда, в какой-то период (окончательно в начале XVII века) выделившегося из Рязанского уезда. Так что их скорее можно назвать "ряскими" людьми.
В общем, выявляется две группы рязанцев, расширенные за счёт служилых людей какого-то другого происхождения (например: Высоцкие, явно из каких-то западных областей), одна из них включала в себя некоторые фамилии жителей Каменского стана Рязанского уезда (Лыковы, Сонцовы — наиболее известные из них, и другие) — это воронежские беломестные атаманы, среди усманских атаманов их почти не было, кроме Лукиных.
Хотя точно не известно, связаны ли воронежские и рязанские Веневитиновы каким-либо родством и когда последние получили поместья из дворцовых сёл Суйска и Варищ (Варниц) в Каменском стане Рязанского уезда, которые в 1628 году они перевели в вотчины, но похоже, что это вряд ли простое совпадение, пребывание всех этих фамилий, в том числе, и особенно, Веневитиновых, владельцев населённых имений, в Рязани и Воронеже. Среди служилых людей эта фамилия встречалась не на каждом шагу, не в любом уезде. В сущности, помещики и вотчинники Веневитиновы в алфавитах Поместного приказа, (в алфавитах я их и нашёл в Рязани), встречаются только в четырёх уездах: Воронежском, Рязанском, Муромском и Шацком (в двух последних — один род, не служилый, это солепромышленники из Старой Руссы, государевы гости; речь идёт о XVII веке). Рязанские Веневитиновы владели в XVII веке также поместьем в Можайском уезде, что говорит о высоком положении, занимаемом этими служилыми людьми. Со временем, во второй половине XVII века, внук Бориса Фирсова сына Веневитинова, рязанского вотчинника, променял это поместье на пустошь в Козловском уезде одному из князей Черкасских, сыну стольника.
В Рязанском уезде Студеникины владели поместьями и вотчинами в трёх станах: Каменском, Перевицком и Ростиславском за Осетром. В Перевицком стане (нынешний Зарайский район Московской области) служилые люди этого рода, помещики, носили двойную фамилию "Клементьевы-Студеникины". В Писцовых книгах Рязанского края с этим двойным прозвищем записана только часть из них. Удалось установить косвенным путём с привлечением дополнительной литературы и справочных материалов, что и остальные Студеникины, имеющие отношения к Перевицкому стану писались время от времени как "Клементьевы". Один из них, Василий Студеникин, губной староста, в 1588 году был записан в одном и том же документе и как Клементьев, и как Студеникин. Из справочного материала стало ясно, что речь идёт о Василии Фаустове сыне Студеникине.
Возможно этот род был как-то связан со старинным родом Клементьевых, новгородского происхождения, продолжатели этого рода получили земельные наделы в Рязанском уезде; в разных справочных приложениях к рязанским исследованиям отмечается, что они их приобрели каким-то образом в этом уезде ещё в XVI веке, может быть как опричники Ивана Грозного?
Но в Писцовых книгах 1594-1597 годов в Рязанском уезде представлены только Клементьевы-Студеникины, а о просто Клементьевых нет никаких сведений.
Один из потомков рода Клементьевых для получения права на дворянское достоинство представил "куда следует" все необходимые документы, в том числе и поколенную родословную роспись этого рода, в которой одним из родоначальников считается Василий Иванов сын Клементьев. Но самое раннее упоминание о помещике Василии Иванове сыне Клементьеве отмечено в Писцовой книге Московского государства конца XVI века по Орловскому уезду, о котором речь пойдёт ниже, в Корчаковском стане в деревне Боеве, а не по Рязанскому уезду. В Орловском уезде в этой писцовой книге представлена также и двойная фамилия, на этот раз: Клементьев-Плаутин.
Всё в тех же справочных приложениях один из Клементьевых-Студеникиных "причислен" к этому же роду Клементьевых, записанных в итоге в "Рязанскую дворянскую родословную книгу" в 6-ю её часть "Древние благородные дворянские роды", как когда-то говорили: записали в "шестые книги".
При таком немалом числе помещиков и вотчинников Студеникиных, которые проживали в то время в Рязанском уезде, в трёх станах, было бы странно не видеть ни одного из них на службе; ни в одной десятне по Рязанскому уезду, (которых не очень много сохранилось), никто из них не был отмечен.
Но стоило только мне внимательней просмотреть Десятню новичного верстания («Десятня новиков разных городов, поверстанных в 1596 году». (РГАДА ф.210 оп.4 д.120/167)), как один из них в ней был обнаружен.
Это — Яков Меньшого сын Клементьев, в других документах Клементьев-Студеникин. Это он в справочных приложениях фигурирует, как давний и заметный представитель этого рода, как бы доказывающий правильность записи этого рода "просто Клементьевых" "в шестые книги", подтверждающий его древность и благородство.
Может быть все рязанские Студеникины каким-то образом выделились из более древнего рода Клементьевых? Может быть это произошло по типу образования родового прозвища у знаменитых Ляпуновых: их родственники, принадлежащие к одному из ответвлений этого рода, стали называться Осеевыми-Ляпуновыми, или просто Осеевыми в Каменском стане Рязанского уезда и в Орловском уезде, в котором жили, по-видимому, те же самые Осеевы-Ляпуновы.
Порядок составных частей не имел значения в таких двойных фамилиях, зачинателем нового, бокового, рода мог быть и Клементий Студеникин (тогда он не имеет отношения к роду Клементьевых), и Студеня Клементьев, а может быть фамилия возникла в результате слияния прозваний двух родов?
Что касается Каменского стана, деревни Гавриловой, Урусова селища тож, там дела обстояли следующим образом: в этой деревне жили какие-то чадолюбивые вотчинники Студеникины, точнее "дочерелюбивые", которые отдавали жеребьи своей вотчины в приданое за своими дочерьми, и постепенно эта фамилия сошла на нет в этом стане, их места заняли их зятья, которые распоряжались жеребьями по своему усмотрению, в основном также отдавали в приданое за своими дочерьми. О своих сыновьях в этой деревне, кажется, никто не думал, должно быть отправляли их на службу, предоставляя самим себе.
Первоначально это было, по-видимому, родственное владение этой деревней, всего двух родов, Студеникиных и Ясаковых, затем жеребьи в этом имении получили Аладьины, Муратовы и Сукочёвы, в виде приданого. А в 1611 году Ясаковы продали ещё один свой жеребей братьям Осеевым-Ляпуновым. Также к Осеевым-Ляпуновым каким-то образом перешёл жеребей вдовы Ульяны Сидоровой (на самом деле Орманиковой) жены Студеникиной и её сына Ивана. В 1626 году в этой деревне были вотчинные имения у Севрюковых, Студеникиных вместе с Аладьиными, Сукочёвых, Мурзиных, Сацыпоровых и Осеевых-Ляпуновых (Родиона, Кузьмы, Беляя и Фёдора Герасимовых детей)https://forum.vgd.ru/post/1219...#pp5346385.
По Писцовым книгам Московского государства 1594 года Студеникины (другой вариант написания Студениковы) имели поместья в деревнях Густовари и Меховице в Орловском уезде Неполоцком стане, также, возможно, отмечены следы их пребывания в Нугорском стане, так как одна из деревень там носит название Студениковской.
В XVII веке, по всей видимости, представители именно этой ветви Студеникиных служили в городовых детях боярских на "конях в саадаках с саблями", как говорится в Списках Белгородского полка, (что на общем фоне кажется хорошим снаряжением), в Ливенском уезде вместе со своими соседями по орловскому имению — Воровыми (1594 год) и т. д. Служилые люди некоторых старинных родов (в Ливнах вместе со Студениковыми служили в городовых детях боярских: Лутовиновы, Зайцевы, Хмелевские, Адашевы(!) и др.) даже в XVII веке ещё не спешили, может быть намеренно, переходить на огнестрельное оружие ("огненный бой"), которое уже освоили к тому времени многие "приборные", а продолжали стрелять из лука и рубить саблей в бою, оставаясь "староверами" в вопросах оружейности.
По этим белгородским служебным спиcкам видно, как плохо были экипированы в какой-то момент дети боярские Елецкого, Ливенского и Чернского уездов, многие были в этой поместной коннице, даже, как мне кажется, "собою пеши", хотя об этом не говорится прямо, но об их "конности" тоже ничего не сказано. У кого-то есть карабин ("короблин"); но, видимо, у тех, кто помоложе, в руках только бердыши, рогатины и даже топорки, и больше ничего нет.
Здесь, в Орловском уезде, в то время имелись соответствия по детям боярским и их фамилиям с белёвскими бобриковскими казаками, приравненными к детям боярским, и входившими в поместную конницу.
В 1604 году они вместе с некоторыми воинами других служилых корпораций приняли на себя удар в Новгороде-Северском от незадолго до того вторгшихся в эти края войск Лжедмитрия I, выдержали осаду и обрушили ответный удар на нападавших. За осадное терпение белёвские казаки получили награды по указу царя Бориса Фёдоровича Годунова, cреди них был Михаил Студеникин.
Награждены они были ценными подарками: жалованными монетами, специально изготовленными для награждения (золотые, ноугороды, московки золочёные) и отрезами сукон добрых (дороги-шёлковая материя и тафта). Также им были выданы деньги по росписи за припискою дьяка Тимофея Витовтова.
"Чисто" орловские фамилии белёвских казаков, не характерные для Рязани того времени: Передельский, Клевцов, Смецкий, Ларюков.
Рязанские фамилии, бытовавшие среди детей боярских и белёвских казаков — Потулов, Караваев, Ланин, Маршалкин.
С Воронежскими беломестными атаманами в Орловском уезде других совпадений не было, кроме Студеникиных, Сукочевых, Зубковых и Беляевых.
Совпадения с усманскими атаманами: Вепринцев, Зубков и Беляев.

Воронежский уезд

В самых ранних упоминаниях об этом воронежском роде Студеникиных встречается беломестный атаман Незнай Михайлов сын Студеникин, который служил в Воронежском уезде вместе с Никифором и Терентием Веневитиновыми, Петром и Денисом Вострыми Иглами (Вострые Иглы служили до этого атаманами в Войске Донском) и другими и владел поместьями с двумя крестьянами, один из них, Федька Осипов сын Даншин, был сыном беломестного атамана, другой, Ивашко Мещеряков, возможно бывший донской атаман, через несколько лет сам стал беломестным атаманом.
Известно, что кроме них в Воронеж на службу из Войска Донского, где войсковым атаманом в то время был Смага Чертенский (по некоторым данным — из княжеского рода), пришло ещё несколько атаманов и казаков, это атаманы: Ларя Чернышов, Карп Маноцкой, возможно, казак Федор Грановитый. Донские атаманы Мартин Иванов сын Быков (Быковской), Ларя Болдырев и казак Павел Вепринцов перешли с Дона в Собакино в усманские атаманы. Также в Воронеж пришёл донской атаман Богдан Конинской, бывший когда-то на службе в Смоленске, по сообщению на сайте Hrono, из княжеского рода, участник битв с интервентами, будущий голова Костёнска, затем голова воронежской дворянской сотни (дворянская сотня составляла основу поместной конницы, в ней служили дворяне и дети боярские), выборный от Воронежа на Земский собор. Он получил земельные наделы в поместья и в вотчины в других сёлах — не атаманских.
Скорее всего и многие другие, если не все, беломестные и усманские атаманы вместе с бобылями пришли в Воронеж с Дона из Войска Донского.
Поместные атаманы были, по сути дела, приравнены к детям боярским и также, как и они, входили в поместную конницу. Как пишут в некоторых работах: воронежские беломестные атаманы в какой-то ранний период не имели денежного оклада, но это как бы компенсировалось тем, что их наделили поместным жалованием, хотя и не очень большим, сразу в трёх населённых имениях: в самом Воронеже в Беломестной слободе, в селе Бабяково, Усманского стана, которое ещё называлось одно время Слободой служилых атаманов, и в селе Ямное, Борщевского стана. Может быть эти земли им были даны за какие-то заслуги перед властями во время Первого ополчения, кажется, где-то об этом говорилось. В Воронежском уезде в Чертовицком стане в селе Рядное были ещё поместные казаки за какие-то заслуги владевшие вотчинами.
Сам Незнай Студеникин и его дети и внуки служили атаманскую службу, выходя в дозор и т.д., но не только, так, его внук Федос Данилов сын Студеникин в 1675 году служил копейщиком в полку боярина и воеводы Григория Григория Ромодановского, вместе с Антоном Веневитиновым, а отец Антона, Лаврентий Герасимович, находился в то время на более высокой должности завоеводчика, другими словами: был помощником (адъютантом) воеводы. До этого, в 1666 году, Лаврентий Веневитинов упомянут в списках Белгородского полка Михаила Гоупта, в числе воронежских рейтаров, в Белгороде не бывавших.
Также в этом полку в то же время служил Михаил Савельев сын Студеникин, другой внук Незная Михайлова сына, возможно, рейтаром. В росписи сказано только, что он пришёл на службу в этот полк из атаманов.
В этих формированиях так называемого иноземного строя немногочисленные копейщики считались воинами более высокого разряда, чем рейтары, и во время сражений вступали в бой после рейтаров, которые как бы расчищали перед ними путь. Копейная служба считалась престижной в то время, на неё призывали некоторых, избранных, детей боярских и поместных атаманов, побывавших перед этим на рейтарской службе. Часто копейщики были владельцами многих крестьянских дворов, как, например, Василий Иванов сын Зеленин, помещик из Карачунского стана, имевший 33 крестьянских и бобыльских двора в двух сёлах, что было сопоставимо в то время с числом крестьян, например, какого-нибудь не очень большого монастыря.
Воронежец житель села Бабяково Федос Данилов сын Студеникин вместе с Лаврентием Герасимовым сыном Веневитиновым, Василием Севастьяновым сыном Паниным жителями того же села, и др. служил под командованием ротмистра Владислава Рыкальского, которому было поручено вместе с сотней воронежских копейщиков (которых может быть было всего 100 человек) вместе с 300-ми полковыми казаками казачьего головы И. Т. Михнева выдвинуться ещё до прихода дополнительных сил к Острогожску, где измену государю совершил ("своровал") острогожский полковник стольник Иван Николаевич Дзиньковский (Зеньковский). В сентябре 1670 года он, по сути дела, перешёл на сторону Разина: вместо того чтобы принимать какие-то силовые меры к посланному к нему Разиным уроженцу Доброго городища, беглому копейщику полка иноземного строя Фёдору Колчеву с "воровскими казакам", он пригласил их к столу с хлебом-солью и "колачами", а затем выкатил им бочку двойного вина. Иван Дзиньковский, по-видимому, поверил рассказам, что восстание приобрело массовый и повсеместный характер, что восставшим повсюду сопутствует удача, и сам "своровал", изменил присяге. Его примеру последовала только малая часть служилых этого гарнизона; вскоре он был арестован, при участии его же подчинённых, и казнён.
Я упомянул Василия Панина в связи с тем, что его сын, примерно в то же время (чуть позже), когда отец участвовал в острогожских событиях, связанных с подавлением внезапно возникших беспорядков, был заподозрен в сотрудничестве с людьми Степана Разина, Фролом Разиным и Яковом Гавриловым (по моему предположению так называли, опуская фамилию, станичного донского атамана воронежца Якова Гавриловича Веневитинова, который также был сторонником Разина, о чём говорится в отписке 1670 года валуйского воеводы Г. Пасынкова в Разрядный приказ) и после допроса и пыток приговорён к казни, хотя и не смертной. Он был отправлен в полк Ромодановского, до дальнейших распоряжений. Напомню, чем закончилась эта история: Науму Панину в Воронеже по указу великого государя принародно, собрав перед этим городских и уездных людей, отсекли правую ногу ("не ходи под донских воровских казаков тайно") по лодыжку и левую руку по "завить" (может быть — запястье), и прибили отрубленное к столбам на всеобщее обозрение, за "многое его неутолимое воровство". В честь Наума Васильева сына Севастьянова (Панина) в Воронеже в 1929 году переименовали Ильинский съезд, старейшую воронежскую улицу, в Севастьяновский съезд.
Кроме дозоров беломестные атаманы несли службу на сторóжах на перевозах на Дону и на Воронеже: на Устинском, на Девицком, на Семилуцком, на Губарёвском, Гвоздёвском, Фощеватском, можно дальше перечислять, если что-то ещё осталось.
В редкие периоды мирного времени атаманы на службе руководили десятью казаками, живущими в казачьих деревнях у перевозов, иногда в это подразделение входили и казачьи пятидесятники по одному человеку. Также в десятню вместо казаков могли входить дети боярские из окрестных мест вместе со своими крестьянами.
В Википедии Терентий Веневитинов назван атаманом детей боярских, на перевозах это был как раз тот самый случай, когда его можно было так назвать.
"По вестям", по сообщениям о приближении врага, численность подразделения увеличивалась, как правило, в два раза.
Интересно, что десятня состояла из десяти человек, не считая атамана. Атаман в десяток не входил, как бы стоял "над схваткой". В то время как донские казаки из вольных служилых людей, отправленных из Воронежского уезда на службу в Донское Войско, что видно из списка московского дворянина Ждана Васильевича Кондырева, о котором будет сказано ниже, распределялись в десятки по десять человек, включая десятника. Он считался буквально первым среди равных, первым шёл в списке.
В суровые времена воронежские беломестные атаманы, также, как и дети боярские, часто бывали вестовщиками, отправлялись для "проведывания вестей" о неприятеле и доставляли грамоты от одного воеводы к другому, из одного уезда в другой. Так, во время событий Крестьянской войны под руководством Степана Тимофеевича Разина, в октябре 1670 года станица беломестных атаманов во главе с Ильёй Нехорошим приезжала в Тамбовский уезд к воеводе Еремею Афанасьевичу Пашкову (потомку знаменитого Истомы Пашкова, одного из руководителей Первой крестьянской войны 1606–1607, масштабностью характера чем-то похожего на Разина), который находился в то время в Тамбове в осадном положение, как он пишет воронежскому воеводе Борису Григорьевичу Бухвостову: "днесь сижу в осаде". Чувствуется из письма, что он был рад приезду этих воронежских станичников, когда понял, что связь с внешним миром не потеряна; ему нужен был взгляд со стороны, в буквальном смысле, на происходящее. "Проведав вести", воронежские атамана сообщили воеводе Пашкову нерадостное известие: донских людей и воровских казаков подошло к Тамбову тысяч с три. Вообще второй воевода в Тамбове Еремей Афанасьевич Пашков (до этого он, кажется, был воеводой в Пензе), производит впечатление простого приветливого человека, судя по материалам о Второй крестьянской войне, он мог встретить на дороге где-нибудь возле Нижнего Ломóва простого поместного солдата (вотчинника Ивашку Андреева) и рассказать ему о том, что происходит в округе. А потом этот солдат сообщал в приказной избе Ломовского уезда: встретил на дороге воеводу Пашкова, он мне рассказал то-то и то-то (приходили изменники бошкирцы войском, и он-де, Еремей Пашков, ходил за теми бошкирцы в степь с пензенскими служилыми людьми в погоню. И те-де, Государь, изменники бошкиры на степе, на драгунские дороги, пензенских служилых людей побили до смерти человек с 50 и больши).
В этой станице, бывшей в Тамбове, или какой-нибудь другой, мог быть Савелий Незнамов сын Студеникин, отец Михаила и дядя Федоса, который значится в числе беломестных атаманов в "Книгах смотреных дворяном и детем боярским, помесным козаком и беломесным и усмонским и боровским отоманом, которыя служат по городу Вороножю" 1659-62 гг. вместе с Ильёй Нехорошим.
В 1700 году беломестный атаман Сергей Федосеев сын Студеникин привёз в городок Орлов воеводе Дмитрию Ивановичу Воторопину от царя Петра Алексеевича грамоту с требование пользоваться в определённых случаях клеймёной под гербом бумагой.
До настоящего времени ещё не удалось узнать отчества Петра Студеникина, впервые упомянутого в найденных документах в 1655 году в полку боярина и воеводы Василия Васильевича Бутурлина в 8-й роте под командованием капитана Ивана Рыцарьсона, а затем рейтара Белгородского полка боярина и воеводы Григория Григорьевича Ромодановского в 1665 году, а также Евсея Студеникина, десятника бабяковского атамана в 1670-х годах. Этим объясняется их отсутствие в предложенной поколенной родословной росписи. По-видимому, Петр по возрасту больше бы мог подходить в сыновья Незнаю Студеникину, чем Даниле, как я первоначально думал из-за того, что он был представлен в одном из списков рейтаров (или рейтар, если так больше нравится) Белгородкого полка вместе с Федосом, сыном Данилы Незнамова сына Студеникина. Затем Федос успешно продолжил службу, став копейщиком в том же полку иноземного строя в 1670-е годы, а Петр к тому времени в найденных списках уже не появлялся.
И если удастся выяснить (в чём я сильно сомневаюсь по причине скудости документальных свидетельств, относящихся к этому периоду истории Воронежа; древний род Студеникиных вместе с его ранней историей вообще был чуть ли не полностью забыт в Воронеже до того, как мне стали в архиве попадаться документы, в которых упоминались служилые люди, к нему относящиеся; до этого о нём почти нигде не говорилось ни слова), что христианское имя Незная — Прокофий, может оказаться, что в роду Студеникиных в XVII веке было два Прокофия Михайлова и два Петра Прокофьева. Такой обычай — называть детей в честь своих предков и родственников, даже не очень близких, скажем, в честь прадеда или двоюродного прадеда, существовал, например, среди детей боярских Елецкого уезда, где в XVII столетии 67% имён из выборки, по подсчётам студентки Елецкого университета А. С. Пальчиковой, опубликованным в одной из её работ, было дано по этому правилу — называть детей в честь родственников.
Особенно часто, что бросается в глаза, называли детей в честь прадедов. В Рязанском уезде в XVI столетии правнук сына боярского даже по прямой линии, носящий его родовое прозвище, уже не считался его потомком и не имел права на получение прадедовой вотчины, как бы начиная новый цикл существования этого рода. Он только мог рассчитывать в совсем юном возрасте, в колыбели, на получение имени прадеда, вдруг оно принесёт удачу в житейских делах?
Поэтому, так как даже правнуки не считались потомками, и их уже ничто не связывало с прадедом, кроме родового прозвища и общего имени в некоторых случаях, наверное, в русском языке и не сохранилось (если они вообще когда-либо были) слов для обозначения предков старше прадеда, кроме слова "пращур", обозначающего любого далёкого предка, в отличие, например, от латинского языка, где после прадеда (proavus), идут ещё abavus, atavus и tritavus, о которых помнили, думали, говорили, и писали в разных документах и сочинениях, в которых часто говорилось и о мифологических героях с их многочисленными поколениями предков, поэтому эти слова сохранялись в употреблении.
Кроме двух не попавших в родословную поколенную роспись воронежских Студеникиных, известных по архивным документам, также в неё не вошёл житель Большой Усмани Собакиной, несомненно какой-то их родственник, живший в 1646 году в этом селе во дворе атамана Александра Осипова сына Покидова крестьянин Савостька Киреев сын Студеникин. На самом деле вольный служилый человек, имеющий даже собственное оружие.
Хотелось бы узнать, не одно ли это лицо с бабяковским атаманом Евсеем? Ведь уменьшительная форма "Сева" относится в настоящее время и к Евсевию, и к Севастьяну, именам, произошедшим от одного греческого корня. Всё же, наверное, это разные лица, так как Севастьян Киреев сын Студеникин, как удалось узнать, перешёл на службу в Войско Донское в 1646 году, в год проведения переписи, после неё. И вряд ли возвратился в Воронежский уезд.
Среди жителей разных сословий, и атаманов, и крестьян (по существу, тех же самых служилых людей, по разным причинам, в силу возраста, здоровья или других обстоятельств, оказавшихся не на службе или ещё не призванных) Бабякова, Ямнова и Усмани Собакиной встречались некоторые общие фамилии для всех этих сёл, говорящие о родстве этих людей, например: Трубчениновы, Щеблыкины, Кузнецовы, Даншины, Мещеряковы, Гречишниковы, Колпачеевы, Болдыревы, Желтухины и др. жили в трёх этих сёлах, и некоторые жители помещичьих дворов свободно переходили из села в село, Пчелинцовы как живой пример, перешедшие частично из Собакина в Бабяково и Ямное, из крестьян в атаманы. Поэтому не показалось бы удивительным, если бы Евсей Студеникин перешёл из одного атаманского села в другое.
Часто в переписных книгах Воронежского уезда родственников помещиков, живущих в их дворах, записывали отдельно от крестьян и бобылей, оговаривая их родство или свойство, но иногда и смешивали с крестьянами. Так, например, в переписной книге 1646 года житель какого-нибудь села мог быть записан как крестьянин помещика, а в документе 1648 года, представляющем собой также что-то вроде переписи, сообщалось, что он является его родным братом и о том, что он живёт в крестьянстве ничего не говорится. Поэтому вполне может быть, что Севастьян Студеникин был каким-то родственником или свойственником Лукиных.
Усманский атаман Александр Осипов сына Покидов (другие его фамилии: Осипов, Лукин), вероятно, сам был сыном бобыля, малоземельного или безземельного ("беcпашенного") крестьянина Осипа Познякова, жившего во дворе атамана Покида (Плакиды) Никитина сына Лукина в 1615 году.
В 1672 году усманский атаман Ерофей Худяков (какой-то мой родственник) сторговал с места избу у бабяковского атамана Евсея Студеникина, в каком селе была эта изба, в документе не говорится.
Ерофей Сафонов сын Худяков умер в 1674 году в пожилом возрасте, видно, что для сына Григория старался что-то сделать хорошее напоследок, как-то получше его обустроить в Усмани Собакиной, наладить быт.
Старость Ерофея Худякова не была спокойной. За год до смерти он по указу царя и великого князя Алексея Михайловича и грамоте из Посольского приказа вместе с некоторыми другими усманскими атаманами выслеживал на реке Чёрной Калитве и у Богучара вора Ивашку Миусского с товарищи (с разбойнички), в прошлом сторонника Степана Разина.
Возможно, усманские атаманы считались частью донского казачества, так как отношениями с донскими казаками ведал Посольский приказ.
Выяснилось, что Севастьян Киреев сын Студеникин был прибран "на Воронеже" 6 апреля 1646 года воронежским воеводой Жданом Васильевичем Кондыревым. И был передан в Нижнем Черкасском городке донским атаманам и казакам и всему Донскому войску, как говорится в документе, в прибавку. В списке он проходит как вольный служилый человек, имеющий свой собственный самопал и не нуждающийся в приобретении нового оружия из казны. Значится он в этих списках как Савостьянко Киреев сын Деникин.
Почему-то именно в 1646 году после переписи, как-то уменьшилось число "крестьян" и "бобылей" в Воронежском уезде, может быть власти посчитали, что слишком много вольных служилых или ратных, как их иногда называли, людей, в том числе родственников детей боярских и поместных атаманов, оказалось не на службе. И поэтому часть из них была повёрстана на драгунскую службу во вновь созданный укреплённый городок Орлов, а другая часть влилась в ряды Войска Донского, по приказу сверху, а не самоходом, как принято думать.
В настоящее время на Дону встречаются жители как с той, так и с другой фамилией: Студеникины и Деникины.
Савостьянко Киреев сын Деникин находится в 126-й десятне в этом Списке Ждана Кондырева, как я его называю.
В десятню входит десятник (иногда — десяцкий) Родя Евсевьев сын Балаш и девять вольных служилых людей, а не десять, как обычно считается.
Вместе с Севастьяном Студеникиным в этом списке стоит такая историческая личность, как Богдан Гаврилов сын Северов (в 3-й десятне), в том же году ставший сотником (иногда — сотницкий), а во время Второй крестьянской войны, находясь на должности астраханского стрелецкого головы, Северов был выслан против войска Степана Тимофеевича Разина. Интересно, что одним из сторонников Разина был по-видимому вольный казак с фамилией рязанских старинных вотчинников Кондыревых, которые в Каменском стане Рязанского уезда были иногда участниками одних и тех же вотчинных дел вместе со Студеникиными. То, что в вольные казаки уходили дети боярские, видно из другого списка вольных служилых людей — оставшихся на Дону (1646 год). В нём есть такая запись: "Осип Артемиев сын Лыков Тесменин сын боярской", явно из старинного боярского рода, т. к. подчёркивается только его родовитость. (В более раннем списке ушедших на Дон из Воронежа он записан просто как Оська Ортемьев сын Лыков.)
Также в этот, так сказать, контингент служилых людей, предназначением которых была служба на Дону, входила ещё одна знаменитая в будущем личность — Михаил Лукьянов сын Самарин, со временем представитель так называемых домовитых казаков, войсковой атаман, сменивший на должности Корнилу Яковлева, ярый противник Степана Разина. Я, после сопоставления архивного документа из Госархива Воронежской области, на который мало кто обращает внимание, ведь в нём говорится о крестьянах (спасибо, что их не называют в учебниках "плебейским элементом", как называют наёмных работников на посаде в XVII веке, жителей городов, "городские низы", с которыми связаны деловыми отношениями пушкари и стрельцы), и списка воеводы Ждана Васильвича Кондырева, считаю, что это никто иной, как Михайло Лукьянов сын Желтовской, живущий в 1646 году в поместье Никифора Болышева в селе Вербилово Карачунского стана Воронежского уезда.
Он записан в списке в 16-й десятне как Мишка Лукьянов сын Самарин, другой житель Вербилова, Нефедко Васильев сын Уланов, находится в 12-й десятне.
В документе из ГАВО* они оба (по моему мнению ) представлены как Нефед Васильев сын Уланов и Михайла Лукьянов сыну Желтовской в одной поручной записи.
67-ю десятню возглавляет десятник Гришка Осипов сын Желтовской, так что эта фамилия также присутствует в этой росписи, что косвенно подтверждает мою догадку о происхождении Михаила Самаренинова.
Севастьян Киреев сын Деникин записан в 126-й десятне. Нет никаких сомнений, что это Севастьян Студеникин из Переписной книги 1646 года, так как в эту десятню входят и другие жители Большой Усмани Собакиной.
В списке вольных людей, оставшихся служить на Дону в числе 2165 человек вместе с сотниками, он служит в сотне Григория Матвеева сына Смирнова. "На Дон грамота, чтоб вольных кормили и запасы давали, а государево жалованье и запасы к ним посланы многие и вперед пришлют."
В 1647 году 14 июня встречаем Севастьяна Студеникина (Деникина/Сту-) и других ратных людей атамана Андрея Покушелова, вместе с сотником Богданом Северовым, сотником Юдой Веневитиновым и другими сотниками и станичниками вольными казаками, этими "рыцарями степей", в селе Коломенском, в царской резиденции, куда они приехали с челобитными о жаловании.
Это тот самый сын боярский Андрей Покушелов, который пострадал за то, что в 1648 году в разговоре высказался одобрительно о Соляном бунте и добавил, что "...на Дону и без бояр живут, а в Литве де черкесы панов больших побили, повывели их...".***

*1 января 1647 г. - 31 декабря 1647 г. Ф. И182, Оп.4, Д.10 ГАВО Поручные записи воронежских служилых людей по воронежским служилым людям о верности службе
**А. Л. Новосельский. БОРЬБА МОСКОВСКОГО ГОСУДАРСТВА С ТАТАРАМИ В XVII ВЕКЕ АКАДЕМИЯ НАУК СССР. Институт истории. 1948 год

Поколенная родословная роспись

I. Незнай Михайлов сын Студеникин — возможно его другое имя — Прокофий, если Савка Прокофьев, живущий во дворе его сына, Данилы Студеникина, в селе Ямном в 1646 году, родной брат Данилы. Другими словами: если Савка Прокофьев и Савелий Незнамов сын Студеникин — один и тот же человек.

II. Данила Незнамов (также Незнанов) сын Студеникин
Савелий Незнамов сын Студеникин

III. Федос Данилов сын Студеникин
Иван Савельев сын Студеникин
Степан Савельев сын Студеникин, 1647-
Михаил Савельев сын Студеникин, 1657-, жена Анна Павлова дочь (?), умерла в 1713 (?) году

IV. Трофим Федосеев сын Студеникин, 1655-
Гаврила Федосеев сын Студеникин
Сергей Федосеев сын Студеникин, 1660-
Прокофий Михайлов сын Студеникин
Иван Михайлов сын Студеникин

V. Иван Трофимов сын Студеникин, 1678-
Петр Прокофьев сын Студеникин, 1691-до 1744 [скорее всего позже, т.к. в 1700 г. его ещё нет в Списке с разборных книг], жена ? Григорьева дочь Прибыткова

Рождественская Хава

VI. Алексей Петров сын Студеникин, 1722-, жена Анастасия Давыдова дочь Худякова, 1727-, Большая Усмань Собакина
Степанида Петрова дочь Студеникина, 1725, замужем за Евфимом Прокофьевым сыном Расторгуевым, г. Орлов
Фома Петров сын Студеникин, 1726-1738
Евфим Петров сын Студеникин, 1732-, жена Фёкла Прокофьева дочь Крюкова 1732-1753, г. Орлов
Парамон Петров сын Студеникин, 1734-, жена Василиса Иванова дочь Ланина, 1734, с. Хреновое

VII. Фёкла Алексеева дочь Студеникина, 1773-
Василий Алексеев сын Студеникин, 1745-, жена Евфимия Матвеева дочь Варварина 1745-
Екатерина Алексеева дочь Студеникина, 1753-
Парфен Алексеев сын Студеникин, 1758-
Савва (Савелий) Алексеев сын Студеникин, 1765-, жена Евфимия 1766-
Семен Алексеев сын Студеникин, 1764-, жена Евдокия 1766
Дарья Ефимова дочь Студеникина, 1753-
Агафья Парамонова дочь Студеникина, 1758-
Яков Парамонов сын Студеникин, 1761-
Каллиник Парамонов сын Студеникин, 1767-1850
Иван Парамонов сын Студеникин, 1770-, жена Матрена 1772-
Илья Парамонов сын Студеникин, 1770-, жена Анастасия 1768-

VIII.Фома Васильев сын Студеникин, 1767-, жена Евдокия 1767
Аксентий Васильев сын Студеникин, 1782-1838, жена Дарья Мартинова дочь 1782
Василий Васильев сын Студеникин, 1784-1853, жена Евфимия 1783-
Николай Саввин сын Студеникин, 1785-1813, жена Устинья 1786-
Михаил Саввин сын Студеникин, 1788, жена Мавра (Марфа) 1792-
Евдокия Саввична Студеникина, 1799-
Никифор Саввин сын сын Студеникин, 1802- жена Мавра 1787-
Гавриил Саввич Студеникин, 1806- жена Матрена Пахомовна 1810-1858
Денис Саввич Студеникин, 1809- жена Ксения 1813-
Антоний Саввич Студеникин, 1828- ;жена Агриппина Кирилловна
Матрона Саввична Студеникина, 1832-
Василий Саввич Студеникин, 1835-
Иван Семенович Студеникин
Евфимия Семеновна Студеникина, 1802-
Василиса Семеновна Студеникина, 1805-
Ольга Каллиникова дочь Студеникина, 1801-
Петр Каллиников сын Студеникин, 1803-
Семен Каллиников сын Студеникин, 1805-
Егор Каллиников сын Студеникин, 1807-
Василий Иванов сын Студеникин, 1805-
Ксения Иванова дочь Студеникина, 1807-
Анастасия Иванова дочь Студеникина, 1809-
Прасковья Иванова дочь Студеникина, 1811-
Федор Иванов сын Студеникин, 1815 -
Елизавета Ильина дочь Студеникина, 1800-
Наталья Ильина дочь Студеникина, 1801-
Павел Ильин сын Студеникин, 1806-, жена Евфимия 1805

IX. Григорий Фомич Студеникин, рекрут с 1812, жена Евдокия 1786
Спиридон Фомич Студеникин, 1793-, жена Евфимия 1792-
Тимофей Фомич Студеникин, 1802- ,жена Елена 1800-
Дарья Фоминична Студеникина, 1804-
Стратоник Авксентьевич Студеникин, 1802-, рекрут с 1828, жена Пелагея Михайловна 1803
Савелий (Савва) Авксентьевич Студеникин, 1804-1856, 2-я жена Ксения Иванова дочь 1817-
Ирина Авксентьевна Студеникина, 1808-
Моисей Авксентьевич Студеникин, 1810-1811
Епифан Авксентьевич Студеникин, 1812-1880, 1-я жена Матрена Ивановна 1810, 2-я жена Дарья Никитична 1825-
Семен Авксентьевич Студеникин, 1816-, рекрут с 1841
Самсон Авксентьевич Студеникин, 1817-
Агап Авксентьевич Студеникин, 1819, жена Пелагея Михайловна 1819
Алексей Васильевич Студеникин, 1811-1811 (сын Василия Васильевича)
Пелагея Васильевна Студеникина, 1802- (дочь Василия Васильевича)
Гликерия Васильевна Студеникина, 1809- (дочь Василия Васильевича)
Филимон Васильевич Студеникин, 1813-, жена Мария Ивановна 1811- (сын Василия Васильевича)
Ирина Васильевна Студеникина, 1817- (дочь Василия Васильевича)
Семен Васильевич Студеникин, 1822-, рекрут с 1841, жена Агриппина Агафоновна 1820- (сын Василия Васильевича)
Николай Васильевич Студеникин,1823-1878, жена Гликерия Трофимовна Михалева 1823- (сын Василия Васильевича)
Ирина Михайловна Студеникина, 1824-
Ольга Михайловна Студеникина, 1830-
Марфа Никифоровна Студеникина, 1820-
Антоний Никифорович Студеникин, 1822-
Евфимий Никифорович Студеникин, 1821-
Евпраксия Никифоровна Студеникина, 1826-
Марфа Никифоровна Студеникина 2-я, 1828-
Андрей Гаврилович Студеникин, 1829-, 1-я жена Просковья Никитична 1830-1860, 2-я жена Матрена Михайловна Волкова
Илья Гаврилович Студеникин, 1842-, жена Марфа Фроловна Королева 1842
Ольга Гавриловна Студеникина, 1850-, замужем за Тимофеем Никитичем Горбуновым 1845
Иван Антонович Студеникин
Степан Денисович Студеникин, 1834-
Иван Иванов сын Студеникин, 1802-1852
Тихон Павлович Студеникин, 1825-
Екатерина Павловна Студеникина, 1827-
Иван Павлович Студеникин, 1829-
Власий Павлович Студеникин, 1832-
Стефанида Павловна Студеникина, 1834-

X. Евдокия Григорьевна Студеникина, 1815-
Варвара Спиридоновна Студеникина, 1811-
Сергей Спиридонович Студеникин, 1825-1879
Феодора Тимофеевна Студеникина, 1832-
Павел Тимофеевич Студеникин, 1835-, жена Матрена
Иосиф Тимофеевич Студеникин
Епифан Стратоникович Студеникин, 1813-
Савва Стратоникович Студеникин, 1823-, 2-я жена Ксения
Михаил Стратоникович Студеникин, 1823-1877, жена Анастасия Трифоновна (Трофимовна)1824-1860
Прасковья Стратониковна Студеникина, 1827- замужем за Александром Прохоровичем Пашковым
Матрена Саввична Студеникина, 1822-, замужем за Романом Матвеевичем Букреевым
Антон Саввич Студеникин ,1828-, жена Агриппина Кирилловна 1826-
Василий Саввич Студеникин, 1835-1836
Михаил Саввич Студеникин, 1838-
Георгий (Егор) Саввич Студеникин, 1844,- 1-я жена Вера Матвеевна Крюкова 1840-, 2-я Александра Трифоновна
Герасим Саввич Студеникин, 1845-, жена Евгения Фотиевна
Константин Саввич Студеникин, 1850- жена Наталья Яковлевна
Татьяна Саввична Студеникина, 1856-
Федор Епифанович Студеникин, 1834-, жена Александра Яковлевна 1835-
Михаил Епифанович Студеникин, 1838-, жена Наталья Екимовна 1836-
Степан Епифанович Студеникин, 1844-
Парфен Епифанович Студеникин, 1849-
Агафон Епифанович Студеникин, 1861-, жена Устинья Степановна Гриднева 1862
Евфимий Епифанович, 1858-
Ирина Агаповна Студеникина, 1847-
Василий Агапович Студеникин, 1852-
Петр Агапович, 1856-
Елизавета Агаповна 1859-
Борис Агапович Студеникин, 1872-1872
Семен Филимонович Студеникин, рекрут с 1841
Минадора Филимоновна Студеникина ,1836-
Кузьма Филимонович Студеникин, 1849-1856
Фаддей Филимонович Студеникин, 1852-, жена Анастасия Андреевна Ситникова, 1850
Агафья Филимоновна Студеникина, 1852-
Илья Семенович Студеникин, 1842-, жена Екатерина Фотиевна Гудкова 1844
Агриппина Николаевна Студеникина, 1848-
Кирилл Николаевич Студеникин, умер в 1850
Сергей Николаевич Студеникин, 1851-, жена Елизавета Игнатьевна Васильева 1863- (1-я жена Косенкова Софья Федоровна)
Мария Николаевна Студеникина, 1855-1859
Анастасия Николаевна Студеникина, 1858-, вышла замуж за Гавриила Федотовича Копытина в 1876 году
Георгий Николаевич Студеникин, 1866-1866
Кузьма Николаевич Студеникин, 1867-, жена Дарья Андреевна Струкова 1867-
Михаил Степанович Студеникин, жена Анастасия Екимовна
Самуил Иванович Студеникин, 1822-, жена Марфа Малафеевна

XI. Матрена Павловна Студеникина, 1860-
Наталья Антоновна Студеникина, 1850-
Мария Антоновна Студеникина, 1858-
Михаил Антонович Студеникин, 1860-, жена Наталья Никифоровна Якунина, 1862-
Гликерия Георгиевна Студеникина, 1863- , замужем за Федором Алексеевичем Быковским, 1862-
Василий Георгиевич (Егорович) Студеникин, 1880-, жена Александра Трифоновна
Татьяна Георгиевна Студеникина, 1887-, замужем за Иосифом Тихоновичем Струковым
Дмитрий Герасимович Студеникин, 1878-
Захар Герасимович Студеникин 1886-, жена Меланья Андреевна Евсеева 1886-
Фекла Константиновна Студеникина, 1873-
Степанида Константиновна Студеникина, 1881-
Матрена Михайловна Студеникина 1858-
Прокофий Михайлович Студеникин (сын Михаила Стратониковича), 1859-
Алексей Михайлович Студеникин, (сын Михаила Епифановича), 1873-
Александра Михайловна Студеникина, (дочь Михаила Епифановича) 1878-1878
Павел Михайлович Студеникин (сын Михаила Саввича), 1858-1858
Анна Ильинична Студеникина, 1870-
Наталья Ильинична Студеникина, 1881-
Евдокия Васильевна Студеникина (дочь Василия Агаповича), 1873-1880
Ольга Фаддевна Студеникина, 1873-
Петр Фаддеевич Студеникин, 1878-1878
Ксения Фаддеевна Студеникина 1879-, вышла замуж за Митрофана Афонасьевича Студеникина 1879-
Маркел Фаддеевич Студеникин 1880-
Анна Фаддеевна Студеникина, 1890-1890
Владимир Ильич Студеникин 1873-
Петр Ильич Студеникин, -1898 (сын Ильи Семеновича Студеникина)
Дмитрий Сергеевич Студеникин,1871-1900 (сын Сергея Николаевича в 1-м браке), жена Дарья Мефодиевна
Васса Сергеевна Студеникина, 1874- , вышла замуж за Алексея Васильевича Суховерхова
Андрей Сергеевич Студеникин, 1878-1878
Иван Сергеевич Студеникин, 1879-
Филипп Сергеевич Студеникин, 1882-1918, жена Акилина Федоровна Ермолаева 1882-
Игнатий Сергеевич Студеникин, 1885-1885
Яков Сергеевич Студеникин, 1886-1888
Федор Сергеевич Студеникин, 1889- (сын Сергея Николаевича во 2-м браке), жена Агафья Григорьевна Мызникова
Григорий Сергеевич Студеникин, 1891-1892
Александра Сергеевна Студеникина, 1893-1894
Евдокия Сергеевна Студеникина, 1895-1896
Анна Сергеевна Студеникина, 1898-1900
Наталия Сергеевна Студеникина, 1901-, в замужестве — Зайцева
Митрофан Сергеевич Студеникин,1905-1942-, жена Меланья Максимовна Варванцева 1905-1987
Татьяна Кузьминична Студеникина 1901 (дочь Кузьмы Николаевича)
Захар Самуилович Студеникин, 1844-, жена Евдокия (также Евфимия) Иванова
Василий Самуилович Студеникин, 1856-1858
Федор Самуилович Студеникин, 1860-1860
Иван Михайлович Студеникин (сын Михаила Степановича) 1858-

XII. Иван Маркелович Студеникин , жена Пелагея Поликарповна
Андрей Дмитриевич Студеникин 1890-1890
Иван Дмитриевич Студеникин, жена Надежда Константиновна
Дарья Филипповна Студеникина 1908-
Елена Филипповна студеникина 1911-
Петр Филиппович Студеникин 1914-
Пелагея Федоровна Студеникина 1908-
Александр Филиппович Студеникин 1916-
Тихон Федорович Студеникин 1910-1913
Мария Федоровна Студеникина 1913-
Петр Федорович Студеникин 1915-1915
Любовь Федоровна Студеникина 1918-1918
Григорий Захарович Студеникин 1865-
Степан Захарович Студеникин 1877-1878
Василиса Захаровна Студеникина, 1880-
Евдокия Михайловна Студеникина (дочь Михаила Антоновича) 1881-

XIII. Александра Ивановна Студеникина 1914-

Рождественская Хава, Воронежская область