Веневитиновы

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

https://yandex.ru/archive/sear..._relevance

Воронежские губернские ведомости, 1887, № 13, с. 4

БИБЛІОГРАФИЧЕСКАЯ ЗАМѢТКА. *)

«Изъ Воронежской старины». М. Веневитинова. Москва. 1887.

Читателямъ «Русскаго Вѣстника» уже знакомо имя автора по талантливому очерку «Изъ исторіи Воронежскаго края», написанному ко дню трехсотлѣтняго юбилея города Воронежа и напечатанному въ майской книжкѣ 1886 года. Очеркъ этотъ появившійся теперь отдѣльнымъ изданіемъ во главѣ вышеназваннаго сборника «Изъ Воронежской старины», сопровождается въ немъ весьма интересными документами, относящимися къ исторіи воронежскаго судостроенія и лѣсохраненія.

Какъ извѣстно, Петръ Великій приступилъ къ судостроенію въ Воронежѣ еще въ эпоху Азовскихъ походовъ, но прочно установилось это дѣло лишь къ 1697 году. Въ концѣ предшедшаго года, Государь, потерпѣвъ неудачу подъ Азовомъ, рѣшилъ принять дѣйствительныя мѣры къ созданію флота. Съ это цѣлью учрежденъ былъ особый сборъ съ помѣщиковъ, и на нихъ возложена обязанность поставить по одному кораблю съ извѣстнаго числа принадлежащихъ имъ крестьянскихъ дворовъ, именно съ десяти тысячъ дворовъ принадлежащихъ свѣтскимъ владѣльцамъ или съ восьми тысячъ дворовъ, принадлежащихъ духовенству. Вотчинники и помѣщики соединялись по числу дворовъ въ особыя общества или артели, называвшіяся кумпанствами, на которыя падалъ только расходъ по постройкѣ кораблей; самый же матеріалъ, то-есть дерево, доставлялся имъ казной, дли чего по распоряженію правительства были отчуждены всѣ лѣса по рѣкѣ Воронежу и въ нѣкоторыхъ другихъ мѣстностяхъ. Каждое кумпанство получало въ свое пользованіе извѣстный участокъ лѣса. Съ этою цѣлью съ 1697 по 1700 годъ было произведено нѣсколько описей и отводовъ лѣсовъ въ казну. Первая такая мѣра была поручена въ 1697 году думному дворянину Ивану Петровичу Савелову съ участіемъ дьяка Никиты Павлова и Воронежца Антона Веневитинова (прадѣдушки автора). Послѣдній произвелъ предварительный осмотръ лѣсовъ еще до пріѣзда Савелова въ Воронежъ. Съ развитіемъ судостроенія (строились большею частію галеры и баркалоны) первоначальное количество отведенныхъ лѣсовъ оказалось недостаточнымъ, и съ теченіемъ времени лѣса понадобились уже съ береговъ Тихой Сосны и ея притоковъ, то-есть изъ предѣловъ нынѣшнихъ уѣздовъ: Нижнедѣвицкаго, Острогожскаго, Бирюченскаго, Валуйскаго и обоихъ Оскольскихъ. Въ 1700 году стольникъ Аѳанасій Зиновьевъ получилъ приказаніе отвести эти послѣдніе лѣса и вмѣстѣ съ тѣмъ провѣрить прежнюю опись составленную Савеловымъ.

Благодаря этой описи, впервые печатаемой in extenso въ сборникѣ г. Веневитинова, съ полнымъ перечисленіемъ именъ лѣсныхъ сторожей и объѣздчиковъ, могутъ быть отысканы предки многихъ нынѣ существующихъ въ Воронежскомъ краѣ дворянскихъ и крестьянскихъ фамилій, причемъ переходъ семействъ изъ одного сословія въ другое объясняется, съ одной стороны, выслугою на государственной службѣ, а съ другой, петровскимъ закономъ объ однодворцахъ, въ которые должны были поступать захудалые помѣщики, отказавшіеся нести службу по бѣдности.

Кромѣ этихъ свѣдѣній, имѣющихъ преимущественно генеалогическій интересъ, въ описи встрѣчается много топографическихъ.

Второй, еще болѣе интересный документъ напечатанный въ сборникѣ, составляютъ служебныя бумаги вышеупомянутаго Антона Лаврентьевича Веневитинова за 1698—1701 годы.

«Лѣтъ пятнадцать тому назадъ», говоритъ авторъ сборника въ предисловіи къ тексту документа, «при поправкѣ родовой нашей усадьбы въ селѣ Новомъ Животинномъ, намъ случилось найти въ кладовой большой сундукъ со всякимъ стариннымъ хламомъ. Между этимъ хламомъ встрѣтился столбецъ или свитокъ, склеенный изъ полусотни листковъ бумаги, исписанныхъ разными почерками конца XVII столѣтія. Столбецъ былъ тщательно свернутъ, и на обложкѣ его мы могли различить надпись: Указы къ прадѣдушкѣ».

Читая эти строки, невольно приходитъ на умъ сколько такихъ семейныхъ архивовъ гніютъ по чердакамъ и погребицамъ старинныхъ усадьбъ, благодаря небрежности и равнодушію ихъ владѣльцевъ. Тѣмъ большей благодарности заслуживаютъ немногіе любители старины, успѣвающіе спасти эти подъ часъ неоцѣнимые памятники.

Антонъ Лаврентьевичъ Веневитиновъ, родившійся около 1656 года, принадлежалъ къ одной изъ древнѣйшихъ воронежскихъ фамилій, числившейся между городовыми дворянами въ разрядѣ дѣтей боярскихъ. Прадѣдъ и дѣдъ Антона Лаврентьевича служили атаманами дѣтей боярскихъ; отецъ его былъ у нихъ завоеводчикомъ; въ той же должности началъ съ 1675 года свою службу и самъ Антонъ Лаврентьевичъ. Въ 1682-84 годахъ онъ былъ уже воеводой въ городѣ Орловѣ (нынѣ село Воронежскаго уѣзда), затѣмъ, вызванный въ Москву, посланъ былъ оттуда на Донъ къ казакамъ съ государевымъ жалованьемъ деньгами, порохомъ, свинцомъ, сукнами, виномъ и другими предметами. Исполнивъ это порученіе, онъ повидимому обратился къ частной жизни и поселился было въ деревнѣ, но оживленіе Воронежа послѣ Азовскихъ походовъ, когда приступлено было къ созданію перваго русскаго морскаго флота, вновь вызвало Антона Лаврентьевича къ служебной дѣятельности. Петръ Великій обратилъ на него вниманіе и поручилъ ему, какъ мы видѣли выше, нѣкоторыя низшія должности въ новой тогда организаціи управленія корабельными лѣсами и судостроеніемъ.

Во главѣ этого управленія, какъ извѣстно, стояли ближайшіе помощники Государя, называвшіеся адмиралтейцами: Александръ Петровичъ Протасьевъ (съ 1696 по 1700 годъ) и затѣмъ Ѳедоръ Матвѣевичъ Апраксинъ. Дѣла по кораблестроенію и управленію корабельными лѣсами вѣдались до 1700 года Владимірскимъ судебнымъ приказомъ, а съ 1700 Приказомъ Адмиралтейскихъ дѣлъ. Но до основанія послѣдняго учрежденія, всѣ дѣла рѣшались непосредственно самимъ Петромъ не въ Москвѣ, гдѣ помѣщался Владимірскій приказъ, а въ самомъ Воронежѣ, именно въ скромномъ дворцѣ на берегу рѣки, гдѣ останавливался Государь въ домѣ отведенномъ и устроенномъ для него на дворѣ мѣстнаго подъячаго Игнатія Маторина. Этотъ дворецъ, называвшійся государевымъ шатромъ, служилъ вмѣстѣ съ тѣмъ первоначально и центромъ всего морскаго управленія, причемъ Владимірскій судный приказъ являлся только исполнительною инстанціей. Отдѣльное зданіе для морскаго управленія, подъ названіемъ Адмиралтейскаго двора, было построено въ Воронежѣ лишь въ послѣдствіи, но еще до 1700 года. Кромѣ личнаго состава всѣхъ служащихъ на корабляхъ и на верфяхъ, Государеву шатру, а затѣмъ и Адмиралтейскому приказу были подчинены всѣ дѣла касавшіяся отчужденія частныхъ лѣсовъ въ казну, ихъ отвода, описи, охраненія и заготовки въ нихъ всякихъ припасовъ на корабельное строеніе. Въ дѣлахъ послѣднего рода адмиралтеецъ имѣлъ помощниками особыхъ чиновниковъ, назначавшихся изъ Москвы и состоявшихъ преимущественно въ званіи стольниковъ. Смотря по важности порученій и удобству ихъ исполненія, послѣднія возлагались также и на отвѣтственныхъ думныхъ дворянъ, мѣстныхъ воеводъ и жителей и наконецъ приказныхъ, то-есть дьяковъ и подъячихъ. Правительственные чиновники завѣдывали высшими инстанціями судостроительнаго дѣла, а мѣстные служилые люди, въ качествѣ ихъ помощниковъ, имѣли непосредственное наблюденіе за описью, отводомъ и охраненіемъ лѣсовъ и за рабочими, и исполняли различныя, особо возлагавшіяся на нихъ обязанности.
Петръ Великій цѣнилъ опытность и знаніе представителей Воронежскаго края и широко пользовался ихъ услугами въ тѣхъ случаяхъ когда находилъ это пригоднымъ. А случаевъ этихъ было множество. Корабли строились преимущественно иностранными мастерами, кое-какъ набиравшимися за границей, не знавшими ни русскаго языка, ни и мѣстности гдѣ производилась постройка судовъ, ни мѣстныхъ условій. Служилое сословіе Бѣлгородскаго полка, въ вѣдомствѣ котораго числились предѣлы нынѣшней Воронежской губерніи, оказало большую помощь Петру, выдѣливъ изъ своего состава многихъ имѣвшихъ возможность быть полезными своею опытностью и знаніемъ мѣстныхъ условій. Въ документахъ того времени часто встрѣчаются имена Лосевыхъ, Михневыхъ, Стерлеговыхъ, Веневитиновыхъ, Бехтеевыхъ, Паренаго и другихъ тамошнихъ помѣщиковъ, принимавшихъ прямое и косвенное участіе въ судостроительной дѣятельности Петра. Такимъ образомъ, между прочимъ, 20 августа 1696 года состоялся государевъ указъ, вслѣдствіе котораго «и по челобитью Воронежца Антона Веневитинова велѣно ему быть въ Воронежскомъ да въ Усманскомъ уѣздахъ для надсматриванья и сбереженія тѣхъ угожихъ лѣсовъ, которые годятся на струговое и лодочное дѣло и къ инымъ судамъ на строенье, и выбрать ему для береженья и рожи въ селахъ и деревняхъ человѣка по два изъ городовыя службы изъ дѣтей боярскихъ, чтобы тѣхъ лѣсовъ потому жъ не рубили и не жгли, и никакой порухи никто не учинилъ, и о томъ ему, Антону, дана наказная память». Въ послѣдствіи область вѣдомства А. Л. Веневитинова была распространена на лѣса сосѣднихъ уѣздовъ Орловскаго и Бѣлоколодскаго. Къ этой-то дѣятельности его и относятся его служебныя бумаги, представляющія богатый матеріалъ для характеристики всеобъемлющихъ и не брезгавшихъ никакою мелочью трудовъ Петра Великаго.

Отчуждая всѣ лѣса по рѣкѣ Воронежу на строеніе судовъ, Государь тѣмъ самымъ лишалъ мѣстное населеніе права въѣзда въ лѣсъ для рубки деревьевъ на сельскохозяйственныя и нія нужды и строго преслѣдовалъ самовольныхъ порубщиковъ. Дубъ и сосна особенно цѣнились Петромъ, налагавшимъ жестокія пени и даже смертную казнь за посѣчку деревьевъ этихъ породъ. Интересна въ этомъ и въ бытовомъ отношеніи изъ бу магъ А. Л. Веневитинова наказная память лѣснымъ сторожамъ села Хрѣноваго о выдачѣ лѣсу Д. Шаблыкину на починку избы, предписаніе ставящее и просителя и лѣсныхъ сторожей въ гр ное положеніе отвѣчать головой за превышеніе размѣра разрѣшеннаго къ порубкѣ лѣса, причемъ самый размѣръ этотъ ничѣ точно не опредѣляется; сказано только: «И какъ къ тебѣ память придетъ, и тыбъ вышеписанному Воронежцу, села Хреноваго жителю, Дмитрію Шеблыкину велѣлъ выбрать лѣса от села Хрѣноваго внизъ по рѣкѣ по Усмани по обѣ стороны села Сабакина, да отъ села жъ Хрѣноваго вверхъ по рѣкѣ Усмани по обѣ жъ стороны до деревни Горокъ, вырубить осин нику, ольшнику, чѣмъ бы ему Дмитрію мочно избу починить, а инаго надобнаго лѣса рубить ему не давать; а будет Ѳедоръ, сверхъ того указаннаго лѣса велить или онъ, челобитникъ, станетъ рубить казенный и годный лѣсъ и тебѣ, Ѳедор и челобитчику за то быть въ смертной казни».

Какъ видно изъ этой же памяти, рядомъ съ такими мѣрам строгости, Государь не оставлялъ безъ вниманія настоятельн потребности народа въ строевомъ лѣсѣ, дровахъ и проч. Дальнѣйшія бумаги А. Л. Веневитинова свидѣтельствуютъ, что государевъ шатеръ и Адмиралтейскій приказъ были завалены челобитными подобными Шаблыкинской, которыя подавались каждому отдѣльному случаю на имя адмиралтейца. Протасьев и Апраксинъ обсуждали прошенія и передавали ихъ на исполне ніе въ подвѣдомственныя имъ учрежденія. Исполненіе, въ виде указовъ и наказныхъ памятей, исходило именемъ Петра Перва сперва изъ Государева шатра, а затѣмъ изъ приказа Адмиралтейскихъ Дѣлъ. Исполнительныя распоряженія скрѣплялись дьяками и выдавались на руки просителямъ или ихъ представителямъ. Указы писались на гербовой бумагѣ, на которой клей выставлялось въ лѣвомъ верхнемъ углу, въ видѣ маленькагѣ кружка съ двуглавымъ орломъ по серединѣ, отчего и самая бумага называлась орлсною. До какой мелочи входили адмиралтейцы во все имѣвшее хотя малѣйшее касательство къ лѣсами видно изъ указа А. Л. Веневитинову по дѣлу о пропажѣ лошади, присталой къ одному крестьянину и затѣмъ украденной у него въ районѣ корабельныхъ лѣсовъ; разыскать дѣло предписывало самому Веневитинову «подлинно по правдѣ и по розыску великаго государя указъ учинить до чего доведется». Такою же въ стоятельностью отличаются жалобы лѣсныхъ сторожей на порубе лѣсовъ и допросныя рѣчи обвиненныхъ въ порубкѣ и воровсте деревьевъ, а также обращики инструкцій лѣснымъ сторожамъ обращавшихъ особое вниманіе на строгое охраненіе древесны породъ и пр.

Нельзя не подавиться этимъ просвѣщеннымъ заботамъ Великаго Петра о лѣсохраненіи въ такое время когда лѣсовъ его было множество по всей Россіи, даже въ Украинѣ; намъ самихъ въ дѣтствѣ приходилось видѣть въ Брянскомъ и Жиздринскомъ уѣздахъ, въ имѣніяхъ С. И. Мальцева, вѣковыя деревья собственноручно клейменыя Петромъ. Да, въ этомъ отношеніи, Какъ посравнить, да посмотрѣть, нынѣшній и вѣкъ минувшій,

Свѣжо преданіе, а вѣрится съ трудомъ.

В. К-въ.

https://yandex.ru/archive/cata...1c7e6bc/12

Воронежские губернские ведомости 1859 № 5 С. 12

МАТЕРІАЛЫ

для исторіи

ВОРОНЕЖСКОЙ И СОСѢДНИХЪ ГУБЕРНІЙ,

состоящіе изъ царскихъ грамотъ и другихъ актовъ XVII и XVIII столѣтій.

(Продолженіе).

CXXII-CXXV. CXXVII.

Содержаніе этихъ пяти грамотъ, данныхъ на имя Антона Веневитинова въ 191-мъ году, то же, что и десяти грамотъ, данныхъ въ прошломъ году на имя воеводы Павловскаго, т. е. - челобитныя о надѣленіи землею. Онѣ представляютъ слѣдующія данныя, не безъинтересныя для исторіи Орлова. Полученіе помѣстья, дачи, или починка, законнымъ порядкомъ на тогдашнемъ юридическомъ языкѣ называлось справить помѣстье; издержки на это, вѣроятно, были значительны, потому что скудость и службы не позволяли нѣкоторымъ справить свои помѣстья (См. гр. № СХХІІ). Но такаго рода владѣніе, безъ юридической санкціи, хотя бы и по поступнымъ записямъ, называлось самовольнымъ. (См. гр. № СХХІІІ). Указъ, разрѣшающій вводъ во владѣніе челобитчика, назывался отказной грамотой (ibid), отказать означало ввести во владѣніе, отказными книгами назывались тѣ, въ которыхъ записывались дѣла, относящіяся до ввода во владѣніе. (Ibid). Выраженіе сдать службу было равносильно слѣдующему: передать свои права на землю другому лицу; такъ въ грамотѣ No СХХV читаемъ: «Осипъ Тарлавинъ здалъ отцу ево Іванову Лукъяну Васильеву сыну Беляеву драгунскую службу в Орлове городкѣ дворъ і землю і жеребей свої». Въ грамотѣ № СХХИ говорится о помѣстномъ окладѣ солдата (Ѳедора Ерохина), равняющемся 50-ти чети земли и 3-мъ рублямъ денегъ. Полковая солдатская служба считалась труднѣе городовой, какъ это можно видѣть изъ примѣра Петра Ерохина, въ 183-мъ (1675) году отставленнаго отъ полковой, а въ 186-мъ году отъ городовой службы. Старость и увѣчье мѣшали нести службу; въ такомъ случаѣ владѣлецъ помѣстья просилъ справить свой почипокъ за сыномъ (См. гр. № СХХП). Помѣстья состояли не изъ одной удобной для посѣвовъ земли (паханой пашни), по изъ перелогу и дикаго поля (См. гр. № СХХV). Втрѣчается извѣстіе о поступной записи на половину починка (10-ти четi) за долгъ въ 10 рублей (См. гр. № СХХVII). Упоминаются строенья, находящіяся на усадьбахъ: изба, клѣть и городьба около усадьбы (См. гр. № СХХІІІ).

Сироты-дѣвки имѣли право на отцовское наслѣдство, какъ видно изъ гр. № СХХІV: послѣ смерти Орловца Корнѣя Турищева осталось двѣ дочеридѣвки, Манька да Оринка. Зять Корнѣя, Ѳедулъ Турищевъ занялъ помѣстье теста, служилъ государеву службу и поилъ и кормилъ своячинъ своихъ-дѣвокъ. Помѣстье это другой орловецъ, Архипъ Хромаго, отнялъ у него своею мочью и на землѣ его посѣялъ и пожалъ хлѣбъ. Ѳедулъ Турищевъ билъ челомъ государямъ. Послѣдовало рѣшеніе, по которому половина всего Корнѣева помѣстья отдана была дочерямъ его, дѣвкамъ Манькѣ ла Оринкѣ, а другая зятю его Ѳедулу, «а покамѣстъ», сказано въ грамотѣ: «дѣвки возростутъ, и ему, Ѳедулу, велѣть с того со всего тестя своего помѣстья Нашу В-хъ Г-ей службу служить и тѣхъ дѣвокъ поить и кормить и замужъ выдать».
Интересно извѣстіе о вмѣшательствѣ приказныхъ въ исковыя дѣла: Микифоръ Тарлавинъ поступился своимъ помѣстьемъ Лукьяну Бѣляеву; сынъ этого Микифора, Осипъ, хотѣлъ отнять прежнее отцовское помѣстье у Ивана, сына Лукьяна Бѣляева, и сдать его другому, потому что, какъ объясняетъ послѣдній въ своей челобитной. «ему, Осипу, в Орлове в Приказной ізбѣ, сидитъ въ подьячихъ свойственникъ ево, і тѣмъ де ево Івана убытчитъ» (См. гр. № XXV).
Замѣчательно челобитье Суходольскаго и Курасова, которое мы представляемъ въ извлеченіи (См. гр. №№ СХХІІІ и СХХѴИ). Въ 190-мъ году Орловской солдатъ Автамонъ Курасовъ билъ челомъ государю о томъ, что, служа солдатскую службу, онъ не имѣетъ ни единыя чет земли, а потому и проситъ дать ему выморочную усадьбу Митрофана Быковскаго, которою владѣетъ самовольствомъ Кузма Суходольской. Тогдашнему орловскому воеводѣ Павловскому предписано было произвести слѣдствіе по этому дѣлу. По допросу, сдѣланному Суходольскимъ, оказалось, что сынъ боярской Еремей Быковскій поступился половину помѣстья отца своего Митрофана брату своему Кузьмѣ Васильеву сыну Суходольскому съ тѣмъ условіемъ, чтобы «ему Кузмѣ с нимъ, Еремѣемъ, владѣть вопчѣ. А будетъ онъ, Еремѣй, половину помѣстья своего непоступитца ему, Кузмѣ, іли ево, Кузму, станетъ с той половины помѣстья ізгонять; и ему, Кузмѣ, взять на немъ, Еремѣе, и на женѣ и на сыне ево по тоі записи заряду (неустойки) пятьдесятъ рублевъ».
По сыску же, 105 человѣкъ подъ присягою показали, что Кузьма Суходольскій Митрофану Быковскому «не сродичъ и не в свойствѣ», и что отецъ челобитчика, Спиридонъ Курасовъ, подавалъ въ розрядъ челобитную Василья Еремѣева сына Быковскаго, въ которой этотъ послѣдній писалъ, что онъ все помѣстье дѣда своего Митрофана уступаетъ Автамону Свиридову сыну Курасову и дѣтямъ его.
2-го декабря 7191 (1682) предписывалось воеводѣ Веневитинову выморочное помѣстье Митрофана Быковскаго отказать Автамону Курасову, а поступной записи Еремея Быковскаго не вѣрить, «для того что онъ, Еремѣй, чѣмъ помѣстьемъ поступился после отца своего, не справя за собою, і по розыску онъ, Кузма, Еремѣю Быковскому не сродичь».
Но этимъ дѣло не кончилось. Сынъ Кузьмы Суходольскаго, Антипка, билъ челомъ государямъ на Автамона Курасова, что послѣдній отнялъ у отца его помѣстье Быковскаго напрасно и что за нимъ Курасовымъ «есть опричь того особое помѣстье з братьями вопчѣ», записанное и въ розборныхъ книгахъ, между тѣмъ какъ за нимъ, Антипомъ, нѣтъ нигдѣ ни одной чети. Сверхъ того, Автамонъ Курасовъ далъ отцу его, Кузьмѣ, полюбовную запись на половину Быковскаго помѣстья; внукъ Быковскаго Василій съ своей стороны далъ Кузьмѣ Cуходольскому поступную запись на ту же самую половину, прежде уступленную имъ Автамону Курасову. На основаніи этихъ данныхъ Антипъ Суходольскій проситъ: не вѣрить челобитью Курасова и не отнимать у него напрасно отцовскаго помѣстья, «чтобъ ему съ матерью и з братьями сиротами межъ дворъ не шататца и государевой службы не отбивать и голодною смертью не умереть».
Въ подкрѣпленіе же своей просьбы, Антипъ Суходольскій представилъ двѣ записи: въ одной написано, что въ 190-мъ году 1-го апрѣля Автамонъ Курасовъ, «поговоря с Кузмою Суходольскимъ полюбовно межъ себя, не ходя в судъ», раздѣлили между собою выморочной Митрофановской починокъ, «а в неустойке заряду написано пятьдесятъ рублевъ»; а въ другой записи написано, что 20 февраля 191-го года, Василій Еремѣевъ сынъ Быковскій «вмѣсто долговыхъ денегъ, десяти рублевъ, поступился дяди своему Кузмѣ Суходольскому половину помѣстья отца своего». которая никому не отдана и не промѣнена и ни въ чемъ не написана; «а в неустойке заряду пятдесятъ рублевъ». Въ слѣдствіе этой челобитной, 15 августа 7191 (1683) орловскому воеводѣ предписывалось взять у Автамона Курасова половину Быковскаго починка и отдать его Антипу Суходольскому «для того что отецъ ево, Антиповъ, Кузма Суходольской, по розборомъ в службу написанъ со 183 году и с того помѣстья служилъ многие годы». За то же, что Автамонъ Курасовъ, бивъ челомъ на все помѣстье, не объявилъ о существованіи полюбовной записи и о неустойкѣ, Антипу Суходольскому предоставлялось право искать на немъ судомъ въ Воронежѣ передъ стольникомъ и воеводою Осипомъ Нармацкимъ. Веневитиновъ обязывался по требованію Нармацкаго выслать въ Воронежъ Курасова запорукою.

_

CXXVI.

Грамота Царей Іоанна и Петра Алексѣевичей о томъ, чтобы мѣрить всякій хлѣбъ новопоставленною орленною мѣрою.

Антону Лаврентьевичю Веневитинову. В прошломъ во 188-мъ (1679) году сентября въ 9 день, в Приказѣ Большого Приходу, в указе брата Нашего В-ихъ Г-ей Блаженные памяти, В. Г. Царя и Великого Князя Ѳеодора Алексѣевича всеа Великия и Малыя и Бѣлыя Росии Самодержца и Стрелецкого Приказу написано: велѣно на годовое жалованье московскимъ стрельцомъ збирать стрелецкой хлѣбъ на Москвѣ в Стрелецкомъ во всехъ приказахъ, такъже і во всѣхъ городахъ в торговую таможенную в орленую мѣру и сверхи подгребло: и для приему и отдачи стрелецкого хлѣба і ружникомъ і обротчикомъ учинить мѣры всѣ равны і с верхи подгребло и, заорля, послать во всѣ приказы і во всѣ городы іс Приказу Большого Приходу. І о томъ заказу учинить накрѣпко под смертною казнью, чтобъ тѣхъ новопоставленныхъ подгребенныхъ орленныхъ мѣръ на Москвѣ і в городѣхъ нихто непеременяли. І о томъ на Москвѣ і в городѣхъ кликать биричю по многие торговые дни, чтобъ всякихъ чиновъ люди тотъ Нашъ В-ихъ Г-ей указъ вѣдали.
I тѣхъ новопоставленыхъ мѣръ послано в Орловъ городокъ, для приему и отдачи стрелецкого хлѣба, і ружникомъ и обротчикомъ, и для продажи і торговли хлѣба всякихъ чиновъ людемъ мѣдной четверикъ, припустя и заорля противъ Нашего В-ихъ Г-ей указу, і верхи в томъ четверикѣ подгребло, да к тому четверику гребло железное заорленоежъ, с нарочнымъ ѣздокомъ з бѣлогородцомъ Степаномъ Матренинымъ. - Воеводѣ предписывалось, по пріѣздѣ нарочнаго ѣздока: «орловского городка таможенного голову с товарыщи, і земского старосту, і посацкихъ і всякихъ чиновъ людей, собравъ въ съѣзжей ізбѣ, і сю Нашу В-ихъ Г-ей грамоту велѣлъ вычесть в слухъ і сказать имъ Нашъ В-ихъ Г-ей указъ, чтобъ они, Орлова городка і иныхъ городовъ посацкие и уѣздные і всякихъ чиновъ люди, хлѣбъ всякой покупали и продавали в тое новую мѣру.
І для приему и отдачи стрелецкого і ружникомъ и обротчикомъ і для продажи всякова хлѣба в ряды і на торговую площадь с той мѣдной новой мѣры велѣлъ таможенному головѣ с товарыщи здѣлать деревянные новые мѣры слово въ слово подгребло жъ; і гребла тотчасъ, і заорля і наложа годъ, роздавать ихъ торговымъ людемъ противъ прежнего. I с тою образцовою мѣдною мѣрою велѣлъ ихъ припущать почасту, чтобъ были сходны; а подлинную мѣру, четверикъ и гребло, велѣлъ держать для обрасца і всякого спору в таможнѣ со всякимъ береженіемъ за таможенною печатью, і велѣлъ имъ, таможеннымъ головамъ, отдавать межъ себя другъ другу по вся годы с роспискою.
А старые всѣ верховые деревянные мѣры из рядовъ и с площади і гдѣ есть, собравъ, велѣлъ таможенному головѣ и земскому старостѣ, при посацкихъ людяхъ, переколовъ намелко, учинить о томъ запасъ. I велѣлъ кликать биричю по многие торговые дни, чтобъ Орлово городка посацкие и уѣздные і всякихъ чиновъ люди тѣ новые мѣры не переменяли и стрелецкой бы хлѣбъ примать и отдавать, такъ же і ружникомъ і обротчикомъ і торговымъ людемъ продавать і покупать в тѣ новые мѣры подгребло, а старыхъ бы верховыхъ мѣръ в рядехъ і на дворехъ отнюдь нигдѣ ни у кого не было: а буде объявитца, і тѣмъ людемъ от Насъ В-ихъ Г-ей быть в смертней казни бѣзо всякого милосердия».
Сверхъ того воевода долженъ былъ собрать старыя верховыя мѣдныя мѣры, находящіеся въ таможнѣ, и, запечатавъ ихъ таможенною печатью, прислать съ нарочнымъ ѣздокомъ въ Москву, а о распоряженіяхъ своихъ по этому дѣлу писать въ Приказъ Большой Казны окольничему Алексѣю Ивановичу Ржевскому.-7191 (1683) августа въ 8 день. За скрѣпою дьяка Ивана Алферьева. Справилъ Ѳедька Булыгинъ. Подалъ сентября 6 Курченинъ сынъ боярской Афонасій Резанцовъ.

Отъ 7192-го (1684) года осталось только двѣ грамоты (NoNoNo.: СХХХVII и СХХХХ) на имя того же воеводы Антона Веневитинова. Первая грамота содержитъ въ себѣ подтвержденія (уже неоднократныя: «в розныхъ числахъ посланы к тебѣ Наши многие грамоты», сказано въ ней) о розысканіи причинъ недобора таможенныхъ и кабацкихъ сборовъ 189 года у вѣрнаго головы Якушки Варварина (Яков Фролов сын Варварин -- родной брат моего предка Григория Фролова сына Варварина) (См. гр. № СХІ). За неисполненіе указа воеводѣ угрожалось правежемъ недоборныхъ денегъ, 8 руб. и 20 алтынъ. Вторая грамота предписываетъ увѣдомить: сполна ли взятъ хлѣбъ съ примоломъ по окладу на 192-й годъ съ орловцовъ, съ градскихъ и съ уѣздныхъ полковой и городовой службы людей з дворовъ? И съ какихъ становъ, селъ и деревень взято, а также съ какихъ людей и дворовъ и сколько четвертей взято? Сколько, за посылкою въ Воронежъ для донскаго отпуску, осталось налицо?

https://yandex.ru/archive/cata...683adaa/16

Воронежские губернские ведомости 1850 № 14 С. 16

ИСТОРИЧЕСКІЕ МАТЕРІАЛЫ.

Описаніе Воронежа, составленное въ 1666 г.

Лаврентьевъ крестьянинъ Веневитинова Ларка Останинъ сидитъ въ тюрмѣ въ татбѣ в лошединой кражи и во пчелахъ тому четвертой годъ по челобитью Воронежца Андрѣя Желтухина.

Наверное, много раз видели этот рисунок Пушкина с атрибуцией «Евгений Онегин».
А в книге Т. Г. Цявловской «Рисунки Пушкина» (1970) выдвигается предположение, что Александр Сергеевич своих персонажей не рисовал, и на портрете этом изображён Дмитрий Веневитинов.
Я это услышал очень давно в музее-усадьбе в Новоживотинном, но никаких источников происхождения этой гипотезы найти не мог.
По-моему у них в музее очень похожий рисунок рядом расположен, который уже Веневитиновым подписан.

Продолжаем расследование, кто же ты Иван Аристов сын Тиронов?
Здесь откуда не ведомо появилась грамота о наделении Ивана Аристова поместьями в Можайском уезде за осадное сидение 1618 года.
" Во 1636 году сентября 17-го по Указу и по Памяти Великого Государя Царя и Великого князя Михаила Федоровича всея Росии из Приказа сыскных дел за приписью дьяка Тихона Бортосова и по книгам письма и меры Микифора Неплюева да подьячего Алексея Берестова можайской росыльщик Петрушка Телюбув отделил рейторам разных городов в Можайском уезде в Государевой дворцовой волости:
Отделено Борису Фирсову сыну Виневатому
Ивану Аристову сыну Тиронову
Суботе Иванову сыну Тверцыну
с товарищами 11 человеком сельцо Перетесе на реке Жецне ( совр. Шетце) пашни перелогом и так далее..."

Вот те здрасте, поворот. Оказывается Иван Тиронов никакой и не казак и никогда им не был. Рейтар он, а это всё же разница.
Особенности рейтар:
основное вооружение — несколько седельных пистолетов, что позволяло всаднику одной рукой вести огонь, а другой управлять боевым конём;
в России к обычному вооружению рейтара позже был добавлен карабин, что позволяло при необходимости сражаться в пешем строю и вести огневой бой на дальние дистанции.
Рейтарские полки как часть полков «нового строя» в Русском царстве стали формироваться в 1630-х годах.
Или всё таки белозерский казак который в 1630 годах перешел на рейтарскую службу?

Расследование продолжается....

>> Ответ на сообщение пользователя pavelkryukov от 27 сентября 2026 22:38

pavelkryukov написал:

[q]
У меня только гипотеза -- что этот Илья был Веневитиновым, который начал церковную карьеру. У священников фамилии тогда не всегда указывались, его потомков стали называть Поповыми. В середине XVIII века они решили выправить бумаги, и постепенно переименовались в Веневитиновых.
[/q]

Про Илью нашлось следующее: cогласно «Переписной книге Воронежской епархии всех городов и уездов поповым и дьяконовым детям... мужеска пола» за 1705 год при Рождественско-Богородицкой церкви в селе Бабякове служили:

Пречистенский поп Спиридон. У него товарищ вдовой поп Илья, стар и луном увечен и очми мало видит. Сын попа Ильи Сергей 25 л. работает дьячком. Пономарь Евфим Иванов сын.

https://forum.vgd.ru/post/2851...#pp5704505

1658_Разбор
РГАДА 210-12-797
Списки розборные вороножцов, усмонцов, добринцов, Сокольского острогу розбору дьеков: думного дьяка Семена Заборовского да дьяка Семена Титова, с начала у Воронежа отодрано 7181 (1673).

1658 год?
Может быть 1663?

Вторая часть
Поместные казаки, беломестные атаманы, усманские атаманы, боровские атаманы

Беломесные атоманы

Лаврентей Веневитинов
Василей (Севастьянов сын) Панин сыновья Тимошка 10 Наумка* 4 брат Данилка 40 (* Наум Севастьянов, в будущем -- сторонник Разина, Севастьяновский съезд в Воронеже назван в его честь)
Федос Стюденикин (Студеникин) у него сын Трушка 8 зять Аникейка 20
Родион Сонцов брат Стенька 20
Сава Стюденикин (Студеникин) у него пасынок Стенька 15 -- Савелий Незнамов сын Студеникин мой предок
и другие

Усмонские атоманы

Ерофей Сафонов (Худяков) Афонька 25 Гришка 20
и другие

Усмонские половинщики и третчики

Микифор КОДУЛИН -- дядя по отцу Степана Разина

Гаврила Чибесов брат Янка 15 сын Фетька 14

Коливонтей Худяков брат Кленка 20 -- мои родственники

Григорей Богданов брат Ивашка 20 -- Григорий Богданов (Константинов сын) Кодулин/Пробитый Лоб (в списке идёт за Худяковым) -- родственник Степана Разина, двоюродный племянник Никифора Кондратьева сына Кодулина/Чертка/Чертёнка

Сергей Саранчин (Лыткин) братья Кондрашка 20 Кирюшка 8

Клемен Едренихин

Василей Худяков у него брат Лаврик 20 Матюшка 15 (Лаврентий Никифоров сын Худяков -- мой предок)

1 сентября 1700 г. - 30 сентября 1700 г. Ф. И171, Оп.4, Д.1 ГАВО Наказные памяти воронежским начальным людям, росписи о рыбной ловле в Битюцких ухомьях для нужд Адмиралтейства

1700-го ноября в 6 день по указу Великого Государя память воронежцу Порфенью Михневу. По указу Великого Государя велено орловцом, которые в бору у тебя на работе Савелью Данилову, Сидору Олтухову, Андрею Варварину, Семену Щеголеву, Ивану Данилову, Мануйлу Кривилину, Родиону Кривилину, Григорью Прибыткову, Власу Резанцову, Александру Хромову, Корнею Болдыреву ехать на Битюк для рыбные и зверовые ловли.
И как к тебя ся память придет, ты б тех орловцов Савелья Данилова с товарыщи двунатцать человек с работы свободил покамест они у тое рыбные и звериные ловли будут.
~~А как они от тех дел отделаютца~~.
Поимано будет, и тое рыбу с ведома воронежца Федора Веневитинова, которому велено над вами надсматривать, привозить вам на Воронеж и объявлять в Приказе Адмиралтейских дел Федору Матвеевичю Опраксину с товарыщи. А подводу ... под тое рыбу и под звери имать вам на Коротояке и в Костенску у воевод и по селам, город от города, и село от села, переменяя.
И по тому Великого Государя указу и в Костенску и воеводам и приказным людем и по селам помещикам и вотчиникам и их людем и крестьянам под тое рыбу и звери воронежцам Алимпею Мурзину да Василью Масленникову давать подводу сколько им будет надобно город от города и село от села с переменою безо всякие задержания, а хто им из рыбных и из звериных ловцов, и их росписка ниже сего.

Воронежцы ~~Алимпей Мурзин~~
Имена писаны ... росписку, какова послана к Федору Веневитинову.

Орловцы

Савелей Данилов
Андрей Варварин
Иван Данилов
Родион Кривилин
Сидор Олтухов
Степан Щеголев
Монуйло Кривилин
Григорей Прибытков
Панкрат Ситников

Переписная книга крестьян казаков Воронежского уезда и их сказки о крепостной зависимости ГАВО Ф.И171, Оп.4, Д.116

1705 год

Того ж числа на Воронеже на Съезжем дворе перед стольником Карпом Евтифьевичем Сытиным воронежцы посадские люди Василей Юдин сын Веневитинов, Павел Яковлев сын Веневитинов скозали по Светей Непорочной Евангельской Заповеди Господни вправду еже ей ей корабельного дела работных людей воронежцов и иных городов...нет.

Того ж числа на Воронеже на Съезжем дворе перед стольником Карпом Евтифьевичем Сытиным воронежцы посадские люди Яков Мартинов сын Носков, Июда Понкратов сын Колесников, Иван Емельянов сын Филипов, Тихон Ларионов сын Горденин, Степан Иванов сын Мещеряков, Семен Данилов сын Залатарев, Дорофей Яковлев сын Шингорев, Григорей Андреев сын Новосильцов, Тимофей Юдин сын Веневитинов сказали по Светей Непорочной Евангельской Заповеди Господни вправду еже ей ей корабельного дела работных людей воронежцов и иных городов...нет.

1705-го года июля в 14 день на Воронеже на Съезжем дворе перед стольником Карпом Евтифьевичем Сытиным воронежцы посадские люди Яков Афанасьев сын Русинов, Логвин Юдин сын Веневитинов, Емельян Степанов сын Третьяков сказали по Светей Непорочной Евангельской Заповеди Господни вправду еже ей ей корабельного дела работных людей воронежцов и иных городов...нет.

Того ж числа на Воронеже на Съезжем дворе перед стольником Карпом Евтифьевичем Сытиным воронежцы посадские люди Семен Наумов сын Совастьянов*, Аким Осипов сын Каренцов, Иван Федоров сын Антюфиев, Борис Семенов сын Беляев сказали по Светей Непорочной Евангельской Заповеди Господни вправду еже ей ей корабельного дела работных людей воронежцов и иных городов...нет.

*Сын Наума Севастьянова (Панина), сторонника С. Т. Разина. В честь Наума Севастьянова Ильинский съезд в Воронеже переименован в Севастьяновский в 1929 году.

Переписная книга крестьян казаков Воронежского уезда и их сказки о крепостной зависимости ГАВО Ф.И171, Оп.4, Д.116

За воронежцом за Лаврентьем Герасимовым сыном Веневитиновым в деревни Пруцкой двор ево, помещиков, а в нем в дворе дворовых людей Лунька Иванов сын Виляков, у него дети Панька трех лет, Савостька полугоду, да пасынок Микитка Васильев сын Черкашенинов, Федька Васильев сын Мясоедов, Серешка Лукьянов сын, у него сын Ивашка трех лет, да в бегах Артюшка Ларионов сын Нестеров, у него сын Данилка трех лет, да задворной человек во дворе Гардюшка Иванов сын Черкашенин, у него дети Митька десяти лет, Кленка пяти лет, Мартюшка трех лет, да крестьянской двор во дворе Панька Лукьянов сын Мурзин, у него сын Федоска, у Федоски сын Локтюшка году, да зять Авакумка Провоторов, да бобыльских дворов во дворе Ефимка Васильев сын Голяков, у него брат Софрошка, во дворе Максимка Козмин сын Ознобков, у него брат Данилко, у Моксимки дети Свиридка да Якушка тринатцати лет, во дворе Потапка Борисов сын Анцыфоров, у него племянники Ондрюшка, Афонька тринатцати лет Антошка осьми лет Ивановы дети Анцыфоровы ж, во дворе Пименко Дмитриев сын Каробов, у него сын Харлашка да бобыльских же пустых дворов, двор Стеньки Авдеева сына Денисьева, двор Андрюшки Сергеева сына Денисьева ж, а бежали они Стенька да Андрюшка в нынешнем во 7186-м (1678) году, всего за Лаврентьем Веневитиновым дворовых людей семь человек, да задворных людей один двор, а людей в нем четыре человека, да бобыльских четыре двора, а людей в них двенатцать человек, обоево крестьянских и бобыльских дворов, а людей в них шестнатцать человек, да в бегах дворовых людей два человека, да бобылей два человека.

Общая тема