Светловы-Поляковы

...

ети своего времени. Как у унтер-офицера из личной охраны Александра III сын комсомольцем стал.

Семейная легенда утверждает, что мой прадед по материнской линии, унтер-офицер, георгиевский кавалер Леонтий Александрович Поляков был в личной охране императора Александра III (и в батальоне церемониального сопровождения императора). А вот его сын Александр Леонтьевич Поляков принял советскую власть и был первым комсомольцем Вологодской области.
Ну, по порядку.

Был в Вологодской губернии, в селе Мегра, что на берегу Белого озера, род крестьян Поляковых. Озеро считалось «государевым», то есть вокруг него не было частных владений, и люди, населявшие берега, тоже были «государевыми», то есть относительно свободными, но подлежали призыву на военную службу. Поляковы были высокие, светловолосые, худощавые и служили в армии хорошо. Семейная традиция утверждает, что они были забияками и хорошо умели драться.

Да, похоже на то, что драться они умели. Прапрадед унтер-офицер Александр Леонтьевич Поляков в 1877 году был награжден Георгиевским крестом за военные действия против турок на Шипке. И вернулся в Мегру. Будто бы Георгиевский крест вручал сам император Александр II. Когда император проходил мимо шеренги отличившихся в боях солдат, он подошел к прапрапрадеду и дал ему золотой рубль со словами: «Пусть твои дети будут такими же красавцами, как и ты. Выпей за мое здоровье и дай бог тебе удачи!»

Но георгиевским кавалером был и его сын, тоже унтер-офицер, прадед Леонтий Александрович Поляков. Тот самый из личной охраны Александра III. Неясно, участвовал ли унтер-офицер Леонтий Александрович Поляков в серьезных боевых действиях. Может быть, заработал в бою крест Св. Георгия и был переведен в Кронштадт в батальон церемониального сопровождения Александра III.

Но семейные легенды говорят, будто бы, когда государь с семьей сходил с яхты, одна из дочерей государя упала с мостков в воду, а вот тут унтер-офицер Леонтий Поляков государеву дочь из воды выловил и спас. Уж когда у Леонтия Полякова появился Георгиевский крест, бог весть. А может быть, женщины – матери и жены георгиевских кавалеров – кое-что придумали.

А сын Леонтия и Марфы Поляковых Александр Леонтьевич настолько принял советскую власть, что первым (или одним из первых) из всей Вологодской области вступил в комсомол. И другие их дети приняли советскую власть.

В 1925 году Александр Леонтьевич Поляков, первый комсомолец Вологодской области, взял в жены поповну, дочь священника Варвару Ивановну Светлову. Правда, вроде бы Варя Светлова схитрила. В 1924 году отец с матерью (священник Евгений Иванович Светлов и его жена Анна), чтобы отвести беды от детей, уехали из села Троицкого (что на другом берегу Белого озера, где служил священник Светлов) на Кольский полуостров в Кандалакшу в добровольную ссылку (в таком случае советская власть уже больше священнослужителей не ссылала), а сама Варя устроилась на работу секретарем в конторе леспромхоза в Мегре. Про отца и мать она говорила, что они далеко. Про родственников говорила, что они простые хорошие люди (все родственники священника Светлова постарались из Троицкого уехать).
Уже в конце 20-х годов про то, что Варвара Ивановна – дочь священника, старались не говорить, а в 30-е и до конца жизни тщательно скрывали. Уж какие тут родословные!
К чему я это? А к тому, что весь род Поляковых принял советскую власть. А почти весь род Светловых советская власть погубила.

Так вот, Гаврила Светлов, Иванов «природою диакона сын», согласно церковным спискам, в 1789 году был пономарем церкви Иисуса Христа в Ломне Белозерского уезда. А родился он в 1763 году. Когда родился его отец Иван Светлов, который был диаконом, неизвестно. Лет 25–30 можно отнимать от 1763 года.

У Гаврилы Ивановича Светлова было четверо детей, один из них, Иван Гаврилович, стал священником. У священника Ивана Гавриловича Светлова было пятеро детей, его сын Евгений Иванович Светлов был священником Георгиевской церкви в Ломне, а потом его перевели в Белозерск, и он служил в Ильинской церкви и церкви Всемилостливого Спаса. У Евгения Ивановича Светлова было трое детей, Иван Евгеньевич Светлов стал священником. В 1917 году он служил в Вознесенско-кемосельской церкви в Троицком (Киснема).

То есть был в Вологодской губернии достаточно древний род священников Светловых. Одного сына отдавали служить Богу. Служили в районе Белозерска, в Ломне, в Киснеме и в самом Белозерске.

Сказать, что советская власть совсем жестоко поступила с этим родом – не скажешь. Все-таки никого не расстреляли. Священнику Ивану Евгеньевичу Светлову и его жене Анне Николаевне даже разрешили после отбытия добровольной ссылки на Кольском полуострове вернуться умирать в Белозерск. Прожили они после возвращения в Белозерск совсем недолго и почти одновременно в 1932 году умерли. И были похоронены в Белозерске на кладбище у церкви Спаса-на-Горе.

У Ивана Евгеньевича и Анны Николаевны было четверо детей. Расстрелять никого не расстреляли, но все они были лишенцы. И дети были только у одной их дочери Варвары Ивановны, моей бабушки Вари.

Варвара Ивановна Светлова, единственная из большого и древнего рода, у кого были дети, в Бога не верила. Она говорила: «Если Бог такое допустил – значит, его нет!»
От кого мне отказываться? От рода Светловых или от рода Поляковых?

О да, Александр Леонтьевич Поляков был сыном своего времени. Не случайно он стал первым комсомольцем Вологодской области, он близко принял идею о том, что все надо поделить. Да, он участвовал в раскулачиваниях. Мне ли судить его? Слава богу, он понял, что нужно иметь нормальную работу, и вышел из комитета бедноты.

Сложно судить то время. Но ведь в войну он был назначен командиром партизанского отряда под Вытегрой. Немцы до Вытегры не дошли 60 км, но у деда уже были в лесах заготовлены землянки, продукты питания и оружие для его отряда.
А после войны у деда в Белозерске собирались белозеры-фронтовики и бывали небольшие застолья. На эти застолья приходил и поэт Сергей Орлов, в начале войны вступивший в истребительный батальон народного ополчения Белозерска, ставший потом командиром взвода тяжелых танков. К деду заходил и его брат, мой двоюродный дед Николай Леонтьевич Поляков. Он был, как и Орлов, старший лейтенант запаса, комиссованный после тяжелых ранений и отправленный долечиваться в Белозерск. Заходил другой белозер, поэт и фронтовик Сергей Викулов. Люди общались.

Да, вот так все было, собирались фронтовики, заходили поэты-фронтовики Сергей Викулов и Сергей Орлов. Заходил Николай Леонтьевич Поляков, получивший по пулеметной пуле в каждую ногу, когда поднимал взвод в атаку. Мне ли судить? Хоть и стояли рядом с домом деда церкви Ильи Пророка, Всемилостливого Спаса и Спаса-на-Горе, где служили мои другие деды и прадеды Светловы.

По отцовской линии намешано так же. Да и у всех нас в России или почти у всех примерно то же самое по роду.

К чему я все это? Только к тому, что хотим мы этого или нет, а все мы – вперемешку. Историю не повернуть назад, и не надо пытаться это делать. Жить надо сейчас. Лишь бы дальше вот таких гражданских расколов не было!


https://www.genealogyrus.ru/