На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!
Дневник исследования «По следам путешествия Е. Л. Маркова»
Реконструкция подлинных обстоятельств и состава участников путешествия писателя и этнографа Евгения Львовича Маркова по Туркестанскому краю. Исследование направлено на выход за рамки литературного текста и идентификацию реальных ист. личностей
Приоритет №1: сформировать список офицеров и военных врачей, находившихся в Ташкенте и Оше.
Изучение метрических книг за несколько лет уже принесли свои плоды. Этот поиск привели нас к важному результату: в Оше удалось обнаружить двух врачей, чьи фамилии начинаются на букву «С».
P. S. Метрические книги были просмотрены в 2025 году
Возвращение к источнику: «Ошский след» Евгения Маркова
Прежде чем двигаться дальше в нашем расследовании, давайте вернемся к V главе мемуаров Евгения Львовича Маркова. Проанализируем ключевые фрагменты, которые проливают свет на личности его окружения в Оше. Автор прямо указывает на то, как именно он оказался связан с местным офицерством:
[q]
«У нас были письма к некоторым приятеляммоего сына, который по своей обязанности военного инженера несколько времени тому назад не один месяц прожил в Оше, производя постройки в разных пограничных укреплениях».
[/q]
Сразу по прибытии автор описывает первую встречу:
[q]
«...проводив меня сейчас же в квартиру поручика Б-го. Огромный и добродушный поручик, большой приятель моего сына и усердный читатель моих книг, уже был заранее предупрежден о нашем приезде и встретил меня с трогательным радушием».
[/q]
Именно здесь происходит знакомство, определившее быт Маркова в Оше:
[q]
«...пришлось вместе с ним зайти к соседке его, г-же С-й, жене местного врача, тоже близкой приятельницы наших детей, в доме которой они квартировали в прошлом году и к которой у нас также было письмо. ... В конце концов — длинная долгуша, запряженная здоровенным киргизом, явилась вместе с добрейшим поручиком и любезною г-жою С-й к нам на станцию, и мы с женою и пожитками, несмотря ни на что, были забраны военнопленными и водворены по назначению. Милый молодой воин... уступил нам всю свою квартиру и даже своего денщика вместо горничной, а гостеприимный дом добрейшей соседки его, примыкавший двором к двору, сделался постоянным нашим местопребыванием в течение дня...»
Марков дает емкую характеристику этому «туркестанскому воину», в которой сочетаются черты интеллектуала и отчаянного смельчака:
[q]
«Хозяин наш был одним из самых выразительных представителей этого симпатичного типа туркестанских воинов. Он был, с одной стороны, начитанным и любознательным человеком... а с другой стороны, это был истинный запорожец... На коне он спал и ел, на коне он путешествовал по целым месяцам по пропастям и пустыням... В охотах проходила его жизнь. Он был начальником охотничьей команды в своем батальоне... Я нисколько не удивился, узнав потом из газет, что полковник Ионов выбрал его в число немногих смелых спутников своих, когда отправлялся с отрядом удальцов на последнюю экспедицию свою в заоблачные пустыни Памира».
Не менее выразительный портрет автор дает и хозяйке дома, раскрывая детали, которые помогли мне в идентификации:
[q]
«Хозяйка наша была еще молодая, но уже бывалая женщина. Муж ее служил когда-то земским врачом в нашем Щигровском уезде, где я его немножко и знавал, но потом судьба занесла его в Фергану, в Ош, где он женился, осел и завелся своим домиком. Он лечил военный люд, жена его акушерствовала и тоже лечила сартянок и киргизок, смело разъезжая верхом по их кишлакам и становищам... Теперь С. был уже несколько месяцев в Петербурге, где он держал при Медицинской академии экзамен на степень доктора, а барынька его жила здесь одна с матерью и мальчишкой-сынком. Она тоже смотрела истинным туркестанцем старого типа. Такая же сильная, неутомимая и бесстрашная наездница, как ее сосед, такой же неугомонный путешественник по дебрям и горам, — такая же простая и нетребовательная».
Если «поручик Б-го» был для Маркова примером «бесстрашного удальца», то подполковник Г.— это воплощение имперской власти в Туркестане. Анализ текста позволяет нам не только увидеть характер этого человека, но и получить прямые «явки и пароли» для архивного поиска.
Портрет «Туркестанца 96-й пробы»
Марков дает нам редкую возможность увидеть тип администратора того времени:
[q]
«Среди близких друзей наших хозяев обращал на себя особенное внимание подполковник Г-ий, помощник уездного начальника. Это один из храбрейших боевых офицеров, участник в покорении края и администратор "твердой руки", какие только и могут быть полезны в этой стране дикого насилия и племенной вражды».
[/q]
Марков подчеркивает его профессиональный путь, что является для нас ключевой зацепкой:
[q]
«Умный, спокойный, решительный, он тут вполне на своем месте... Теперь, когда я пишу это, он уже занимает пост, более подопающий его способностям и опытности, — начальника Ходжентского уезда».
[/q]
«Музей» вместо квартиры
Описание его быта добавляет штрих к его личности:
[q]
«Характерна холостая квартира, которую Г. великодушно уступил для нашего ночлега. Это скорее какой-то беспорядочный музей, чем жилое помещение. Обе комнаты загромождены на полу, увешены по стенам разнообразными произведениями местной природы и туземного искусства».
Ключ к разгадке инициалов ждал нас в 7-й главе — «Подъем на Малый Алай».
В самом начале главы Марков пишет:
[q]
«Ехать на Алай, в гости к киргизам, мы собрались целою приятельскою компанией. В просторный тарантас впряжена была тройка бойких киргизских лошадей и солдат вместо возницы. Две наши дамы, жена моя и М. П. С., поместились на заднем сиденье, а мы с Н. Г. Г - м впереди; но я нашел, что с высоты козел мне будет гораздо удобнее и свободнее схватывать взглядом картины местности и все, что будет встречаться нам в этой любопытной стране, чем сидя задом к лошадям на узенькой лавочке тарантаса; поэтому сейчас же, как только выехали из города, я перебрался на козлы и отлично устроился рядом с доморощенным кучером нашим».
[/q]
Теперь, когда в нашем распоряжении не просто набор букв, а полноценный контекст и детали, мы можем смело переходить к реализации Приоритета №2: проверке «М. П. С.» по спискам жен врачей гарнизона города Ош. Приступаем к поиску в архивных данных.
Работа с метрическими книгами военно-выездного причта города Ош за несколько лет превратилась в настоящее расследование: я просеивала списки, словно золотоискатель. В поле зрения попали два военных врача, чьи фамилии начинались на одну и ту же букву — «С».
Интрига достигла апогея: кто из них? И вот, в одной из записей — прорыв. Совпадение инициалов безупречно: жена именно этого врача носила те самые буквы — М. П. С. Бинго! Загадочная «барынька», ускользавшая от нас со страниц книги Маркова, наконец-то обрела реальное лицо. Продолжение в соседней теме
Продолжаем наше детективное расследование. Чтобы идентифицировать «полковника К.» — двоюродного брата писателя, провожавшего их до станции Биюк-Ниоз, — мне пришлось досконально изучить родовую ветвь Марковых. Как оказалось, не зря: история этого рода наполнена не менее интересными сюжетами, чем сама книга. Ниже привожу систематизированные данные по генеалогическому древу Марковых XIX–XX веков, которые стали фундаментом моего исследования. Родословная: Курские дворяне Марковы
I поколение: Основатели известной ветви.
Лев Александрович Марков (1799–1869)
Род деятельности: Выпускник Школы колонновожатых (предтеча Академии Генштаба), офицер свиты императора Александра I. Товарищ многих будущих декабристов. В отставке — помещик.
Место жительства: Родовое имение Александровка (позже Патепник) Щигровского уезда Курской губернии.
Жена: Елизавета Алексеевна Ган (из рода фон Ган-фон-Роттерган), дочь суворовского генерала-аншефа Алексея Гана. Родство с Еленой Ган, Еленой Блаватской и Надеждой Желиховской.
II поколение: Дети Льва Александровича и Елизаветы Алексеевны
(В семье было 7 сыновей и 6 дочерей)
Сыновья:
1. Владислав Львович Марков (1832–1905) — прозаик, писатель.
2. Евгений Львович Марков (1835–1903) — писатель-путешественник, этнограф, литературный критик. Директор Симферопольской гимназии и народных училищ Крыма, управляющий отделениями Дворянского и Крестьянского банков.
Жена: Надежда Николаевна Дятлова, курская дворянка.
3. Лев Львович Марков (1837–1911) — педагог, зоолог, прозаик, краевед. Инспектор и директор Тифлисской гимназии.
Место жительства: Тула, Тифлис.
4. Ростислав Львович Марков (1849–1912) — историк, этнограф, публицист. Автор очерков из простонародного быта.
5. Анатолий, Алексей и Владимир Львовичи — находились на военной и государственной службе. Подробных биографий в открытых источниках не имеют.
Дочери:
Елизавета, Мария, Варвара, Надежда (имена двух дочерей требуют уточнения).
О замужестве: Сведения о браках дочерей в общероссийских базах отсутствуют. Для восстановления этих линий необходимо изучение Метрических книг Щигровского уезда и фондов Дворянского депутатского собрания (ГАКО).
III поколение: Внуки (дети Евгения Львовича Маркова)
Лев Евгеньевич Марков (1862–1936)
Род деятельности: Инженер-путеец, общественный деятель, предводитель дворянства Щигровского уезда (1907–1917). Участник столыпинской аграрной реформы.
Место жительства: Имение Охочевка (Щигровский уезд), Санкт-Петербург, с 1920 года — эмиграция в Германии (Берлин, Эрфурт, Висбаден).
Жена: Был женат дважды.
IV поколение: Правнуки
Дети Льва Евгеньевича и Виктории Вячеславовны:
Анатолий Львович Марков (1893–1961) — кадровый военный, офицер Ингушского конного полка («Дикая дивизия»), участник Белого движения. Писатель, мемуарист («Записки о прошлом. 1893–1920»).
Место жительства: Курская губерния, Кавказ, в эмиграции — Югославия, Египет, США (Сан-Франциско).
Дети Николая Евгеньевича Маркова:
Надежда Николаевна: Окончила Петроградский пединститут, сельская учительница. После 1917 года — Бессарабия.
Евгения Николаевна (? — 1929): Окончила Бестужевские курсы, сестра милосердия в ПМВ. Скончалась в Севастополе. (Дочь Магдалина).
Татьяна Николаевна: Окончила Бестужевские курсы, в годы ПМВ — работа в русской комиссии в Лондоне. С 1920 года — Берлин.
Резюме по женским линиям
В генеалогии XIX века, если женщина не вела публичной деятельности, сведения о ее браке фиксировались исключительно в приходских метрических книгах. Все ветви, идущие от дочерей Льва Александровича (Варвары, Надежды, Елизаветы, Марии) и внучек, на данный момент остаются «белыми пятнами», требующими точечной работы с архивными первоисточниками.
Сказание о загадочном полковнике К. и путешественнике Маркове
В далёкие времена, когда по дорогам Средней Азии ещё шли караваны, а письма доставляли на лошадях, жил-был дворянин и писатель Евгений Львович Марков. Любил он путешествовать, смотреть на чужие земли и записывать всё, что видел. Однажды отправился Марков в край далёких гор и долин — в Туркестан. Был он в Ташкенте, где встретили его близкие люди: сын с молодой женой и один человек, которого он назвал только одной буквой. Сказал Марков: — Был со мной мой двоюродный брат… полковник К. И будто туман опустился на имя этого человека. Марков оставил только букву — К. Когда пришло время уезжать, было это 14 мая, и семья проводила путешественника до станции Биюк-Ниоз. Там подняли бокалы, попрощались — и Марков отправился дальше, в сторону долины Заравшана. Но осталось в книгах маленькое зерно тайны: Кто же был этот полковник К.? И начали искать его потомки исторической памяти. Сначала посмотрели в книги о Туркестане. Может быть, это был знаменитый военный? И стали звать на помощь старые списки: ▪️кто служил в Ташкенте; ▪️кто носил полковничий мундир; ▪️кто имел фамилию на букву «К». Появились имена: Кауфман — но великий туркестанский Кауфман уже ушёл из жизни раньше. Колпаковский — слишком высокая фигура, не сходилось. Карцов — дворянин, военный, но в 1891 году звание не подходило. Купреянов — оказался слишком далёк от этой истории. Козлов — таких было много, словно песчинок в пустыне, и среди них трудно найти одного. А вот имя Кульжинский задержалось на перепутье. — Может быть, это он? — спросили исследователи. Потому что такие офицеры часто служили при штабах, могли приезжать в Ташкент и исчезать из местных списков. Но доказательства не было. Тогда исследователи повернули к старым родословным. Вспомнили: Марков был не только Марковым. По матери его род был связан с древней семьёй Ган (Hahn). И возникла новая мысль: — А вдруг полковник К. был не туркестанским знакомым, а родственником через старые дворянские ветви? Стали искать: ▪️братьев и сестёр семьи Марковых; ▪️двоюродных братьев; ▪️сыновей боковых линий; ▪️мужчин, которые могли стать офицерами.
Но старые книги хранили свои тайны. В родословных были следы рода, но не было написано: «Вот он — тот самый полковник К.» Тогда открыли ещё одну книгу — «Барчуки». И там снова встретилась загадочная фигура. Марков опять оставил только: «полковник К., двоюродный брат мой». Ни имени. Ни фамилии. Будто сам Марков сказал: — Кто должен знать — тот поймёт. И вот теперь исследователи стоят у старого сундука с документами. В одном отделении лежат: 📜 путевые очерки Туркестана 📜 «Барчуки» 📜 списки офицеров 📜 родословные Марковых 📜 ветви рода Ган А внутри сундука — маленький ключ с одной буквой: К. И пока дверь не открыта полностью, остаётся самая вероятная догадка: Полковник К. был не случайным человеком из Ташкента. Он был частью большого дворянского круга Марковых — человеком, который оказался рядом с путешественником в тот самый майский день. А имя его всё ещё ждёт, когда кто-нибудь найдёт нужную страницу старой книги.
Историческая заметка Маркова Евгения Львовича представляет собой историко-юридическую реконструкцию, основанную на архивных делах XVIII века. В нем распутываются родственные связи семьи «Марковых» и прослеживается история земельного спора между Николо-Угрешским монастырем и помещиками.
Генеалогия семьи Марка Дмитриевича (Толмача)
В центре этой истории стоит фигура Марка Дмитриевича Толмача Волошенина (которого автор текста отождествляет с дипломатом Марко Россом).
Вот как распределяются семейные связи:
Марк Дмитриевич (Толмач) Волошенин — глава рода, «именитый человек» при Иване III.
Иван Маркович — родной сын Марка Дмитриевича. Именно ему по духовной (завещанию) отец передал свои вотчины в вечное владение.
Лукерья Марковна — родная дочь Марка Дмитриевича.
Иван Никифорович Басенков — зять Марка Дмитриевича (муж Лукерьи). Текст подчеркивает, что этот брак свидетельствовал о высоком статусе Марка, так как Басенковы были знатной боярской фамилией.
Давыд, Авдулла (Овдул), Меньшик и Киндиар Ивановы дети Марковы — внуки Марка Дмитриевича (сыновья Ивана Марковича). Именно они в 1543 году продали родовые вотчины (село Хонятино и деревни) Николо-Угрешскому монастырю.
Краткая хроника земельного спора
Чтобы понять суть тяжбы 1737–1738 годов, нужно видеть логическую цепочку передачи земли:
1. Завещание (до 1487 года): Марк Дмитриевич Толмач оставляет вотчины (Хонятино, Глебовское, Бердебековскую, Гребенинскую) сыну Ивану.
2. Продажа (1543 год): Внуки Марка (Давыд, Авдулла, Меньшик и Киндиар) продают эти земли игумену Зиновию с братией (Николо-Угрешскому монастырю).
3. Несостыковка (1627–1628 годы): Писец Семен Усов при описании земель зафиксировал за монастырем только часть владений, упустив остальное (из-за того, что документы — купчая и духовная — в тот момент были утеряны монастырем).
4. Тяжба (1737–1738 годы): Монастырь (в лице игумена Варлаама и крестьянина Никифора Игнатьева) находит оригиналы документов и пытается вернуть земли, которые были «заняты» (присвоены) смежными помещиками — Алексеем Гавриловым Марковым и Антипом Наумовым Марковым.
Примечание:Помещики-ответчики, вероятно, считали себя потомками или законными наследниками прежних владельцев, на что и указывала их фамилия «Марковы», однако монастырь опирался на прямую купчую 1543 года, подтверждающую продажу этих земель их предками.
Итог рассуждений автора
Автор текста делает вывод, что Марк Дмитриевич Толмач и венецианский дипломат Марко Росс — один и тот же человек. Аргументация строится на:
1. Хронологии: Получение земель совпадает с возвращением Марко Росса из Персии (1476 год).
2. Прозвище: «Толмач» (переводчик) указывает на его дипломатическую деятельность, а «Волошенин» — на иноземное (вероятно, итальянское или греческое) происхождение, что соответствует версии о Марко Россе.
3. Статусе: Близость к великому князю и наличие поручительства митрополита на его духовной грамоте подтверждают его высокий социальный ранг, недоступный простому «переводчику».
