Сабуры, Завражьинская вол.

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Из книги

ISSN 0207-2203

Памятники Отечества

Альманах Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры

Малые города России

Виктор Афанасьев, писатель

Судиславль

...Леса здесь когда-то были дремучие, они, по словам летописца, были подобны морю, где тяжелые хвойные волны колыхались над сырыми травами, где сидела по землянкам меря, кормившаяся бортничеством и охотой, где и теперь еще о сивой старине говорят названия деревень: Копорье, Княжево, Буртасово, Бернятино, Бортниково, Киево, Копейница, Скоморохово, Замерье... То же и в названии рек: Корба, Мера, Сендега, Куекша...

В глубине этих лесов, в сторону Андобского болота, километрах в двенадцати от Судиславля была деревенька Сабуры. Сабуры - место историческое. Именно здесь и в соседнем селе Константиново с давних времен была вотчина Сабуровых, давших ветви Вельяминовых и Годуновых, из этого рода и царь Борис. Федор Сабур, основатель рода, в 1380 году сражался на Куликовом поле в Костромском полку воеводы Ивана Родионовича Квашни. Отряд Сабура был набран вот в этих деревеньках под Судиславлем, в основном в Константинове и Сабурах. Федор Сабур был пожалован князем в бояре именно за то, что его воины не щадили живота в той страшной битве.

Люди жили здесь из поколения в поколение, знали друг друга и в лицо и по имени, уезжали отсюда неохотно, чаще всего «в отход»: то есть на заработки, плотничать, бондарничать в столицах. мой дед, Николай Емельянович Афанасьев, житель Сабур, по зимам работал бондарем в Москве, жил в общежитии где-то на Зацепе. А теперь вот большой деревянный крест его на холме, откуда видно все: и Галичский тракт, по которому нескончаемо идут машины, и Судиславль, укрытый зеленью лип и вязов, и березы возле Преображенского собора, и долина Корбы, уходящая в далекий лес...

Сенатские объявления о запрещениях на имения 1857 № 57

№ 14 053
Одоевцов Петр Ильин, коллежский регистратор.

Согласно свидетельству, выданному 29 января 1818 года за № 286 на имение подпоручика Иоанна, коллежского регистратора Петра, девиц Елизаветы и Марии Ильиных Одоевцовых, под запрещением находится имение в Костромской губернии и уезда, в деревне Сабуры, состоящее из 20 душ крепостных.

После предъявления этого свидетельства для залога запрещение было установлено в связи с ссудой, выданной 29 марта 1826 года Московским Опекунским советом под все 20 душ, с дополнительной суммой в 5000 рублей ассигнациями.

Позднее на имение Одоевцовых было наложено запрещение в связи с переводом на них (поскольку они купили это имение, но из 20 душ по 8-й ревизии осталось 17, так как 3 умерли; купчая совершена в Тульской палате Гражданского суда 10 октября 1849 года) запрещения, которое значилось в своде запрещений 1840 года (№ 49, статья 34 458) за прежней владелицей Параскевой Петровой Михневой за её долг Московскому Опекунскому совету на 17 душ с землёй, в сумме 193 рубля 86 копеек серебром.

Теперь же налагается запрещение на указанные 17 душ от имени вышеупомянутого коллежского регистратора Петра Ильина Одоевцова. Это делается путём переноса на него (в связи с утверждением Тульской палатой Гражданского суда 15 января 1857 года раздёльного акта) запрещения, которое было установлено в 1850 году (№ 60, статьи 13 724–13 727) на прежних владельцев — подпоручика Иоанна, коллежского регистратора Петра, девиц Елизавету и Марию Ильиных Одоевцовых — по тому же долгу в 17 душ Московскому Опекунскому совету.

(Изменение запрещения.)

№ 14 054
Одоевцов Петр Ильин, коллежский регистратор.

Ранее было наложено запрещение на имение отставных подпоручика Иоанна, коллежского регистратора Петра, девиц Елизаветы и Марии Ильиных Одоевцовых. Имение находится в Костромской губернии и округа, в деревне Сабуры, и состоит (по 8-й ревизии) из 17 душ с землёй. Оно было куплено ими у поручика Петра, подпоручика Димитрия и штабс-капитана Андрея Димитриевых Михневых по купчей, совершённой в Тульской палате Гражданского суда 10 октября 1849 года.

Запрещение было наложено в связи с тем, что они предоставили это имение в обеспечение какого-то взыскания по запрещению, которое обнаружилось при оформлении той купчей. Это было запрещение от 21 апреля 1849 года (№ 32, статья 7 055) на Петра Димитриева Михнева совместно с четырьмя лицами — бывшими присутствующими Крапивенского уездного суда — на всё их имущество. Запрещение было связано с делом о взыскании штабс-капитана Софией Чебышовой с полковника Петра Николаева Чебышова по переданному ей от господина Пеерсон заёмному письму на 4000 рублей ассигнациями с процентами и неустойкой. Взыскание налагалось впредь до удовлетворения ими Чебышовой, а также на случай недостатка собственного имения у Петра Михнева, и если появятся к этому имению в законные сроки наследники или доли, причитающиеся Михневым.

Теперь налагается запрещение на это имение из 17 душ от имени вышеуказанного коллежского регистратора Петра Ильина Одоевцова путём переноса на него (в связи с утверждением Тульской палатой Гражданского суда 15 января 1857 года раздёльного акта) запрещения, установленного в 1850 году (№ 60, статьи 13 728–13 731) на прежних владельцев — Иоанна, Петра, Елизавету и Марию Ильиных Одоевцовых — по вышеуказанному делу.

№ 14 055
Одоевцов Петр Ильин, коллежский регистратор.

Согласно свидетельству, выданному 18 февраля 1850 года за № 1504 на имение подпоручика Иоанна, коллежских регистраторов Петра и Николая, а также девиц Елизаветы и Марии Ильиных, под запрещением находится имение в Костромской губернии и уезда, в деревне Сабуры, состоящее из 70 душ.

После предъявления этого свидетельства для залога запрещение было установлено в связи с ссудой, выданной Московским Опекунским советом 7 мая 1850 года под все 70 душ на 37 лет в размере 5250 рублей.

Теперь налагается запрещение на эти 70 душ от имени вышеуказанного коллежского регистратора Петра Ильина Одоевцова путём переноса на него (в связи с утверждением Тульской палатой Гражданского суда 15 января 1857 года раздёльного акта) запрещения, установленного в 1850 году (№ 41, статьи 9 294–9 298) на прежних владельцев — подпоручика Иоанна, коллежских регистраторов Петра и Николая, девиц Елизавету и Марию Ильиных Одоевцовых — по тому же долгу Опекунскому совету.

(Изменение запрещения.)

№ 14 056
Одоевцов Петр Ильин, коллежский регистратор.

Согласно свидетельству, выданному 10 декабря 1852 года за № 120 на имение отставных подпоручика Иоанна, коллежского регистратора Петра и девиц Елизаветы и Марии Ильиных Одоевцовых, под запрещением находится имение в Тульской губернии, Ефремовского уезда, в сельце Поддолгом, состоящее из 69 душ мужского пола с землёй.

После предъявления свидетельства для залога запрещение было установлено в связи с ссудой, выданной Московским Опекунским советом 29 января 1853 года под все 69 душ на 37 лет по 80 рублей на каждую душу, общей суммой 5520 рублей.

Теперь налагается запрещение на это имение из 69 душ от имени вышеуказанного коллежского регистратора Петра Ильина Одоевцова путём переноса на него (в связи с утверждением Тульской палатой Гражданского суда 13 января 1857 года раздёльного акта) запрещения, установленного в 1853 году (№ 16, статьи 5 326–5 329) на прежних владельцев — упомянутых Иоанна, Петра, Елизавету и Марию Ильиных Одоевцовых — по тому же долгу Опекунскому совету.

(Изменение запрещения.)

3-е) 4 июля за № 7 148. По сообщению той же Палаты.

Краткий контекст
Все четыре записи — это изменения в реестре имущественных запрещений. Они касаются одной семьи — Одоевцовых (дворянский род), а именно переоформления всех долговых обязательств на одного человека — Петра Ильина Одоевцова.

Суть происходящего:
В 1857 году Пётр Ильин Одоевцов оформляет на себя единолично все имения, которые ранее принадлежали нескольким членам семьи (его брату Иоанну, сёстрам Елизавете и Марии, а также брату Николаю). Для этого он подаёт в суд раздёльный акт — документ о разделе или выделе имущества. После утверждения этого акта все старые запрещения (обременения) снимаются с прежних владельцев и переносятся на Петра. Это стандартная процедура, чтобы долги оставались привязаны к земле и крестьянам, а не «потерялись» при смене собственника.

Имения, о которых идёт речь:
- Костромская губерния, деревня Сабуры — 17 и 70 душ (всего 87 крепостных).
- Тульская губерния, Ефремовский уезд, сельцо Поддолгое — 69 душ мужского пола.

Общая сумма долгов перед Московским Опекунским советом (государственная кредитная организация для дворян) составляет примерно 10 900 рублей (5250 + 5520 + мелкие долги), что по тем временам очень крупная сумма.

Исторические факты, помогающие понять документ
Коллежский регистратор — самый низкий гражданский чин в Табели о рангах (14-й класс). Это означало, что Одоевцовы — небогатые, мелкопоместные дворяне, едва вышедшие из «служилых людей».

Ревизские души — учётная единица крепостных крестьян при переписях (ревизиях). Указывалось только мужское население, женщины не учитывались. «Семьнадцать душ» — это 17 крестьян-мужчин. Реально с семьями их было в 2–3 раза больше.

Опекунские советы выдавали дворянам ссуды под залог имений на 37 лет (максимальный срок) по 80 рублей за душу. Это была основная форма государственной поддержки дворянства — по сути, ипотека. Если дворянин не платил, имение продавалось с торгов.

Серебром и ассигнациями — в России до 1843 года был двойной денежный счёт: ассигнации (бумажные деньги, сильно обесцененные) и серебро (твёрдая валюта). Курс менялся, 1 рубль серебром = ~3,5–4 рубля ассигнациями. В документах встречаются оба исчисления, что создавало путаницу.

Запрещения — это не арест имущества в современном смысле, а запись в реестре, которая запрещала владельцу продавать, дарить или закладывать имение повторно, пока долг не погашен. Это аналог современного обременения (ипотеки).

Палаты Гражданского суда — губернские судебные органы, которые регистрировали сделки с недвижимостью и вели реестры запрещений.

Раздёльный акт 1857 года — вероятно, связан с разделом наследства после смерти родителей или с выделом долей. Пётр Ильин становится единственным владельцем, вероятно, выкупая доли родственников или принимая на себя все общие долги.

1857 год — это канун Великих реформ. Через 4 года (в 1861-м) отменят крепостное право. Дворяне в это время активно переоформляют имения, чтобы зафиксировать права собственности перед грядущими переменами (после отмены крепостного права закладывать крестьян уже было нельзя).

Список населенных мест Костромской губернии : Список населенных мест Костромской губернии : (По сведениям 1907 г.) / Костром. губ. Земство

Название НП - Сабуры, деревня (д.)
Положение при водоёме — (не указано, клетка пуста)
Железная дорога — (нет)
Вёрст до уездного города - 64
Дворов (1907) - 27
Душ обоего пола (1907) - 92
1897 г.: муж. / жен. / всего - 26 / 59 / 85
Фабрики и заводы — (нет)
Преобладающий промысел - бонд., мал. = бондарный и малярный промыслы

Списки населенных мест Российской империи, составленные и издаваемые Центральным статистическим комитетом Министерства внутренних дел. 18: Костромская губерния : по сведениям 1870-72 годов / обработан ст. ред. М. Раевским. 18

Сабуры — деревня, расположенная при озере Константиновском.
До уездного города (Костромы) — 66 вёрст,
до становой квартиры — 16 вёрст.
В деревне числится 30 дворов;
жителей: 57 душ мужского пола и 74 души женского пола,
итого 131 человек.

Волости и важнейшие селения Европейской России : По данным обследования, произвед. стат. учреждениями М-ва вн. дел. Вып. 2. Губернии Московской промышленной области : [Московская, Тверская, Ярославская, Костромская, Нижегородская, Владимирская] / 29 1886

Сабуры — деревня бывшая владельческая (помещичья);
в ней 21 двор,
180 жителей;
до уездного города — 67 вёрст.
В 5 верстах от деревни — православная церковь и кирпичный завод;
в 7 верстах — две православные церкви;
в 12 верстах — ещё одна православная церковь.

Своей церкви в Сабурах не было. В 1886 г. указывалось: в 5 верстах — православная церковь и кирпичный завод (вероятно, с. Воронье с Троицкой церковью и кирпичным заводом)
в 7 верстах — две церкви (с. Завражье — Николаевская и Троицкая)

Формулировка «бывшая владельческая» означает, что до реформы 1861 года деревня относилась к частновладельческим, а не казённым или удельным поселениям.

По данным ведомостей справок о судимости, оцифрованных командой Familio, наиболее часто упоминаемая профессия в конце XIX века в Завражьинской волости Костромского уезда — это бондари. Также упоминаются земледельцы, стекольщики, фабричные рабочие, чернорабочие и обручники.

По данным Списков населённых мест Российской империи (сведения 1859–1873 гг.)

Регион: Костромская губерния, Костромской уезд (запись № 182)
Название и тип: Сабуры, деревня.
География: Расположена при озере Константиновском.
Удалённость:
66 вёрст до уездного города (Костромы);
16 вёрст до становой квартиры (полицейско-административного центра).
Хозяйство и население:
Дворов: 30
Мужчин: 57
Женщин: 74
Итого жителей: 131 человек.

По данным Списка населённых мест Костромской губернии (1926 год)
Регион: Костромской уезд, Судиславская волость (примечание: в исходнике указана «Костромская область», но она была образована только в 1944 году, в 1926-м это была губерния).
Название и тип: Сабуры, деревня.
Административное подчинение:
Текущее (на 1926 г.): Ронжинский сельсовет.
Удалённость:
14 вёрст до волостного центра;
64 версты до уездного центра.
Данные Всесоюзной переписи 1920 года:
Хозяйств: 22
Мужчин: 22
Женщин: 50
Итого жителей: 72 человека.

Данные на 1 января 1924 года:
Дворов: 15
Мужчин: 26
Женщин: 43
Итого жителей: 69 человек.
Промышленные заведения: отсутствуют.

Упоминаний Сабур в СТАТЬЕ нет, но описываются соседние села, что важно для понимания исторического контекста:

Воронский сельский совет

Воронье. Церковь Троицы Живоначальной

Эта земля древнего Шачиебольского стана, называвшегося по имени речки Шачеболки. Стан этот известен с начала XV века, когда он принадлежал галичскому князю Юрию Дмитреевичу, сыну Дмитрия Донского. В древности здесь по реке Суздалец проходила граница, разделявшая Суздальское и Галичское княжества. Память об этом осталась в названии погоста «Никола, что на Суздальском рубеже». В XV-XVI вв. территория эта входила в состав Судиславской осады, а позже, в Буегородскую осаду, и ее пересекал торгово-почтовый тракт из Костромы через Галич в Чухлому, Солигалич и Тотьму.

В 1611 г. главы боярского правительства в России Трубецкой и Зарутский с боярами вместе подписали дарственную грамоту князю Д.М.Пожарскому на село Воронье с деревнями, стараясь склонить его на свою сторону. Но Пожарский от этого дара отказался.

Когда на престол взошел царь Михаил Федорович Романов, он в 1620 г. Воронье пожаловал князю И.С.Куракину — воеводе, участвовавшему в разгроме польско-шляхетских интервентов. От Куракина в 1629 г. Воронье перешло к думному дьяку И.А.Гавреневу, служившему в Рязрядном приказе. Когда Гавренев умер, часть его имения была оставлена его вдове «на прожиток», но и та уже в царствование Алексея Михайловича умерла во время эпидемии «морового поветрия».

Царь Алексей Михайлович был мнителен, боялся наговоров и волшебства, создал для своей безопасности особый Тайный приказ, о чем уже говорилось ранее. Когда провезли труп Гавреневой умершей от «заразы», то на дорогу где нужно было проезжать царской семье, царь приказал «накласть дров и выжечь, а уголья и пепел свести и насыпать новой земли».

В 1629 г. в Воронье стояли две деревянных церкви: одна Троицкая, другая на торгу — во имя Параскевы Пятницы. Великомученица Параскева — покровительница торговых людей, поэтому и церкви в ее честь ставились на торгу. Кроме того, в то же время в Воронье было два пустых церковных места, на которых раньше стояли церкви во имя Спаса и во имя святых Изосима и Савватия. Обе они в 1628 г. сгорели, после чего церкви Изосима и Савватия не восстанавливались, а на пожарище церкви Спаса построили храм во имя Бориса и Глеба.

По переписи 1646 г., в селе Воронье стояли: двор помещиков, двор приказчика, двор гостиный, двор иконника Шишки Иванова, 16 дворов деловых и мастеровых людей, двор служек мурзы (возможно, здесь находился ссыльный татарский мурза).

После смерти дьяка Гавренева Воронье считалось выморочным и было «взято на государя Алексея Михайловича». Царь часть села в 1666 г. пожаловал думному дворянину Б.Н.Ордын-Нащокину — воеводе и русскому дипломату, участвовавшему в 1666 г. в переговорах России с Польшей. Ордын-Нащокин — основатель регулярной почты в России. Эту часть Воронья в 1734 г. получил в поместье Ф.Г.Колычев, потомок костромского воеводы И.Д.Колычева.

Другая часть села была пожалована П.М.Толстому, а он в 1777 г. эту часть с деревней Волково продал за 700 рублей генерал-аншефу и сенатору графу Р.И.Воронцову. Будучи костромским наместником, Р.И.Воронцов скупал имения, не чураясь и взяток, за что его прозвали «Роман — большой карман». Воронцов владел мануфактурной фабрикой в Костроме и железоплавильными заводами на Урале. Любитель древностей, он собрал ценную библиотеку и создал картинную галерею.

Часть села Воронье от Ордын-Нащокина в 1734 г. перешла к майору Г.К.Готовцеву, а он эту свою часть в 1805 г. продал за 70 рублей Л.В.Молчанову — галичскому помещику, разбогатевшему на винных откупах. Другую часть села Воронье правнук П.М.Толстого продал А.Ф.Нелидову — предводителю дворян Буйского уезда.

В то время Воронье было большим торговым селом, на его площади стояли лавки, амбары для товаров, был питейный дом, две церкви: Троицкая и двухъярусная Успенская. На окраине села работали свечной, кирпичный и кожевенные заводы. В селе шла бойкая торговля, в базарные дни здесь собиралось до 3-х тысяч человек.

Недалеко от Воронья стояла Панская гора, на которой в начале XVII века располагался стан отряда польских интервентов, проходивших из Любима на Кинешму. Отсюда и название горы. Костромской воевода Колычев в 1614 г. писал царю Михаилу Федоровичу: «Воры-казаки пришли и многих повоевали и крестьян побили и поймали и учали ставить в поместья дворян по селам и деревням крестьян мучат и животы емлют (имущество отбирают.— Д.Б.) и жен и детей позорят и хотят приступить к Костроме».

Погост Арахангельский, что вблизи деревни Васютино, имел и второе название — Михаила Архангела, что на Углеце. Здесь в старину была мужская пустынь, около монастыря основалась слободка, жители которой получили некоторые льготы — отсюда и название поселения: слобода. Слобода эта называлась Ерзовской. В 1835 г. на погосте на месте деревянной церкви была построена каменная.

Деревня Бортниково. Рядом находилась усадьба, принадлежавшая в 1750 г. Степану Нелидову и его сыновьям, служившим военными моряками.

Деревня Дуброво. В конце XVII века деревня была в вотчине Г.М.Ярлыкова — малоизвестного дворянина. В 1707 г. с вотчины собирали налог «на кафтаны и жалование солдатам».

Деревня Медведки в 1800 г. принадлежала С.А.Бартеневу, служившему предводителем дворян Буйского уезда.

Деревня Завражье была центром Завражской волости. В 1614 г. она принадлежала «иноземцу» Астафию Ивановичу Греченину. Деревню во время польской интервенции дали Петру Чулкову, предок которого Данил Чулков — русский воевода, участвовал во взятии Астрахани в 1554 г. В 1587 г. он же основал Тобольск. Греченин подал челобитную, в которой просил вернуть Завражье ему. «Но бояре приговорили иноземцу старые поместья не отдавать, а ведено те поместья отписывать на государя».

Деревня Константиново с деревней Воротимово принадлежали кн. С.П.Борятинскому, а отец его получил их за участие в обороне Москвы от поляков. В 1709 г. кн. Борятинский занял у стряпчего Н.Е.Катенина (уроженца г. Чухломы) 500 руб. и заложил «в Буегородской осаде в Андомском стане деревни Константиново и Воротимово, но денег в срок не уплатил». За этот долг деревни перешли к Катенину.

Село Замошье с церковью Афанасия и Кирилла было в вотчине костромского Ипатьевского монастыря.

Село Замерье названо так потому, что расположено за рекой Мерой. В селе Троицкая церковь, так что село иногда называлось Троица-Замерье. Церковь построена в 1788 г. Село с деревнями в 1647 г. было в вотчине князя А.А.Козловского, «служившего на литовской службе», а его отец А.Г.Козловский получил здесь земли, когда был призван на военную службу в 1596 г.

Село Троица (Верховье Михалево). В нем находилось Замерское волостное правление. Село с деревнями в 1629 г. было дано в поместье кн. Ф.А.Борятинскому — ярославскому воеводе, а потом селом владели его внуки. В 1729 г. их сосед, помещик В.С.Фрязин — потомок знаменитого архитектора Е.Фрязина, строил в селе Михалево новую деревянную Троицкую церковь вместо обветшавшей. Каменная Троицкая церковь в селе построена в 1829 г.

Село Кукишево носило и другое название: Александровское, по имени здешней церкви Александра Свирского.

В XVI веке на реке Томе, притоке реки Меры, существовала Воскресенская мужская пустынь, в которой было 3 монаха. В 1630 г. пустынь приписали к Ипатьевскому монастырю. Пустынь была бедна, никаких крестьян не имела, а когда церковь в пустыни разрушилась, она перестала существовать.

Упоминание Сабур в статье "МОНОГРАФИИ БОЯРСКИХ РОДОВ. Древнейшие боярские семьи" , С. Б. Веселовский

...Боярство этих четырем лиц, не говоря о последующей карьере потомства Ивана Красного, свидетельствует о том, что Зерновы заняли в Москве очень видное положение в боярской среде. О Константине Шее родословцы сообщают, что у него сыновей не было, а были две дочери, одна за Федором Кутузом, родоначальником Кутузовых, а другая за кн. Александром Федоровичем Ростовским, отцом Дмитрия Щепы.

У Ивана Красного было три сына: Федор Сабур, Данила Подольский (по вотчине в Костроме, с. Подольскому) и Иван Годун.

У Дмитрия Дмитриевича был один сын — Андрей Глаз, от которого пошли Вельяминовы. Из этого поколения несомненным боярином был Федор Сабур и вероятным — Данила Подольский.

После этих генеалогических предварительных замечаний следует перейти к характеристике землевладения Зерновых в Костроме и других городах.

Начну с топонимического материала. В бывшем Костромском уезде мы находим целый ряд селений, названия которых связаны с прозвищами лиц, живших в XIV—XV вв. Родоначальник Вельяминовых Андрей Дмитриевич Глаз жил в первой половине XV в. По спискам населенных мест (изд. МВД) мы находим четыре деревни «Глазовы»: в 11 км от Костромы, на р. Сендеге, в 17 км от Костромы, в 30 км от Буя, на р. Глазовке, и в полукилометре от Нерехты. Константин Шея жил во второй половине XIV и в начале XV в. С его прозвищем связаны три селения: в 32 км от Костромы, в 4 км от Галича и в 11 км от Кинешмы. Обращает на себя внимание деревня Шеино в Буйской осаде на р. Глазовке, в 5 км от деревни Глазовой, которая могла принадлежать его племяннику, Андрею Глазу. Отмечу еще две деревни «Шеины» — на Чухломском озере и на р. Куси в 68 км от Макарьева. С прозвищем Федора Сабура связаны две деревни: Сабуриха в 59 км от Ветлуги и Сабуры в 66 км от Костромы на озере Константиновском (ср. Константин Шея). Затем у Большой Соли был луг Сабуров (упом. в 1578 г.), а одна из болынесольских варниц в XVI—XVII вв. называлась Сокол-Сабуров. Все это, конечно, только намеки, но никак нельзя в этом видеть лишь случайности и простое совпадение имен, тем более что в актовых источниках мы находим прямые указания на многочисленные вотчины Зерновых в Костроме.

Статья о местном жителе, Брусенине Ю.П.

Юрий Павлович Брусенин окончил семь классов Залужской школы, когда его семья переехала в Судиславль. Десятилетку пришлось заканчивать в вечерней школе. С выбором работы определился быстро. Еще школьником он писал небольшие заметки в районную и областную газеты. Сначала событийные, затем о людях. В газетном деле надо уметь не только хорошо писать, но и фотографировать. У него получалось и то, и другое.
К искусству фотографии он приобщился в сороковые годы. Первым учителем по фотоделу стал его дядя Василий Николаевич Афанасьев, который никогда не расставался с фотоаппаратом.

Бывая на родине в деревне Сабуры, откуда родом и Юрий Павлович, он много фотографировал. В деревне тогда электричества не было, и все фотографии проявлялись и печатались в Москве, где Василий Николаевич жил с семьей.
В начале в основном фотографировали своих земляков, их дома и животных. С годами тематика расширялась – стали фотографироваться семьями. Важные события: свадьбы, рождение детей, счастливые минуты общения дома и на природе — все это стало объектом внимания молодого фотографа Юрия Брусенина.

Единственный современный документ, который удалось найти

Общественная организация "Костромское областное общество охотников и рыболовов"

Судиславский муниципальный район:

Северная: от д. Залужье на северо-восток по железной дороге на участке Кострома-Галич до ур. Зманки.
Восточная: от ур. Зманки на юго-восток по грунтовой дороге через ур. Ронжица-ур. Залужье Маслят-ур. Сабуры до д. Завражье, далее на юг по автодороге Судиславль-Галич до д. Митюшино.
Южная: от д. Митюшино общим направлением на запад по грунтовой дороге через ур. Хотилово, ур. Бородатово, ур. Иваньково до ур. Задорожье.
Западная: от ур. Задорожье на север по автодороге через д. Фроловка, д. Кукуево до д. Залужье.

площадь 8,9 Га

Картографический материал приведен в приложении N 17 к настоящим Перечню и границам*

Этого мало, но это всё, что я нашел