https://forum.vgd.ru/1651/65247/ ru https://forum.vgd.ru/1651/65247/p1885972.htm#pp1885972 https://forum.vgd.ru/1651/65247/p1885972.htm#pp1885972 <font size="4"><b>Песня про атамана Семена Дежнева, славный город Великий Устюг и Русь заморскую</b></font><br>// Наровчатов С. Избранное. – М., 1968<br><br><br>Как на Юге-реке, при устье ли, <br>Было дело в Великом Устюге, <br>Поднимался с утра воевода, <br>Покидал он палаты сводчатые, <br>Выезжал верхом за ворота, <br>Городские ворота решетчатые. <br>А за ним, воеводой, следом <br>Проходили стрельцы по городу, <br>Каждый в ратном искусстве следом, <br>Задирали, дерзкие, бороды. <br>Пробирались следом подьячие, <br>Писаря – приказные строки, <br>Очи волчьи, души собачьи, <br>Мастера наводить мороки. <br>На дома свои пятистенные <br>Понавесив замки пудовые, <br>Поспешали купцы степенные. <br>Торопились люди торговые.<br>Бросив речи свои дурацкие<br>И забавы свои бесовские,<br>Выползали голи кабацкие,<br>Те ярыжники запьянцовские.<br>Косы длинные – красны девицы,<br>Косы забранные – молодицы,<br>Хоть глазком взглянуть, что там деется,<br>За порог пошли подивиться.<br>Выбегали люди па улицу,<br>Полошились соседи и смежники,<br>То но бунтом народ бунтуется,<br>На мятеж но кричат мятежника.<br>Не о нуждах своих беспокоясь,<br>Затолпились толпой устюжане –<br>Нынче денежный ждут они поезд,<br>Смотрят, едут ли поезжане.<br>Пригляделся с прищуркой строгой<br>Воевода князь Прозоровский:<br>Что там светится над дорогой,<br>Над большой дорогой московской?<br>Осветило ровное пламя<br>Многоцветный широкий пояс,<br>Солнце летнее над холмами<br>За версту показало поезд.<br>Так вот в лавке ловкий сиделец<br>Дорогие сбывает ткани,<br>Чтобы ярче они завиднелись,<br>На свету их держит руками.<br>Он их так повернет и эдак,<br>Между пальцев пустит умело,<br>И – глядишь – в глазах у соседок<br>Залазорело и заалело.<br>Облюбуешь парчу цветную,<br>Все до нитки проверишь взглядом...<br>Подъезжает поезд вплотную, <br>Вот уж люди и кони рядом. <br>Трубачи в одеждах нарядных <br>Перед строем едут казачьим, <br>Возле них веселый урядник <br>На коне гарцует горячем. <br>То его на дыбы поднимает, <br>То вьюном заставляет виться... <br>У девиц аж дух занимает, <br>Усмехаются молодицы. <br>Подмигнул одной круглолицей, <br>Показал молодые зубы, <br>Вдруг наотмашь взмахнул рукавицей <br>И запели медные трубы! <br>Медью яростной колокольной <br>Им откликнулось звонкое слово. <br>Словно праздник первопрестольный, <br>Атамана встречают Дежнева. <br>Трижды залп смешав с перезвоном, <br>Расступилась стрелецкая рота. <br>Воеводе ответив поклоном, <br>Он въезжает первым в ворота. <br>Озирается – тихий и властный, <br>Усмехается – чудно и дивно... <br>Полыхает кафтан атласный, <br>И блестит золотая гривна. <br>Из-под шапки глаза темнеют, <br>Огневые грозят зеницы, <br>Поглядит – мужики сробеют, <br>Начинают бабы креститься. <br>Борода – по серебру чернью, <br>По расшитому сыплет вороту... <br>Привечаем знатью и чернью, <br>Он неспешно едет по городу.<br>Борзый конь тяжело ступает,<br>Знать, подпал под твердую руку<br>И уж воли, видно, но чает,<br>Атаманову помнит науку.<br>Возле, чуть приотстав, воевода<br>На кобыле трусит чагравой.<br>Величаясь среди народа<br>И чужой выхваляясь славой.<br>Слух растет в толпе устюжанок:<br>«Атаман здесь, бабоньки, вырос.<br>В эту церкву, встав снопа ранок,<br>Петь с мальцами бегал на клирос.<br>И теперь в слободе стрелецкой<br>Дом стоит старика Дежнева,<br>Сын с ватагою молодецкой<br>Улетел из-под отчею крова.<br>Ох, не встретит единокровных:<br>Четверть века как на погосте,<br>Не дождавшись молитв сыновних,<br>Отца с матерью тлеют кости...»<br>Атаману тот говор не слышен,<br>Он нахлынувшей думой утишен,<br>Смотрит мимо он взглядом влажным,<br>Смотрит поверх он взором странным,<br>Не всегда он был гостем важным,<br>Не всегда он был атаманом.<br>Не с казаками за добычей,<br>Не за славой громких походов –<br>Здесь ходил он с оравой мальчишьей,<br>Огурцы таскать с огородов.<br>Не под свист одичалой вьюги<br>В зимнем морс он правил кочи,–<br>Здесь в затишье легкие струги<br>Выводил он в летние ночи.<br>На корме не Гришка Безносый<br>Здесь торчал с непотребной мордой...<br>Насказал тогда русокосой,<br>Что вернусь, мол, живой или мертвый.<br>И, о давней вспомнив утехе,<br>О своей светлоглазой ладе,<br>Губы сжатые тронул в смехе<br>И опять закусил в досаде.<br>Нынче полон собор многоглавый.<br>Двери настежь открыты в сени.<br>Отягчен почетом и славой,<br>Спешась, всходит Дежнев на ступени.<br>Злат ковчежец пречудного виду<br>Протопопу вручает с поклоном,<br>Чтобы вечную панихиду<br>Тут служили по убиенным,<br>По замерзшим и по утоплым,<br>По погибшим от мора и глада.<br>Помянуть просит словом добрым<br>Всех взыскавших вышнего града.<br>И, главу опустивши книзу,<br>Во души своей грешной спасенье,<br>Дарит он. по обету, ризу<br>И оклад в драгоценном каменье.<br>Мол-де, знает свитая сила,<br>Богородице дал он слово,<br>Когда буря его носила<br>По волнам в день ее Покрова.<br>И на сушу, с гребня на гребень,<br>Вышли утлые кочи с ходу...<br>Отстояв до конца молебен,<br>Атаман выходит к народу.<br>И, сойдя с щербатых ступенек,<br>Где столпилась нищая братьи,<br>Тремя морами медных денег <br>Оделяет всех без изъятия. <br>Тут же миру без проволочки <br>С зеленым вином ставит бочки. <br>Сам же, взяв казаков в подспорье, <br>Гостевать идет на подворье. <br>Притомились люди с похода – <br>Привечай гостей, воевода!<br><br>2<br><br>Много у стен Великий Устюг,<br>Хвалит он на улицах людных<br>Тех, кто в щедрых сибирских устьях<br>Не забыл об истоках скудных.<br>Возглашает он славу Дежневу,<br>Рад тому, что Семен Иваныч,<br>Честь воздав родимому крову,<br>Гостевать остается на ночь.<br>Вновь он, царскою ласкою взыскан<br>И дорогою наказною,<br>Из Москвы к острогам сибирским<br>С государевой едет казною.<br>Миновать ли свой город-отчину,<br>Раз дороги па Камень вышли<br>Через Вятчину и Вологодчину<br>По Сухоне, Вычегде, Вишере?<br>По увалам и по отрогам,<br>По дорогам и перекатам<br>Атаман к обедневшим острогам<br>Едет с жалованьем богатым.<br>Он его на Москве истребовал,<br>Он по всем приказам стучался,<br>И поклонами-то он требовал, <br>И посулами-то не стеснялся. <br>Девятнадцать лет прослужил он <br>В некорыстном походе и поиске <br>И теперь сутягам и жилам <br>О голодном напомнил войске. <br>Говорили: мол, брось стараться, <br>Деньги сгибли, возьми-ка в разум! <br>Пн в Москве за все девятнадцать <br>Получил он единым разом. <br>Знал – недаром челом ударю. <br>Есть-де чем царю поклониться. <br>Поклонился он государю <br>Анадырской щедрой землицей. <br>Нет, не зря он узнан удачей: <br>Тверже камня и мягче воска <br>Правит вольницею казачьей, <br>Крепко держит буйное войско. <br>Атаманство ему добывали <br>Пули метки – родные детки, <br>Замирялись дальние дали, <br>Покорялись с первой разведки. <br>Добывали ему атаманство <br>Сабли востры – родные сестры, <br>И прострились его пространства, <br>Разверставшие, на долгие версты. <br>Шел тропой он землепроходской <br>В дни слепые и зрячие ночи, <br>С Колымы вкруг земли Чукотской <br>Он провел пытливые кочи. <br>Встав у края всего в изголовье. <br>Привязав челны у причала, <br>Анадырь с низов по верховье <br>Под свое он привел начало.<br>Путь прискорбен, страшен и долог,<br>Но Дежнев его тем прославил,<br>Что лишь за год чрез Ленский волок<br>Сорок тыщ соболей доставил.<br>Те, кто даром баклуши били,<br>Поговаривали оторопело:<br>«Без лихих устюжан в Сибири<br>Никакое не сладится дело».<br>Сколько рек на веку он вывершил,<br>Сколько стран исходил незнаемых,<br>Сколько дел порешил и вырешил,<br>Дел неслыханных и нечаемых!<br>Отступили пред ним границы,<br>Преклонили пред ним колена<br>Три девицы сибирской землицы –<br>Колыма, Индигирка, Лена.<br>Он рубил городки и остроги,<br>Строил струги, ладьи и кочи,<br>Через тундру торил дороги,<br>Службу нес до последней мочи.<br>Был он в службе пошей и конной,<br>В службе санной, лыжной и стружной.<br>Вел ладьи по хляби бездонной,<br>Шел он пустошью снежной и вьюжной.<br>Ни пред кем не склонясь головою,<br>Он прошел по нездешним странам<br>И над ними встал с булавою<br>Верховным войсковым атаманом.<br>Ведь концы разгадав до срока<br>И в концах начала кончая,<br>Стал Дежнев в голове потока;<br>Тот поток – вся Русь кочевая.<br>Кто видал, как из озера вешнего<br>Бьет поток, берега вскрывая, <br>Убегая от места прежнего, <br>Достигая нездешнего края? <br>Он сперва без на виду рыщет, <br>Роет землю и днем и ночью, <br>И дороги вслепую ищет, <br>И пути находит воочью. <br>Те пути далеки-далеки, <br>Очеса их во тьме теряют... <br>Забирает поток притоки, <br>А притоки ручьи вбирают. <br>Сколько токов, ручьев и речек <br>В реках смешиваются человечьих? <br>Сколько участей, сколько судеб, <br>Кто их между собой рассудит? <br>Вот одна – глядит исподлобья, <br>Пятернею в затылке чешет... <br>Горевая судьба холопья, <br>Кто над нею душу не тешит?! <br>Расскажи-ка, судьба, по чести, <br>Ты поведай, рабская сила, <br>Из каких бежала поместий, <br>От каких господ уходила? <br>Знать, порядки-то были сладки, <br>Велика была барская милость, <br>Коли ты от них без оглядки <br>Во все тяжкие припустилась. <br>Здесь тебя приветят по-свойски, <br>На бешмет обменят сермягу, <br>Поверставшись в казачьем войске, <br>Поступай в любую ватагу. <br>Вот другая – девицей красной <br>Застыдобился парень пригожий. <br>Ум лукавый, к злату пристрастный,<br>Под смазливой прячется рожей. <br>Из приказчиков вологодских <br>Он сбежал с хозяйским товаром, <br>На распутьях землепроходских <br>Объявился, хитрец, недаром. <br>Он дела обделает чисто, <br>Торг соболий с Москвою наладит, <br>Наживется в двести и в триста, <br>Навсегда в Сибири осядет. <br>Ну, а ты – из людей служивых, <br>Как зашла в гулевые оравы? <br>Кровь упрямая хлещет в жилах, <br>Громко требует чести и славы, <br>Душу завистью зря не мучай, <br>Раз по-волчьи сжимаешь скулы, <br>Значит, вырвешь зубами случай. <br>Прогрызешься, судьба, в есаулы. <br>Здесь каких только судеб нету. <br>Со всего пособрались свету, <br>Были розны, стали едины, <br>Словно капли одной стремнины. <br>Той стремнине мы грянем славу, <br>Сдвинув чаши свои наливные,– <br>С ней страна возрастает в Державу <br>С нею Русь вырастает в Россию!<br><br>3<br><br>Будто гром в кирпичных палатах <br>С расписного ударил свода, <br>То в хоромах своих богатых <br>Пир гостям дает воевода.<br>Он хлопочет, как старый кочет, <br>И, чужой в поднебесном стане, <br>В грязь лицом ударить не хочет, <br>Угождая орлиной стае. <br>Ярым воском сытое пламя <br>До углов заливает светлицы. <br>Вдоволь вольнице за столами <br>Нынче выпало повеселиться... <br>Есть с чего глазам загореться,<br>Если в чарку непереводку, <br>Коли фряжское не по сердцу, <br>Лей в охотку двойную водку.<br>На подмогу веселой силе <br>Вместе с горькой, сладкой и пенной <br>Целый вечер яства носили, <br>Перемену за переменой. <br>Гости за полночь засиделись, <br>До единого на ночь остались. <br>Песню спеть бы, да все принслись, <br>В пляс пойти бы, да приплясались. <br>И сказал тут казак седатый <br>С золоченой серьгою в ухе: – <br>Как мы шли за добычей богатой, <br>Нынче песня была на слухе. <br>За одной ли быстрой добычей, <br>За одной ли деньгой бегучей? <br>Дай-ка песню подправлю притчей <br>О судьбе своей неминучей... <br>На охоту пойдешь за векшей, <br>Понесет напрямик кустами, <br>Выйдешь к лесу, того не легче, <br>Сам пристал, глаза не устали. <br>Лес густым раскинулся станом, <br>Шумно дышит жаркой листвою,<br>Дуб матерым стоит атаманом, <br>Смотр ведет зеленому строю. <br>Он тебе кивнет над поляной, <br>Прошуршит навстречу ветвями. <br>И пойдешь словно гость желанный <br>Меж раскидистыми шатрами. <br>Но пройдешь лишь самую малость, <br>Глядь – крутом бурелом да сучья, <br>Войско стройное перемешалось, <br>Пет шатров, только лес дремучий. <br>Тут судьба посылает милость: <br>Невзначай на стежку наткнешься. <br>Ты куда, тропа, устремилась, <br>Ты куда, проказница, вьешься? <br>До меня по тебе ходили <br>Чьи-то радости и печали, <br>Ишь, как мох меж корней прибили, <br>Всю кору на них обтоптали. <br>Дай пойду тобой полегоньку, <br>Став на месте, немного выведаешь, <br>Полегоньку да потихоньку <br>Ты куда никуда, а выведешь. <br>И тропа, потворствуя взгляду. <br>Вдруг подарит тебя подарком, <br>К несказанному выйдешь граду, <br>Осиянному светом ярким. <br>Тут и кончишь свое хожденье, <br>Отдохнешь под привольным небом... <br>Может, это одно виденье, <br>Может, марево, может, небыль? <br>Но хоть издали насмотреться <br>На красу ого сможешь вволю... <br>Говорят, но прикажешь сердцу, <br>Вот такую и взял я долю.–<br>Кончил речь седой казачина,<br>Усмехаючись виновато:<br>«Знаю сам, мол, что не по чину<br>То мечтание мне, ребята...»<br>Но казаки молчат сурово,<br>Не слыхать ни ругни, ни глуму,<br>Атаману казачье слово<br>Развязало давнюю думу.<br>Пламена всколебали свечи.<br>– Глянь! - он крикнул, весел и страшен.<br>Рыбий зуб рукой человечьей<br>Сверху донизу изукрашен.<br>Посредине солнце и месяц<br>Вместе встали, хоть в небе розны,<br>А от них, в две стороны снесясь,<br>Коромыслом качаются звезды.<br>Ниже звездного полукруга<br>Улеглись плашмя по укосу<br>Два медведя против друг друга,<br>Мордой к морде и носом к носу.<br>Между тех мордатых медведей<br>Чудно нитка тонкая вьется...<br><br>Атаман взглянул на соседей,<br>А глаза его – два колодца,<br>Два колодца – нагнись да охни! –<br>Глубоки темноты земные,<br>Но глядят через черные окна,<br>Ярко светят звезды дневные.<br><br>- Рыбий зуб у каменной кручи <br>Мне дарили в подарок чукчи.<br>Край чукотский – сужу по расспросу –<br>«Здесь в медведя переиначен,<br>Ну, а ниткой по самому носу,<br>То мой путь в волнах обозначен.<br>Как же дальше идти до смыслу,<br>Что гадать под другим медведем?<br>Мы по звездному коромыслу<br>Прямо в край незнакомый въедем.<br>Не туда ли в кромешные ночи<br>Унесло пропащие кочи?<br>По чукчанским живет разговорам<br>В тон земле народ меднолицый,<br>Вместо бога там черный ворон.<br>Колдовская волчица царицей.<br>Не спознался б я с незадачей,<br>Побывал бы там с силой казачьей.<br>А приди я туда хоть с горсткой,<br>Сразу клич по Руси будет кинут,<br>Вслед за мною к земле заморской<br>Гулевые ватаги хлынут.<br>Всех привечу я добрым словом:<br>–Исполать! Благодарствуй и здравствуй<br>Вольной жизнью иод новым кровом<br>Вечно жить казацкому царству!<br>Мы разыщем новые устья,<br>В глубь страны пройдем по протокам,<br>Нарекут Заморскою Русью<br>Нашу вольницу в мире широком.<br>Надоело быть под началом,<br>Дерзкий жребий охота вынуть,<br>Не пора ли к дальнем причалам<br>Бунчуки казацкие двинуть? –<br>Атаман потянулся к чаше:<br>– Выпьем, что ли, за дело наше? –<br>Воевода глаза таращит, <br>Воевода слов не обрящет, <br>Еле выговорил оторопело:<br>– Что, мол, дело? Тут Слово и Дело?<br><br>Атаман, усмехаючись, глянул, <br>Атаман, надсмехаючись, грянул:<br>– Но гляди исподлобья волком, <br>Ничего ты не понял толком. <br>Мы сегодня с друзьями своими <br>Громко славим царское имя,<br>И тебе быть с нами согласну, <br>И тебе б не брехать понапрасну.<br><br>Ох, не кончилось дело б худом, <br>Загудели казаки гудом:<br>– Что ты, старый охальник, с пьяну <br>Войсковому дерзишь атаману! <br>Наши руки еще не ослабли.<br>Враз возьмем крамольника в сабли!<br><br>Заморгал воевода чаще, <br>Впрямь пригрезились речи смелые, <br>Поднимают казаки чаши <br>За Великие, Малые. Белые. <br>Дружно шапки оземь ударя, <br>Пьют за здравье царя-государя:<br>– Славься, крепкая наша держава! <br>Алексею Михалычу слава!<br><br>Как тут мерой верной измерить <br>Все ухмылки и речи лукавые?<br>Лучше на слово будет верить,<br>Что во всем они люди правые. <br>А Дежнева и впрямь не трожь.<br><br>Его голой рукой не возьмешь, <br>Где бы черти его ни носили, <br>На Москве он пока что в силе. <br>Воевода с чашей во здравье <br>Возглашает царю многославье, <br>А потом уж сидит молчком, <br>А потом уж и к двери бочком. <br>У казаков, как с плеч гора, <br>Пир горой пошел до утра.<br><br>А наутро денежный поезд<br>Покидает Великий Устюг,<br>Словно яркий и пестрый пояс<br>Вьется он на улицах узких.<br>Всем eго поглядеть охота,<br>Он на солнце играет и светит;<br>Трубачи въезжают в ворота,<br>Атаман вслед за ними едет.<br>Едет – жестким, прямым, надменным,<br>Из-под шапки смотрит угрюмо,<br>Но в груди, как в ларце драгоценном.<br>Запечатана тайная дума.<br>Меч Державы – он мощен и страшен.<br>И, чужой вздымаемый волей,<br>Вместе узником, вместе стражем<br>Быть ему среди диких раздолий.<br>Но в спокойствии неразличимом<br>Не равнять никого с атаманом:<br>За хлеб соль он с вежеством чинным<br>Благодарствует устюжанам.<br>И, прощаясь с кронным и близким,<br>Путь-дорогою наказною<br>Далеко к острогам сибирским<br>С государевой едет казною.<br><br>1964 ЯТБ Mon, 16 Mar 2015 12:21:50 +0300