https://forum.vgd.ru/10324/191904/ Икона Табынской Богородицы, очень схожая со знаменитой Казанской, тоже обрела славу чудотворной и тоже стала крайне чтимой ru https://forum.vgd.ru/10324/191904/p5703679.htm#pp5703679 https://forum.vgd.ru/10324/191904/p5703679.htm#pp5703679 Это наша домашняя икона Казанской Богоматери. Похожа на Табынскую темным ликом. JRT Mon, 04 May 2026 20:22:12 +0300 https://forum.vgd.ru/10324/191904/p5703673.htm#pp5703673 https://forum.vgd.ru/10324/191904/p5703673.htm#pp5703673 Едва ли можно описать судьбу иконы лучше и лаконичнее, чем это сделал писатель <b>Алексей Иванов</b> в своем историческом романе «Вилы» о восстании под предводительством Емельяна Пугачева. <br> " Табынская Богоматерь.<br>Башкирские мятежи породили чудо иконы Табынской Богоматери. Икона из Табынска – родная сестра иконы из Казани, общерусской святыни. Оба лика были копиями какого-то древнего образца, возможно, иконы Богоматери Хазарской, что стояла в православной церкви Сарая, столицы Золотой Орды. Но казанская икона – малая, домашняя, а табынская – большая, для иконостаса в храме.<br>Во времена Ивана Грозного главным миссионером Руси был Звенигородский Саввино-Сторожевский монастырь. Он рассылал крестителей по дальним дебрям разных инородцев. Один из монастырских странников основал свою пустыньку на соленом роднике у речки Усолки, притоке Агидели. Башкиры считали, что на этих теплых берегах в древности жило могучее племя – «Табынь семнадцатиродная».<br>Забытый ныне странник принес с собой большую икону Богородицы, которая получит имя Табынской. Вскоре возле скита на речке Усолке выросли варницы Соловарного городка. Но в бунт Сары Мергена башкиры сожгли и городок, и пустынь. Однако инок перед гибелью успел спрятать икону в пещере у родника.<br>Русские нуждались в соли и отстроили Соловарный городок заново, а для защиты возвели Табынский острожек. При нем появился небольшой Вознесенский монастырь. Однажды его дьякон ехал с пашни и вдруг услышал голос Богоматери: голос просил приютить икону. Дьякон обшарил окрестности и увидел святыню в пещерке. Так табынскую икону отметил дар исчезать и возвращаться.<br>Она исчезла в бунт Сеита Садиира, когда мятежники опять сожгли и острог, и городок, и обитель. А русские опять отстроили острог, но про икону уже забыли. В пещерке у соленого ключа на святыню наткнулись башкиры, что шныряли вокруг острожка. Один из них схватил икону за угол – и угол обуглился. Другой рубанул икону саблей – но разруб тотчас сросся, только из шрама выступила кровь. Башкиры принялись колоть образ пиками – и ослепли. Один из поругателей раскаялся – и прозрел. Он собрал своих товарищей и велел просить прощения у иконы. Башкиры встали на колени и повинились – и к ним вернулось зрение.<br>Исцеленные не отступились от ислама – они отступились от Табынска. И впредь мусульмане тоже будут почитать Табынскую Богоматерь за миролюбие к иноверцам. Добрая Богородица будет помогать всем. А тот башкир, что раскаялся первым, сам вернул икону русским в острог, принял крещение и прожил 130 лет.<br>Заброшенные соляные промыслы у Табынского острога приглянулись купцам Осокиным из Балахны. На Урале все промышленники подражали заводчикам Демидовым, и только Осокины – солеварам Строгановым. Осокины возродили варницы Усолки. Но развернуться не смогли: в 1736 году мятежники батыра Акая выжгли промыслы. Осокины плюнули на солеварение и уехали на север строить заводы, как все другие промышленники. А икона тогда исчезла в третий раз.<br>Вскоре у частоколов Табынского острога в битве сошлись войска Ивана Кирилова, командира Оренбургской экспедиции, и батыра Акая. Удары из пушек разогнали башкир по дремучим лесам Агидели, а солдаты, возвращаясь из погони, нашли Табынскую икону – все там же, в пещерке у соленого родника.<br>Вместо старого острога Кирилов заложил в Табынске «транжемент» с пятью бастионами, и рядом с цейхгаузами выросла новая Вознесенская церковь, куда поместили икону. В 1848 году эту церковь заменят на каменную, что стоит и ныне. А Божья Матерь Табынская не хотела войн. И в пугачевщину крепость Табынск не станет сражаться. Часть казаков забунтует и уйдет, часть останется, а крепость будет открывать ворота всем: и бунтовщикам, и правительственным войскам. Она откроет огонь только летом 1774 года, когда на штурм пойдут башкиры.<br> Крестный дозор<br>После пугачевщины государство приравняет казачьи чины к офицерским и откроет казачьим лидерам путь в дворянство. Тем самым власть обретет контроль над казаками через казачью элиту. Разница между оренбургской очередью, то есть равенством, и яицким взаимозачетом, то есть справедливостью, окажется уже не важной. Разделение на войска потихоньку станет формальностью, исторической памятью: казачий мир Яика будет един.<br>Единство закрепит общая святыня – табынская икона Божьей Матери. А культ материнской любви, одинаковой для всех чад, был культом общинного равенства. Равенство и оренбургское «регулярство» победят казачью вольницу. Богородица Табынская не смотрела, как служат ее дети: по найму или по порядку. Не смотрела, сколькими перстами они крестят лоб: двумя или тремя. Она тревожилась, чтобы все были живы. Судьба уберегла ее в бунт, когда брат шел на брата. Табынская крепость без боя сдалась пугачевцам, а потом без боя вернулась под руку государыни.<br>Подлинная ее сила откроется в 1848 году. Беспощадные степи Азии то и дело облизывали русские границы смрадным языком эпидемий. На реке Белой большое пристанское село Стерлитамак будет вымирать от холеры. Изгонять дьявола призовут икону из Табынска. Дьявол сбежит от святого лика, и Стерлитамак исцелится.<br>Через пять лет холерой залихорадит Оренбург. Гибнущий город воззовет к табынской спасительнице. Икону принесут – и бесы отступятся от Оренбурга. Но чуду иконы найдется и вполне рациональное объяснение. Городские власти Оренбурга стаскивали трупы умерших от холеры в огромный Караван-Сарай. Шедевр архитектора Александра Брюллова стал замком смерти. Но ненасытные интенданты Караван-Сарая тайком снимали с покойников одежду и продавали по дешевке: тем самым разносили заразу по городу. Когда в Оренбург вошла Богородица Табынская, жулики побоялись грешить пред ее образом, побоялись наживаться на мертвых, и прекратили торговлю. Разбег заразы остановился.<br>Постепенно табынскую икону призна&#769;ют по всему Яику-Уралу, по всей огромной губернии. И сложится крестный ход через пограничные селения. Икона будет обходить Оренбургскую губернию по кругу, и этот крестный дозор будет длиться с весны до весны. Усталая Богородица разрешит себе отдыхать в своей церкви в Табынске только три недели в году.<br>По колеям пыльных степных трактов от форпоста к форпосту покатится карета – колесный храм с пятью деревянными главками. В карете будет ехать икона: огромная, тяжелая, черная доска с едва мерцающим образом Богоматери. В эту повозку будут запрягать лишь тех лошадей, которые никогда не возили на себе всадника, – даже мальчишки в ночном не запрыгивали им на спины охлюпкой. Такие лошади умеют понимать желания чудесной иконы и сами выбирают, в какую деревню им свернуть и где остановиться.<br>Табынская Богородица, как мать, помогала всем – и казакам, и не казакам, и православным, и правоверным. Среди православных Табынскую Богородицу почитали и никониане, и раскольники, потому что образ ее был дониконова письма. Казачья заступница объединяла всех.<br>Она будет в дороге пятьдесят лет, до самой Гражданской войны. Оставляя Оренбург большевикам, последний оренбургский атаман Александр Дутов увезет казачью святыню в Сибирь. Оттуда разгромленные белоказаки через смертоносные льды хребта Боро-Хоро на руках вынесут икону в китайский город Кульджу.<br>В скромной русской церковке Кульджи Табынская Богородица будет утешать изгнанников еще пятьдесят лет, до эпохи Культурной революции в Китае. А потом со смоляным дымом костра бесноватых хунвейбинов Божья Матерь Табынская тихо отступит в небо Поднебесной империи".<br>28 июня 2026 года — дата празднования <b>Табынской иконы Божией Матери.<br></b> JRT Mon, 04 May 2026 20:19:08 +0300