https://forum.vgd.ru/8164/180453/ Земское самоуправление на Русском Севере в XVII в. Том I. Москва. Синодальная Типография 1909. Областное деление Поморья. Землевладение и общественный строй. Органы Самоуправления Шифр хранения И 33 790 РГБ 49920-58 2007089515 ru https://forum.vgd.ru/8164/180453/p5548106.htm#pp5548106 https://forum.vgd.ru/8164/180453/p5548106.htm#pp5548106 <b>Житие Александра Ошевенского</b><br><br>... Хощу же и начертати житие преподобнаго отца нашего Александра, емуже звание Ошевневъ... <br>…От области же убо славна града <b>Б&#1123;лаозера</b>, въ страны с&#1123;верныя, есть тамо <b>езеро Вещеозеро</b>, тако зовомо, от града же того яко верстъ шестьдесят глаголютъ. Есть же и весь тако же нарицаема <b>Вещеозерьская</b>. В той же веси б&#1123; н&#1123;кий челов&#1123;къ именем <b>Никифоръ, от людей зовомый Ошевень</b>. Той же убо челов&#1123;къ Никифоръ мужественъ и имянитъ б&#1123; въ стран&#1123; той, не от велможъ убо, ни саномъ которым почтенъ, но славимъ б&#1123; доброд&#1123;телнаго ради жития. Землед&#1123;лець бяше, благочестивъ убо сый, богобоязнивъ, нищелюбивъ же попремногу, в доброд&#1123;телех сияя и доброденьствуя з&#1123;ло вс&#1123;ми благынями, наипаче же вс&#1123;ми добрыми нравы: беззлобиемъ и правдою, милостию и кротостию украшаяся, молитвою же, и постом, и милостынею Богу угожаше. И поятъ <b>жену точну себ&#1123;, Фотинию именем</b>, и по закону сочтася, сия убо вс&#1123;ми благыми нравы посл&#1123;доваше мужа своего…<br>…Времени же н&#1123;коему мимошедшу, уреченным днемъ пришедшимъ, тогда абие родися има отрочя, <b>и нарекоша имя ему Алексей</b>. Роди же ся божественый отрокъ, якоже ув&#1123;д&#1123;хом, в л&#1123;то 6935, м&#1123;сяца марта въ 17 день, при держав&#1123; царя и государя самодержъца Росийския земля скипетръ держаща великаго князя Василия Василиевичаix всея Росии, при великом княз&#1123; Белозеръскомъ Андр&#1123;е Дмитреевиче,x при митрополит&#1123; Киевьском и всея Росии Фотии.9,xi…<br>…Блаженый же отрокъ сия словеса слышавъ от матере своея, и удивися, и абие из устъ ея слово исхитивъ, и рече: «О мати моя! Слышу чюдо и дивлюся. И разум&#1123;ю бо жену Пречистую Богородицу быти ей. Но не в&#1123;м, кто есть чюдный той старецъ, и гд&#1123; есть жилище его, или монастырь, или пустыни, живъ ли или преставился. Не скрый от мене, мати, тайну сию, от своего чада». Она же, осклабившися умилно, рече ему: «Чадо Алексие! Како азъ хощу утаити, егоже Господь Богъ по всей вселенней прослави чюдесы? Есть от нашие веси, яко слышим, верстъ шестьдесят, глаголють, или мало н&#1123;что вдал&#1123;е, ошую же страну Б&#1123;лаозера, монастырь Кириловъ именуемъ. Той же Кирилъ в том монастыр&#1123; игуменъ былъ, и велико житие по Боз&#1123; жил, и той монастырь составилъ, и церкви воздвигнулъ, и братию совокупилъ. И есть монастырь той чюденъ и славим, и братия велико воздержание им&#1123;ютъ. И самъ той игуменъ Кирилъ в созданнем своем монастыр&#1123; преставился. Но не в&#1123;м, колико л&#1123;тъ по преставлении его, но токмо слышим многа чюдеса творитъ Богъ от раки его. Память же преставления его творима бывает м&#1123;сяца июня въ 9 день. Мнози же и от нашие веси хожаху на праздникъ той памяти его и ползу приимаху»….<br>…О отхожении отрока Алексия в <b>Кириловъ монастырь</b> Родителя же блаженаго восхот&#1123;ша его браку законному причтати и. Божественый же юноша присно желаше и помышляше, како и коим ухыщрениемъ мира изб&#1123;жати и от вс&#1123;х злых похотей и къ Богу приближитися. И яко слышалъ бо б&#1123; от матере своея и от ин&#1123;х12 о монастыре Кирила чюдотворца, // и о постящихся в немъ братии, и о прочих пустынных монастырех, ид&#1123;же Богу работают и спасаются. Сей же яко от Бога наученъ, прииде ему помыслъ еже итъти въ Кириловъ монастырь помолитися Спасу и Пречистой Его Богоматери и у чюдотворцовы раки приложитися.<br>…Блаженый же отрокъ Алексее скрыся от дружины своея и единому от другъ своих пов&#1123;да о себ&#1123;, яко «Хощу зд&#1123; остатися да пребуду н&#1123;колико вр&#1123;мя». Родителемъ же своим посылаетъ послание — грамоту запечатл&#1123;нъну. Челов&#1123;къ же той, с нимъже б&#1123; послание послано, приходитъ в домъ Никифоровъ и помолився Спасову образу и Пречистыя Его Богоматере. И потом поклонися господину дому Никифору до земля, такоже и жен&#1123; его, и рече: «Сынъ ваю Алекс&#1123;й челомъ биетъ». Никифоръ же воздохнувъ и рече: «Охъ мн&#1123;, горе мн&#1123;, б&#1123;ды сея! Что бысть чаду нашему? Гд&#1123; остася и почто не прииде с вами? Жив ли или мертвъ? Скажи скор&#1123;е и не медли». Такоже и жена Никифорова жалости многы наполнився и начатъ с рыданиемъ плакати. И бысть в дому Никифоров&#1123; плачь велий, и вопль многъ, и рыдание горко, аки над мертвым... Но токмо рече: «О Никифоре, не плачи, ни печалуй! Сынъ ваю Алекс&#1123;й живъ есть и здравъ, остася от нас». И сягъ рукою своею въ пчагъ свой, 13 Слово написано над строкой. и вземъ грамоту посланую, и дастъ Никифору. И Никифоръ же вземъ грамоту и вдастъ ю дияку. Диякъ же начатъ чести въ грамот&#1123; писаное: «Господие мои родителие! Сынъ ваю мний Алекс&#1123;й челом бию. Не прогн&#1123;вайтеся на мя, да зд&#1123; пребуду, служай во обители сей н&#1123;колико время, и паки к вам возвращуся, угодная вамъ творя. В&#1123;сте, господие мои, яко николиже ослушахся васъ, ни прекослових. Мнози бо суть от бояръ, инии от велможь и от простых людей во обители сей, служаще, Бога ради тружаются. И аще укоснитъ ми ся зд&#1123;, не възбраните на мя. И о Господ&#1123; здравьствуйте, господие мои». Никифоръ же, яко услыша таковое послание от сына своего, и вельми оскорбися, и огорчися, и с великою бол&#1123;знию сердечною рече: «Азъ убо скоро иду в монастырь той. И шедъ, с великим бесчестием возму его, и приведъ в домъ свой, и тяшкая д&#1123;ла запов&#1123;даю ему д&#1123;лати. Да не будет ми яко сынъ, но яко злый и неключимый рабъ. Мы убо хот&#1123;хом его браку законному сочтати, дабы с нами былъ до дни исхода нашего, и покоилъ бы старость нашу, и насл&#1123;дникъ бы былъ достояния нашего и спожития, и спряталъ бы кости наша. Азъ же, егда питах д&#1123;ти своя и печаловах има, како въскормити в добр&#1123; наказании и научити, не им&#1123;я покоя ни во дни, ни в нощи, яко рабъ у господина без искупа работая, хотя честь получити. Им&#1123;ния своего не щадих, угодная им творя. И нын&#1123; кто не посм&#1123;ется нашему безумию и глупой старости? И рекут: “Сей челов&#1123;къ в пустошь изжитъ дни своя”. Д&#1123;ти воспитах и распусти: сей же тамо отиде, а инъ онамо. Кто покоитъ старость нашу? Или кто накормитъ насъ или напоитъ и кто спрячетъ кости наша? ... В то же время б&#1123; сынъ его стар&#1123;й Амбросий, д&#1123;лая на сел&#1123; своем съ братиями и со отроки. И рече братиям своим: «Видите, братие, яко день уже преклонилъся к вечеру, солнце вечернюю постиже годину, — поидемъ в дом свой»... Никифоръ же всю печаль на Господа возложивъ (ср.: Пс. 54: 23) и сына своего остави на Божии воли…<br>…И л&#1123;ту же мимошедшу, празднику приближающуся Кирила чюдотворца преставлению. Той же Никифоръ прежепомянутый въспомяну сына своего и рече: «Иду азъ нын&#1123; в Кириловъ манастырь, и помолюся Спасу и Пречистой Его Богоматери, и у чюдотворцовы раки приложитися, и вижу пребывание сына своего, и возму его в дом свой. Аще въсхощетъ, оставлю его и другое л&#1123;то тамо пребыти, но токмо вижу его». Никифоръ же пути касается, и малыми деньми путь прейде, и пришедъ во обитель, и приходитъ ко игумену, и поклонися ему до земля, и рече: «Благослови, отче». Игуменъ же вид&#1123; его челов&#1123;ка доброзрачна, и благослови его, и рече: «Богъ да благословитъ тя, чадо». И въпроси его: «Кто ты еси, чадо, и от коея страны еси, и како именуешися, и что есть прихожение15 твое к нам, и кое требование хощеши от нашего смирения?» Никифоръ же рече ко игумену: «Господине отче! От страны убо есмь с&#1123;верныя, Белаозера веси оноя Вещеозерьскыя, Никифоръ именуюся, от людей зововый Ошевень. Приидох, господине отче, во святую сию обитель помолитися Спасу и Пречистой Его Богоматери, и у чюдотворцовы раки приложитися, и от твоея святыни благословение прияти, и от отець молитвы. Да аще повелитъ твоя святыни, да вижу сына своего». Игуменъ же рече: «Кто есть сынъ твой, Никифоръ?» Отв&#1123;ща: «Отче, есть убо сынъ мой служай на святую братию во обители сей, именем Алексей»... И в то же время повел&#1123; келарь приставнику, да, шед, возв&#1123;стит диаку Алексею приход отца его Никифора. Алексей же, услышавъ, скоро прииде и поклонися образу Спасову и Пречистыа Его Матере. И вземъ от келаря благословение, и падаетъ на землю к ногама отца своего, со умилениемъ и слезами. И проситъ благословения и прощения: «Согр&#1123;ших, отче, не в&#1123;д&#1123; твоего прихождения зд&#1123;». Никифоръ же рече ему: «Богъ проститъ тя, чадо». Егда же Никифоръ доволенъ бяше пища и пития, и взем от келаря благословение, идетъ къ сыну своему въ его пребывание, да тамо почиетъ. Келарь же повел&#1123; приставнику носити квасъ к Никифору, елико ему довл&#1123;етъ, и позываше его въ трапезу к п&#1123;нию и къ ядению. Никифоръ же съ сыномъ своим приидоша въ храмину и поклонишася образу Спасову и Пречистыя Его Богоматере. И видит обиталище сына своего и брежение от игумена и от братии, каковый покой данный ему, и похвали Бога, и рече в себ&#1123;: «О Владыко челов&#1123;колюбче! Слава неизреченн&#1123;й милости Твоей и благоутробию! Что воздамъ Ти за вся, яже на мн&#1123; твориши благая, подавая мн&#1123; гр&#1123;шному?» // Алексей же падъ на ноз&#1123; отца своего, и жалостныя испусти слезы, и умилныя глаголы изрече: «О отче! Прости мя, прогн&#1123;вах твою старость и огорчих твою утробу своим замедлениемъ и небрежением. Наипаче над&#1123;яся на твое милосердие и чадолюбие. Нын&#1123; же, отче, не в&#1123;мъ, что сотворити…<br>…Той же предреченный Никифор приходит ко игумену и проситъ благословения, да идетъ в дом свой. Игуменъ же поучивъ его от Божественыхъ Писаний, и наказавъ духовными // бес&#1123;дами, и дарми почти его от вещей монастыръскых, и благослови и отпусти его. Такоже и сынъ его Алексей даръми одари отца своего Никифора, елико ему Богъ дарова. Такоже и матери своей посла даръ, елико довл&#1123;ет, потомъ же и братии своей — вс&#1123;м убо по разньству. <b>Бяше бо братия его: вящший Амбросий, вторый Лукиян, третий Леонтий, а четвертый той Алекс&#1123;й</b>. Проводивъ же Алексей отца своего вдал&#1123;е пяти поприщь, любезно ц&#1123;ловавшеся и умильныя слезы испущающе, разыдошася. Алекс&#1123;й же возвратися во обитель своею, службою печашеся. Никифоръ16 же иде в дом свой, радуяся, текий, яко забывъ старость от радости, яко благо н&#1123;что обр&#1123;тъ и восприим, и благодаря Бога о сихъ. Пришедшу ему в дом свой, и стр&#1123;тоша его домашнии его, и видяще его радостна и любовно к ним глаголюща, такоже и они весели быша. Вшед же въ храмину, и поклонися Спасову образу и Пречист&#1123;й Его Матери, и начатъ вся поряду бывшая пов&#1123;дати: како во обитель прииде, и како игуменъ с любовию благослови его, и каковъ чинъ монастыръский вид&#1123; и п&#1123;ние слыша, и чюдеса вид&#1123;, от чюдотворцова гроба бываема. И о сыну своем здравие пов&#1123;да, како в монастыр&#1123; пребывает. Мати же его жалостныя слезы испусти от радости. Такоже и братия его, яко сподоблени слышати брата своего въ благоденьствии пребывающа, и славяще Бога о сихъ. И малом л&#1123;том мимошедшим. Той же предиреченный Никифоръ восхот&#1123; преити от отечествия своего, и преиде в <b>Каргополь </b>и со вс&#1123;мъ домомъ своим, и ту л&#1123;то едино пребысть. И преселися оттуду в н&#1123;кую весь, нарицаемую <b>Волосово, от Каргополя вниз Он&#1123;гою р&#1123;кою яко вдалее тридесять поприщь</b>. И пребысть н&#1123;колико л&#1123;тъ в той веси. <u>Иногда изшедшу ему на ловы зв&#1123;риныя с чады своими на лесы, яко веръстъ пятьнадесять отстояние имуще от веси тоя. И обр&#1123;те м&#1123;сто л&#1123;сно над р&#1123;кою Чюрьюгою, яко подобно бяше веси быти</u>. Онъ же обходи м&#1123;сто оно възл&#1123; р&#1123;ки тоя и возлюби е. И шедъ в Великий Новъград, и испроси грамоту у посадницкого у боярина у Ивана у Григорьевичаxvii и у его д&#1123;тей. И вдастъ ему Иванъ грамоту слобоцькую, слобода копити, жилцовъ называти. И прозвася весь та и донын&#1123; Слобода Ошевнева. Мы же сия оставльше, на предняя возвратимся…<br>…Два же сродника30 б&#1123;ше преподобнаго, велию в&#1123;ру к нему им&#1123;юще. Единъ б&#1123; <b>стар&#1123;йшаго брата сынъ Амъбросимовъ — Никонъ именем. Другий же — Лукияновъ сынъ б&#1123;, Петръ имянем</b>. Сии же часто прихожаху к нему паче вс&#1123;х. Преподобный же помалу начатъ их ув&#1123;щати душеполезными словесы и духовными бес&#1123;дами от Святых Писаний, поучая их еже оставити миръ, и отлучитися от родитель, и восприяти иноческое житие, и возлюбити аггельское пребывание, и къ Богу присвоитися, и Того единого возлюбити, и Тому единому работати, и Того волю творити — се же намноз&#1123; бывающе. Они же въ сладость послушающе глаголъ его, и поучению его велми прил&#1123;жаще и внимаше, и повинувшеся повел&#1123;нию его. Преподобный же постриже их: Никона нарече Никифора, а Петра нарече Порфирия. И устрои же Никифора келаремъ, а Порфирия — пономарха. Слышавше же родителие их пострижение чадъ своих, велми оскорбишася. Братъ же преподобнаго старейший, Амъбросий, челов&#1123;къ б&#1123; мужественъ и яръ. Еще и дияволъ вооружи его, хотя преподобнаго възмутити. И рече Амъбросий брату своему Лукияну: «Поидем в монастырь, и разбиемъ замьки, и исъс&#1123;чемъ двери, и возмемъ д&#1123;ти своя. И что сотворимъ злод&#1123;ю нашему черньцу Александру? Мы убо его яко отца им&#1123;яхом, яко господина чтимъ. Он же злое намъ творя, отлучая от насъ чадъ наших и постризая. И что сего гор&#1123;е, какова скорбь родителемъ о чадех бываетъ? И что сее б&#1123;ды б&#1123;днее, жалостнаго сего нам разлучения с чады нашими? Странных пришелцовъ черньцовъ не хотя покоити и держати, понеже не могут терп&#1123;ти великия страды его, и тяжкых трудовъ его, и роптания, и нужнаго пребывания, и прочее отхожаго. И нын&#1123; нашими д&#1123;тьми хощетъ монастырь на//полнити». И вземъ секиру, скоро поиде. Братъ же его Лукиянъ челов&#1123;къ смиренъ б&#1123;, скор&#1123;е поиде за ним. И начят его ув&#1123;щати тихими словесы и смиреными глаголы: «О брате! Остани таковая, — глаголаше, Давидово воспоминая, — престани от гн&#1123;ва и остави ярость, не ревнуй яко лукавновати (Пс. 36: 8). Яко Богу тако изволшу, и чадом нашим сам&#1123;м восхот&#1123;вшим, и сами приидоша к нему. Онъ же не насилиемъ постриже их, но по воли их сотвори». Амбросий же болма разъярися, пришед къ к&#1123;лии преподобнаго, начатъ н&#1123;кая досадителная словеса износити, ихъже нел&#1123;ть глаголати и слышати. Якоже во псалм&#1123; пишетъ: «Н&#1123;сть бо // страха Божия пред очима их» (Пс. 35: 2), «ихже уста горести исполнь (Рим. 3: 14), и пути мирнаго не познаша (Рим. 3: 17)». Блаженый же пребывая, моля Бога, в к&#1123;лии своей, ничтоже отв&#1123;ща, ни убояся, ни устрашися, ни смутися, но токмо Давидово въспоминая: «Ничтоже возможе суетою своею. Аз же, яко маслина плодовита в дому Божии, уповах на милость Божию во в&#1123;ки» (Пс. 51: 9—10). Лукиянъ же множае начатъ ув&#1123;щати брата своего Амбросия: «О брате! Како ты не убояся Бога, ни устыдися святости мужа, таковая глаголаше? Якоже пророкъ рече: “Что ся хвалиши о злобе силн&#1123;? (Пс. 51: 3) Возлюбилъ еси злобу паче благостыня (Пс. 51: 5)”. Аще оскорбимъ такова мужа свята, таковы труды показавъша, церковь поставльша и монастырь устроивша, онъ же, не терпя нашего поношения, прочее отидетъ. И приимеши клятву, а не благословение. Каковъ от Бога суд приимемъ? И от людей же великъ срамъ будет намъ. Начнутъ глаголати: “Аще сии такова свята мужа изгнаша, еще же и брата приснаго, кто можетъ пребыти у них странных пришелцовъ и терп&#1123;ти их суровьство и нестроение?” Богъ созидаетъ и собираетъ, а ты единъ хощеши разорити. Не спирайся съ Богом! Вземъ прощение съ благословениемъ, идемъ в домы своя». Амбросий же премолче, ничтоже могый отв&#1123;щати. Преподобный же Александръ вышедъ на предс&#1123;ние к&#1123;лия своея и рече: «Челов&#1123;цы, что смущаетеся о чадех ваших? Уже бо ни на кую ползу вамъ чада ваша, быша бо ваша чада, нын&#1123; же слуги Божия суть». И возвратися в к&#1123;лию свою. Амбросий же устыд&#1123;ся святости мужа и смиреных словесъ преподобнаго и умилися, въздохну из глубины сердца своего и рече: «О горе мн&#1123; гр&#1123;шному! День или утро конець будет, а азъ в горшая усп&#1123;ваю». И пришед къ к&#1123;лии преподобнаго, с великимъ молениемъ прося прощения съ благословениемъ. Преподобный же ничтоже31 истязая или поношая, прощение подавая. Они же отидоша в домы своя, славяще Бога. Чада же // своя оставиша на Божии воли. Сие убо о семъ тако…<br>…Но токмо пов&#1123;даю се. Отець мой священьствуя в веси той, ид&#1123;же рожение им&#1123;я святый. И обр&#1123;тохъ же тамо землед&#1123;лца н&#1123;коего, Исака именемъ. Той же Исакъ сродникъ б&#1123; преподобному, вящьшаго брата сынъ Амбросимовъ, и 79 Испр., в ркп. чюдаса. 80 Испр., в ркп. предлог въ написан дважды. л. 207 л. 207 об. л. 208 л. 208 об. л. 209 299 яко малыми л&#1123;ты мн&#1123;е преподобнаго, иже от мала возраста живша съ святым и вся же в&#1123;ды изв&#1123;стно о немъ. Сей же часто прихожаше ко отцу моему и многажды бес&#1123;доваше о святемъ. Отець же мой вопрашаше, Исакъ же вся пов&#1123;да ему поряду. Азъ же всю бес&#1123;ду ихъ слышах и внимах, мн&#1123; же тогда младу, токмо навыкающу Святому Писанию. Потомъ же отець мой преселися оттуду на Он&#1123;гу р&#1123;ку, в село н&#1123;кое, зовомо Надпорожие, в немъже церковь Николае Чюдотворець, и ту отець мой священьствуя. И в то же время властель в сел&#1123; том Григорей именемъ, сей же велию в&#1123;ру им&#1123;я к монастырю преподобнаго, еще же поручено ему от архиепископа беречи монастырь. Сего ради часто прихожаше к нему священникъ, Корнилей именем, посылаемъ от игумена о спрос&#1123; или ин&#1123;мъ н&#1123;коемъ орудиемъ. Сей же многажды бес&#1123;доваше ко отцу моему о святемъ, и о житии, и о чюдесех его. Сей же изв&#1123;стно в&#1123;дый, многажды бо пов&#1123;дахся, прочитах писанная, иная же и писахъ пове//л&#1123;ниемъ отца своего Леванида старца, иже преже о семъ писания сказаша. Азъ же по умертвии отца своего священьству сподобихся ту пребыти. По времени же н&#1123;коемъ прииде к нам диякъ н&#1123;кий, Иванъ именемъ, иже многа л&#1123;та живый во обители, и приятъ бысть служити с нами у святаго храма. Той же многым чюдесемъ святаго сказател ми бысть. Азъ же, вся сия слышавъ, з&#1123;ло удивихся, т&#1123;мьже желаниемъ и любовию ко святому, якоже огнемъ, распалаемъ, и великимъ усердиемъ, якоже н&#1123;коим долгымъ южемъ, влекомъ. В миръскомъ же пребывании многажды покушахся доити обители святаго // и не сподобихся. Егда же от подружия остася81, и прииде во обитель святаго, и в черная од&#1123;яхся. И потомъ паки малу времени минувшу, от пресвященнаго архиепископа Пиминаlxvi священьству сподобихся. И обр&#1123;тохъ же тамо древних инокъ и сродникъ святаго от рода его. И сии убо начаша ми много пов&#1123;дати о святемъ бывающая чюдеса от богоноснаго отца: ова же явленна, ова не явленна. Азъ же елико слышахъ от изв&#1123;стных свид&#1123;телей и многа же ина преминухъ забвения ради и многых ради л&#1123;тъ прехожения, кром&#1123; бо писания бяше, писания бо нимало не обр&#1123;тох. Быша бо писания изгыбнуша небрежениемъ, иже преже о нихъ бысть пов&#1123;дано. И вся же сия слышахъ, вельми почюдихся, како не написана быша явьствено в толико л&#1123;тъ. Сие же помыслих и рече в себ&#1123;: «Божию строению н&#1123;коему быти», еже и бысть изволениемъ Божиимъ…<br> Maikll Sun, 28 Dec 2025 12:33:20 +0300 https://forum.vgd.ru/8164/180453/p5547642.htm#pp5547642 https://forum.vgd.ru/8164/180453/p5547642.htm#pp5547642 <b>"Исчезнувшая д.Чепца Каргопольского района"</b><br><br>Почти не слышна на этом фоне трагедия тысяч обыкновенных деревень и сёл, как-то незаметно исчезнувших с нашей земли. К таким деревням относится и Чепца.<br>Чепца – деревня, которой нет на современной географической карте. В конце 60 –х г. XX века она вошла в разряд «неперспективных» и была подвергнута политике укрупнения совхозов. В 60-70г, покидали по принуждению родные места жители, увозили домашнюю утварь, скот. Последние жители - семья Анисимова Н.С. - покинули Чепцу в 1973 году. Постепенно ветшали и разрушались брошенные дома, приходили в негодность с/х угодья. Сейчас о существовании Чепцы напоминают остовы изб, стены полуразрушенной каменной церкви да заросшая кустарником дорога. <br>Мне эта тема интересна потому, что мои корни именно из этой деревни. Здесь родились мои бабушка Гришичева Макдалина Фёдоровна и дедушка Гришичев Геннадий Иванович. Воочию познать места моих предков мне не довелось. С детства мне бабушка рассказывала о быте и жизни людей этой деревни. Повзрослев, я заинтересовалась этой темой, захотела как можно больше узнать об истоках деревни и о том, что с ней стало сейчас, и я решила написать работу, посвящённую деревне, которой нет. Жителей этого населенного пункта осталось совсем немного. Все они пожилого возраста, многим далеко за 60. Пройдет несколько лет, уйдут из жизни эти люди, историю деревни будет восстановить почти невозможно…<br>При написании данной работы архивных документов, касающихся этого населённого пункта, в сельской администрации д.Кречетово, в Каргополе я не обнаружила, нет материалов о Чепце и на сайтах Интернета.<br>При подготовке работы я изучала документ, предоставленный мне ГУ «Государственный архив Вологодской области», записи из семейного архива семьи Фомина А. М. Собирала воспоминания и рассказы жителей деревни Чепца: Гришечевой Макдалины Фёдоровны, уроженки д. Даниловская (1930г. р.), ныне проживающей в д. Кречетово, Тихановой Клавдии Фёдоровны, уроженки д.Площадная, Хотеновского с\с (1938 г.р.), Анисимовой Татьяны Григорьевны, уроженки, Анисимовой Ангелины Дмитриевны, уроженки д. Даниловская (1929 г. р.), Савкиной Валентины Степановны, уроженки д. Иваново (1933 г.р.) и Фомина Александра Михайловича, уроженца д. Ившино (1936 г.р.) <br>В середине XX века в состав Чепецкого сельского совета входило 9 деревень: Куконца, Ившино, Ескино, Малая, Иваново, Залесье, Погост, Даниловская и Демидовская. В народе они все назывались Чепца. До 1955 года Чепецкий сельский совет входил в состав Чарозерского района Вологодской области. 12 декабря 1955 года был издан указ президиума Верховного Совета РСФСР «Об упразднении Петриневского, Оштинского и Чарозерского районов Вологодской области», указано, что Чарозерский район упразднен, а Кречетовский и Чепецкий сельские советы переданы в состав Каргопольского района Архангельской области [1].<br>Чепца была расположена к в 20 км. на ю-з от д. Кречетово, на западном берегу озера Воже, вдоль по течению реки Чепца. <br>Это благодатный край: обилие рыбы, в болотах ягоды, в лесу грибы, кругом хвойный лес. Эти факторы повлияли на то, что земли начали осваиваться человеком давно. В 1952 году археолог М.Е. Фосс обнаружил две стоянки на Верхней Чепце, были найдены осколки керамической посуды, изготовленные человеком во 2 тысячелетии до н.э. [4]. <br>Чепца получила свое название по одноименному названию реки. А откуда пошло название водного потока? Вот что рассказал Фомин А.М.: « Дно реки на некоторых участках, порожисто, каменисто, неглубоко. На веслах бывало трудно пройти, поэтому пихались, толкались веслом, а на местном диалекте это звучит как «чепаться»».<br>Проанализировав топонимику слова «Чепца», мы нашли схожее трактование. <br>Так, от и.-е. корня *(s)kep- «чем-либо острым отрезать, откалывать» > о.-с. *&#353;&#269;epa > рус. щепа. От и.-е. корня *(s)k&#275;i-p-, *(s)koi-p- «отделять, расщеплять, раскалывать» > о.-с. &#269;&#283;pъ > рус. цеп. В др.-рус. чеп («Слово о полку Игореве»: молотят чепи харалужными) и ц&#283;пити (через «ять») «щепить, раскалывать», диал. чепать. Из этого же корня рус. цеплять и цепь, др.-рус. чепь, чепочка и ц&#283;пецка, возможно, из более древнего чьпь.<br>Аналогично сербскому цепац «голень», с первоначальным значением – «расщепленный», можно воссоздать северно-великорусское *чепец с тем же значением, в ж. р. - *чепца - «расщепленная». Значение «расщепленная» не говорит, конечно, о наличии проток и островов на этой реке: они есть на всех равнинных реках. Скорее всего, причина названия в «расщепленности» в прошлом устья Чепцы, о чем свидетельствуют сохранившиеся характерные старицы. <br>Нельзя исключить и происхождение русского названия из предшествующего пра- или другого (неславянского) индоевропейского языка.<br>Когда были построены деревни, сказать трудно. Свою версию о появлении этих поселений, нам поведал Фомин А. М.. Он считает, что Чепецкая волость была основана в начале 16 века. В это время, по здешним краям проходил Великий водный путь, соединяющий Белоозеро с Поморскими землями, через озеро Воже, которое часто бывает неспокойно. Во время шторма на нем поднимаются высокие волны. Однажды у одного из мысов, рядом с р. Чепцей, затонула баржа с бежавшими от произвола москвичей новгородцами. Двое из них, Никула и Касьян спаслись. Земли, которые изобиловали лесными, речными дарами, им приглянулись, и они основали поселение. А мыс стали называть Никулиным и Касьяновым. Впоследствии жители стали подниматься вверх по реке, обосновывались, строили дома, заводили скот, распахивали земли. Постепенно куст поселений разрастался, и уже к началу XX века здесь проживало около 1500 человек.<br>Есть еще одна легенда, свидетельствующая о многовековой истории. В деревне упоминаются особые места – «Покойники» - бугорки, которые расположены на некоторых участках дорог. По словам жителей, это захоронения поляков. В 1612-1613 гг наших краёв коснулась польско-шведская интервенция. Этих мест сторонились, здесь не сеяли, не пасли скот.<br>В письменных источниках деревня Чепца, она же село, упоминается значительно позже. В архивном фонде Кирилловского духовного правления Новгородской губернии в клировой ведомости Воскресенской Чепецкой церкви Кирилловского уезда за 1829 г. указано, что «церковь Воскресения Христова состоит в Чепце Кирилловского уезда Новгородской губернии» (тип населенного пункта не указан). <br> <br>В клировой ведомости церкви Воскресения Христова, «состоящей Новгородской епархии Кирилловского уезда в селе Чепцы» Кирилловского уезда Новгородской губернии за 1866 г. указано:<br> «Церкви две. Построены: 1) 1776 г. 2) 1817г. Зданием первая деревянная, твердая, вторая каменная, твердая, с таковою же колокольнею». <br>В списке населенных мест Кирилловского уезда Новгородсгой губернии за 1912 г. в Никольской волости значится Чепецкий Воскресенский погост (так в документе). Главным занятием жителей были церковная служба и земледелие. Церковь и селение располагались в 168 верстах от уездного города, в 135 верстах от железнодорожной станции. В 111 верстах от пароходной станции и в 20-ти верстах от волостного правления. и почтового учреждения [1]. <br>Жители рассказали и о создании колхозов в Чепце. В 30-е годы было 4 колхоза «Большевик» (Погост, Даниловская и Демидовская), «Нива» (Куконца), «Пахарь» (Ившино), «Новая жизнь» (Иваново, Ескина, Малая). В 1949 году колхозы объединили. «Большевик» и «Нива» стали называть колхоз «Имени Калинина», «Пахарь и «Новая жизнь» - «Путь к коммунизму». В 1961 году вся Чепца была объединена в колхоз «Путь к коммунизму». В 1962 году его присоединили к Кречетовскому колхозу «Путь Ильича». 18 августа 1965 года колхоз «Путь Ильича был реорганизован в совхоз «Кречетовский. Именно с этого периода начинается распад Чепцы. Постепенно семья за семьей уезжает из обжитых мест, покидая свои дома. Кто уехал в п. Солза Вологодской области, кто в д. Кречетово, кто в д. Тихманьгу, кто в д. Дуброво. Жизнь в д. Чепца замерла.<br>По воспоминаниям местных жителей, в застройке деревни проступала чёткая тенденция к упорядоченной планировке, в частности, к расположению отдельных дворов в некое подобие ряда, вытянутого вдоль дороги, по-местному улица. Дома выходили лицевыми фасадами к единственной транспортной коммуникации. Внешнее очертание деревень напоминало дугу. Жители отразили этот вид в частушке:<br><i>«Чепецкая деревенька дугой,<br>дак и дугой,<br>Вася Баличев хороший<br>и Капустин не худой».</i><br>Каждый дом вместе с огородом был обнесён изгородью, в землю вкапывали колья-столбы, их обматывали ивовыми вицами, а поперёк прямиком клали жерди. Загоны для выпаса скота обносились изгородью, колья в которой ставили косяком. Вначале XX века строили дома большие, добротные, так как семьи были многодетные, по 6, 7 детей. Так, у родителей моей бабушки, было 5 детей, а у самой бабушки 6. После женитьбы семью сына отделяли, рядом с отчим домом строили зимовку - избу в миниатюре. С 30-х годов строительство больших домов не велось. Дома строили на века, поэтому заготовка древесины велась поздней осенью или зимой: в это время жизнь в дереве замирает, древесина прочная и устойчивая. Часто при строительстве дома собирались не только родственники, но и жители всей округи. Помогали безвозмездно. <br>Типовыми постройками в деревне Чепца были дворовые комплексы «брус». Свое название этот тип двора - дома получил потому, что все жилые и хозяйственные помещения спланированы в нем на подобие бруса, в один вытянутый прямоугольный сруб, перекрытый одной общей двускатной кровлей [5]. Обширные сени с крыльцом разделяют такой сруб на две неравные части. Меньшая часть – жилая – обращена на улицу и выходит на главный фасад всего дома, а большая часть – крытый двор с хозяйственными помещениями – уходит на задворки. В этом доме все компактно и цельно, все приспособлено для ведения хозяйства. Двухэтажный двор, размеры которого намного больше жилого помещения, прирублен к жилью. Срубы - под одной кровлей: и в дождь, и в стужу, не выходя на улицу, можно было « обрядить» скот, выполнить другие работы. Дома четырёхстенки. Но в некоторых домах делали перегородку из досок, получалась пятая стена, но не рубленная.<br>Дома строились на высоких подклетах. Жилая часть находилась наверху - подальше от сырости и снежных сугробов. Снаружи углы рублены «в обло с остатком»- это соединения брёвен здания под углом с выпуском концов их за пределы наружной плоскости стены.<br>Первый этаж – подызбица, по-местному подполье, низкий и холодный, был, как правило, нежилым. Здесь обычно хранили квашеную капусту, соленые грибы и другие съестные припасы, а также имущество и различную утварь. Вход был либо с улицы, либо из сеней, вниз вела лестница. <br>В каждой конструкции дома встречались следующие элементы: курицы, слеги, охлупень, тёсовые крыши, конёк, причелина и венец. <br>Одна из главных хозяйственных построек поветь (повить). Она служила сеновалом, а кроме того, здесь хранились различные вещи с/х и бытового назначения. С улицы на поветь вел взвоз, в народе «въезд» - наклонный настил бревен на подпорах, по нему, заканчивающемуся площадкой, заезжала лошадь, зимой запряжённая в сани, а летом в телегу, это было удобно, потому что за один раз можно было завести сено, солому. На поветь вели широкие двустворчатые двери.<br>На улице рядом с домами ставили амбары, в которых в засечках хранили ячмень, муку, в кадушках - горох. Колодцы ставили не у каждой избы.<br>Опишем жилую половину дома или по-местному, изба. Слово «изба» ( а так же его синонимы «ызба», «истъба», «изьба», «истобка», «истопка» ) употребляется в русских летописях. Начиная с самых древнейших времен, очевидна связь этого термина с глаголами « топить «, «истопить». В самом деле, он всегда обозначает отапливаемое строение [2]. Печь обычно стояла вправо или влево от входа. Русская печь массивна и своеобразна. В каждом доме она отличалась какими-то своими деталями, количеством печурок, размерами. Печи кирпичные, беленые. Низ печи, подпечье обшивали тесанами топором дощечками, в целях экономии кирпича. У входа, обычно у порога, был подвешен над тазом рукомойник.<br> В избе было все предельно скромно, строго и целесообразно. Все оборудование избы состоит из встроенной в сруб мебели, которая делила избу четырёхстенку на две половины. Своих мастеров по изготовлению крупной мебели (шкафов, сундуков и др.) не было, поэтому приглашали умельцев из других районов. Вдоль двух стен тянулись лавки, опирающиеся на широкие дощатые ножки - подставки. Над лавками под потолком устроены полки – воронцы. На них хранили разные инструменты, а также зимой - сапоги, а летом - валенки. Вправо от низких дверей находились тесовые полати, на которых обычно спали дети. Место около печи было отделено невысокой дощатой заборкой. Стены - из гладко обтесанных бревен. Углы же до конца не стесаны, а оставлены круглыми, чтобы зимой не промерзали. Стены обклеивались газетами («Коммунист», «Правда Севера»). Пол и потолок настланы из пластин: на потолке еловыми горбылями вверх, на полу горбылями вниз, они назывались половицы. Потолок не клеился, его и пол драили до блеска, щелоком и песком, говорили, что «курицы желты». Пол застилали домоткаными половиками. Поперек избы проходила массивная балка - "матица", служащая опорой для потолочин. В избе каждое место имело определенное назначение. На лавке у стола было хозяйское место, где работал и отдыхал хозяин, направо от входа была лавка для прях. На ночь дети забирались на полати, взрослые же ставили лавки вместе, на них стелили доски с сеном, это называлось примостками. Старики днём спали на печи, а ночью - на деревянных кроватях. В маленькой комнате на гибкой жерди, по-местному "оцапи", весили зыбку под домотканым пологом. Обычно, качая зыбку за петлю ногой, можно было выполнять какую-либо работу, прясть, шить, вышивать. В красном углу под божницей - место для обеденного стола. Удлиненная, сделанная из хорошо обструганных и подогнанных досок крышка стола - столешница - была на массивных точеных ножках, которые соединены досками - поперечинами. Украшениями дома служили домотканые половики, вышитые салфетки, скатерти, полотенца. Занавески на окна шили из марли. Днем изба освещалась с помощью окон. В темное время суток жгли лучину и керосиновые лампы. Электричество не успели провести в Чепцу.<br>В сенях, в шкафчиках, хранились молочные продукты: благодаря естественной вентиляции молоко в них долго не скисало. Сени отделяли избу от горницы. Это была так называемая чистая половина. Здесь не пряли и не ткали. Летом в горнице спали, а зимой хранили бочки, маленькие назывались кадушками, а большие катчами. В них хранили мясо, зерно, муку. Место между сенями и двором называлось сенником - это специальное тёмное помещение для сундуков, в которых хранилась небольшая одежда, полотенца, половики, покрывалья, приданное для невесты. На стены были наколочены полки, которые служили местом для верхней одежды. В сеннике хранили грабли и вилы. Если горенки не было, то делали два сенника.<br>Послевоенная жизнь в Чепце протекала в трудах и заботах. Взрослое население работало в колхозах. В каждой деревне была либо одна, либо две бригады. У каждой был свой начальник - бригадир. Бабушка вспоминает, что в д. Даниловской бригадиром был Степан Корнилов. <br>Не покладая рук колхозники трудились с утра и до позднего вечера. Женщины рассказали о буднях, которые шли один за другим: «Вставали рано, в 3 утра, затем шли на гумно, где один человек стоял с лучиной, а четверо молотили овин, затем приходили домой, растапливали печь, обряжали скотину, готовили, пекли хлеб, пироги. А потом в поле, где в ручную, с серпом, жали до потемок. Лишь ненадолго прерывались на обед. Вечером, после ужина, работа не прекращалась. Обрядив скотину мололи зерно на жерновах. Потом женщины садились за прялку, а мужчины готовили инструмент. Спали примерно по 4 часа». Нелёгкая доля выпала на жителей деревень не только Чепцы, но и всей России. Но люди не падали духом, не унывали, были всем довольны.<br>В колхозах преобладал ручной труд. Из техники была конная косилка и единственный трактор на весь сельский совет. В качестве тягловой силы использовали и быков.<br> Особенно трудно приходилось женщинам. Они боронили, пахали на лошадях. Основное занятие было земледелие. Для Чепцы характерна холодная продолжительная зима и короткое прохладное лето. Поэтому выращивали культуры не требовательные к теплу: рожь, ячмень (жито), пшеницу, лён, горох, картофель, овощи. А о таких овощах, как помидоры и огурцы, многие и не слышали. Зерно до 50-х годов возили молотить на Куконцы, где на реке стояла водяная мельница.<br>Сложен был процесс выращивания и обработки льна. Технология была такой. Вспахивали землю, затем ее выравнивали – боронили, сеяли семена, снова боронили. Когда лен давал всходы, в стадии цветения пололи сорняки. Вегетационный период у льна составляет 90-100 дней. Когда созревали семена, лен теребили и завязывали в снопы небольшого размера. Снопы ставили в бабки вершками вверх, чтобы прошло полное созревание семян. После такой воздушной сушки снопы увозили из поля в гумна, где сушили в овинах два-три дня при температуре 30-40 градусов. Затем снопы околачивали, а головки растирали, чтобы извлечь семя. Снопы же грузили на телегу и отвозили на покосы, находящиеся, как правило, в лощинах. Там льняную соломку растирали тонким слоем, так чтобы она попала под августовские росы. Так ее держали примерно недели три, чтобы соломка улежалась, точнее, чтобы произошел процесс гниения луба (сердцевины стебля). В период лежки соломки периодически брались опытки, по ним определяли степень готовности. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы соломка перележала, тогда сгниет не только луб, но и волокна, и соломка становилась непригодной для последующей обработки, её выбрасывали. Соломка, улежавшаяся до кондиции, становится трестой. Тресту снимали со стлища, устанавливали в конуса, пересушивали и увозили в гумна, где снова загружали в овины и сушили.<br>Высушенную тресту мяли на мялках, бросновали на броснутках, затем трепалом трепали. Отходы от трепки использовали для изготовления веревок, а лен отчесывали чесалами и вязали в челнок, а затем раскладывали ровным слоем на столе, свертывали в рулончики (куклы) и пряли на прялке в нитки, привязывали мотоузом полученные нитки (пряжу), наматывали на мотовила, получая мотки.<br>Снятые с мотовила мотки пряжи переносили на ворота, на них затем пряжа перематывалась из мотков на тюрики. Затем – скально, на центральный стержень надевалась цевка, изготовленная из бересты. Крутя рукой скально, пряжу с тюриков навивали на цевки. Навитая на цевки пряжа идет на уток ткани, цевки вставляли в челнок.<br>Основа ткани проводилась следующим образом: устанавливались станицы, куда с тюриков перематывалась пряжа с учетом количества намеченных для тканья стен (стена – это приблизительно 12 метров), когда заданное количество было перемотано на станицы, снимали пряжу и вязали в цепочку, которая облегчает навивку пряжи на колоду.<br>Устанавливали кросна (становицы или ткацкий станок), навивали пряжу на колоду, затем колоду устанавливали на кросна, каждую нить пряжи продевали в ничанку, а затем в бедро. Когда эти работы проведены, колоду устанавливали в определенное место кросен, концы пряжи прикрепляли к малой колоде и посредством притужальника натягивали пряжу. Для равномерности в пряжу вводили ластоги, к ничанкам привязывали две подножки, регулирующие поочередно подъем пряжи для прохода челнока.<br>Как только полотно выткано, его снимали, разрезали на определенную длину, мочили и расстилали на снег для отбеливания, после чего его окрашивали (краски обычно покупали в магазине), если это необходимо. Затем шили нужные вещи: рубахи, штаны, верхнюю одежду и т.д. Самый высший сорт называли лен – светлый, белый. Лен низшего качества – отрепий [2].<br>Льняные ткани были очень прочными, одежду из них носили по нескольку лет. Она передавалась от старших детей к младшим. Самые грубые ткани, сотканные из остатков льняных волокон после разминания и расчесывания, назывались холстиной. Из остатков льняных, шерстяных, хлопчатобумажных ниток разного цвета женщины ткали «пестрядь», пеструю ткань. <br>Много и хорошо ткали раньше в деревне и из шерсти. Шерсть была от своих овец. Из шерсти ткали «покрывалья» на кровати и сундуки, толстые одеяла, портянки, юбки и др. Вязали теплые носки и рукавицы. Из выделанной овечьей шкуры шили теплую одежду – тулупы. Многие женщины умели вышивать и вязать крючком. Своими изделиями преображали интерьер избы.<br>Почти в каждой семье был мастер по изготовению обуви. Мой прадедушка, Фёдор Петрович Тиханов, из кожи домашних животных шил сапоги, туфли мужские и женские. Если сапоги были целиком из кожи, то они назывались крюками, а те, к которым пришивались голенища – полукрюками. Ценились женские сапожки на небольшом каблучке, в народе именуемом «венским». Из овечьей шерсти катали валенки. Резиновые и кирзовые сапоги покупали в магазине. «А вот лаптей, с роду не нашивали» - говорит Тиханова К. Ф. Летом ходили босиком.<br>Домашнего изготовления из дерева были грабли, лопаты, топорища, дуги. Из бересты плели туеса, солонницы, короба, пестери. Для изготовления хозяйственных предметов из луба и бересты не употребляли гвоздей, части их соединяли, врезая одну в другую.<br> Излюбленным строительным материалом была сосна. Из нее делали лавки, люльки, шкафы, кровати, прялки. Береза служила прекрасным материалом для изготовления повозок и долбленых изделий. Из толстых стволов осины выдалбливали корыта, из нее же делали посуду.<br>В каждом домашнем хозяйстве была корова, у некоторых и две, телята, овцы, куры. Большим подспорьем была река. Жители, от мала до велика, занимались ловлей рыбы. Почти круглый год, за исключением осени, ставили завески с челмами. Летом ловили неводами и сетками. У детишек, начиная с 6-7 лет, излюбленным занятием был, лов рыбы на продольники, проверяли их утром и вчером. Ещё ребята умудрялись ловить вилками. Родители ругались, что без спроса брали столь дефицитные, в ту пору, столовые приборы. В реке ловили язей, щук, хариусов, окуней, налимов, искозобов и др. рыбу. Иногда попадали раки. Рыбу солили, вялили, сушили. Природа щедро одарила леса Чепцы ягодами: морошкой, брусникой, клюквой, голубикой, черникой. Грибы старались брать только благородные: рыжики, подъёлыши, волнуху, груздь, моховик. Во многих семьях были охотники. Добывали «летятину» – боровую дичь. <br>Добрым словом жители вспоминают школу, которая располагалась на Погосте. Грамоте детей обучали с 1 по 4 класс. Многие после окончания четырёхлетки шли работать в колхоз. Родители, у кого была возможность, отправляли своих детей учиться в Кречетово, где в 50-е годы, обучение велось до 7-го класса. Ученики жили в интернате. <br>На Куконце, в доме раскулаченного крестьянина, была изба-читальня. В ней находились клуб и библиотека, завклубом и библиотекарем работала Александра Андриянова. Также в этой деревне размещался магазин, в котором работал Бирюков Иван Александрович, а в дальнейшем его сменил Гусев Михаил Иванович. Они закончили всего по 3 класса, но от природы были грамотными людьми. На медпункте работала фельдшер Чащина Сима Ивановна. На Куконце располагалось и здание сельского совета, председателем был Чащин Александр. Секретарём работала Анисимова Ангелина Дмитриевна. Пекарни в Чепце не было. Хлеб пекли в своих печах от сельпо. Его сдавали в магазин. В сепараторском отделении взбивали сливки. Кузнечных дел мастер был Василий Климов. <br>В деревне Чепца уделялось внимание и праздникам. Самыми большими гуляниями были Пасха и Рождество. Пасха была распределена по деревням: в воскресенье правили по всем деревням, в понедельник отдельно в Даниловской, во вторник в Демидовской, в среду в Иваново, в четверг в Еськино, Малой и в Ившино. Остальные два дня отдавались Куконце: в пятницу в Максимово, а в субботу в Федьково [Белозерского уезду Заозерского стану Исаевской волости селца Феткина], ну а воскресенье отдавалось Погосту.<br>В прежние времена всю святую неделю (пасху) люди не работали, ходили по деревням в гости к родным, наедались и напивались «вусмерть». Молодёжь, не обремененная хозяйством, в гости уходила накануне праздника, чтобы помочь хозяевам. Особенно отличались девушки, они стряпали пироги и готовили другие угощения. Вечером, как правило, шло общее гулянье, плясали кадриль (по-местному « ланчик»), русского и, кто умел, даже цыганочку. В деревне были и свои гармонисты: Леонид Анисимов и Сергей Николичев. <br>После пасхи, на девятой неделе, праздновали Вёшную пятницу или девятую пятницу, которая выпадала на последние числа июня или первые июля. В этот праздник пекли калитки и другие пироги. Ходили на беседу к знакомым. Также,10 ноября, праздновали и Осеннюю пятницу. В деревне 26 сентября был «Маленький праздничек», в который не работали, также пекли пироги и ходили на беседу. Были праздники, в которые не гуляли, а просто собирались вечером семьёй и ужинали. К таким дням относились праздники: Трём Святителям (12 февраля), Михайлов день на Куконце (21 ноября). Иногда ходили в д. Иваново, на день Ивана Купала или Иванов день. После Троицы был Духов день, который праздновали на Куконце.<br>12 июля на Кирьге, в семи километрах от Чепцы, праздновали Петров день, жители ходили туда к знакомым.<br>Нередко в праздники женихи уводили невест к себе домой. Это называлось самоходкой. Свадьбы после этого не играли, а регистрировали отношения в сельсовете.<br>Одним из великих праздников был Ильин день. 2 августа на Погост, где стояла Ильинская церковь, съезжалась вся Чепца. Из года в год повторяли один обряд. Пригоняли скот, «завитинный» богу. Телёнка, овцу приносили в качестве жертвы, его здесь забивали, готовили мясо на костре и угощали всех приезжих. Этот обряд совершали, чтобы не болел скот.<br>В настоящее время полностью стерты с карты деревни Чепецкого сельсовета. На всю округу остались две полуразрушенные избы и руины Ильинской церкви. Часть домов была перевезена в д. Кречетово, во время переселения жителей, остальная - пострадала от пожаров в 70-80 годы 20 века. Эта участь постигла многие деревни России. <br>Но ещё глубже нравственная проблема, так как деревни это маленькие островки нашей национальной культуры. В мёртвых деревнях осталась малая родина миллионов россиян. Многие не знают своих истоков, своих корней, истории своей малой родины. Утрачены культурные ценности.<br><br>Список литературы<br>1. Вологодский Государственный архив. Ф. 1147, оп. 3, д. 2, л. 119; д. 59, лл. 340, 343 об.; ф. 1300, оп. 23, д. 48, л. 8. Справочник административно-территориального деления Вологодской области на 1 августа 1954 г. с. 264, 267.<br>2. Изобразительное искусство. 7 класс: поурочные планы по программе В.С. Кузина/ сост. О.В. Павлова. – Волгоград: Учитель, 2008. – 365 с.<br>3. Кочуров Н. Ф. Река моей жизни-Свидь. Архангельск: Издательский центр Архангельской государственной медицинской академии,1998.<br>4. Куратов А. Археологические памятники Архангельской области. Архангельск, 1978г.<br>5. Ополовников А. В. Русское деревянное зодчество. Москва: Искусство, 1983.<br>Устные источники:<br>1. Воспоминания Анисимовой Ангелины Дмитриевны.<br>2. Воспоминания Анисимовой Татьяны Григорьевны.<br>3. Воспоминания Гришичевой Магдалины Фёдоровны.<br>4. Воспоминания Тихановой Клавдии Фёдоровны.<br>5. Воспоминания Фомина Александра Михайловича.<br> Maikll Sat, 27 Dec 2025 22:55:21 +0300 https://forum.vgd.ru/8164/180453/p5523877.htm#pp5523877 https://forum.vgd.ru/8164/180453/p5523877.htm#pp5523877 <b>II «Розводы»</b><br>Какъ уже зам&#1123;чено выше, „розводы" представляютъ въ сущности т&#1123;ж&#1139; „мірскіе приговоры" и по форм&#1123;, и по обстоятельствамъ составленія, но отличаются отъ нихъ своимъ спеціальнымъ содержаніемъ. Тогда какъ приговоры говорятъ о всякаго рода д&#1123;лахъ, обсуждавшихся на мірскихъ сходкахъ, розводы содержатъ мірскіе приговоры только объ одномъ предмет&#1123;, о которомъ не говорятъ „приговоры" въ собственномъ смысл&#1123;. Именно, розводы представляютъ <br>-а) приговоры міра о развертск&#1123;, между „тяглыми вытями" округй денежных сборов на разные „мірскіе росходы" и <br>б) записи самой разверстки по волостямъ и селеніямъ округи. <br><br>Собственно первая часть – приговоры - и аналогична до буквальности „мірскимъ приговорамъ", но вторая часть документовъ самые „розводы" - представляетъ совершенно новое содержаніе и иную форму.<br>Первая же часть розводовъ до того близка къ „мірскимъ приговорамъ", что, наприм&#1123;ръ, пом&#1123;та на заглавномъ листк&#1123;, предшествующемъ розводамъ, прямо называетъ посл&#1123;дніе „приговорами": ,того жъ 171 году приговоры всей Чаронской округи старостъ и вс&#1123;хъ "волостныхъ крестьянъ, кому что изъ сборныхъ денегъ давать выборному старост&#1123;" (то-есть, земскому окрускому)., Въ н&#1123;которыхъ рукоприкладствахъ эти документы называются „приговорным розводом" (см. розводъ 31-го мая 1663 г.) - терминъ очень м&#1123;ткій и вполн&#1123; выражающій сущность документа. Но въ самомъ текст&#1123; документовъ они называются „розводами" и „пріемами". Первый терминъ сл&#1123;дуетъ установить для этихъ документовъ, какъ бол&#1123;е характерный.<br>„Розводы", подобно „мірскимъ приговорамъ", также представляютъ р&#1123;шенія мірскихъ сходокъ, но собиравшихся спеціально только для того, чтобы „розводъ розвесть" по волостямъ и селамъ и, въ виду сложности этого д&#1123;ла, уже не занимавшихся другими мірскими д&#1123;лами. Объ этомъ ясно свид&#1123;тельствуетъ то обстоятельство, что даты мірскихъ сходокъ, трактовавшихъ о розводахъ, ни разу не совпадаютъ съ датами т&#1123;хъ сходокъ, которыя постановили „мірскіе приговоры". А между т&#1123;мъ, даты т&#1123;хъ и другихъ сходокъ очень близки, наприм&#1123;ръ, въ 1663 г. „розводы" постановлены на мірскихъ сходкахъ 18-го марта. 31-го мая и 5-го іюля, а „мірскіе приговоры" - на сходкахъ 11-го генваря, 7-го марта, 27-го мая и 24-го іюня. Кром&#1123; январьской, вс&#1123; остальныя сходки очень близки по времени и вс&#1123; второго рода сходки предшествовали первымъ, какъ и сл&#1123;довало быть, то-есть, сначала міръ р&#1123;шалъ о необходимости произвести т&#1123; или другіе расходы, а зат&#1123;мъ занимался раскладкою по волостямъ „сборныхъ денегъ" на эти расходы.<br>На мірскихъ сходкахъ о розводахъ участвовали больше одни волостные старосты, а „выборные люди" встр&#1123;чаются только въ одномъ декабрьскомъ розвод&#1123; 1662 г. Въ двухъ розводахъ н&#1123;тъ именныхъ перечней присутствовавшихъ на сходк&#1123; старостъ и документы глухо составлены отъ имени „вс&#1123;хъ волостей волостныхъ старостъ (и выборныхъ людей - въ одномъ розвод&#1123<img height="20" width="20" src="https://forum.vgd.ru/smiles/a_003.gif" align="top" alt=";)" loading="lazy"> во вс&#1123;хъ волостныхъ крестьянъ м&#1123;сто". Посл&#1123;дняя прибавка о заочномъ участіи въ приговор&#1123; о розвод&#1123; „вс&#1123;хъ волостныхъ крестьянъ" - обязательна во вс&#1123;хъ розводахъ. Но въ другихъ розводахъ также обязателенъ именной перечень присутствовавшихъ на сходк&#1123; старостъ, д&#1123;йствовавшихъ за „вс&#1123;хъ (то-есть, и за отсутствовавшихъ) волостныхъ старостъ". Такъ, на сходк&#1123; 31-го мая было 29 старостъ, на сходк&#1123; 5-го іюля 18 старостъ ит. д. Во глав&#1123; волостныхъ старостъ (какъ и въ „мірскихъ приговорахъ") всегда стоитъ староста Коротецкой волости, по видимому - предс&#1123;датель сходокъ.<br>Вс&#1123; „розводы" (кром&#1123; декабрьскаго) также носятъ характеръ приказовъ отъ имени міра своему исполнительному органу - „земскому окрускому старост&#1123;" - о производств&#1123; сбора денегъ съ волостей и селъ, соотв&#1123;тственно произведенной міромъ разверстк&#1123; по „тяглымъ вытямъ" общины. Самый мелкій сборъ встр&#1123;чаемъ въ розвод&#1123; 5-го іюля 1663 г., когда міръ постановилъ брать „по 5 алтынъ съ выти". Въ другихъ розводахъ разм&#1123;ръ сборовъ много крупн&#1123;е: въ розвод&#1123; 18-го марта „по 20 алтынъ съ выти", въ розвод&#1123; 31-го мая „по рублю съ выти", самый крупный-„по 2 р. съ выти"-въ розвод&#1123; 8-го декабря 1662 г.<br>Ц&#1123;ль денежныхъ сборовъ почти во вс&#1123;хъ розводахъ указана одинаково: деньги назначались на выдачу „руги" ружнымъ людямъ Чарондской округи, на уплату „издершекъ" какихъ-то мірскихъ „челобитчиковъ" (в&#1123;роятно, т&#1123;хъ, что были посланы міромъ въ Москву - см. „мірскіе приговоры") и вообще на „всякіе мірскіе росходы". Но въ розвод&#1123; 18-го марта встр&#1123;чаемъ новое назначеніе сбора, въ другихъ розводахъ не встр&#1123;чающееся - „на казенной отпускъ". Что зд&#1123;сь разум&#1123;ется - отправка ли въ Москву собранной въ округи „казны", то-есть, разныхъ „государевыхъ" податей и сборовъ, или что другое изъ документа не видно.<br>Какъ и „мірскіе приговоры", „розводы" также скр&#1123;плены рукоприкладствами наличныхъ па сходк&#1123; волостныхъ старостъ, наприм&#1123;ръ (на оборот&#1123; розвода 31-го мая): „къ сему приговорному розводу Вожеской волости староста Митька Сергіевъ, да вм&#1123;сто старосты Патчеварской волости Бажена Филипова, да вм&#1123;сто старосты Липенской волости Афонасья Над&#1123;жина, по ихъ вел&#1123;нью и въ свое м&#1123;сто руку приложилъ". На этой сходк&#1123; изъ 29 старостъ грамотныхъ оказалось всего 4 челов&#1123;ка, на сходк&#1123; 5-го іюля изъ 18 старостъ было 3 грамотныхъ.<br>Полныхъ „розводовъ" сохранилось въ Чарондскомъ столбц&#1123; всего три за 1663 годъ - отъ 18-го марта, 31-го мая и 5-го іюля и одинъ отъ 8-го декабря 16ь2 г. Но и зд&#1123;сь въ ц&#1123;ломъ вид&#1123; сохранились собственно первыя части розводовъ - приговоры міра, а вторыя части документовъ - самые „розводы" - такъ перебиты и перепутаны, что разобраться въ нихъ теперь очень трудно. Притомъ же, путаницу еще больше увеличиваютъ сохранившіеся отрывки н&#1123;сколькихъ другихъ розводовъ 1662 и 1663 гг. Въ этихъ отрывкахъ не достаетъ первой части - приговоровъ о розвод&#1123;, а уц&#1123;л&#1123;вшія вторыя части - самые розводы, перебиты еще сильн&#1123;е, ч&#1123;мъ въ первыхъ четырехъ розводахъ.<br>Обозр&#1123;ніе посл&#1123;днихъ начинаю съ „розвода" 5-го іюля 1663 г., лучше другихъ сохранившагося. Начало его выписываю ц&#1123;ликомъ:<br><br>„171 году, іюля 5-го числа, Чаронской округи вс&#1123;хъ волостей волостные старосты - <b>Коротецкой Томило Марковъ, Вещезерской волости Пречистовского приходу староста Емельянъ Ивановъ, Петровского приходу староста Оксенъ Ивановъ, Рожественского приходу Герасимъ Михайловъ, Воскресенского приходу &#1138;едоръ Акинфовъ, Печенской (волости) Первой Епимаховъ, Чепецкой Томило Игнатьевъ, Хот&#1123;новской Козьма Тимофеевъ, Шанги-Большой Григорей Молчановъ. Шанской Елизаръ Михайловъ, Еротповской волости Родіонъ Тимофеевъ да Григорей Лукинъ, Тавенской &#1138;едоръ Ивановъ, Тигинской &#1138;едосій Клементьевъ, Божеской Дмитрей Сергіевъ, Липенской Ероф&#1123;й Андреевъ, Калинской Павелъ Григорьевъ, Пунемской &#1138;едоръ Матв&#1123;евъ</b> и вс&#1123; волостные старосты во вс&#1123;хъ крестьянъ м&#1123;сто приговорили: окрускому старост&#1123; Никифору Тимофееву во всю Чаронскую округу по вс&#1123;мъ нашимъ тяглым вытям – по 5 алтын с выти ружнымъ людемъ в ругу и челобитчикамъ (мірскимъ) в издершки и во всякіе мирские росходы".<br>Дал&#1123;е сл&#1123;дуетъ самый „розводъ": „171 году, іюля въ 5 день, розводъ по 5 алтынъ съ выти серебряными деньгами: съ Чаронды посаду взять 27 алтынъ 3 деньги. Чаронскаго посаду денежной сборщик Иванъ Дементьевъ заплатилъ сполна 27 алтынъ 3 деньги.- Съ Коротецкіе волости взяти 2 рубли 14 алтынъ 3 деньги. Староста Томило Марковъ уплатилъ рубль денегъ. Онъ же староста доплатилъ рубль 14 алт. 3 деньги. И отпись дана съ Шанги-Бодуновы взяти 2 руб. 5 алтынъ пол-три деньги". Уплатилъ староста также въ два пріема. - Съ Колнобойской волости староста уплатилъ сразу 1 р. 1 алт. 2 деньги.<br>Зат&#1123;мъ - такія же записи о раскладк&#1123; и сбор&#1123; денегъ съ другихъ волостей, приходовъ и отд&#1123;льныхъ селеній. Почему посл&#1123;днія выд&#1123;лены изъ своихъ волостей - неясно. Наприм&#1123;ръ, долю Тигинской волости внесъ ея староста &#1138;еодосій Клементьевъ. А рядомъ стоитъ такая запись: „съ Долгово (села) взять 4 алтына 3 деньги. &#1138;едосій Клементьевъ платилъ 4 алтына 3 деньги". Очевидно, Долгово тянуло къ Тигинской волости. Такой же случай встр&#1123;чаемъ въ Воженской волости, изъ состава которой почему-то выд&#1123;лено с. Лохты. Встр&#1123;чаются эти прим&#1123;ры и въ другихъ волостяхъ.<br>Вс&#1123; эти записи розвода очень ц&#1123;нны и въ прямомъ своемъ значеніи, какъ матеріалъ къ исторіи мірскихъ финансовъ и вообще къ исторіи внутренней д&#1123;ятельности крестьянскихъ общинъ XVII в&#1123;ка. Но ц&#1123;нно и другое значеніе записей розвода: по нимъ нетрудно сделать точный и подробный (по волостямъ) подсчетъ „тяглыхъ вытей" Чарондской общины, игравшихъ такую важную роль въ финансовыхъ и другихъ отношеніяхъ общины къ государству и пом&#1123;стнымъ владельцам, въ земельныхъ и податныхъ распорядкахъ самой общины и проч. <br>По розводу 5-го іюля деньги собиралъ (очевидно, тутъ же, на мирской сходк&#1123<img height="20" width="20" src="https://forum.vgd.ru/smiles/a_003.gif" align="top" alt=";)" loading="lazy"> земскій окрусскій староста Никифоръ Тимофеевъ, вручая волостнымъ старостамъ свои ,отписи" въ пріем&#1123; денегъ. Впрочемъ выдача „отписей" не всегда отм&#1123;чается. Деньги вносились большею частию сразу, въ одинъ пріемъ, по иногда въ два пріема. Ч&#1123;мъ объяснить посл&#1123;днее явленіе, разъ деньги собирались на сходк&#1123;? Можетъ быть, у н&#1123;которыхъ старостъ возникали сомн&#1123;нія въ правильности раскладки на ихъ волости, и они не давали сразу вс&#1123;хъ требуемыхъ міромъ денегъ, не пров&#1123;ривши мірской разверстки, или же просто у иныхъ старостъ не хватило вс&#1123;хъ денегъ, и они доплачивали ихъ потомъ.<br>Очевидно также, что на сходк&#1123; 5-го іюля были собраны деньги только съ присутствовавшихъ старостъ, а отсутствовавшіе вносили деньги за свои волости позже - или прі&#1123;зжая лично въ посадъ, или вручая деньги на м&#1123;ст&#1123; посланнымъ по волостямъ „мірскимъ посыльщикамъ". Такимъ образомъ, „розводъ" 5-го іюля не былъ окончательно составленъ именно въ этотъ день, но составлялся въ теченіе н&#1123;сколькихъ дней посл&#1123; 5-го іюля, пока не были внесены старостами вс&#1123; деньги со вс&#1123;хъ волостей округи.<br>Судя по записямъ розвода 5-го іюля, волости Чарондской округи были не велики: чаще всего встр&#1123;чаемъ такіе сборы съ волостей („по 5 алтынъ съ выти", то-есть съ „живущей выти") - 21 алтынъ (то-есть 4 1/5 выти въ волости), 22 алтына (4 2/5 выти), 32 алтына (6 2/5 выти и т. д.), р&#1123;же - 1, 2, 3 рубля съ алтынами. Едва ли не самою „живущею" была Ротковская волость, съ 2 приходовъ которой взято 7 рублей 17 алтынъ 5 денегъ.<br>Выписываю первую часть и начало второй (въ извлеченіи) другаго „розвода" - 31-го мая 1663 года, гд&#1123; также сд&#1123;ланъ именной перечень присутствовавшихъ на мірской сходк&#1123; волостныхъ старостъ:<br><br>„171 году, мая въ 31 день, Чаронской округи вс&#1123;хъ волостей волостные старосты - Коротецкой Михайло Власовъ" и т. д. - имена старостъ волостей Шанги-Бодуновы, Колнобойской, Вещезерской (3 приходовъ, а староста 4 прихода не явился), Роскомской, Мунской, Шанги-Кемской (2 старостъ), Печенской, Полченской, Чепецкой, Ротковской (2 старостъ) и еще 14 волостей - „и вс&#1123; волостные старосты, во вс&#1123;хъ крестьянъ м&#1123;сто, приговорили и вел&#1123;ли земскому старост&#1123; Никифору Тимофееву: Чаронского посаду и всее Чаронскіе округи по вс&#1123;мъ нашимъ тяглымъ вытямъ розводъ развесть по рублю съ выти, м&#1123;дными деньгами, на наши мирские и челобитчикамъ въ месечину и въ издершки, и ружнымъ людямъ въ ругу. А что съ которой волости взять, и то написано въ семъ разводе порознь, своими статьями".<br>Первая запись второй части „розвода": „съ Чаронды съ посаду взять 5 рублевъ 16 алтынъ 4 деньги". Съ волостей „взять": съ Коротецкой 16 рублей 6 алтынъ 1 1/2 деньги, Бодуновой-Шалги 13 рублей 21 алтынъ 5 денегъ, Солонской 2 рубля 30 алтынъ 3 1/2 деньги, Полченской 6 рублей 16 алтынъ съ „полуденьгою", съ Рождественскаго и Петровскаго приходовъ Вещезерской волости 61 рубль 15 алтынъ 2 1/2 деньги, съ Воскресенскаго прихода той же волости 11 рублей 16 алтынъ 2 1/2 деньги, съ Боровской волости 9 рублей 13 алтынъ 1 1/2 деньги и т. д.<br>Такимъ образомъ, на майской сходк&#1123; была произведена только разверстка сбора, но самого сбора не происходило, в&#1123;роятно въ виду значительныхъ разм&#1123;ровъ его, неожиданныхъ для старостъ, не приготовившихъ такихъ крупныхъ денегъ.<br>Н&#1123;которыми особенностями отличается и третій „розводъ" - 18-го марта 1663 г., собственно его первая часть, гд&#1123; отсутствуетъ именной перечень наличныхъ старостъ. Вотъ начало его:<br><br>„171 году, марта въ 18 день, Чаронского посаду и Чаронской округи вс&#1123;хъ волостей волостные старосты, во вс&#1123;хъ волостныхъ крестьянъ м&#1123;сто, посоветовавъ, приговорили: земскому окрускому старост&#1123; Никифору Тимофееву приемъ развести по 20 алтынъ съ выти, на казенной отпускъ, и ружнымъ людямъ въ ругу, и на нашъ мірской росходъ. А собрать ему съ Чаронды съ посаду и со всей Чаронской округи съ живущих съ тяглыхъ вытей. А что съ Чаронды и со всей Чаронской округи по сему пріему денегъ взяти, и то написано въ семъ пріем&#1123; порознь, поволостно, своими статьями": съ посаду взять 3 р. 10 алтынъ, деньги внесъ „денежный сборщикъ" Иванъ Дементьевъ, - съ Коротецкой волости 9 р. 23 алтына 5 денегъ внесъ ея староста и т. д. о сл&#1123;дующихъ волостяхъ. Такимъ образомъ и на этой сходк&#1123;, какъ на іюльской, происходила не одна разверстка сбора „поволостно", но и самый сборъ съ наличныхъ представителей волостей и посада.<br>Представителемъ посл&#1123;дняго былъ, повидимому, „денежный сборщикъ", такъ какъ другихъ земскихъ властей посада не встр&#1123;чаемъ. Странно, однако, что этотъ представитель не фигурируетъ въ именномъ перечн&#1123; членовъ сходки (наприм&#1123;ръ въ майскомъ и іюльскомъ „розводахъ", гд&#1123; есть эти перечни). Мало того: только мартовскій и декабрьскій „розводы" составлены отъ имени „посада" и „вс&#1123;хъ волостей округи", а остальные два розвода - отъ имени однихъ волостей, хотя въ записяхъ и этихъ розводовъ сборъ денегъ начинается именно съ посада, съ его 5 (съ дробями) „живущихъ вытей". Странность такого положенія посада - одной изъ самостоятельныхъ единицъ, составлявшихъ Чаронскую общину, увеличивается еще т&#1123;мъ обстоятельствомъ, что только въ „розводахъ" мы и встр&#1123;чаемъ хотя косвенное указаніе па участіе посада въ мірскихъ д&#1123;лахъ, а въ „мірскихъ приговорахъ" н&#1123;тъ ни мал&#1123;йшаго намека на то, что бы на т&#1123;хъ мірскихъ сходкахъ, гд&#1123; составлены эти приговоры, присутствовали представители посада. Объясняется это, в&#1123;роятно, ничтожными разм&#1123;рами посада, состоявшаго (см. сл&#1123;дующій розводъ) изъ „пашенныхъ крестьянъ" и „посадскихъ людей". Но посл&#1123;дніе не входили въ составъ Чарондской крестьянской общины, къ которой принадлежали одни „пашенные крестьяне" посада.<br>Привожу начало 4 розвода — 8-го декабря 1662 г., гд&#1123; также н&#1123;тъ именнаго перечня членовъ сходки, на которой кром&#1123; волостныхъ старостъ участвовали и „выборные люди" отъ волостей. По форм&#1123; изложенія этотъ розводъ, называемый въ текст&#1123; „пріемомъ", р&#1123;зко отличается въ своей первой части отъ вс&#1123;хъ предыдущихъ розводовъ. Крупную особенность его составляетъ еще и, та подробность, что зд&#1123;сь во глав&#1123; міра поставленъ его исполнительный органъ — „земскій окрускій староста", а зат&#1123;мъ уже идутъ „волостные старосты" и „выборные люди". Какъ мы знаемъ, ничего подобнаго не встр&#1123;чалось ни въ другихъ „розводахъ", ни въ „мірскихъ приговорахъ": вс&#1123; они говорятъ о томъ, что міръ „вел&#1123;лъ" исполнить своему земскому старост&#1123;. Ч&#1123;мъ объяснить это странное явленіе въ декабрьскомъ розвод&#1123; 1662 г. — не знаю. Во всякомъ случа&#1123;, несмотря на вс&#1123; эти особенности, документъ несомн&#1123;нно принадлежитъ по своему содержанію и значенію именно къ групп&#1123; „розводовъ". Вотъ этотъ исключительный розводъ:<br>„171 году, декабря въ 8 день, прием по 2 рубли съ выти Чаронского посаду и Чаронской округи земского окруского старосты Никифора Тимофеева и вс&#1123;хъ волостных старост и выборных людей во вс&#1123;хъ крестьянъ м&#1123;сто, на мірскіе издершки во всю Чаронскую округу. А что съ которой волости взято, и то въ семъ пріем&#1123; написано порознь, своими статьями: съ Чаронды посаду взять 11 рублевъ. Чаронского посаду денежной сборщикъ Иванъ Дементьевъ заплатилъ съ Чаронского посаду съ пашенных крестьян сполна 11 рублевъ. Отпись дана. — Съ Коротецкіе волости взять 32 р. 4 алтына съ деньгою". Деньги внесъ староста. — Съ в. Шанги-Бодуновы 27 р. 11 а. 1 д. — Съ Вещезерской волости: съ Рожественскаго и Петровскаго приходовъ (почти всегда эти приходы вносили общую съ нихъ сумму сбора, а не по каждому приходу отд&#1123;льно, какъ сл&#1123;довало бы при двухъ старостахъ) р. 30 а. 5 д., съ Пречистовскаго 14 р. 11 а. 2 д., съ Воскресенскаго 22 р. 32 а. 5 д. — Съ волостей: съ Печенской 90 р. 29 а. 1 д., Полченской 12 р. 32 а. 1 д., съ 2 приходовъ волости Шанги-Захарьиной 27 р. 7 а. 5 д., съ Роскомской волости 18 р. 30 а. 4 деньги и т. д. Почти везд&#1123; отм&#1123;чается, что, «отпись дана». Деньги вносили старосты или сразу, или въ н&#1123;сколько пріемовъ.<br><br><br><b>III Мірскія челобитныя.</b><br>Въ литератур&#1123; хорошо изв&#1123;стны и очень ц&#1123;нятся подававшіяся царю (то-есть, въ московскіе приказы) челобитныя „отъ всего міра", равныя по значенію челобитнымъ „отъ всего города". Вс&#1123; он&#1123; бол&#1123;е или мен&#1123;е носятъ характеръ петицій отъ посадскихъ и крестьянскихъ общинъ къ высшей власти по поводу разныхъ настоятельныхъ и крайнихъ нуждъ общинъ, а главнымъ образомъ по поводу столкновеній общинныхъ интересовъ съ злоупотребленіями м&#1123;стной администраціи. Много этихъ челобитныхъ напечатано, но еще большая масса ихъ лежитъ въ архивахъ и ждетъ изсл&#1123;дователей.<br>Въ Чарондскомъ столбц&#1123; н&#1123;тъ такихъ челобитныхъ „ото всего міра , хотя он&#1123; могли бы сохраниться въ вид&#1123; черновиковъ. Зато зд&#1123;сь мы находимъ другаго рода „мірскія челобитныя", кажется, довольно р&#1123;дкія, такъ какъ м&#1123;ста ихъ храненія — воеводскіе архивы — почти безсл&#1123;дно исчезли. Это — т&#1123; челобитныя отъ міра, которыя касались текущихъ, повседневныхъ интересовъ общины и, какъ таковыя, подавались м&#1123;стнымъ воеводамъ (хотя писались на имя царя) и оставались въ учрежденіяхъ воеводскаго управленія, не доходя до московскихъ приказовъ. Эти челобитныя рисуютъ будничную и нормальную жизнь общины, и нельзя не пожал&#1123;ть, что этихъ документовъ сохранилось вообще мало.<br>Не богатъ ими и Чарондскій столбецъ: зд&#1123;сь мы находимъ всего 2 „мірскихъ челобитныхъ" - одну 1662 г., другую 1663 г. Об&#1123; он&#1123; касаются „розводовъ", то-есть, содержатъ просьбы міра о разр&#1123;шеніи произвести изв&#1123;стную разверстку по волостямъ округи денежныхъ сборовъ на разные „мірскіе расходы". Челобитныя указываютъ, сколько именно предполагается сбора съ каждой „живущей выти", и на что именно предназначается сборъ. Такимъ образомъ, эти челобитныя обязательно предшествовали розводамъ: первая — розводу 8-го декабря 1662 г., вторая - розводу 18-го марта 1663 г.<br>Итакъ, мірскія сходки о розводахъ могли собираться только съ воеводскаго разр&#1123;шенія, для чего требовалась подача воевод&#1123; письменной челобитной отъ міра. Но, съ другой стороны, самая подача «мірской челобитной» необходимо предполагаетъ мірскую сходку, р&#1123;шившую подать воевод&#1123; челобитную. И, д&#1123;йствительно, об&#1123; сохранившіяся челобитныя поданы отъ имени міра, то-есть, составлены на мірскихъ сходкахъ. Правда, мартовская челобитная 1663 г. глухо составлена отъ имени „земскаго окрускаго старосты", „вс&#1123;хъ волосныхъ старостъ и крестьянъ". За то въ декабрьской челобитной 1662 г. находимъ полный именной перечень вс&#1123;хъ членовъ сходки „волостныхъ старостъ" и „выборных людей", участвовавшихъ, какъ мы знаемъ, въ розвод&#1123; 8-го декабря. Посл&#1123;дній, очевидно, потому и не привелъ именъ членовъ сходки, что они приведены въ „мірской челобитной", предшествовавшей „розводу".<br>Но разъ состоялась безъ особаго разр&#1123;шенія воеводы декабрьская мірская сходка, составившая „мірскую челобитную" о предстоящемъ розвод&#1123;, то-есть, просьбу - собрать еще разъ ту же самую сходку, то очевидно, что эта просьба представляла одну пустую формальность, не им&#1123;вшую никакого реальнаго значенія. Что именно такъ смотр&#1123;ло на эти челобитныя само воеводское управленіе - ясно изъ того, что на об&#1123;ихъ „мірскихъ челобитныхъ" н&#1123;тъ никакой воеводской пом&#1123;ты или приговора о разр&#1123;шеніи міру собрать сходку и „розводъ розвесть". Не выставлена даже дата подачи челобитныхъ. Об&#1123; он&#1123; „подписныя" - съ рукоприкладствами (на оборот&#1123<img height="20" width="20" src="https://forum.vgd.ru/smiles/a_003.gif" align="top" alt=";)" loading="lazy"> членовъ сходки.<br>Привожу (съ сокращеніями) об&#1123; „мірскія челобитныя":<br>1) Декабрьская 1662 г.: „царю государю и великому князю Алекс&#1123;ю Михайловичу... бьютъ челомъ сироты твои Чаронского посаду и Чаронской округи земской окруской старостишко Никифорко Тимофеевъ, Чаронской округи вс&#1123;хъ волостей волостные старостишка - Коротецкой Олферко Ильинъ, выборные Андрюшка Васильевъ, Мишка Власовъ" — и т. д. имена старостъ и выборныхъ людей сл&#1123;дующихъ волостей, „и вс&#1123; волостные старостишка и выборные людишка, во вс&#1123;хъ крестьянишекъ м&#1123;сто: милосердый государь!... пожалуй насъ сиротъ своихъ..., вели, государь", съ посаду и округи „по вс&#1123;мъ тяглымъ вытямъ розвесть по 2 рубли съ выти, московским посыльщикомъ въ издершки, и на наши -мiрскіе рыбные покупки, и ружнымъ людямъ въ ругу"...<br>2) Мартовская 1663 г.: „царю государю... бьютъ челомъ сироты твои Чаронской округи земской окруской старостишко Никифорко Тимофеевъ во вс&#1123;хъ волостныхъ старостишекъ и крестьянишекъ м&#1123;сто: милосердый царь!... пожалуй насъ сиротъ своихъ, Чаронского посаду и Чаронской округи старостишекъ, во вс&#1123;хъ крестьянишекъ м&#1123;сто, вели, государь, Чаронского посаду и Чаронской округи по вс&#1123;мъ нашимъ тяглымъ вытямъ розвесть по 29 алтынъ съ выти, на казенной отпускъ и ружнымъ людямъ въ ругу, а что съ которой волости взяти, и тому написать розводъ и дать мн&#1123; сирот&#1123; окрускому старост&#1123;. Царь-государь, смилуйся!"<br><br><br><b>IV „Челобитныя міру".</b><br>Небольшая группа этихъ очень р&#1123;дкихъ документовъ ц&#1123;нна какъ въ бытовомъ отношеніи вообще, такъ особенно для исторіи внутреннихъ, домашнихъ и вполн&#1123; самостоятельныхъ распорядковъ крестьянскихъ общинъ, завис&#1123;вшихъ только отъ самого „міра" и свободныхъ отъ всякой воеводской опеки и руководительства. Въ области этихъ внутреннихъ распорядковъ міръ былъ полновластнымъ и единственнымъ иниціаторомъ и вершителемъ своихъ д&#1123;лъ.<br>„Челобитныя міру" подавались разными лицами именно на мірскихъ сходкахъ, тутъ же д&#1123;лавшихъ свои „приговоры" по челобитьямъ. Такимъ образомъ, эти документы говорятъ о новомъ (неизв&#1123;стномъ изъ „мірскихъ приговоровъ" и „розводовъ") и едва ли не самомъ существенномъ проявленіи власти мірскихъ сходокъ, которыя въ одной челобитной характерно называются „советами" волостныхъ старостъ о „всякихъ мірскихъ д&#1123;лахъ". „Челобитныя міру" т&#1123;мъ особенно ц&#1123;нны, что даютъ н&#1123;которыя данныя къ характеристик&#1123; взглядовъ самихъ членовъ міра на значеніе своего „міра" и его руководящаго органа — мірскихъ сходокъ. Въ этомъ отношеніи очень характерна челобитная, поданная чарондскому міру „земскимъ дьячкомъ" того же самаго міра „Ивашкою" Ермолаевымъ, то-есть, едва ли не самымъ интеллигентнымъ (по требованіямъ и м&#1123;рк&#1123; того времени) челов&#1123;комъ среди міра... Нельзя, поэтому, не пожал&#1123;ть, что въ Чарондскомъ столбц&#1123; сохранилось всего 8 „челобитныхъ міру".<br>Необходимо, однако, оговориться, что этотъ терминъ — „челобитныя міру" — въ разсматриваемыхъ документахъ не встр&#1123;чается ни въ текст&#1123; ихъ, ни въ приговорахъ міра (на оборот&#1123<img height="20" width="20" src="https://forum.vgd.ru/smiles/a_003.gif" align="top" alt=";)" loading="lazy">. Но этотъ терминъ сл&#1123;дуетъ признать самымъ подходящимъ какъ по содержанію, ц&#1123;ли и форм&#1123; документовъ, такъ и для отличія ихъ отъ массы аналогичныхъ челобитныхъ, подававшихся царю, воеводамъ и проч.<br>Любопытно, что самъ міръ, принимая челобитныя и считая это своимъ неотъемлемымъ и естественнымъ правомъ, ни разу, однако, не назвалъ эти документы „челобитными", а всегда упорно называетъ ихъ „памятями". Сказалась ли въ этомъ обстоятельств&#1123; какая-то мірская мысль, которую трудно уловить, или это свойственное Х&#1140;П в&#1123;ку пренебреженіе къ форм&#1123; въ письменныхъ актахъ и см&#1123;шеніе разныхъ видовъ актовъ — трудно р&#1123;шить.<br>Во всякомъ случа&#1123;, принятый міромъ терминъ р&#1123;шительно не можетъ быть взятъ уже по тому одному, что ни по форм&#1123;, ни по содержанію „челобитныя міру" совс&#1123;мъ не похожи на тотъ установившійся видъ актовъ, который въ Х&#1140;П в&#1123;к&#1123; назывался „памятями", какъ приказами отъ учрежденій и лицъ другимъ учрежденіямъ и лицамъ. Этотъ общераспространенный видъ актовъ, какъ въ центральныхъ и м&#1123;стныхъ учрежденіяхъ, такъ и въ частной практик&#1123;, встр&#1123;чаемъ именно въ томъ же значеніи и въ Чарондскомъ столбц&#1123; (см. V главу): см&#1123;шать эти несомн&#1123;нныя „памяти" отъ земскаго старосты волостнымъ старостамъ съ челобитными, поданными міру, то-есть, „вс&#1123;мъ волостнымъ старостамъ" было бы грубою ошибкою.<br>Вс&#1123; 8 „челобитныхъ міру" р&#1123;зко разд&#1123;ляются по своей форм&#1123; на 2 вида: <br>а) 4 челобитныя какъ по содержанію, такъ и по форм&#1123; совершенно тождественны установившемуся типу „челобитныхъ" вообще ХVII в&#1123;ка и <br>6) 4 челобитныя по форм&#1123; совс&#1123;мъ не похожи па челобитныя, но по содержанію и ц&#1123;ли аналогичны имъ. Челобитныя перваго вида въ текст&#1123; не носятъ никакого названія, а въ приговорахъ міра называются „памятями". Челобитныя же втораго вида и въ текст&#1123; и въ приговорахъ всегда называются „памятями".<br>Вс&#1123; 4 челобитныя перваго рода относятся къ 1663 г. и поданы міру сл&#1123;дующими лицами: дв&#1123; поданы должностными лицами міра - „земскимъ дьячкомъ" Иваномъ Ермолаевымъ и „земскимъ ц&#1123;ловальникомъ" Родіономъ Юрьевымъ, а дв&#1123; поданы лицомъ, не принадлежавшимъ къ крестьянскому міру — „посадскою вдовою" Ефимьей Ермоловой. Правда, мы знаемъ, что въ Чарондскомъ посад&#1123; жили и „пашенные крестьяне", составлявшіе въ количеств&#1123; 5 вытей одну изъ земскихъ единицъ Чарондскаго міра. Но если бы Ермолова была вдовою пашеннаго крестьянина, то она такъ бы и называла себя въ челобитныхъ, а не „Чаронского посаду вдовою", то-есть, вдовою одного изъ т&#1123;хъ „посадскихъ людей", которые также жили въ Чаронд&#1123; и не входили въ составъ крестьянской общины. Въ этомъ уб&#1123;ждаетъ и то мелкое, но очень характерное обстоятельство, что когда даже „земскій дьячекъ" Иванъ Ермолаевъ, то-есть, правая рука земскаго старосты, приниженно называетъ себя въ челобитной міру „Ивашкою", Ефимья Ермолова, какъ свободная отъ всякой подчиненности міру и принадлежавшая по житейской практик&#1123; къ высшему „чину" людей, не безъ достоинства величаетъ себя полнымъ именемъ — „Офимьей", а не „Офимьицей", какъ бы сл&#1123;довало, если бы она была крестьянкой.<br>Оказывается, что именно въ изб&#1123; Ермоловой происходили мірскія сходки ('или - какъ она называетъ - „съ&#1123;зды" и „сов&#1123;ты") и за эти пріемы міра въ своей „изб&#1123; и во дворишк&#1123;" она „бьетъ челомъ" міру о вознагражденіи. Въ мартовской челобитной Ермолова проситъ за „два съ&#1123;зда", а въ іюньской - „за нын&#1123;шной съ&#1123;здъ".<br>„Земскій приставъ" Родіонъ Юрьевъ проситъ міръ возм&#1123;стить его расходы во время посылки на Б&#1123;лоозеро, а „земскій дьячокъ" — о вознагражденіи за письменную работу (точно имъ указываемую) въ воеводской „приказной изб&#1123;" и за увеличеніе „письма въ вашихъ мірскихъ д&#1123;лахъ". Собственно только посл&#1123;днюю работу земскаго дьячка міръ былъ обязанъ оплачивать, ради нея только и держалъ своего дьячка. Но міръ не отказался удовлетворить челобитье полезнаго ему челов&#1123;ка и т&#1123;мъ бол&#1123;е, что д&#1123;лалъ зд&#1123;сь большую любезность воевод&#1123;. Просьбы остальныхъ челобитчиковъ также были удовлетворены міромъ.<br>Что вс&#1123; эти челобитныя поданы именно „міру", а не одному его представителю „земскому старост&#1123;", ясно говорятъ сами челобитныя, адресованныя именно «господам старостам» - земскому окрускому<br>старост&#1123;... и всем волостнымъ старостамъ". Земскій дьячокъ еще правильн&#1123;е относился къ понятію „міръ" и, кром&#1123; старостъ, билъ челомъ „и крестьяномъ".<br>О томъ же свид&#1123;тельствуютъ и приговоры міра на челобитныхъ: зд&#1123;сь уже совс&#1123;мъ отсутствуетъ имя земскаго старосты и вм&#1123;сто него фигурируютъ „вс&#1123; волостные старосты" (или „волостные старосты", а въ одной челобитной — и „выборные люди"), которые-де „приговорили" исполнить такое-то мірское постановленіе именно своему земскому старост&#1123;.<br>Даты этихъ приговоровъ міра говорятъ, что челобитпыя подавались именно на мірскихъ сходкахъ: первая челобитная посадской вдовы и челобитная земскаго пристава поданы на сходк&#1123; 16-го марта, Тогда же, в&#1123;роятно, подана міру и челобитная земскаго дьячка: въ дат&#1123; приговора стоитъ „мартъ", а для числа оставленъ проб&#1123;лъ. Вторая челобитная Ермоловой, гд&#1123; она проситъ вознагражденія „за нын&#1123;шней съ&#1123;здъ" волостныхъ старостъ, подана па сходк&#1123; 1-го іюня. Приводя дал&#1123;е вс&#1123; эти 4 „челобитныя міру" въ ихъ полномъ объем&#1123;, обращаю вниманіе на т&#1123; выраженія, которыя въ своей совокупности присущи только „челобитнымъ" XVII в&#1123;ка (какъ - челомъ бью", „и вамъ бы пожаловать", „господа! смилуйтеся" и т. п.) и р&#1123;шительно не позволяютъ причислить разсматриваемую группу земскихъ документовъ къ какому либо другому виду актовъ.<br>1) Челобитная земскаго дьячка:<br>окрускому старост&#1123; и всем волостным старостам и крестьяномъ земской дьячекъ Ивашко Ермолаевъ челом бьет „Въ прошломъ во 170-мъ году великого государя по указу, а по приказу воеводы Дмитрея Голенищева да подьячаго Емельяна Прокофьева писалъ я Ивашко на Чаронд&#1123; за въ приказной изб&#1123; два росписные списка, 45 столбцовъ (то-есть, склеекъ, листовъ), да по ихъ же приказу отписокъ писалъ 15 столбцовъ, да другово росписного списка писалъ 25 столбцовъ, что росписывался воевода Тимофей Осиповичъ Челищевъ съ подьячимъ Емельяномъ Прокофьевымъ. Да по воеводцкому же приказу отписокъ и списковъ съ д&#1123;лъ писалъ 25 столбцовъ. Да по воеводцкому жъ приказу воеводы Тимофея Осипо¬вича Челищева на Чаронд&#1123; въ приказной изб&#1123; подрядчика Якова Лягушкина съ его пріемныхъ книгъ списывалъ списокъ, таковы же книги, 2 тетрати 16 листовъ, и тое книгу воевода къ себ&#1123; взялъ. Да. съ т&#1123;хъ же книгъ писалъ другой списокъ — дв&#1123; жъ тетрати 16 листовъ, и та книга отдана окрускому старост&#1123;. И в вашихъ мiрских д&#1123;елах письма есть при прежнихъ год&#1123;хъ вдовое. А хл&#1123;бу ц&#1123;на большая! И вы, господа, за работишко мое что пожалуете, а я вамъ челомъ бью"<br>Приговоръ мира (на об.): „171 году, марта въ (проб&#1123;лъ) день, но сей памяти счелось 7 рублевъ, а у счету были волостные старосты. а взять деньги у окрусково старосты".<br>Въ этомъ приговор&#1123; н&#1123;тъ термина „приговорили", но онъ встр&#1123;чается въ другихъ челобитныхъ.<br>2) Челобитная пристава:<br>«Господамъ моимъ земскому окрускому старост&#1123; Никифору Тимофеевичу и всемъ волостнымъ старостамъ бьетъ челомъ Чаронской приставъ Родька Юрьевъ: былъ изъ посыланъ къ Б&#1123;лузеру, съ от-писками, а на подьемъ мн&#1123; староста окруской не далъ ничево. И вы, господа, пожалуйте приговорите, что дать окрускому старост&#1123;. А язъ вамъ, господамъ своимъ, вс&#1123;мъ челомъ бью до лица земного!"<br>Приговоръ міра: „171 году, марта въ 16 день, по сей памяти волостные старосты приговорили - положить 20 алтынъ, а взять т&#1123; деньги на окрускомъ старост&#1123;".<br>Эта челобитная им&#1123;етъ характеръ жалобы пристава міру на земскаго старосту, который долженъ былъ дать ему деньги „на подьемъ", но почему-то „ничего не далъ". Міръ призналъ жалобу справедливою и вел&#1123;лъ приставу взять деньги „на окрускомъ старост&#1123;, то-есть, повидимому, изъ т&#1123;хъ денегъ, которыя были ему даны на подобные расходы, или изъ его земскаго содержанія, если только оно было (данныхъ въ Чарондскомъ столбц&#1123; н&#1123;тъ). По крайней м&#1123;р&#1123; въ другихъ аналогичныхъ случаяхъ (см. другія челобитныя) міръ указываетъ другой источникъ для удовлетворенія челобитчиковъ - „наши мірскія деньги". Къ выраженію „на окрускомъ старост&#1123;" близко выраженіе предъидущей челобитной - „взять деньги у окруского старосты". Но разница между этими предлогами существенная: „у" старосты могли быть и были на рукахъ и „мірскія деньги", которыми распоряжался только „міръ", а „на" старост&#1123; можно было взять и деньги, если не его личныя, то отданныя міромъ въ его личное распоряженіе.<br>3) Челобитная Е. Ермоловой:<br>„Господамъ старостамъ — земскому окрускому старост&#1123; Микифору Тимофееву, да вс&#1123;мъ волостнымъ старостамъ сряду и безвыборно, челомъ бьетъ вдова Офимья Ермолова дочь: былъ ваш весь сов&#1123;тъ всякой, о всякихъ мірскихъ д&#1123;л&#1123;хъ, по два съ&#1123;зда, у меня въ изб&#1123;. И вамъ бы пожаловать — положить мн&#1123; за тотъ вашъ простой, сколько пожалуете - положите, господа! Вс&#1123;мъ вамъ сряду и безвыборно челомъ бьетъ"...<br>Зд&#1123;сь Ермолова не опред&#1123;ляетъ своего званія, но оно видно изъ сл&#1123;дующей ея челобитной. Характерно это настойчивое (употребленное три раза въ об&#1123;ихъ челобитныхъ) выраженіе посадской вдовы, что она бьетъ челомъ „вс&#1123;мъ волостнымъ старостамъ сряду и безвыборно", то-есть, не однимъ только наличнымъ, присутствовавшимъ на съ&#1123;зд&#1123; въ ея изб&#1123;, но вс&#1123;мъ поголовно, подрядъ старостамъ всего Чарондскаго „міра". Зд&#1123;сь сказывается и широкое понятіе о „мір&#1123;" какъ совокупности вс&#1123;хъ земскихъ единицъ округи, и нарочитое уваженіе къ постановленіямъ именно въ этомъ смысл&#1123; понимаемаго „міра", а не наличной только кучки его представителей.<br>Приговоръ міра: „171 году, марта въ 16 день, по сей памяти волостные старосты за подворное положить два рубли.<br>А у покладки были волостные старосты и выборные люди. А деньги по сей подписной памяти взять на окрускомъ старост&#1123;".<br>Почему Ермолова не адресовала своей челобитной „и выборнымъ людямъ”? Очевидно, это не практиковалось въ „челобитныхъ міру", такъ какъ на мірскихъ сходкахъ выборные люди были случайными и не частыми представителями своихъ волостныхъ міровъ, обязательно представляемыхъ на сходкахъ всего міра только волостными старостами.<br><br>4) Вторая челобитная Е. Ермоловой:<br>„Господамъ старостамъ — земскому окрускому старост&#1123; Микифору Тимофееву и вс&#1123;мъ волостнымъ старостамъ сряду и безвыборно челомъ бьетъ Чаронскаго посаду вдова Офимья Ермолова дочь: чтобъ вамъ пожаловать, сколько изволите положить, за вашъ приходъ ко мн&#1123; во дворишко и въ избу, за нын&#1123;шней съ&#1123;ездъ. Господа, смилуйтеся!»<br>Приговоръ міра: „171 году, іюня въ 1-й день, по сей памяти вс&#1123; волостные старосты приговорили: положить 2 рубли 16 алтынъ 4 деньги, а взять т&#1123; деньги на окрускомъ старост&#1123; Никифор&#1123; (изъ) нашихъ мiрскихъ денегъ".<br>Перехожу ко втораго рода челобитнымъ, которыя, называясь „памятями", совс&#1123;мъ не похожи на этого рода документы, но по содержанію и своей ц&#1123;ли представляютъ такія же „челобитныя міру", какъ и выше разсмотр&#1123;нныя 4 челобитныя. Различіе же между т&#1123;ми и другими „челобитными міру" чисто вн&#1123;шнее: тогда какъ первыя челобитныя тождественны по форм&#1123; со всякими вообще „челобитными" XVII в&#1123;ка, вторыя челобитныя со стороны формы совс&#1123;мъ не похожи на' общій типъ челобитныхъ. Это скор&#1123;е всего по своему изложенія памятныя (докладныя) записка, представленныя міру въ ц&#1123;ляхъ подтвержденія и объясненія словеснаго челобитья міру. Въ самихъ документахъ н&#1123;тъ выраженій, которыя прямо говорили бы о предшествовавшемъ появленію документовъ словесномъ челобить&#1123;, но оно само собою разум&#1123;ется, ибо иначе невозможно объяснить мотивовъ появленія этихъ памятныхъ записокъ. Наконецъ и приговоры міра на посл&#1123;днихъ, совершенно аналогичные приговорамъ на челобитныхъ перваго рода, даютъ право поставить въ одну группу оба эти вида земскихъ актовъ.<br><br>Именно, въ приговорахъ по двумъ челобитнымъ 2 рода находимъ нормальную формулу: „по сей памяти вс&#1123; волостные старосты приговорили" учинить то-то. Въ третьей челобитной („мірского челобитчика" &#1138;едора Аникіева) н&#1123;тъ этой формулы, но приговоръ ясно говоритъ, что онъ состоялся по постановленію „волостныхъ старостъ". Только въ 4-й челобитной (П. Исакова) н&#1123;тъ ни того, ни другаго, а стоитъ неопред&#1123;ленное выраженіе — „по сей памяти счелось" дать Исакову столько-то изъ „мiрскихь денегъ". Значитъ и зд&#1123;сь участіе „міра" въ постановленіи приговора несомн&#1123;нно. Съ другой стороны, именно это неопред&#1123;ленное выраженіе („счелось") встр&#1123;чаемъ въ приговор&#1123; міра на несомн&#1123;нной „челобитной міру", поданной земскимъ дьячкомъ Иваномъ Ермолаевымъ (см. выше). А въ посл&#1123;днемъ приговор&#1123; ясно сказано, что „у счету были волостные старосты". Словомъ, и вс&#1123; челобитныя 2 рода несомн&#1123;нно адресовались „міру", обсуждались и р&#1123;шались на мірскихъ сходкахъ.<br>Изъ 4 челобитныхъ 2 рода, или „челобитных памятей", какъ ихъ можно назвать, одна относится къ 1662 г., а три къ 1663 г. Первая — самая любопытная въ бытовомъ отношеніи: это - челобитная „земскаго ц&#1123;ловальника" Дмитрія Данилова (составлена имъ въ март&#1123;, но подана міру на сходк&#1123; 26-го августа), возившаго въ Москву „государеву казну" и просившаго міръ возм&#1123;стить его дорожные расходы и, особенно, крупные расходы по „московской волокит&#1123;", какъ характерно назвалъ челобитчикъ свое порученіе въ Москв&#1123;. Любопытенъ сообщаемый имъ перечень - „на Москв&#1123; кому что гостинецъ" дано. Казну онъ сдавалъ въ приказ&#1123; Устюжской четверти и зд&#1123;сь именно всего бол&#1123;е оставилъ „гостинца" у дьяка Александра Анисимова, у подьячихъ и сторожей приказа, даже у дьяческихъ „дворянъ".<br>Къ расходамъ міра на „московскую волокиту" относятся и осталь-ныя челобитныя памяти 1663 г., особенно - „мірского челобитчика" въ Москв&#1123; &#1138;едора Аникіева и старосты Коротецкой волости Михаила Власова. Первый просилъ объ уплат&#1123; денегъ, истраченныхъ имъ въ Москв&#1123; за „перестойные м&#1123;сяцы" (см. аналогичный случай въ „мірскомъ приговор&#1123;" 7-го марта 1663 г.). Коротецкій же староста просилъ о возм&#1123;щеніи произведеннаго имъ расхода по провозу чрезъ волость московскаго подьячаго Ивана Софонова (см. „мірской приговоръ" 27-го мая 1663 г.).<br>Посл&#1123;дняя челобитная память - „земскаго ц&#1123;ловальника" Павла Исакова, просившаго вознаградить его расходы въ разныхъ служебныхъ посылкахъ, въ томъ числ&#1123; и за „московскую &#1123;зду". Вс&#1123; эти словесныя челобитья міру, подкр&#1123;пленныя письменными памятными записками челобитчиковъ, были удовлетворены міромъ. Привожу эти „челобитныя памяти" (первую въ извлеченіи):<br>1) Челобитная память земскаго ц&#1123;ловальника Дм. Данилова:<br>„170 году, марта въ (проб&#1123;лъ) день, память земского ц&#1123;ловальника Дмитрея Данилова [Въ подлинник&#1123; стоитъ явная ошибка - „память земскому ц&#1123;ловальнику Дм. Данилову", по я исправляю согласно другимъ „челобитнымъ памятямъ"] въ издержк&#1123; и въ росход&#1123;, что великого государя съ казною &#1123;дучи до Москвы наймовалъ подводы, и что на Москв&#1123; кому что гостинецъ и отъ счету дано, и то въ сей памяти написано: на волоку на Словинскомъ на 2 подводы до Вологды дано 60 алтынъ. Съ Вологды до Обнорсково и до Ухорсково и до Ярославля подъ государеву казну на одну подводу дано 3 рубли. Изъ Ярославля до Переславля-Залисково подъ казну же на одну подводу дано 2 рубли". Дал&#1123;е до Москвы столько же уплочено.<br>„Да на Вологд&#1123; въ приказ (то-есть, въ приказную избу) ходилъ - билъ челомъ о памяти ямщикомъ о отпуск&#1123;, и отъ памяти подьячие писчево взяли 8 алтынъ, да сторожъ придверново и восковово взялъ 2 алтына". И въ Ярославл&#1123; ради такой же памяти Д. Даниловъ „въ приказъ ходилъ" и „издержалъ 7 алтынъ, да сторожъ взялъ 4 деньги". Въ Переславл&#1123;-Зал&#1123;сскомъ „издержалъ отъ памяти и сторожамъ 2 гривны".<br>По прі&#1123;зд&#1123; въ Москву, какъ „великого государя казну въ Четверть (Устюжскую-см. &#1140;ІП главу) поставили и (съ) сторожами срядился - дано имъ 2 рубли, да подьячему Дмитрею Шипулину гостинецъ несъ - пирогъ въ рубль, да 40 алтынъ денегъ". Зат&#1123;мъ Даниловъ еще два раза былъ у Шипулина, всегда съ „гостинцомъ" - „несъ гостинецъ два пирога, пирогъ по рублю, да 1 1/2 рубли денегъ".<br>Два же раза ходилъ онъ во дворъ дьяка Александра Анисимова — снесъ два рублевыхъ пирога и денегъ 2 рубля, да „дворяномъ ево (дьяка) дано 4 гривны".<br>При „счет&#1123;" въ приказ&#1123; Чарондской казны Даниловъ далъ другому подьячему Ивану Григорьеву „отъ счету 11 рублевъ" (то-есть, больше, ч&#1123;мъ самому дьяку). Тогда же у него не приняли — „выметали" негодныхъ денегъ на 35 руб.: „и я т&#1123; деньги проминилъ на добрые деньги , за что „придалъ 5 руб. Да изъ серебряныхъ денегъ выметали полуженыхъ да жестяныхъ и укладныхъ 8 алтынъ". - По-видимому, этотъ пром&#1123;нъ негодныхъ денегъ на „добрыя" происходилъ въ томъ же приказ&#1123; и, очевидно, принадлежалъ къ числу доходныхъ операцій подьячихъ приказа. <br>Посл&#1123;дніе расходы Данилова въ Москв&#1123;: „да отъ платежные грамоты подьячему Ивану Григорьеву писчево дано рубль. Да 5 рублевъ во всей казн&#1123;".<br>Этимъ и заканчивается собственно „память" Данилова, но на оборот&#1123; онъ сд&#1123;лалъ еще сл&#1123;дующую приписку относительно расчета съ своимъ товарищемъ по московской по&#1123;здк&#1123;: „по сей памяти язъ земской ц&#1123;ловальникъ Дмитрей Даниловъ съ земскимъ же ц&#1123;ловаль-никомъ съ Осипомъ Алимпіевымъ счелся въ московской волокит&#1123;, и въ издержк&#1123;, и въ учет&#1123;, и во всей ево дол&#1123;, что съ нево довелось, и деньги взялъ, и впредь мн&#1123; Дмитрею до него Осипа д&#1123;ла н&#1123;тъ. А на памяти я Дмитрей вел&#1123;лъ подписать земскому ц&#1123;ловальнику Афоньк&#1123; Исакову".<br>Приговоръ міра: „170 году, августа въ 26 день, по сей памяти вс&#1123; волостные старосты приговорили: положить 5 рублевъ 26 алтынъ 4 деньги, а деньги взять на окрускомъ старост&#1123;. А у покладки были вс&#1123; волостные старосты".<br>Если это не описка въ приговор&#1123; - „8 рублевъ", то значитъ міръ выдалъ Данилову только 1/5 часть понесенныхъ имъ расходовъ (всего около 45 руб.). уплативши, повидимому, одинъ расходъ на подводы (къ этому именно расходу подходитъ цифра положенной міромъ выдачи). Очевидно, только этотъ расходъ міръ считалъ для себя обязательнымъ, находя, что вс&#1123; остальные расходы Данилова (на провинціальныхъ и московскихъ приказныхъ людей за пром&#1123;нъ и „учетъ" (недостачу) денегъ) обязано уплатить воеводское управленіе Чаронды. Такъ какъ именно оно собирало и отправляло въ Москву „государеву казну", а міръ давалъ только провожатыхъ и подводы подъ казну. Даниловъ не могъ не знать такихъ взглядовъ міра, по, в&#1123;роятно, нер&#1123;дки бывали прим&#1123;ры, когда міръ изъ угожденія предъ воеводами и подъ ихъ вліяніемъ принималъ на себя н&#1123;которые расходы воеводскаго управленія: на этомъ основаніи и Даниловъ рискнулъ выступить съ своимъ челобитьемъ міру, но потерп&#1123;лъ неудачу. Домогался, ли онъ еще разъ выступить предъ міромъ съ своимъ челобитьемъ, поддержанный воеводою, который, в&#1123;роятно, и натолкнулъ Данилова на взысканіе денегъ съ міра, а не съ воеводскаго управленія, им&#1123;лъ ли Даниловъ усп&#1123;хъ и проч. - въ документахъ, къ сожал&#1123;нію, н&#1123;тъ данныхъ. Во всякомъ случа&#1123;, если въ приговор&#1123; н&#1123;тъ описки въ „8 рубляхъ", то приговоръ ясно намекаетъ на какое-то столкновеніе „міра" съ воеводскимъ управленіемъ, которое усердно пользовалось работою „земскихъ" должностныхъ лицъ (вспомнимъ, наприм&#1123;ръ, челобитью „земскаго дьячка , работавшаго въ воеводской приказной изб&#1123<img height="20" width="20" src="https://forum.vgd.ru/smiles/a_003.gif" align="top" alt=";)" loading="lazy">, но не желало участвовать въ оплат&#1123; ихъ работы.<br>2) Челобитная память „мірскаго челобитчика": „171 году, марта въ (проб&#1123;лъ) день, память Пунемской волости (крестьянина) мірскаго челобитчика &#1138;едора Аникіева, что посылавъ былъ къ Москв&#1123; выборнымъ и челобитчикомъ: и язъ перестоялъ за два м&#1123;сяца (то-есть. сверхъ этихъ 2 м&#1123;сяцевъ еще) - м&#1123;сяцъ 1 1/2, нед&#1123;ли, да подвода съ Чаронды до Пунемы".<br>Приговор мiра: „171 году, іюня въ 24 день, волостные старосты считали московскаго челобитчика &#1138;едора Аникіева въ его пом&#1123;сечин&#1123; за переслугу. И привелось ему &#1138;едору за переслугу его и за подводу доняти на мiру 12 рублевъ 11 алтынъ 2 деньги. Взять деньги съ окрусково старосты".<br><br>3) Челобитная память волостнаго старосты: „171 году, маія въ 12 день, память Коротецкіе волости старосты Михаила Власова: &#1123;халъ на Чаронду (московской) подьячей Иванъ Софоновъ, взялъ съ Коротково подводу до Чаронды - подвозокъ съ гребцы, и язъ далъ на подвозокъ кортомы 60 алтынъ патріаршу крестьянину Марку Андрееву (изъ своихъ, то-есть, волостныхъ) ручныхъ денегъ. И вамъ бы старостамъ пожаловать - память вел&#1123;ть подписать и въ росходы старост&#1123; окрускому завести".<br>Посл&#1123;днее выраженіе - „и вамъ бы старостамъ пожаловать" — совершенно челобитеннаго характера.<br>Приговор міра: „171 году, маія въ 31 день, по сей памяти вс&#1123; волостные старосты приговорили: коротецкому старост&#1123; Михаилу Власову на судно коротомы дать 60 алтынъ, а взять т&#1123; деньги на окрускомъ старост&#1123; (изъ) мирских расходныхъ денегъ".<br><br>4) Челобитная память земскаго ц&#1123;ловальника П. Исакова:<br>„171 году, память въ прогон&#1123;хъ земсково ц&#1123;ловальника Павла Исакова: какъ меня выбрали въ ц&#1123;ловальники и язъ &#1123;халъ креста ц&#1123;ловать - подвода была лодка съ гребцы на 40 верстъ, съ Липника до Чаронды. И посл&#1123; крестного ц&#1123;лованья, какъ меня воевода сталъ за казною посылать къ Москв&#1123;, и у меня запасу съ собою не было, что московскіе &#1123;зды не зналъ (то-есть, не предвид&#1123;лъ московской посылки), и язъ по запасъ &#1123;здилъ - наймовалъ съ Чаронды лодку съ гребцы до Липника и назадъ до Чаронды, Да какъ язь шелъ съ Москвы, и мн&#1123; въ Заельникахъ подводы не дали, и язъ до берегу шелъ п&#1123;шъ 10 верстъ. Да отъ Коротецкіе волости отъ Гостина берегу лодку нанялъ и съ гребцы до Чаронды на 40 верстъ. Да &#1123;халъ приставъ Иванъ Дементьевъ — высылалъ старостъ къ Чаронд&#1123; съ подрядными деньгами, а подвода моя была подъ пристава съ Чаронды до Пунемы, на 30 верстъ. — Да про&#1123;халъ приставъ Василей Дмитреевъ — высылалъ старостъ къ Чаронд&#1123; съ четвертными день-гами, и у меня жилъ 1 1/2 дни, да ночь ночевалъ, &#1123;лъ три выти, что старосты и дьячка дома не было. — Да &#1123;халъ приставъ Иванъ Струнинъ въ Пунемскую треть – высылалъ старостъ къ Чаронд&#1123; за стр&#1123;лецкіе запасы съ деньгами, а лодка была моя съ гребцы отъ Чаронды до Пунемы, на 30 верстъ. — Да я же ц&#1123;ловальникъ для государева д&#1123;ла &#1123;здилъ къ Ваг&#1123;, а назадъ отъ Липинскіе волости взялъ подводу па 40 верстъ до Чаронды".<br>Эта челобитная память содержитъ многія любопытныя подробности относительно „службы" при воеводскомъ управленіи „земскихъ ц&#1123;ловальниковъ", которыхъ міръ „выбиралъ" на какой-то срокъ и оплачивалъ часть ихъ служебныхъ расходовъ. Характерны эти постоянные разъ&#1123;зды „приставовъ" по волостямъ для высылки въ го-родъ старостъ съ деньгами въ государеву казну. Оригинально упо-минаніе объ одномъ изъ приставовъ, что онъ за 1 1/2 дня „&#1123;лъ (въ подлинник&#1123; стоитъ—„елъ") три выти". Разум&#1123;ется ли зд&#1123;сь, что онъ съ&#1123;лъ разныхъ припасовъ, поставленныхъ „3 вытями", то-есть, из-в&#1123;стнымъ количествомъ дворовъ, или же зд&#1123;сь „выть" употреблена въ какомъ-то спеціальномъ значеніи относительно &#1123;ды и ея разм&#1123;ровъ — трудно сказать. Не ясно также — гд&#1123; это кормленіе пристава происходило: въ посад&#1123;, гд&#1123; была служба Исакова или въ Липинской волости, гд&#1123; находился дворъ челобитчика? Повидимому, р&#1123;чь идетъ о посл&#1123;днемъ, тогда значитъ челобитчикъ разум&#1123;етъ волостнаго старосту и „волостного дьячка", когда зам&#1123;чаетъ, что кормилъ пристава за отсутствіемъ „старосты и дьячка". Что волостные дьячки существовали въ Чарондскомъ мір&#1123; — это показываютъ „отписи": многія изъ нихъ написаны именно волостными дьячками, наприм&#1123;ръ, одну „отпись писалъ Печенскіе волости дьячек Андрюшка Яковлевъ" и т. п.<br>Приговоръ мира: „171 году, мая въ 28 день, по сей памяти счелось 3 рубли 2 алтына 4 деньги, а взять т&#1123; деньги на окрускомъ старост&#1123; мирских росходныхъ денегъ".<br>Любопытны даты приговоровъ міра на этихъ „челобитныхъ міру и на „челобитныхъ памятяхъ" 1663 г. Он&#1123; говорятъ, что мірскія сходки собирались очень часто, особенно л&#1123;томъ, наприм&#1123;ръ, въ ма&#1123; сходки происходили 28-го и 31-го чиселъ, а въ іюн&#1123; - 1-го и 24-го чиселъ. Близость по времени первыхъ трехъ сходокъ несомн&#1123;нно говоритъ о ц&#1123;лой сессіи мірскаго съ&#1123;зда, продолжавшейся н&#1123;сколько дней. Перерывъ между 28-го и 31-го мая объясняется просто отсутствіемъ у насъ документальныхъ данныхъ за промежуточные дни — 29-е и 30-е мая, если это не были праздничные дни (можетъ быть, Троицынъ и Духовъ дни).<br><br><b>V. «Памяти».</b><br>Ставлю рядомъ дв&#1123; сохранившіяся въ Чарондскомъ столбц&#1123; ,памяти" 1662 г., чтобы показать р&#1123;зкое отличіе этихъ несомн&#1123;нныхъ „памятей" отъ „челобитныхъ міру", ошибочно называющихъ себя также „памятями». Об&#1123; „памяти" представляютъ именно приказы отъ земскаго окрускаго старосты (одна отъ Степана Аввакумова, другая отъ его преемника Никифора Тимофеева) волостнымъ старостамъ (а первая — „и вс&#1123;мъ крестьяномъ") о сбор&#1123; съ волостей денегъ по двумъ „розводамъ" мірскихъ сходокъ. Мартовская память С. Авва-кумова адресована 4 старостамъ 3 волостей (причемъ земскій ста-роста называетъ волостныхъ старостъ только по именамъ, безъ про-звищъ), а октябрьская память Н. Тимофеева относится къ старост&#1123; волости Шанга-Бодунова. Первая требуетъ отъ 3 волостей взноса денегъ „по десятиалтынному розводу" на удовлетвореніе мірскаго челобитчика Тимофея Савина. Вторая память приказываетъ старост&#1123; собрать деньги, сл&#1123;дуемыя съ волости по посл&#1123;днему „розводу" міра и вручить деньги подьячему Данил&#1123; Кунашеву. В&#1123;роятно, этотъ сборъ шелъ или въ государеву казну, или на воеводское кормленіе, почему и былъ порученъ подьячему приказной избы. Впрочемъ, изъ пом&#1123;тъ, находящихся на оборот&#1123; памяти, видно, что подьячій не былъ въ волости и деньги были вручены старост&#1123; сос&#1123;дней волости и приходскому попу Фалел&#1123;ю, для передачи въ Чаронду. Тамъ же, на оборот&#1123;, памятей, находимъ рукоприкладства земскихъ старостъ: оба они были безграмотными и за нихъ подписались другія лица.<br>Привожу об&#1123; „памяти":<br><br>1) „170 году, марта въ 9 день, память, отъ земского окруского старосты Степана Аввакумова Ротковскимъ (то-есть, 2 приходовъ Ротковской волости) старостамъ &#1138;едору и Григорью, Кленовскому Терентью, Тавенскому Ивану и всем крестьяномъ, чтобъ вамъ по сей памяти—по десятиалтынному розводу заплатить челобитчику Тимофею Савину, по ихъ (то-есть, в&#1123;роятно, было н&#1123;сколько „мірскихъ челобитчиковъ", представившихъ одну „челобитную („подписную") память" о расходахъ своихъ по мірскому д&#1123;лу) подписной памяти, въ пом&#1123;сечину и въ росходъ, 23 рубли 1 алтынъ. А въ т&#1123;хъ день-гахъ по росчету взять у него отписи на мое старостино имя, и т&#1123; отписи и сію память принести ко мн&#1123;, а я съ вами во всемъ розочтусь. А сей вамъ памяти в&#1123;рить. А память писалъ земской дьячекъ Ивашко Ермолаевъ". — Рукоприкладство Ст. Аввакумова (на об.), за котораго росписался его сынъ.<br>2) „Память отъ земского окруского старосты отъ Никифора Тимофеева Шанги-Бодуновы старост&#1123; Прокофью Парфенову въ томъ, что по розводу вс&#1123;хъ волостныхъ старостъ по рублю съ выти — и въ тотъ розводъ причелось съ вашие волости взять 14 рублевъ 13 алтынъ пол-четыре деньги, и теб&#1123; бы т&#1123; деньги заплатить (подьячему) Данил&#1123; Никитину сыну Кунашеву, и какъ заплатишь, и ты съ нимъ и памятцу пришли, а ево память держи у собя въ отписи м&#1123;сто. А сей памяти в&#1123;ри. А память писалъ, по Старостину вел&#1123;нью, чаронецъ Алимко Ермолаевъ. Л&#1123;та 7171-го году, октября въ 9 день".<br>Рукоприкладство (на об.) земскаго старосты: „къ сей памяти вм&#1123;сто старосты Никифора Тимофеева, по его вел&#1123;нію, прошлой ц&#1123;ловальникъ Осипко Алимпіевъ руку приложилъ".<br>Пом&#1123;ты (на об.): 1) „по сей памяти Шанги-Бодуновы староста Прокофей уплатилъ 7 рублевъ (старост&#1123<img height="20" width="20" src="https://forum.vgd.ru/smiles/a_003.gif" align="top" alt=";)" loading="lazy"> Мунскіе волости Василію Попову". — 2) „По сей памяти язъ староста Прокопей<br>попу Фалилию пол-сема рубли денегъ, и подписалъ самъ попъ своей рукой".<br><br><br>VI. „Мірскія кабалы".<br><br>Не буду распространяться объ этомъ достаточно изв&#1123;стномъ вид&#1123; земскихъ документовъ XVII в&#1123;ка. Въ Чарондскомъ столбц&#1123; сохра-нились 2 „мірскія кабалы" 1661 г. и одна 1660 г. Вс&#1123; он&#1123; говорятъ о займ&#1123; денегъ земскимъ старостою на „мірскіе росходы", но «во всех волостных старост и крестьян место». Вопросъ о займ&#1123; денегъ р&#1123;шался и мірскія кабалы составлялись на мірскихъ сход-кахъ, о чемъ свид&#1123;тельствуютъ рукоприкладства волостныхъ старостъ па этихъ документахъ.<br>Для прим&#1123;ра привожу въ извлеченіи одну мірскую кабалу 1661 г.: „се язъ Чаронского посаду и Чаронскіе округи земской окруской староста Степанъ Аввакумовъ во вс&#1123;хъ волостныхъ старостъ и крестьянъ м&#1123;сто занялъ" у „земскихъ ц&#1123;ловальниковъ" Ивана Де-мидова съ товарищи „великого государя казенныхъ таможенныхъ де-негъ 40 рублевъ, а заплатить" ихъ „на строкъ на Рождество Исусъ Христово нын&#1123;шнего 170 году. А случитъ Богъ мн&#1123; заимщику смерть, ино ся кабала выкупать Чаронскіе округи вс&#1123;мъ волостнымъ старо-стамъ и крестьяномъ, что т&#1123; деньги заняты па ихъ мирской росходъ во всю Чаронскую округу". При займ&#1123; были „послуси" — старосты Тигинской волости &#1138;еодосій Клементьевъ и Липинской волости Павелъ Исаковъ. „Кабалу писалъ земской дьячекъ Ивашко Ермолаевъ, л&#1123;та 7170-го, сентября въ 20 день". — Рукоприкладства (наоб.) земскаго старосты (за него росписался его сынъ Семенъ) и волостныхъ старостъ. — Одна изъ „отписей" 171 года говоритъ объ уплат&#1123; міромъ этого долга въ государеву казну.<br>Другая „мірская кабала" 1661 г., отъ 25-го сентября, говоритъ о займ&#1123; 30 руб. также изъ „таможенныхъ денегъ", срокомъ до Богоявленья.<br>„Мірская кабала" отъ 3-го марта 1660 г. говоритъ о займ&#1123; земскимъ старостою Степаномъ Аввакумовымъ у „земскихъ ц&#1123;ловальниковъ" Бажена Родіонова съ товарищи „17 рублевъ денегъ московских ходячихъ" изъ „казенныхъ денегъ таможеннаго сбору". Деньги понадобились міру „на казенной отпускъ". Кабалу писалъ, „по отцову вел&#1123;нью, Сенька Степановъ", то-есть, сынъ земскаго старосты. „Вм&#1123;сто заимщика" земскаго старосты росписался (на об.) „земской дьячекъ" Иванъ Ермолаевъ.<br><br><br>VII. „Мірская счетная роспись".<br><br>Земскій документъ этого типа им&#1123;етъ въ Чарондскомъ столбц&#1123; единственнаго представителя: это — любопытный протоколъ мірской сходки о „счет&#1123;" своего „прошлаго" земскаго окрусскаго старосты Никифора Тимофеева въ его «годовом старощень&#1123;". Актъ составленъ на мірской сходк&#1123; 27-го августа 1663 г., когда собралось для такого важнаго мірскаго д&#1123;ла 20 старостъ (имена ихъ приведены въ текст&#1123; документа), д&#1123;йствовашихъ за себя и за „всех волостныхъ старост во всех крестьян м&#1123;сто». Наличный на сходк&#1123; міръ про-в&#1123;рялъ приходъ и расходъ мірскихъ денегъ по документамъ земской избы. Оказавшіяся на земской старост&#1123; „начетныя деньги" — 123 рубля, были тутъ же, на сходк&#1123;, имъ внесены и приняты міромъ.<br>Кром&#1123; разныхъ подробностей этого акта мірскаго контроля надъ своимъ главою, касающихся самого учета земскаго старосты, любо-пытна одна сторонняя подробность о перер&#1123;шеніи міромъ одного изъ своихъ прежнихъ приговоровъ. Именно, мы знаемъ изъ „мірскаго приговора" 6-го декабря 1662 г., что крестьянину Ивану К&#1123;мину, одному изъ 3 „выборныхъ людей", возившихъ „мірскую рыбу" въ Москву, присуждено міромъ уплатить его издержки въ роли „москов-скаго ходока". Но на сходк&#1123; 27-го августа 1663 г. міръ отказался возм&#1123;стить расходы К&#1123;мина, такъ какъ у него „объявилось челобитье о своем деле", ради котораго онъ и хот&#1123;лъ про&#1123;хаться въ Москву на мірской счетъ. Очень характерно это строгое отношеніе міра къ такимъ неблаговиднымъ покушеніямъ своихъ сочленовъ на мірскую казну... Подробность эта очутилась въ акт&#1123; въ виду отношенія ея къ учету земскаго старосты.<br>Привожу „мірскую счетную роспись" въ ея полномъ вид&#1123; (кром&#1123; одного неразобраннаго слова):<br>„171 году, августа въ 27 день, Чаронскаго посаду и все&#1123; Чаронскіе округи прошлого земского окруского старосту Никифора Тимофеева Чаронскіе округи вс&#1123;хъ волостей волостные старосты — Коротецкой Томило Марковъ, Шанги-Бодуновы Прокопей Парфеновъ, Вещ&#1139;зерскіе волости старосты (то-есть, 3 приходовъ) Оксенъ Ивановъ, Емельянъ Ивановъ, Герасимъ Михайловъ, Печенской Первой Епимаховъ, Чепецкой Томило Игнатьевъ, Свидцкой Никонъ Софоновъ, Боровской Важенъ Степановъ, Хот&#1123;новской Михайло Дементьевъ, Шанги-Большей Григорей Молчановъ, Вырской Елизаръ Михайловъ, Ротковскіе (старосты) Иванъ Афанасьевъ да Григорей Лукинъ. Тавенской &#1138;едоръ Ивановъ, Тигиинской &#1138;едосій Клементьевъ, Патчеварской Баженъ Филиповъ, Вожеской Дмитрей Сергіевъ, Липенской «Гостило» [Любопытно частое употребленіе среди Чарондскихъ крестьянъ прозвищь вм&#1123;сто личныхъ христіанскихъ именъ: „Гостило" — очень р&#1123;дкое прозвище, но остальныя довольно распространенныя — „Томило", „Баженъ", „Первой" и т. п.] Ивановъ, Пунемскои &#1138;едоръ Матв&#1123;евъ и вс&#1123; волостные старосты, во всех крестьянъ м&#1123;сто, меня прошлого окруского старосту Никифора Тимофеева въ моемъ годовом старощени&#1123;, въ приход&#1123; по 5 пріемамъ въ м&#1123;дныхъ деньгахъ, и въ росход&#1123; по отписям, и по приговорамъ, и по книг&#1123;, и во всемъ моемъ приход&#1123; и въ росход&#1123; по приходнымъ и по росходнымъ памятямъ за нын&#1123;шней за 171 годъ — счели въ правду. И сверхъ моего росходу причелось ихъ мірскихъ денегъ м&#1123;дныхъ 123 рубли, и т&#1123; начетные деньги они вс&#1123; волостные старосты у меня Никифора взяли въ мiръ.... вс&#1123; сполна. А что у меня старосты по пріемамъ дочтетца на которой волости м&#1123;дныхъ денегъ доняти, и т&#1123; деньги добирать мн&#1123; старост&#1123; и платить ружнымъ людемъ въ ругу по долговой росписи прошлыхъ л&#1123;тъ. И сверхъ того имъ вс&#1123;мъ волостнымъ старостамъ и ихъ волостей крестьяномъ до меня Никифора въ моемъ годовомъ старощень&#1123;, въ м&#1123;дныхъ деньгахъ, впредь д&#1123;ла н&#1123;ть. А мн&#1123; старост&#1123; Никифору до нихъ волостныхъ старостъ и до вс&#1123;хъ крестьянъ въ томъ моемъ годовомъ старощень&#1123; впредь д&#1123;ла н&#1123;тъ, что они волостные старосты, во вс&#1123;хъ крестьянъ м&#1123;сто меня прошлого старосту Никифора въ моемъ годовомъ старощень&#1123;, во всемъ приход&#1123; и въ росход&#1123;, счели въ правду и сверхъ счету взяли в&#1123;ру, что за мною Никифоромъ ихъ мірскихъ росходныхъ м&#1123;дныхъ денегъ, сверхъ т&#1123;хъ начетныхъ денегъ, н&#1123;тъ ничего. А что по мiрскому в&#1123;ленью подписана память у московскою ходока у Ивана Тимофеева сына К&#1123;мина, и по той подписной памяти денегъ ему Ивану К&#1123;мину они волостные старосты приговорили не платить, что у того Ивана о своемъ д&#1123;л&#1123; челобитье объявилось (на Москв&#1123<img height="20" width="20" src="https://forum.vgd.ru/smiles/a_003.gif" align="top" alt=";)" loading="lazy">. А память его Ивана подписана въ росход&#1123; м&#1123;дныхъ денегъ. А счетную роспись писалъ земской дьячекъ Ивашко Ермолаевъ".<br>Рукоприкладство (на об.): „къ сей счетной росписи вм&#1123;сто земского окруского старосты Никифора Тимофеева, по ево вел&#1123;нію, земской ц&#1123;ловальникъ Афонька Исаковъ руку приложилъ".<br><br><br><b>VIII. „Отписи".</b><br><br>Перехожу къ посл&#1123;днему и самому обширному отд&#1123;лу документовъ Чарондской земской избы - къ „отписямъ" 1662 и 1663 гг. (за первый годъ очень немного, а большинство за второй годъ), сохранившимся въ количеств&#1123; бол&#1123;е 200 актовъ. Не смотря на ихъ краткость, сухость и кажущуюся мелочность фактовъ, документы въ своей масс&#1123; очень ц&#1123;нны богатымъ бытовымъ содержаніемъ, сплошь относящимся къ т&#1123;мъ или другимъ сторонамъ земской жизни Чаронд-скаго „міра". Зд&#1123;сь мы находимъ любопытныя данныя о пресловутомъ „воеводскомъ кормленіи", „о московской волокит&#1123;", о расходахъ міра на воеводское управленіе, на свою „земскую избу" и на земскихъ должностныхъ лицъ и проч. „Отписи" рисуютъ такія стороны земской жизни, о которыхъ мы ничего почти не знаемъ, или только догадываемся по разнымъ историческимъ намекамъ. Не беру на себя задачи извлечь изъ отписей весь матеріалъ, годный для обрисовки д&#1123;ятельности Чарондской общины въ данное время: этотъ матеріалъ такъ великъ, что можетъ быть предметомъ спеціальнаго изсл&#1123;дованія. Ограничиваю свою задачу извлеченіемъ изъ отписей лишь самого существеннаго и выдающагося матеріала.<br>Но предварительно сд&#1123;лаю н&#1123;сколько зам&#1123;чаній о вн&#1123;шней сторон&#1123; „отписей". Документы этого типа и названія были въ большомъ ходу въ Х&#1140;П в., какъ въ московскихъ и провинціальныхъ приказныхъ учрежденіяхъ, такъ и въ частной жизни. „Отписями" назывались росписки въ полученіи денегъ, хл&#1123;ба и разныхъ предметовъ. Въ томъ же значеніи употреблялись отписи и въ практик&#1123; Чарондской земской избы, то-есть, какъ росписки въ полученіи мірскихъ денегъ отъ земскаго окрускаго старосты, за исполненную для міра работу, или за какое либо мірское порученіе, или же за проданпые міру разные предметы. Отписи точно указываютъ: когда (дата очень р&#1123;дко отсутствуетъ), кто именно, за что и сколько получилъ отъ земскаго старосты мірскихъ денегъ. Отпись требовала рукоприкладства получателя денегъ и присутствія „послуха". Въ текст&#1123; нер&#1123;дко стоитъ фраза - „а на то послуси" хотя дал&#1123;е указывается обыкновенно имя только одного „послуха": очевидно, это упоминаніе о „послусяхъ" было переживаніемъ старой формы, когда требовалось присутствіе н&#1123;сколькихъ послуховъ.<br>Большинство Чарондскихъ отписей составлено отъ имени получателей мірскихъ денегъ, а н&#1123;которыя - отъ имени земскаго старосты. Для прим&#1123;ра приведу н&#1123;сколько отписей гой и другой разновидности:<br>1) ,Се язъ Чаронской приставъ Дмитрей Баженовъ далъ есми<br>отпись старост&#1123; окрускому Никифору Тимофееву въ томъ: я приставъ отпущенъ къ Москв&#1123; съ отписками, а на подмогу мн&#1123; староста далъ 2 рубли денегъ, и т&#1123; меня деньги дошли, въ т&#1123;хъ деньгахъ я приставъ и отпись далъ, а на то послусъ - чаронецъ Дмитрей Панфиловъ. А отпись писалъ ц&#1123;ловальникъ Афонька Исаковъ. Л&#1123;та 7171-го году, декабря въ 18-й день". - Рукоприкладство (на об.): „къ сей отписи Воскресенской (то-есть, Воскресенскаго прихода Вещезерской волости) староста &#1138;едька Акинфіевъ вм&#1123;сто Чаронскаго пристава Дмитрея Баженова, по его вел&#1123;нью, руку приложилъ".<br>2) „Се язъ Чаронского посаду Афонасей Еліозаровъ далъ есми отпись земскому окрускому старост&#1123; Никифору Тимофееву въ томъ, что былъ я приговоренъ (то-есть, договоренъ) къ тюрьм&#1123; въ сторожи во 170-мъ году, а найму отъ сторожи ряжено 10 рублевъ, и т&#1123; деньги до меня дошли вс&#1123; сполна, въ томъ ему и отпись далъ, а на то послухъ чаронецъ Орефей Васильевъ, а отпись писалъ хот&#1123;новецъ (то-есть, крестьянинъ Хот&#1123;новской волости) Кодемка Тимофеевъ. Л&#1123;та 7171-го году, генваря въ 27-й день". - Рукоприкладство чарондца Остафья Филипова, вм&#1123;сто безграмотнаго тюремнаго сторожа.<br>3) Отпись, свид&#1123;тельетвущая объ очень оригинальномъ обыча&#1123;<br>міра — нанимать иногда „мірскихъ челобитчиковъ" для Москвы: „се язъ Яковъ Евсегніевъ (крестьянинъ) Печенской волости, далъ есми отпись земскому окрускому старост&#1123; Никифору Тимофееву, что я на-нялся ото всей Чаронской округи, и отъ старосты окрусково, и отъ вс&#1123;хъ волостныхъ старостъ, идти къ Москв&#1123; съ челобитчики - бить челомъ великому государю о мирских бедностях и онъ староста<br>далъ мн&#1123; на мірскую издершку 10 рублевъ, въ томъ я ему и отпись далъ, а на то послусъ - Тавенской волости староста Иванъ Дементіевъ, а отпись писалъ Божеской волости староста Митка Сергіевъ. Л&#1123;та 7171 году, маія въ 30-й день". — За мірскаго челобитчика росписался земскій ц&#1123;ловальникъ Афанасій Исаковъ.<br><br>Отписи втораго типа, то-есть, написанныя отъ имени земскаго старосты, р&#1123;зко отличаются отъ первыхъ по своей форм&#1123;, наприм&#1123;ръ: „171 году, марта въ 15-й день, староста окруской и земской Никифоръ Тимофеевъ платилъ великого государя по грамот&#1123; и противъ челобитья прошлыхъ годовъ старосты окрусково и вс&#1123;хъ волостныхъ старостъ, по книге площадного письма рубль платилъ, принели земскіе ц&#1123;ловальники Ларионъ Андроновъ съ товарища вели-кого государя въ казну".<br>Сл&#1123;дуетъ еще отм&#1123;тить отписи съ приговорами мира, наприм&#1123;ръ: 1) 23-го августа 1662 г. „мірскіе московскіе челобитчики" (выборные, а не нанятые) Оксенъ Ивановъ и &#1138;едотъ Остафьевъ дали „отпись" земскому старост&#1123; Степану Авакумову „въ томъ, что отпустили насъ вс&#1123; волостные старосты къ Москв&#1123; въ челобитчики „для мирских бедностей", на что выдали „на мірской росходъ" 30 р. — Приговоръ міра (на об.): „170 году, августа въ 27-й день [Сопоставленіе этой даты съ датою „мірской счетной росписи" 171 года показываетъ, что мірскія сходки для учета стараго земскаго старосты и для выбора новаго происходили именно 27-го августа], се&#1123; отпись взяли вс&#1123; волостные старосты у прошлого старосты Степана Аввакумова и отдали новому старост&#1123; Никифорову Тимофееву, и положить ему Никифору въ отчет&#1123;. Да сверхъ се&#1123; отписи челобитчикамъ Аксену съ товарищемъ дано 4 алтына 2 деньги, положить въ отчетъ».<br>2) Въ ма&#1123; 1663 г., вернувшійся изъ Москвы Аксенъ Ивановъ (крестьянинъ Вещезерской волости) далъ земскому старост&#1123; „отпись" въ полученіи 20 р. - „заплатилъ онъ староста мн&#1123; пом&#1123;сечныхъ денегъ за перестойные м&#1123;сяцы" (въ Москв&#1123<img height="20" width="20" src="https://forum.vgd.ru/smiles/a_003.gif" align="top" alt=";)" loading="lazy">. - Приговоръ міра: „171 г., іюня въ 1-й день, вс&#1123; волостные старосты по сей отписи приговорили: московскому посыльщику Оксену Иванову, за переслугу за 2 м&#1123;сяца, положить па счета 20 рублевъ, а взять ему т&#1123; деньги на окрускомъ старост&#1123; нашихъ мірскихъ денегъ".<br><br>3) „Отпись" крестьянина Пунемской волости &#1138;едора Аникіева, который „посылавъ былъ отъ всее Чаронскіе округи въ выборныхъ челобитчикахъ, въ нын&#1123;шнемъ во 171 году, и отъ старосты Никифора Тимофеева за переслугу мою, что я былъ въ челобить&#1123; больши двухъ м&#1123;сяцевъ на Москв&#1123;" получилъ 2 р. 12 алтынъ. — Приговоръ міра: „171 году, мая въ 31-й день, вс&#1123; волостные старосты по сей отписи пом&#1123;сячные деньги вел&#1123;ли заплатить и въ отчет&#1123; ему положить".<br>Изъ остальной массы „отписей" д&#1123;лаю наибол&#1123;е ц&#1123;нныя выборки, располагая ихъ въ 4 рубрикахъ:<br>а) Расходы на „воеводское кормление". Матеріалы по этому предмету, заключающіеся въ „отписяхъ", частію являются дополненіями и разъясненіями къ даннымъ „мірскихъ приговоровъ", но больше говорятъ о другихъ сторонахъ воеводскаго кормленія, именно о т&#1123;хъ повседневныхъ, обычныхъ расходахъ міра на воеводу, которые велись земскимъ старостою и не требовали приговоровъ мірскихъ сходокъ. Но сначала отм&#1123;чу н&#1123;сколько фактовъ о праздничныхъ и другихъ чрезвычайныхъ подношеніяхъ отъ міра воевод&#1123;, о которыхъ говорятъ и „мірскіе приговоры". Посл&#1123;дніе указываютъ только сумму расхода на каждый праздникъ или особый случай, а „отписи", кром&#1123; того, сообщаютъ такія подробности, какъ, наприм&#1123;ръ, породу поднесенной воевод&#1123; рыбы, у кого она куплена и т. п. Иногда, впрочемъ, и отписи говорятъ глухо о подношеніяхъ, наприм&#1123;ръ: „на празникъ архистратига Гаврила» куплено для поднесенія „въ почесть" воевод&#1123; Т. О. Челищеву „рыбы св&#1123;жіе на 5 алтынъ съ копейкою". Но вотъ прим&#1123;ры бол&#1123;е подробныхъ „отписей": <br>1) 7-го іюня 1663 года посадскій челов&#1123;къ Титъ Ларіоновъ продалъ земскому старост&#1123; „рыбы св&#1123;жей лещей на 60 алтынъ", для поднесенія въ Троицынъ день.<br>2) Раньше, на вербное воскресенье староста снесъ воевод&#1123; «щуку и хл&#1123;бъ», за все заплатилъ 2 р. 10 алтынъ. Какъ узнаемъ изъ другой „отписи" — хорошая щука, достойная поднесенія воевод&#1123;, стоила на Чаронд&#1123; 20 алтынъ. — Не привожу другихъ подобныхъ отписей, такъ какъ ихъ слишкомъ много, и едва ли не большинство отписей говоритъ именно объ этихъ мірскихъ „гостинцахъ" воевод&#1123;.<br>Изъ особыхъ случаевъ подношеній сл&#1123;дуетъ отм&#1123;тить сл&#1123;дующіе: <br>1) одно по случаю семейной радости у воеводы — прі&#1123;зда „родниковъ": у одного посадскаго челов&#1123;ка земскій староста купилъ за 25 алтынъ „хл&#1123;бъ ржаной печеной - снесъ воеводскимъ родникамъ Матв&#1123;ю Васильевичу Челищеву" (в&#1123;роятно, прибывшему съ семьей, почему и упомянуты „родники"). <br>2) Другой случай говоритъ о взятк&#1123;, принятой воеводою отъ міра, за какое-то нарушеніе служебнаго долга въ интересахъ міра: 1-го декабря 1662 г. староста купилъ у посадскаго Петра Зобова сиговъ на 4 рубля — „снесъ воевод&#1123; Т. 0. Челищеву о Дмитреевъ день, билъ челомъ о строк&#1123; (отстрочк&#1123<img height="20" width="20" src="https://forum.vgd.ru/smiles/a_003.gif" align="top" alt=";)" loading="lazy">, чтобъ къ Москв&#1123; не досылалъ отписки и хл&#1123;бныхъ росписей"...<br><br>Перехожу къ будничнымъ расходамъ міра на содержаніе воеводскаго двора. Оказывается, что на мір&#1123; лежала обязанность поддерживать въ ц&#1123;лости вс&#1123; строенія двора, отоплять и осв&#1123;щать жилыя постройки его, покупать посуду для воеводской кухни, набивать ледникъ, унаваживать огородъ и пр. и пр. Представителемъ міра на воеводскомъ двор&#1123; былъ „воевоцкой дворникъ", нанятый міромъ изъ посадскихъ людей, за 6 р. „годовой руги". Онъ докладывалъ земскому старост&#1123; о необходимыхъ перед&#1123;лкахъ и поправкахъ въ воеводскихъ строеніяхъ, о покупк&#1123; разныхъ предметовъ для двора, онъ же наблюдалъ за чистотою его и прочее. Многія отписи спеціально говорятъ о закупк&#1123; массы „в&#1123;никовъ на воеводской дворъ": однажды было куплено 150 в&#1123;никовъ за полтину, въ другой разъ — 100 в&#1123;никовъ и т. д.<br>Воеводскій дворъ былъ обширный, съ массою разныхъ построекъ, починка которыхъ постоянно производилась на счетъ міра. Нер&#1123;дки отписи по закупк&#1123; л&#1123;са на разныя под&#1123;лки во двор&#1123;, наприм&#1123;ръ, одна говоритъ о покупк&#1123; земскимъ старостою Никифоромъ Тимо&#1139;еевымъ у Чарондскаго крестьянина Степана Аввакумова (то-есть, у прошлаго земскаго старосты) 2 „тесницъ" за 8 алтынъ 2 деньги. Но другія отписи опред&#1123;ленно говорятъ, въ какихъ именно строеніяхъ производилась починка, или что для нихъ покупалось, или какія строенія вновь возводились. Такъ, одному посадскому челов&#1123;ку дано 12 р. за то, что онъ „на боярскомъ (то-есть, воеводскомъ) двор&#1123; мшаникъ поставилъ». Тотъ же посадскій заработалъ полтину — „починивалъ на томъ же боярскомъ двор&#1123; въ печь". Другой получилъ одинъ рубль, подрядившись въ бан&#1123; „полки мостить и на печи каменницу класть", да еще поставить „загороды" вокругъ воеводскаго огорода. Закупавшіеся массами в&#1123;ники, очевидно, назначались главнымъ образомъ для воеводской бани.<br>Изъ другихъ построекъ упоминается ледника очень обширныхъ разм&#1123;ровъ, такъ какъ за набивку его льдомъ — за «ледяную возку» міръ заплатилъ ц&#1123;лыхъ 30 рублей. Была на воеводскомъ двор&#1123; и мельница, для которой староста купилъ „жернова" за 5 рублей.<br>Поражаетъ громадное количество горшковъ, требовавшихся на вое-водскую кухню и безпрекословно покупаемыхъ міромъ... Дворня ли у Челищева была громадная, или Чарондскіе гончары такъ плохо работали, но горшки покупались для воеводы ц&#1123;лыми возами. Наприм&#1123;ръ, у земскаго дьячка Ивана Ермолаева куплено „два воза горшковъ числомъ большихъ горшковъ 50, да среднихъ и малыхъ горшковъ числомъ 170", всего на 7 1/2 р. Въ другой разъ куплено «на рубль горшковъ на воевоцкой дворъ», еще какъ-то куплено ихъ на 2 алтына и т. д. Для кухни же, в&#1123;роятно, назначался и купленный за 1 1/2 р. „щань" (чанъ).<br>Отопленіе и осв&#1123;щеніе воеводскаго двора также входило въ мірскую повинность. О заготовк&#1123; дровъ н&#1123;тъ отписей, но одна говоритъ о разд&#1123;лк&#1123; ихъ: двое посадскихъ людей „наймовалися на воеводскомъ двор&#1123; сечь дровъ сырыхъ, и по ряд&#1123; мы т&#1123; дрова изсекли и изпол&#1123;нили все, а найму отъ того дровяного с&#1123;ченья ряжено 6 рублевъ".<br>На осв&#1123;щеніе кухни и людскихъ избъ шла лучина, а для воеводскихъ хоромъ употреблялись сальныя св&#1123;чи. Такъ, за „сто пол&#1123;нъ лучины" заплочено (вм&#1123;ст&#1123; съ 100 в&#1123;никовъ) 23 алтына 2 деньги. Въ другой разъ куплено „150 пол&#1123;нъ лучинъ" за 15 алтынъ. Сальныя св&#1123;чи стоили очень дорого — сотня 5 рублей. Одна сотня куплена „въ приказную избу и па воеводской дворъ", другая сотня для одного посл&#1123;дняго и т. д.<br>Немало было возни міру и съ воеводскими двумя огородами. Выше упомянуто о поставленной на мірской счетъ «загород&#1123;» около одного огорода. Но были и другіе расходы, наприм&#1123;ръ: въ феврал&#1123; наняты двое посадскихъ людей, за 40 алтынъ — „возить съ воеводскаго двора навозъ, скотинной соръ, на воеводцкой же огородъ". Въ ма&#1123; посадскій челов&#1123;къ Еро&#1139;ей Титовъ „рознилъ навозъ на воеводцкихъ на дву огород&#1123;хъ", за 1 рубль. За „оранье воеводцкаго огорода" заплочено 9 рублей.<br>Отм&#1123;чу еще одинъ расходъ на воеводу: за З 1/4 рубля куплено „5 окончинъ съ жел&#1123;зомъ, на воеводской дворъ".<br>„Отписей" съ данными о кормленіи воеводскихъ подьячихъ встр&#1123;чается сравнительно очень мало. Дв&#1123; отписи говорятъ о поднесеніяхъ старшему подьячему &#1138;едору Викулову Брянцеву, который въ декабр&#1123; получилъ „стягъ мяса говядины", стоившій 6 р., а „на Рождество Христово и на именины" принялъ отъ міра „тушицу баранью", ц&#1123;ною въ 2 р. Но всего любопытн&#1123;е случай поднесенія міромъ мяса вс&#1123;мъ 3 подьячимъ по поводу „Семеновскаго (то-есть, около 1-го сентября) съ&#1123;зда" волостныхъ старостъ: въ октябр&#1123; 171 г. посадскій челов&#1123;къ Никифоръ Селуяновъ получилъ 5 р. за „тушу говядины", которую „въ прошломъ во 170 году о Семеновскомъ съ&#1123;зд&#1123; вс&#1123; волостные старосты... снесли къ подьячимъ &#1138;едору Брянцеву и Данилу Кунашеву и Михаилу Никитину. „Семеновскій съ&#1123;здъ", происходившій въ посл&#1123;днихъ числахъ августа, былъ годовымъ собраніемъ волостныхъ старостъ, на которомъ міръ учитывалъ стараго земскаго старосту и производилъ выборы новаго старосты. За это-то чрезвычайное собраніе міра подьячіе и потребовали особаго подношенія.<br><br>б) Расходы на „московскую волокиту". Многія отписи говорятъ о непосредственныхъ сношеніяхъ Чарондскаго міра съ Москвою чрезъ своихъ „мірскихъ челобитчиковъ", какъ „выборныхъ", такъ и „наемныхъ". Относительно первыхъ приведу отпись изв&#1123;стнаго (см. „мірскую счетную роспись") „выборного челов&#1123;ка все&#1123; Чаронскіе округи", крестьянина Ротковской волости Ивана Тимо&#1139;еева К&#1123;мина, давшаго въ декабр&#1123; 1662 г. отпись въ томъ, что „противъ великого государя указу и грамоты изъ Устюжскiе четверти, за приписыо дьяка Александра Анисимова, выбранъ я Ивашко всею Чаронскою округою въ выборные — итти къ Москв&#1123; на подлинной договоръ и для челобитья", а „м&#1123;сечины" положено мн&#1123; міромъ по 10 рублей, 20 р. за 2 м&#1123;сяца получено отъ земскаго старосты, да, кром&#1123; того, 10 руб. „на подводу и на издершки".<br>Въ начал&#1123; настоящей главы приведена отпись „наемнаго" мірскаго челобитчика Якова Евсегніева въ полученіи 10 рублей „на мірскую издершку" въ Москв&#1123;. Сохранилась и другая его отпись о полученіи отъ міра „м&#1123;сечины": 29-го мая 1663 г., крестьянинъ Печенской волости Яковъ Евсегніевъ „нанялся" идти въ „мірскихъ челобитчикахъ" въ Москву—бить челомъ государю „о мірскихъ б&#1123;дностяхъ, по заручнымъ челобитнымъ" отъ всего міра и получилъ впередъ за 2 м&#1123;сяца 32 рубля. Товарищами его были крестьяне волости Шанги-Бодуновой Сидоръ Петровъ и волости Каликинской Обросимъ Михайловъ, также нанятые міромъ. Они дали 3 „отписи": общая (28-го мая) отъ С. Петрова и О. Михайлова въ полученіи отъ земскаго старосты 30 р. „на мірскую издершку", что „мы нанялись итти къ Москв&#1123; отъ всей Чаронской округи, и отъ окруского старосты, и отъ вс&#1123;хъ волостныхъ старостъ — бить челомъ великому государю о мірскихъ б&#1123;дностяхъ". <br>2) Отпись О. Михайлова въ полученіи „м&#1123;сечины" 24 р.: „найму рядилъ (земскій староста) на м&#1123;сяцъ по 12 рублевъ". <br>3) Отпись С. Петрова въ полученіи той же „м&#1123;сечины" 30 р.: „рядилъ язъ найму себ&#1123; у мірскихъ людей на м&#1123;сяцъ по 15 рублевъ". —Такимъ образомъ, 3 мірскихъ челобитчика, нанятыхъ для одной и той же московской посылки, получали м&#1123;сячное содержаніе не одинаково (16 р., 15 р. и 12 р.), в&#1123;роятно, въ виду разности по мірской оц&#1123;нк&#1123; ихъ способностей и достоинствъ.<br><br>Немало данныхъ встр&#1123;чаемъ въ отписяхъ о закупк&#1123; и отправк&#1123; въ Москву ц&#1123;лаго обоза съ мірскою рыбою, назначавшагося (см. „мірской приговоръ" 6-го декабря 1662 г.) для поднесенія „въ почесть" боярину С. Л. Стрешневу и московскимъ дьякамъ и подьячимъ. Закупка рыбы началась въ декабр&#1123;, когда для начала было куплено у одного крестьянина на 10 рублей „рыбы св&#1123;жіе щукъ и лещей, на мiрскiе гостинцы къ Москв&#1123;". Вторая партія была значительн&#1123;е. 24-го декабря у посадскаго челов&#1123;ка Петра Зобова куплено св&#1123;жей рыбы 90 щукъ и 210 окуней, за 68 р. Того же Зобова договорили „свести до Москвы" купленную у него рыбу, а за „извозъ" назначили ему 28 1/2 р. Въ январ&#1123; купили у крестьянина „въ московскую посылку рыбы въ гостинцы" на 137 р. и еще разъ куплена „рыба въ московскую посылку на 120 рублевъ". Всего міръ израсходовалъ на закупку рыбы громадную для того времени сумму — 335 р. Кром&#1123; того, куплены „2 бочки рыбныя" за 26 алтынъ 4 деньги и, помимо подводы П. Зобова, наняты у другаго посадскаго челов&#1123;ка 2 воза, на 2 лошадяхъ, за 57 рублей; „подъ мірскую посылочную рыбу къ Москв&#1123;". Сюда же, наконецъ, нужно прибавить расходы на „мірскихъ челобитчиковъ", сопровождавшихъ рыбу въ Москву (см. выше).<br>Почтительное отношеніе міра къ боярину С. Л. Стрешневу выражалось не разъ и помимо посылки этой рыбы, главнымъ образомъ назначавшейся для поднесенія „въ почесть" именно боярину. Такъ, въ декабр&#1123; 1662 г. земскій староста купилъ „рыбы св&#1123;жей щукъ и лещей п склона", на 6 р. 2 гривны и „отнесъ, по мирскому велению заказщику боярина Семена Лукьяновича Стрешнева Якову Васильеву". Въ 1663 г. староста купилъ барана за 4 1/2 р. и „снесъ проезжему попу боярина С. Л. Стрешнева". Кажется, отсюда можно заключить, что бояринъ принадлежалъ къ пом&#1123;щикамъ или вотчинникамъ Чарондской округи: иначе трудно объяснить появленіе на Чаронд&#1123; этого попа изъ какого-то пом&#1123;стья боярина. А если бы попъ былъ „крестовымъ попомъ" у боярина, то „отпись" такъ бы и назвала его.<br>Къ расходамъ міра на „московскую волокиту" сл&#1123;дуетъ отнести большую массу „отписей" по найму подводъ и провожатыхъ у де-нежной „государевой казны" разныхъ наименованій, отправляемой въ Москву. Наприм&#1123;ръ, 20-го января 1663 г. крестьянинъ Сидоръ Исаковъ „нанялся къ Москв&#1123; итти — проводить подъемные деньги". за 2 рубля; 21-го января крестьянинъ Афанасій Надежинъ „нанялся въ проводники проводить подьемные деньги съ Чаронды до Вологды", за 2 рубля и т. п.<br>Отм&#1123;чу еще одинъ случай мірскаго расхода на Москву: въ март&#1123; 1663 г. староста Хот&#1123;новской волости Михаилъ Дементьевъ получилъ отъ земскаго старосты „кортомы на суды 2 рубли съ гривною: &#1123;халъ списка (московскій) Захарей Сергіевъ, да другое судно съ лебедьми лебедчика Мирономь зовутъ". Лебеди, конечно, шли ко двору государя.<br>в) Расходы на воеводское управление. Изъ этихъ расходовъ міра, помимо „воеводскаго кормленія", встр&#1123;чаемъ нер&#1123;дко „отписи" о разныхъ под&#1123;лкахъ въ воеводской „приказной изб&#1123;", въ Чарондской тюрьм&#1123; и въ другихъ „государевыхъ" учрежденіяхъ. Наприм&#1123;ръ: староста Поченской волости &#1138;едоръ Ивановъ Рюминъ взялся за 20 алтынъ и 1 гривну произвести „въ приказной изб&#1123; и на земскомъ двор&#1123;") разныя мелкія плотничныя „под&#1123;лки" — „надъ крыльцемъ кровлю перекрывать и курицы (р&#1123;зныя украшенія) править".<br>На обязанности же міра лежало осв&#1123;щеніе и отопленіе приказной избы и тюрьмы, Выше упомянуто о покупк&#1123; сальныхъ св&#1123;чей „въ приказную избу и на воеводской дворъ". Объ отопленіи говоритъ отпись одного посадскаго челов&#1123;ка, у котораго земскій староста купилъ „онбаришко на дрова къ приказной изб&#1123; и къ тюрьм&#1123;", за 60 алтынъ.<br>Міръ же нанималъ „приказнаго сторожа" и „тюремнаго сторожа". Первымъ былъ въ 1663 г. Дмитрій Перфирьевъ, получившій въ март&#1123; „ружныхъ годовыхъ наемныхъ денегъ 10 рублевъ". Столько же получалъ въ годъ „найму тюремного" и тюремный сторожъ посадскій челов&#1123;къ Антипъ Игнатьевъ.<br>Перехожу къ разнымъ должностнымъ лицамъ, которыя состояли при воеводскомъ управленіи, по избирались міромъ на срокъ изъ мірскихъ людей и получали отъ него „подмогу", или годовое содержаніе, хотя они всец&#1123;ло находились въ распоряженіи воеводы и исполняли только его порученія по „государевымъ д&#1123;ламъ". Во глав&#1123; ихъ сл&#1123;дуетъ поставить „Чаронскихъ приставовъ", которые ни разу не встр&#1123;тились съ эпитетомъ „земскіе", значитъ — состояли не при земской изб&#1123;, а при воеводской приказной изб&#1123;. Ихъ было по н&#1123;сколько челов&#1123;къ, м&#1123;нявшихся — кажется — ежегодно. Главная обязанность ихъ была — разъ&#1123;зжать по своему у&#1123;зду, съ разными порученіями отъ воеводы, наприм&#1123;ръ (см. IV главу) — собирать волостныхъ старостъ въ городъ съ разными денежными сборами въ государеву казну и т. п. Но часто имъ приходилось д&#1123;лать дальнія по&#1123;здки — въ Москву, Вологду и др., на каковыя міръ давалъ имъ „подмогу". Именно о посл&#1123;дней говорятъ „отписи", наприм&#1123;ръ: „Чаронской приставъ" Иванъ Дмитріевъ, досланный воеводою „къ Москв&#1123;, съ отписками", получилъ отъ земскаго старосты на дорогу 3 рубля. Приставъ Осипъ Левонтьевъ, посланный туда же, „съ отписками", получилъ 2 рубля. Приставу Тимофею Оферову, посланному воеводою „въ провожатые за дворовою казною, къ Москв&#1123;", дано земскимъ старостою 2 рубля „на московскую ходу". Тотъ же приставъ Тимофей Оферовъ, отправленный „съ отписками" въ Вологду, получилъ отъ міра 4 гривны „на кормъ".<br>Дал&#1123;е сл&#1123;дуютъ должностныя лица таможеннаго управленія, подчиненнаго высшему надзору воеводы — „таможенные целовальники и „таможенной коморникъ". Они получали отъ міра „годовую ругу", но въ очень скромномъ разм&#1123;р&#1123;: таможенный ц&#1123;ловальникъ Третьякъ &#1138;едосіевъ получилъ 2 рубля „руги" за 170-й годъ; „таможенной ц&#1123;ловальникъ прошлого году" Трофимъ Аксентьевъ получилъ въ сентябр&#1123; оть земскаго старосты „руги своей 2 рубли денегъ на 170 г.». „Коморникъ" получалъ еще меньше: въ август&#1123; „таможенной коморникъ" Осипъ Ивановъ далъ „окрускому" старост&#1123;" Никифору Тимо&#1139;ееву „отпись" въ полученіи „руги своей на 170 годъ 60 алтынъ".<br>При воеводскомъ же управленіи состояли выбранные міромъ «хлебные целовальники» которые получали отъ міра „подмогу" только за<br>по&#1123;здки въ Москву, какъ свид&#1123;тельствуетъ рядъ „отписей" объ од-ной изъ московскихъ посылокъ (въ декабр&#1123; 1662 г.): „выборной хл&#1123;бной ц&#1123;ловальникъ" Савинъ Михайловъ „отпущенъ къ Москв&#1123; за хл&#1123;бною казною и па Москв&#1123; хл&#1123;бъ принимать, великого государя въ казну платить и отписи привести на Чаронду въ приказную избу, а на подмогу" Михайловъ получилъ отъ земскаго старосты 6 рублей 22 алтына 1 деньгу. Другой „выборной хл&#1123;бной ц&#1123;ловальникъ" получилъ немного меньше — 6 рублей 21 алтынъ 4 деньги, „за московскую &#1123;зду, что мн&#1123; ц&#1123;ловальнику миром положили на Чаронд&#1123;, съ совету, &#1123;хать къ Москв&#1123; за хл&#1123;бомъ". Въ этой же московской посылк&#1123; были еще и другіе хл&#1123;бные ц&#1123;ловальники, также получившіе отъ міра подмогу.<br>Къ воеводскому управленію отношу и чиновъ „губнаго д&#1123;ла". Хотя въ разсматриваемое время самостоятельные и независимые отъ воеводъ „губные старосты" продолжали м&#1123;стами существовать, но не везд&#1123; — въ н&#1123;которыхъ у&#1123;здахъ губное д&#1123;ло находилось въ рукахъ воеводъ. Относительно же Чаронды не им&#1123;ю данныхъ — принадлежала ли она къ первой, или второй категоріи у&#1123;здовъ.<br>Изъ Чарондскихъ губныхъ чиновъ упоминаются въ „отписяхъ" — «губные целовальники» и «губной мастер»" (палачъ). Изъ первыхъ<br>изв&#1123;стію двое за 1663 годъ: <br>1) „губному ц&#1123;ловальнику" изъ „жильцовъ" Пунемской волости Неустрою Михайлову земскій староста выдалъ 18 алтынъ на починку „тюремныхъ замковъ и ключей". <br>2) О другомъ ц&#1123;ловальник&#1123; упоминается по случаю совершенно стороннему, не относящемуся къ его губнымъ обязанностямъ, именно: „губной ц&#1123;ловальникъ" Филимонъ Кононовъ „наймовался дровъ скласть" (гд&#1123; — не сказано, в&#1123;роятно, на воеводскомъ двор&#1123; и т. п.), за что получилъ 5 алтынъ 2 деньги.<br>„Губной мастеръ" получалъ отъ міра „ругу" значительныхъ разм&#1123;ровъ, о чемъ говорятъ 3 „отписи" въ полученіи имъ руги 171 года, по частямъ: <br>1) „чаронецъ губной мастеръ" Григорій Кондратьевъ получилъ отъ земскаго старосты „за ньін&#1123;шной 17 і годъ наемныхъ ружныхъ денегъ 8 рублевъ"; <br>2) въ другой разъ тотъ же „губной мастеръ" получилъ „руги на нын&#1123;шной на 171 годъ 7 рублевъ"; <br>3) въ сентябр&#1123; тотъ же Кондратьевъ получилъ еще „ружныхъ денегъ 5 рублевъ" за 171 годъ. Очевидно, д&#1123;ла у губнаго мастера было немало, если онъ получалъ такую солидную для того времени сумму.<br>Приведу одну отпись, свид&#1123;тельствующую о существованіи на Чаронд&#1123; одной оригинальной должности, о которой трудно сказать — принадлежала ли она къ воеводскому управленію, или къ земскому. Это—„бобыльской судейка Чаронского посаду". Чарондскіе „бобыли" могли принадлежать и къ посадской общин&#1123; города, и къ т&#1123;мъ „пашеннымъ крестьянамъ", которые жили на посад&#1123; и входили въ составъ крестьянскаго міра Чарондской округи. „Отпись", упоминающая о „бобыльскомъ судейк&#1123;", говоритъ о частномъ случа&#1123;, не объясняющемъ ни обязанностей судейки, ни его отношеній къ крестьянскому міру: повидимому (отпись очень краткая и неясная), р&#1123;чь идетъ о продаж&#1123; міру „двороваго м&#1123;ста", принадлежавшаго судейк&#1123;, или о сдач&#1123; этого м&#1123;ста въ аренду на какія-то надобности міра. Вотъ эта „отпись", па которой н&#1123;тъ ни даты (она находится среди „отписей" 1663 г.), ни рукоприкладства: „се язъ Чаронского посаду бобыльской съемка Петръ Кондратьевъ далъ есми отпись окрускому старост&#1123; Никифору Тимофееву въ томъ, что язъ Петръ взялъ у нево гривну зъ дворовово м&#1123;ста все сполна, въ томъ ему и отпись далъ".<br>г) Расходы на .мирское управление. По сравненію съ расходами на воеводское кормленіе и управленіе, вм&#1123;ст&#1123; съ расходами на „московскую волокиту", чисто земскіе расходы міра на свою администрацію были незначительны. Какъ мы знаемъ, во глав&#1123; ея стоялъ „земский окрусскйі староста", избираемый округомъ на годъ. Но получалъ ли онъ отъ міра „годовую ругу", или какую денежную „подмогу" - изъ „отписей" (какъ и изъ остальныхъ земскихъ документовъ Чаронды) не видно. Мы знаемъ только имена двухъ старостъ, посл&#1123;довательно см&#1123;нившихъ другъ друга, знаемъ отчасти условія и обстановку ихъ д&#1123;ятельности на мірской служб&#1123;, можемъ судить и о результатахъ посл&#1123;дней. Но была ли это служба міру платною или почетною и безплатною - сказать нельзя.<br>Отм&#1123;чу изъ „отписей" н&#1123;сколько фактовъ о личностяхъ двухъ земскихъ старостъ. Именно одна изъ отписей сообщаетъ о старост&#1123; Никифор&#1123; Тимо&#1139;еев&#1123; (къ его „старощенью" относится большинство документовъ Чарондской земской избы), что у него было „прозвишо Бекетъ". О его предшественник&#1123; Степан&#1123; Аввакумов&#1123; изв&#1123;стно изъ одной его „отписи" 1663 года (когда онъ уже не былъ старостою), что онъ былъ изъ „пашенныхъ крестьянъ", жившихъ на посад&#1123; Чаронд&#1123; („се язъ чаронецъ Степанъ Аввакумовъ далъ есми отпись" и проч.) и занимался между прочимъ торговлею: у него новый земскій староста Никифоръ Тимо&#1139;еевъ купилъ л&#1123;съ на под&#1123;лки въ воеводскомъ двор&#1123;, сальныя св&#1123;чи и горшки туда же. „А отпись писалъ по отцову вел&#1123;нью Сенька Степановъ" (почеркъ бойкой, ув&#1123;ренной, привычной къ письму руки, начертанія буквъ правильныя). Какъ мы знаемъ, и Н. Тимо&#1139;еевъ былъ безграмотенъ.<br>Письменная часть въ земской изб&#1123; всец&#1123;ло лежала на единственномъ „земскомъ дьячк&#1123;,", каковымъ былъ въ 1660—1663 годахъ Иванъ Ермолаевъ, изъ посадскихъ людей, служившій крестьянскому міру по найму, за опред&#1123;ленную „годовую ругу". Точно установить разм&#1123;ръ посл&#1123;дней нельзя, такъ какъ руга давалась по частямъ и въ неопред&#1123;ленные сроки, а среди „отписей" только одна говоритъ объ уплат&#1123; Ермолаеву части руги, именно въ ноябр&#1123; 1662 года онъ получилъ отъ земскаго старосты 6 рублей въ уплату „годовой руги".<br>Сохранилась еще одна „отпись" Ивана Ермолаева, говорящая о полученіи имъ отъ міра особой суммы, какъ „подмоги", а не какъ части „годовой руги". Эта отпись 1663 года состоитъ изъ 3 частей, и первыя дв&#1123; свид&#1123;тельствуютъ, что Ермолаевъ занимался между прочимъ и торговлею: <br>1) у „Чаронского посаду и Чаронскіе округи земского дьячка" Ивана Ермолаева земскій староста купилъ „2 возы горшковъ" для воеводы (см. выше); <br>2) у него же староста купилъ „15 м&#1123;шковъ великого государя подъ казну", за 26 алтынъ 4 деньги. — Посл&#1123;дняя покупка могла быть случайною, но продажа горшковъ ц&#1123;лыми возами говоритъ если не о гончарномъ завод&#1123; Ермолаева, то о его торговл&#1123; гончарными изд&#1123;ліями; <br>3) „Да онъ же (земскій) староста по двум подписным памятямъ, волостныхъ старостъ по подписк&#1123; (то-есть, по приговору), мн&#1123; Ивашку и сестр&#1123; моей заплатилъ 9 рублевъ, и т&#1123; деньги дошли (до меня), въ т&#1123;хъ ему деньгахъ отпись далъ..."<br>Нельзя не остановиться на этомъ упоминаніи о „сестр&#1123;" Ермолаева, получившей вм&#1123;ст&#1123; съ нимъ деньги отъ міра за какую-то работу для него. По первому впечатл&#1123;нію можно подумать, что разъ земскій дьячекъ получаетъ деньги за свою письменную работу, то за ту же работу вознаграждается и сестра его, поставленная въ документ&#1123; съ нимъ рядомъ и неразд&#1123;льно. Но это предположеніе о женщин&#1123; - подьячемъ было бы черезчуръ см&#1123;ло для XVII в&#1123;ка, съ его своеобразными, домостроевскими взглядами на женщину... Д&#1123;ло объясняется проще.<br>Сестра Ивана Ермолаева — это та посадская вдова „Офимья Ермолова дочь" (имя мужа неизв&#1123;стно), которая подала дв&#1123; „челобитныхъ міру", или „подписныхъ памяти" (см. IV главу) объ уплат&#1123; ей денегъ за пріемъ въ своей изб&#1123; трехъ мірскихъ сходокъ. Хотя Ефимья въ об&#1123;ихъ челобитныхъ называетъ себя „Ермоловой", а земскій дьячекъ въ десятк&#1123; документовъ неизм&#1123;нно называетъ себя „Ермолаевымъ", но разница зд&#1123;сь ничтожная и несущественная, особенно для XVII в&#1123;ка, когда отчества и прозвища варьировались очень свободно и разнообразно.<br>Но и помимо этого сходства въ имени, вс&#1123; обстоятельства, разъясняющія „отпись" о 9 рубляхъ, ясно говорятъ, что отпись им&#1123;етъ въ виду именно Ефимью Ермолову и ея мартовскую „подписную память", равно какъ и мартовскую же „подписную память" ея брата Ивана Ермолаева (см. І&#1140; главу). Если бы посл&#1123;дній получилъ 9 ру-блей, какъ часть „годовой руги", то онъ такъ бы и назвалъ въ отписи эту получку, какъ назвалъ „годовою ругою" 6 рублей, полученные имъ по ноябрьской отписи 1662 года (см. выше). Очевидно, въ отписи 1663 года Ермолаевъ разум&#1123;етъ подъ 9 рублями не годовую ругу, а какую-то денежную „подмогу", то-есть, какую-то экстраординарную получку денегъ отъ міра, ради которой онъ подавалъ міру особую „подписную память", что совс&#1123;мъ не требовалось для полученія опред&#1123;ленной годовой руги. А намъ изв&#1123;стна „подписная память" Ермолаева, въ март&#1123; 1663 года, гд&#1123; онъ просилъ у міра „подмоги" за необязательную для него письменную работу въ воеводской приказной изб&#1123;. Изъ приговора міра па этой челобитной Ермолаева мы знаемъ, что міръ далъ ему „7 рублевъ". По мартовской же челобитной Ефимьи Ермоловой міръ приговорилъ выдать ей за 2 „съ&#1123;зда" въ ея изб&#1123; „2 рубли". Об&#1123; эти выдачи и составятъ т&#1123; „9 рублевъ", которые даны земскимъ старостою „Ивашк&#1123; и сестр&#1123;" его, и въ полученіи которыхъ Ермолаевъ далъ „отпись" за себя ч за сестру свою.<br>Перехожу къ „земскимъ целовальникамъ", состоявшимъ при земской и приказной избахъ для особыхъ порученій. О д&#1123;ятельности ихъ мы уже знаемъ изъ „челобитныхъ памятей" (см. IV главу) земскихъ ц&#1123;ловальниковъ Павла Исакова и Дмитрія Данилова, просившихъ о денежной „подмог&#1123;" отъ міра за по&#1123;здки въ Москву и за другія порученія. О томъ же говорятъ и „отписи", наприм&#1123;ръ: тотъ же „земской окруской ц&#1123;ловальникъ" Павелъ Исаковъ получилъ отъ земскаго старосты 12 рублей за то, что взялся „на 2 подводахъ до Вологды вести провозные деньги". Онъ же получилъ 30 рублей „на московской отпускъ, что &#1123;хать мн&#1123; ц&#1123;ловальнику къ великому государю къ Москв&#1123; съ дворовою и пятые денги казною". Другой земский ц&#1123;ловальникъ Ларіонъ Андроновъ, отправленный въ Москву „съ великаго государя казною съ четвертными денежными доходы", получилъ отъ міра 35 рублей „на подмогу".<br>Но получая отъ міра подмогу за экстренныя порученія отъ земской и приказной избы, земскіе ц&#1123;ловальники брали „годовую ругу" за свою обычную, рядовую д&#1123;ятельность въ земской изб&#1123;, то-есть, состоя при ней для исполненія разныхъ мелкихъ порученій въ посад&#1123; и своемъ у&#1123;зд&#1123;. Такъ, тотъ же Ларіонъ Андроновъ получилъ въ 1663 году отъ земскаго старосты „за ругу 2 рубли". Что это была полная годовая руга земскихъ ц&#1123;ловальниковъ, показываетъ другой прим&#1123;ръ: въ декабр&#1123; І662 года крестьянинъ Печенской волости, „прошлой земской ц&#1123;ловальникъ" Матв&#1123;й Левонтьевъ далъ „отпись" въ томъ, что „прошлого 170 году былъ язъ въ земскихъ ц&#1123;ловальникахъ на Чаронд&#1123; въ приказной изб&#1123;, и тотъ староста (земскій) мн&#1123; руги и рубль заплатилъ весь сполна". Очевидно, первый рубль изъ своей годовой руги Левонтьевъ получилъ раньше.<br>Обращаетъ на себя вниманіе его выраженіе, что онъ былъ земскимъ ц&#1123;ловальникомъ не въ земской изб&#1123;, а „въ приказной изб&#1123;". Конечно, Левонтьевъ им&#1123;лъ право такъ выразиться, такъ какъ приказная изба слишкомъ усердно пользовалась услугами земскихъ ц&#1123;ловальниковъ. Но уже одно названіе „земскіе" ясно говоритъ о близкихъ отношеніяхъ этихъ ц&#1123;ловальниковъ къ земской изб&#1123;. Этого названія не носятъ, наприм&#1123;ръ, „пристава", спеціально состоявшіе при воеводской изб&#1123; для особыхъ порученій. Разница между т&#1123;ми и другими еще въ томъ, что пристава получали отъ міра одну „подмогу" на дальнія посылки, а земскіе ц&#1123;ловальники — не только подмогу, но и „годовую ругу".<br>Отм&#1123;чу еще н&#1123;сколько расходовъ собственно на „земскую избу". Всего бол&#1123;е тратился зд&#1123;сь міръ на покупку писчей бумаги, стоившей тогда очень дорого, наприм&#1123;ръ: а) у посадскаго челов&#1123;ка Кирилла Данилова Кунашева (сына подьячаго Данилы Кунашева) земскій староста купилъ 2 стопы бумаги за 45 рублей, б) у посадскаго Тита, Ларіонова, куплена стопа бумаги за 22 рубля, в) у „прошлого" земскаго старосты Степана Аввакумова куплена стопа бумаги, а ц&#1123;ны по ряд&#1123; заплатилъ 40 рублевъ денегъ", но это не за одну бумагу, а еще и за купленные у него же 100 сальныхъ св&#1123;чей, за горшки на воеводскій дворъ и проч.<br>Осв&#1123;щалась земская изба сальными св&#1123;чами, такъ однажды было куплено „св&#1123;чь сальныхъ на 6 рублевъ" (количество не указано), въ другой разъ земскій староста купилъ „на мірской расходъ" 400 сальныхъ св&#1123;чей за 20 рублей.<br>Были еще сл&#1123;дующія покупки для земской избы: у земскаго ц&#1123;ловальника Павла Исакова куплены „столъ съ доскою, да коробья съ пробои", за 3 рубля 8 алтынъ 2 деньги; за 1 1/2 рубля купленъ „замокъ висячій и съ ключемъ" и т. п.<br>Закончу эти извлеченія изъ „отписей" однимъ характернымъ случаемъ: въ сентябр&#1123; 1662 года земскій староста Никифоръ Тимофеевъ купилъ хл&#1123;бъ въ 4 алтына, „а снесъ тотъ хл&#1123;бъ старцу, что посланъ великого государя по указу въ Соловки...". Если бы этотъ старецъ &#1123;халъ въ Соловецкій монастырь съ какимъ либо царскимъ порученіемъ, то міръ не отд&#1123;лался бы только 4 алтынами. Очевидно, это былъ „ссыльной старецъ", посланный на житье въ Соловки, которому земскій староста поднесъ хл&#1123;бъ, какъ милостыню отъ міра...<br><br>Н. Оглоблинъ Maikll Fri, 05 Dec 2025 23:37:21 +0300 https://forum.vgd.ru/8164/180453/p5523865.htm#pp5523865 https://forum.vgd.ru/8164/180453/p5523865.htm#pp5523865 <b>I. „Мірскіе приговоры".</b><br>Въ глав&#1123; документовъ Чарондской земской избы сл&#1123;дуетъ поставить „мірскіе приговоры", равные по ихъ доминирующему значенію другимъ „приговорамъ" XVII в&#1123;ка - царскимъ, боярской думы, московскихъ приказовъ, воеводскихъ избъ и проч. Къ сожал&#1123;нію, „приговоры" Чарондскаго міра сохранились всего въ количеств&#1123; 6 - два за 1662 годъ и четыре за 1663 года.<br>Правда, характеръ приговоровъ носятъ и документы второй группы -„розводы", но въ виду ихъ спеціальнаго значенія о нихъ сл&#1123;дуетъ говорить отд&#1123;льно. „Приговоры" же въ собственномъ смысл&#1123;, приближаясь по форм&#1123; къ „розводамъ", р&#1123;зко отличаются отъ нихъ по содержанію. Притомъ, „розводы" обязательно такъ и называются въ самомъ текст&#1123; этихъ документовъ. Въ текст&#1123; же „приговоровъ", какъ и въ рукоприкладствахъ на нихъ, эти документы всегда называются именно „приговорами", а въ другихъ земскихъ документахъ при ссылк&#1123; на эти приговоры прибавляется эпитетъ - „мірскіе приговоры". Очевидно, если практика мірского д&#1123;лопроизводства строго различала „мірскіе приговоры" отъ „розводовъ", то того же различія должны и мы придерживаться.<br>Мірскіе приговоры носятъ характеръ протоколовъ мiрских сходок, собиравшихся для обсужденія разныхъ д&#1123;лъ Чарондскаго міра. Конечно, терминъ „протоколъ" нельзя принимать въ его современномъ смысл&#1123;: въ мірскихъ приговорахъ мы не найдемъ ни преній членовъ сходки по поводу обсуждавшихся д&#1123;лъ, ни другихъ подробностей сходки. Эти приговоры излагаютъ собственно результаты сходки, или краткое резюме д&#1123;ятельности собранія. Характеръ протокола особенно придаютъ обязательные въ приговорахъ именные перечни присутсвовавших на сходк&#1123; лицъ (въ начал&#1123; текста) и ихъ рукоприкладства (на оборотной сторон&#1123; текста).<br>Эти именные перечни членовъ сходки очень ц&#1123;нны для опред&#1123;ленія состава мірскихъ сходокъ Чарондской округи, Въ одномъ приговор&#1123; (6-го декабря 1662 г.) указанъ председатель сходки - „Чарондского посаду земской судейка Василей Дмитреевъ". Въ остальныхъ приговорахъ эта подробность не отм&#1123;чается: документы начинаются перечнемъ присутствовавшихъ на сходк&#1123; волостныхъ старостъ, но кто изъ нихъ былъ предс&#1123;дателемъ - остается неизв&#1123;стнымъ. Впрочемъ не будетъ кажется ошибкою признать, что за отсутствіемъ земскаго судейки предс&#1123;дательство на мірскихъ сходкахъ принадлежало старост&#1123; Коротецкой волости, такъ какъ именно этотъ староста всегда фигурируетъ во глав&#1123; перечня волостныхъ старостъ.<br>Но во всякомъ случа&#1123; предс&#1123;дателемъ сходки не могъ быть глава Чарондскаго міра - „земской окруской староста" (въ 1662 году это былъ Степанъ Авакумовъ, а въ 1663 году Никифоръ Тимо&#1139;еевъ, „прозвище Бекет "). Нигд&#1123; въ приговорахъ ни С. Авакумовъ, ни Н. Тимо&#1139;еевъ не стоятъ во глав&#1123; перечня членовъ сходки и вообще ихъ имена отсутствуютъ въ этомъ перечн&#1123;. Съ другой стороны, вс&#1123; приговоры представляютъ приказы отъ имени міра своему исполнительному органу земскому окрускому старост&#1123;: везд&#1123; говорится, что члены сходки „приговорили есми и велели земскому окрускому старост&#1123; исполнить такія-то р&#1123;шенія міра. Несомн&#1123;нно, что земскій староста обязательно присутствовалъ на сходкахъ, докладывалъ міру текущія д&#1123;ла, давалъ по нимъ объясненія, участвовалъ въ преніяхъ, но руководящая роль принадлежала не ему, какъ исполнительному органу міра, но земскому судейк&#1123;, или одному изъ волостныхъ старостъ.<br>Посл&#1123;дніе были обязательными членами мірскихъ сходокъ, но никогда не являлись въ полномъ состав&#1123;, что объясняется неудобствомъ географическаго положенія Чаронды н отдаленностью селеній отъ своего посада. Чаронда лежитъ въ болотистой м&#1123;стности и доступъ къ ней и теперь не легокъ, а въ XVII в&#1123;к&#1123; при его примитивныхъ „путяхъ сообщенія" былъ гораздо затруднительн&#1123;е. И теперь около Чаронды н&#1123;тъ селеній ближе 10 - 15 верстъ и больше (къ югу до 40 верстъ). Притомъ, многія волости лежали за озеромъ Воже (или Чарондскимъ), а переплыть это значительное озеро (бол&#1123;е 50 верстъ въ длину и около 5-15 верстъ въ ширину) не всегда было удобной возможно, объ&#1123;здной же путь былъ слишкомъ длиненъ. Все это нужно им&#1123;ть въ виду, чтобы не винить чарондцевъ въ индифферентизм&#1123; къ своимъ мірскимъ д&#1123;ламъ.<br>Установить точную цифру волостей Чарондской округи, то-есть, количество обязательныхъ членовъ мірскихъ сходокъ, невозможно по разсматриваемымъ документамъ, въ виду ихъ ветхости, разбитаго состоянія и перепутанности. Въ „розводахъ" дается полный перечень волостей, по именно разводы всего бол&#1123;е и разбиты, и разобраться въ нихъ съум&#1123;етъ разв&#1123; глубокій знатокъ м&#1123;стности. При моихъ попыткахъ установить количество волостей- въ одномъ развод&#1123; могъ подсчитать бол&#1123;е 30 волостей, въ другомъ бол&#1123;е 40 и т. д. Р&#1123;дкія волости состояли изъ н&#1123;сколькихъ селеній, большинство же только изъ одного-двухъ селеній. Притомъ же, вс&#1123; большія волости д&#1123;лились на „приходы", и каждый приходъ им&#1123;лъ отд&#1123;льнаго старосту, а общаго волостнаго старосты уже не было въ такихъ волостяхъ. Наприм&#1123;ръ, въ Вещезерской волости было 4 прихода (Пречистовскій, Рожественскій, Петровскій и Воскресенскій) и четыре старосты въ волостяхъ Ротковской и Кемской - Шанг&#1123; по 2 прихода, съ 2 старостами и т. д. Все это увеличиваетъ трудность подсчета волостныхъ старостъ.<br>Во всякомъ случа&#1123;, судя по приговорамъ и розводамъ, приходится сказать, что никогда волостные старосты не собирались на мірскія сходки въ полномъ состав&#1123;. Самую высшую цифру наличныхъ старостъ указываетъ одинъ „розводъ" (31-го мая 1663 г.), когда собралось ихъ 29 челов&#1123;къ. Но что это были не вс&#1123; старосты округи, ясно отм&#1123;чаетъ „розводъ", когда посл&#1123; перечня наличныхъ старостъ прибавляетъ - „и всъ, волостные старосты" приговорили то-то. Что въ приговорахъ и розводахъ перечислялись только наличные на сходк&#1123; старосты, это подтверждаетъ какъ обязательная во вс&#1123;хъ этихъ документахъ фраза о „вс&#1123;хъ волостныхъ старостахъ", такъ и сл&#1123;дующее обстоятельство: въ приговор&#1123; 11-го января 1663 года среди именнаго перечня присутствовавшихъ старостъ встр&#1123;чаемъ около н&#1123;которыхъ волостей - отсутствіе именъ старостъ. Очевидно, эти старосты ожидались на сходк&#1123; 11-го января, об&#1123;щали на ней присутствовать, но почему-то не явились. А „земскій дьячекъ", подготовляя протоколъ сходки, заран&#1123;е написалъ обычное начало „приговора" и внесъ въ него перечень волостей, старосты которыхъ ожидались на сходк&#1123;, но именъ старостъ онъ заран&#1123;е не вписывалъ, ожидая ихъ появленія. Такимъ образомъ около н&#1123;которыхъ волостей и оказались проб&#1123;лы.<br>На сходкахъ, составившихъ мірскіе приговоры, количество наличныхъ старостъ сильно колеблется: ихъ собиралось отъ 9 до 25 челов&#1123;къ. Любопытно, что самое скромное количество ихъ (9 челов&#1123;къ) собралось на очень важной сходк&#1123; 26-го іюня 1463 года, обсуждавшей вопросъ о посылк&#1123; въ Москву „мірскихъ челобитчиковъ". Но слабое участіе старостъ въ этой сходк&#1123; объясняется, очевидно, присутствіемъ на ней особыхъ депутатовъ отъ волостей - „выборныхь людей". Разъ изв&#1123;стная волость была представлена своими выборными людьми, староста той волости могъ и не присутствовать на этой сходк&#1123;.<br>Приговоръ 24-го іюня не говоритъ, сколько и кого именно волости послали „выборными людьми" на мірскую сходку. Вообще, этотъ приговоръ самый краткій изъ вс&#1123;хъ сохранившихся, какъ составленный, очевидно, на скорую руку. Но участіе выборныхъ намъ изв&#1123;стно по другому приговору - 6-го декабря 1662 года, гд&#1123; находимъ именной перечень выборныхъ людей. Участіе посл&#1123;днихъ въ этой сходк&#1123; также вызвано необходимостью для Чарондскаго міра вступить въ сношенія съ Москвою, что всегда вызывало очень чувствительные для міра расходы, какихъ не им&#1123;лъ права утвердить обычный составъ сходокъ изъ однихъ волостныхъ старостъ. На сходк&#1123; 6-го декабря, предс&#1123;дателемъ которой былъ вышеупомянутый „земскій судейка" Чарондской округи, р&#1123;чь шла о посылк&#1123; въ Москву „мірской рыбы" для поднесенія ея „въ почесть" боярину Семену Лукьяновичу Стрешневу и какимъ-то (именъ н&#1123;тъ) „дьякомъ подьячимъ" московскихъ приказовъ (в&#1123;роятно, Новгородскаго). Было ли у міра какое д&#1123;ло къ С. Л. Стрешневу, или не былъ ли бояринъ м&#1123;стнымъ вотчинникомъ и пом&#1123;щикомъ - изъ документовъ не видно, но несомн&#1123;нно, что тутъ были какія-то особенныя отношенія. Въ январ&#1123; 1663 года прі&#1123;зжалъ въ Чаронду по какимъ-то д&#1123;ламъ „заказщикъ" отъ того же боярина С. Л. Стрешнева, и міръ (см. приговоръ 11-го января) не мало на него израсходовался.<br>На сходку 6-го декабря 1662 года прибыли - „земской судейка Василей Дмитреевъ, Чарондской округи вс&#1123;хъ волостей волостные старосты и выборные люди - <br>Коротецкой (волости) Олферъ Ильинъ (староста), выборные Андрей Васильевъ, Михаилъ Власовъ, <br>Шанги-Бодуновы Прокопен Парфеновъ (староста), выборной Прокопей &#1138;оминъ, <br>Колнобойской - Олферъ Евдокимовъ, выборной Илья Антоновъ», <br>отъ волостей Мунской и Роскомской по 1 старост&#1123; и 1 выборному, отъ 2-хъ приходовъ волости Шанги-Кемской также по 1 старост&#1123; и 1 выборному и т. д. отъ большинства волостей и приходовъ, только отъ немногихъ, бол&#1123;е крупныхъ волостей прибыло съ старостою по 2 выборныхъ.<br>Такъ какъ въ приговор&#1123; 24-го іюня 1663 года н&#1123;тъ именъ выборныхъ людей, то нельзя р&#1123;шить вопроса: т&#1123; ли это были выборные, какіе участвовали въ сходк&#1123; 6-го декабря 1662 года, или другіе? то-есть, избирались ли выборные люди на изв&#1123;стный срокъ, подобно волостнымъ старостамъ, или на каждую сходку отд&#1123;льно? Но в&#1123;роятн&#1123;е посл&#1123;днее предположеніе, такъ какъ сходки съ выборными людьми были очень р&#1123;дки.<br>На вс&#1123;хъ сходкахъ - какъ съ выборными людьми, такъ и съ одними волостными старостами - мірскіе приговоры постановлялись не отъ имени этихъ излюбленныхъ людей міра, но обязательно отъ имени всего міра „во всехъ крестьянъ м&#1123;сто".<br>Приговоры скр&#1123;плялись рукоприкладствами наличныхъ членовъ мірской сходки, за безграмотныхъ подписывались грамотные. Процентъ посл&#1123;днихъ довольно великъ для крестьянской общины такого медв&#1123;жьяго угла XVII в&#1123;ка: такъ, на приговор&#1123; 7-го марта 1663 года изъ 26 старостъ оказались грамотными и подписались за себя и за остальныхъ 7 челов&#1123;къ. Н&#1123;которыя рукоприкладства писаны бойкою и правильною скорописью, то-есть, людьми, для которыхъ письмо было „за обычай".<br>Вс&#1123; приговоры, какъ и „розводы", и большинство другихъ документовъ чарондскаго міра, составлены и написаны „земскимъ дьячкомъ" Иваномъ Ермолаевымъ.<br>Каждый изъ 6 сохранившихся приговоровъ говоритъ о н&#1123;сколькихъ д&#1123;лахъ, разсмотр&#1123;нныхъ и р&#1123;шенныхъ на мірскихъ сходкахъ. Если судить по этимъ приговорамъ и по большинству остальныхъ чарондскихъ документовъ, то главная д&#1123;ятельность чарондскаго міра заключалась именно въ неустанныхъ заботахъ о пресловутомъ „воеводском кормлении"... Главный предметъ обсужденія на вс&#1123;хъ 6 мірскихъ сходкахъ и главное содержаніе приговоровъ міра - см&#1123;та предстоящихъ расходовъ, или утвержденіе экстренно произведенныхъ „окрускимъ земскимъ старостою" расходовъ не только на воеводу и подьячихъ воеводской избы, но и на семью воеводы и на его дворовую челядь... даже такое чисто мірское д&#1123;ло, какъ обсуждавшаяся на сходк&#1123; 24-го іюня 1663 года отправка „мірскихъ челобитчиковъ" въ Москву-и это д&#1123;ло неизб&#1123;жно связалось съ кормленіемъ воеводы Т. О. Челищева: постановивши израсходовать на мірскихъ челобитчиковъ 100 р., міръ вынужденъ былъ такую же крупную для того времени сумму и еще съ прибавкою коровы (ц&#1123;ною въ 28 р.) отдать „въ почесть" воевод&#1123;... Связь между этими двумя постановленіями міра очевидна: воевода не отпустилъ бы въ Москву мірскихъ челобитчиковъ безъ внушительнаго подарка отъ міра. Конечно, воевода сильно рисковалъ, что въ числ&#1123; разныхъ „мірскихъ нуждъ" Чаронды челобитчики могутъ представить и такую свою нужду, какъ необходимость освобожденія міра отъ воеводы съ сильно развитымъ аппетитомъ на счетъ „мірскихъ денегъ"... За этотъ-то рискъ воевода и получилъ съ міра такую крупную взятку.<br>Но Челищевъ вообще не церемонился съ міромъ и щедро черпалъ изъ его казны то деньги, то разные припасы, подъ различными наименованіями („въ почесть", „на поклонъ", „на столъ" и пр.) и предлогами, а часто и безъ всякихъ предлоговъ. Ни одинъ праздникъ не проходилъ безъ мірскихъ подношеній не только воевод&#1123;, но и его „боярыне" („Пелаге&#1123; Никитичн&#1123;"), „сыну воеводскому", „дочерямъ воеводскимъ", его племянникамъ, зат&#1123;мъ дворовымъ людямъ воеводы - его "дворянам с дворянками", какимъ-то „верховымъ робятамъ" и т. д. Очевидно, Челищевъ жилъ на широкую ногу и держалъ большую дворню, также кормившуюся на счетъ міра.<br>Подношенія д&#1123;лались не только въ общіе праздники - церковные и гражданскіе (въ царскіе „ангелы", „на новый годъ" и пр.), но и въ семейные праздники Челищевыхъ - „на именины" его жены, дочерей и пр. Вообще, міръ обязательно принималъ участіе, конечно, только подношеніями, во вс&#1123;хъ событіяхъ жизни Челищевыхъ, наприм&#1123;ръ: въ март&#1123; 1663 года прі&#1123;хали къ воевод&#1123; погостить два его племянника, и Чарондскій міръ сейчасъ же поднесъ имъ „на прі&#1123;здъ хл&#1123;бъ" въ 25 алтынъ, да деньгами 23 алтына съ 2 деньгами... Подношенія принимались, в&#1123;рн&#1123;е требовались не только въ праздники, но и въ будни, то-есть, когда вздумается или понадобятся воевод&#1123; деньги или съ&#1123;стные припасы. Очень характерна въ этомъ отношеніи одна запись приговора 6-го декабря 1662 года: міръ постановилъ на этотъ Николинъ день поднести воевод&#1123; св&#1123;жей рыбы на 60 алтынъ, жен&#1123; его 1 рубль и старшему подьячему &#1138;едору Брянцову 1 рубль, „да посл&#1123; Николина дни на другой день дать воевод&#1123; рыбы на 10 рублей, его жен&#1123; деньгами 10 рублей и т. д. Словомъ, будни оказались убыточн&#1123;е праздника... О разм&#1123;р&#1123; вс&#1123;хъ этихъ подношеній будетъ сказано ниже -въ детальномъ обозр&#1123;ніи приговоровъ.<br>Воеводская семья такъ жестоко обирала мірскую казну, что на долю подьячихъ оставались крохи. Еще сравнительно достаточно получалъ отъ міра „старой подьячій" &#1138;. Брянцевъ, им&#1123;вшій, кром&#1123; того, привиллегію требовать подношеній для своего сына (не подьячаго) и на свои семейные праздники, но остальные 2 подьячихъ этой привиллегіей не пользовались, а на свою долю получали обычныхъ даровъ много меньше Брянцева.<br>Если зат&#1123;мъ исключить вышеупомянутыя постановленія міра о расходахъ по сношеніямъ общины съ Москвою (о посылк&#1123; мірскихъ челобитчиковъ, объ отправк&#1123; рыбы боярину С. Л. Стрешневу и московскимъ дьякамъ съ подьячими, о расходахъ на прі&#1123;зжаго „заказчика" боярина Стрешнева), то въ „мірскихъ приговорахъ" найдемъ всего 2 постановленія по мірскимъ д&#1123;ламъ, не связаннымъ съ „кормленіями" воеводъ и Москвы: одно (въ приговор&#1123; 7-го марта 1663 г.) говоритъ о расход&#1123; на какого-то „мірского посыльщика" (куда и зач&#1123;мъ - неизв&#1123;стно), другое (въ приговор&#1123; 6-го декабря 1662 г.) о дач&#1123; денежной „подмоги" мірскимъ „хл&#1123;бнымъ ц&#1123;ловальникамъ".<br>Конечно, не въ этихъ отрывочныхъ постановленіяхъ и не въ масс&#1123; постановленій на счетъ воеводскаго и остальныхъ „кормленій" выражалась вся сущность жизни Чарондской крестьянской общины. Съ другими сторонами д&#1123;ятельности какъ всего „міра" вообще, такъ и его исполнительныхъ органовъ - „земской избы" и „земскаго окрускаго старосты" съ товарищи („земскими ц&#1123;ловальниками", „земскимъ дьячкомъ" и др.) - познакомимся отчасти изъ остальныхъ сохранившихся документовъ Чарондскаго міра.<br>Перехожу къ обозр&#1123;нію вс&#1123;хъ 6 „мірскихъ приговоровъ" въ ихъ хронологическомъ порядк&#1123;, выбирая изъ нихъ все существенное содержаніе и отбрасывая второстепенныя подробности.<br><br>1) Приговоръ 27-го августа 1662 года выписываю для прим&#1123;ра ц&#1123;ликомъ (кром&#1123; ветхихъ, попорченныхъ и вырванныхъ м&#1123;стъ):<br>„170 году, августа въ 27 день, Чаронской округи вс&#1123;хъ волостей волостные старосты - Коротецкой (волости) Илья Ивановъ, Шанги- Бодуновы Прокопей Парфеньевъ... (вырвано) ... и вс&#1123; волостные старосты во вс&#1123;хъ крестьянъ м&#1123;сто Чаронской округи приговорили и вел&#1123;ли земскому окрускому старост&#1123; Никифору Тимофееву дати в почесть воевод&#1123; Тимофею Осиповичу Челищеву, за солод и за хмель 8 рублевъ, да ему жъ воевод&#1123; дати въ почесть нашихъ мірскихъ денегъ 40 рублевъ, да сыну его дати 1 1/2, рубли, да дворянам его дати 16 алтынъ 4 деньги. Да Чаронской приказной избы подьячим &#1138;едору Викулову Брянцову дати въ почесть пол-туши мяса говядины, да ему жъ дати денегъ 3 р., да сыну его 2 р., да подьячему Данилу Никитину сыну Кунашеву дати въ почесть четверть мяса говядины, да ему жъ дати 3 р. денегъ, да подьячему Михайлу Никитину дати 2 р. денегъ, да четверть мяса говядины. А куплено все то мясо, что дано чаронскимъ подьячимъ, у чаронца у Никифора Селуянова, ц&#1123;ны дано 5 р. - Да мы жъ волостные старосты приговорили и вел&#1123;ли земскому окрускому старост&#1123; Н. Тимофееву, на поклон въ новый год..." (вырвано) отнести воевод&#1123; Челищеву „хлеб, ц&#1123;на рубль, да... денегъ", да сыну воеводы гривну, воеводскимъ „дворянамъ" гривну, подьячимъ Д. Никитину 5 алтынъ и М. Никитину гривну.-„Да мы жъ волостные старосты приговорили: дати воевод&#1123; на празники - на Семенъ день, на Рождество Богородицы, на Златоустовъ день, на Николинъ день, на Дмитреевъ день, - на вс&#1123; т&#1123; празники нести по полтин&#1123; на день, всего 2 р. съ полтиною. - Въ томъ ему старост&#1123; и приговоръ дали. А приговор вс&#1123; волостные старосты вел&#1123;ли написати земскому дьячку Ивашку Ермолаеву".<br><br>2) Начало приговора 6-го декабря 1662 года, съ участіемъ „выборныхъ людей" отъ волостей, приведено выше. Дальн&#1123;йшее изложеніе этого приговора: „земскій судейка", волостные старосты и выборные люди „приговорили есми и вел&#1123;ли земскому окрускому старост&#1123; Микифору Тимофееву дати въ почесть" воевод&#1123; Челищеву „на празникъ на Николинъ осенней" св&#1123;жей рыбы на 60 алтынъ, „да боярын&#1123; его дати рубль", подьячему &#1138;едору Викулову (Брянцёву) 1 р., „да посл&#1123; Николина дни на друзой дать воевод&#1123; св&#1123;жей рыбы на 10 р., подьячимъ Брянцеву и Д. Кунашеву рыбы на 6 р., „да боярын&#1123; Пелагеи Никитишн&#1123; дати впочесть 10 р.", „сыну воевоцкому" 2 р., „дочерям воевоцкимъ" 4 р., „дворяномъ съ дворянками" 2 р., „верховымъ робятамъ" 2 гривны. - Воевод&#1123; на Рождество Христово дать мяса говядины" въ 16 р., подьячему Брянцеву „стягъ мяса говядины" въ 6 р., воевод&#1123; „рыбу св&#1123;жую нельму" на 8 р. („куплена рыба у окруского старосты у Никифора"), да подьячему Д. Кунашеву деньгами 6 р.-„Да мы же, волостные старосты и выборные люди, приговорили" и вел&#1123;ли земскому старост&#1123; „купить рыбы св&#1123;жіе щукъ и лещей и судаковъ и окуней три воза, и послать та рыба къ Москв&#1123; впочесть боярину Семену Лукьяновичу Стрешневу, да дьяком да подьячим". Стоимость рыбы не опред&#1123;лена. а вел&#1123;но земскому старост&#1123; „имать отписи" у продавцовъ, „а по т&#1123;мъ отписямъ деньги ему старост&#1123; въ росходъ на счет&#1123; класть" (см. VIII главу). Но другіе расходы на московскую посылку точно опред&#1123;лены: „да выборным людям Ивану К&#1123;мину съ товарищи троимъ челов&#1123;камъ дати на 2 м&#1123;сяца 60 рублев", да имъ же на подводу 20 р. и „на издершку" 10 р. Кром&#1123; того: чарондцамъ Петру Зобову и Ивану Солом&#1123;, за 3 подводы до Москвы „подъ мірскою рыбою" дать 85 р. съ полтиною. - „хлебным целовальникам" Савину Михайлову съ товарищи „на подмогу подъ платежные отписи дати въ издершку" 20 р.<br><br>3) Приговоръ 11 января 1663 г.: старосты волостей Коротецкой Михаилъ Власовъ, Мунской Кипріанъ Павловъ, Роскомской Харитонъ Васильевъ, Вещезерской волости Пречистовскаго прихода Ерем&#1123;й Ивановъ, той же волости Петровскаго прихода Иванъ &#1138;едоровъ, Рождественскаго прихода Роспута Ильинъ и Воскресенскаго прихода &#1138;едоръ Акинфеевъ, Чепецкой волости Томило Игнатьевъ и другіе присутствовавшіе на мірской сходк&#1123; старосты (именно зд&#1123;сь, около н&#1123;которыхъ волостей встр&#1123;чаются проб&#1123;лы - н&#1123;тъ именъ ожидавшихся на сходк&#1123; старостъ) и „вс&#1123; волостные старосты во вс&#1123;хъ крестьянъ м&#1123;сто приговорили" и вел&#1123;ли земскому старост&#1123; Н. Тимофееву дать воевод&#1123; Челищеву „на Васильев день Кисаринского" 3 р.. его „боярын&#1123;" 1 р., сыну полтину, дочерямъ 1 р., „дворянамъ съ дворянками" полтину, „верховымъ робятамъ" 4 алтына. - Подьячему &#1138;. Брянцеву поднесть „на именины тушицу баранины" въ 2 р. - Зат&#1123;мъ, сходка утвердила произведенный земскимъ старостою экстренный расходъ на поднесеніе Брянцеву, на 2 день Рождества Христова, „мяса говядины" на 21 алтынъ: „и т&#1123; деньги положить ему старост&#1123; въ росходъ". -„Заказчику боярина С. Л. Стрешнева" Якову Лягушкину дать 1 пудъ св&#1123;жей рыбы на 5 р., „четвертку овса" и возъ с&#1123;на (стоимость ихъ не опред&#1123;лена, такъ какъ то и другое выдано изъ мірскихъ запасовъ), да отпустить ему 4 подводы (съ Чаронды на Вологду) и 6 челов&#1123;къ „провожатыхъ".<br><br>4) Приговоръ 7 марта 1663 г.: старосты волостей - Коротецкой Михаилъ Власовъ, Шанги-Бодуновы Прокофій Парфеновъ. Колнобойской Савва Ивановъ, Роскомской Харитонъ Васильевъ, 2 старостъ волости Шанги-Кемской (приходы не названы), 4 старосты 4 приходовъ Вещезерской волости, староста Чепецкой волости и другіе наличные старосты и „вс&#1123; волостные старосты" приговорили и вел&#1123;ли Н. Тимо&#1139;ееву „дати въ почесть" воевод&#1123; Челищеву „на праздникъ ангела" царевича Алекс&#1123;я Алекс&#1123;евича 2 р., жен&#1123; его полтину, сыну 2 алтына, „да племяннику его Иль&#1123; дати 5 алтынъ, дворянамъ воевоцкимъ 10 денегъ". - Зат&#1123;мъ утвержденъ расходъ земскаго старосты „на празникъ на .Евдокiинъ день", когда воевод&#1123; и подьячимъ дано св&#1123;жей рыбы на 4 р. 5 алтынъ, да „боярын&#1123;" поднесено 8 алтынъ 2 деньги, „да дочери его на именины" дано 10 алтынъ. - Утвержденіе см&#1123;ты предстоящихъ расходовъ по „кормленію": воевод&#1123;, „загов&#1123;въ, великого посту на первое спорное воскресенье" дать рыбы на 4 р. 20 алтынъ (которая „куплена у пристава у Родіона Юрьева"); „да на другой нед&#1123;л&#1123; великого посту въ суботу" дать воевод&#1123; рыбы на 4 р.-На „ангелъ" царя выдать Челищеву и подьячимъ рыбы на 17 р. 5 алтынъ, да деньгами поднесть - воевод&#1123; 2 р., жен&#1123; 1 р., сыну 16 алтынъ 4 деньги, „да дочерямъ его" 1 р., „да людямъ его и дворянамъ" полтину, „верховымъ робятамъ" 4 алтына.-„Да племянникамъ его Матв&#1123;ю съ братомъ Челищевымъ дать впочесть на приезд хл&#1123;бъ" въ 25 алтынъ (отм&#1123;чено - у кого купленъ) и деньгами 23 алтына 2 деньги. -На Благовещанье, «на Великъ день» и на весенній Николинъ день дать воевод&#1123; 10 рублей.-„Да ему жъ (воевод&#1123<img height="20" width="20" src="https://forum.vgd.ru/smiles/a_003.gif" align="top" alt=";)" loading="lazy"> приговорили: Свидцкой волости и Боровской и Хот&#1123;новской и Коротецкой на больше суды кортому давать, въ которыхъ судахъ великого государя по указу и по подорожнымъ посланники &#1123;здятъ, а что кортомы на суды даютъ, и въ томъ имать отписи, и ка отчетному отписи класть". -Да воевод&#1123; дать „нашего -морскою хлеба" по 6 четвертей безъ четверика ржи и овса, да подьячему &#1138;. Брянцеву по четверти того и другого. -„Мирскому посыльщику Аксену Иванову за перестойные м&#1123;сяцы дати 17 рублевъ". Очевидно, Аксенъ Ивановъ былъ куда-то посланъ по мірскимъ д&#1123;ламъ (можетъ быть, въ Москву), получивши отъ міра деньги на путевые расходы въ теченіе изв&#1123;стнаго срока времени, но прожилъ тамъ больше, сверхъ опред&#1123;ленной міромъ нормы и израсходовалъ свои деньги на эти „перестойные", лишніе м&#1123;сяцы.<br><br>5) Приговоръ 27 мая 1663 г.: т&#1123; же волостные старосты, которые присутствовали и на мартовской сходк&#1123; (Коротецкой Михаилъ Власовъ и т. д.) „приговорили" дать воевод&#1123; Челищеву „въ почесть нашихъ мірскихъ медных денегъ" 55 р., боярын&#1123; ,20 р., сыну 10 р., дочерямъ 10 р., „людемъ его и дворянкамъ" 5 р.-„На празникъ государыни царевны &#1138;еодосіи Алекс&#1123;евны" дать воевод&#1123; рыбы на 5 р. -Утвердить произведенные земскимъ старостою расходы - „положить ему въ отчетъ". -1) на Пасху, когда воевода получилъ отъ міра 25 р. и „тушу баранью яловичью" („дать за тое тушу 3 четвертки овса', то-есть, мірского), боярыня съ дочерьми 1 1/2, рубля, подьячій Брянцевъ 10 р., сынъ его 2 р., подьячій Кунашевъ 6 р.; 2) поднесенные старостою боярын&#1123; съ дочерьми 2 рубля на 2 праздника-„на именины" царицы Марьи Ильиничны и царевны Ирины Михайловны; 3) выдачу прі&#1123;зжему московскому подьячему" Ивану Софонову, „въ почесть, м&#1123;ры ржи"; 4) „да что онъ староста воевод&#1123; же далъ на Ныколин день вешной рыбы на 4 рубли..., и т&#1123; деньги ему старост&#1123; положить въ отчет, въ росходъ его».-„Да мы жъ волостные старосты приговорили" дать воевод&#1123; „впочесть от стола на 3 р. рыбы" и деньгами 5 р., да „боярын&#1123;" 2 р.<br><br>6) Приговоръ 24-го іюня 1663 г.: старосты, волостей - Коротецкой Томило Марковъ, Шанги-Бодуновой и Колнобойской (т&#1123; же старосты, что въ мартовскомъ приговор&#1123<img height="20" width="20" src="https://forum.vgd.ru/smiles/a_003.gif" align="top" alt=";)" loading="lazy">, Мунской Баженъ Павловъ, Роскомской и 4-хъ приходовъ Вещезерской волостей (т&#1123; же старосты, кром&#1123; новаго въ Петровскомъ приход&#1123; - Оксена Иванова) и „вс&#1123; волостные старосты и выборные люди во вс&#1123;хъ крестьянъ м&#1123;сто приговорили есми и вел&#1123;ли земскому окрускому старост&#1123; Никифору Тимофееву - послати къ Москве съ нашими - мірскими челобитчиками съ &#1138;едоромъ Аникіевымъ съ товарищи, для вашего челобитья, на издершки 100 нашихъ мірскихъ денегъ. Да мы жъ, волостные старосты и выборные люди, во вс&#1123;хъ крестьянъ м&#1123;сто приговорили" земскому старост&#1123; - дать воеводе „впочесть 100 рублев» и „нет&#1123;ль" въ 28 рублей.<br> Maikll Fri, 05 Dec 2025 23:27:39 +0300 https://forum.vgd.ru/8164/180453/p5523864.htm#pp5523864 https://forum.vgd.ru/8164/180453/p5523864.htm#pp5523864 <b>Н. Оглобин. ОБОЗР&#1122;НІЕ ДОКУМЕНТОВЪ ЧАРОНДСКОЙ ЗЕМСКОЙ ИЗБЫ. Ж. М. Н. Пр. 1898, апр&#1123;ль с. 269-320</b><br>(Къ исторіи крестьянскихъ общинъ въ XVII в&#1123;к&#1123; )<br>Наша историческая литература не богата матеріалами по внутренней исторіи крестьянскаго «міра» и особенно такими, которые оставлены самими крестьянскими общинами: д&#1123;лопроизводство посл&#1123;днихъ почти безсл&#1123;дно исчезло, а уц&#1123;л&#1123;вші&#1139; отрывочные образцы его можно насчитывать десятками. Т&#1123;мъ большую ц&#1123;нность пріобр&#1123;таетъ сохранившееся по какой-то счастливой случайности среди столбцовъ Сибирскаго приказа (въ Московскомъ архив&#1123; министерства юстиціи), но совершенно чуждое посл&#1123;днему - собраніе около 250 документовъ земской избы посада (назывался и городомъ) Чаронды [Нын&#1123; село Кириловскаго у&#1123;зда, Новгородской губерніи, при озер&#1123; Воже или Чарондскомъ.] и его «округи», въ составъ которой входило н&#1123;сколько десятковъ волостей Чарондскаго у&#1123;зда. Этотъ сборникъ земскихъ документовъ (столбецъ № 622 ) , очень ц&#1123;нныхъ для характеристики жизни и внутреннихъ распорядковъ крестьянскаго «міра», относится къ 1662 и 1663 годамъ (и отчасти къ 1660- 1661 гг.), Многіе документы оказываются неизв&#1123;стными досел&#1123; и единственными представителями мірскихъ актовъ XVII в&#1123;ка, а все вообще собраніе содержитъ массу данныхъ для обрисовки многихъ сторонъ д&#1123;ятельности Чарондской земской избы. Вообще, столбецъ №622 заслуживаетъ полнаго изданія и т&#1123;мъ бол&#1123;е, что отъ времени онъ приходитъ въ ветхость, листы расклеились, и не патинированы, документы разбиты и перепутаны. Но пока мы дождемся изданія этихъ любопытныхъ актовъ, не лишнимъ будетъ и сд&#1123;ланное мною обозр&#1123;ніе ихъ.<br>На заглавномъ лист&#1123; столбца № 622 находится пом&#1123;та: „Денежного стола", то-есть, Новгородскаго или Разряднаго приказовъ. Денежные столы были и въ другихъ приказахъ, но посадъ Чаронда могъ принадлежать къ области указанныхъ двухъ приказовъ, скор&#1123;е всего Новгородскаго. Можетъ быть, документы были представлены въ посл&#1123;дній приказъ въ качеств&#1123; приложеній къ финансовому отчету Чарондской земской избы за 1662-1663 годы.<br>Но возможно и другое предположеніе. Значительная часть чарондскихъ документовъ им&#1123;етъ непосредственное отношеніе къ Чарондскому воевод&#1123; того времени - Тимо&#1139;ею Осиповичу Челищеву. Не производилось ли въ Разряд&#1123; какое либо „розыскное д&#1123;ло" объ этомъ воевод&#1123; и. можетъ быть, даже по челобитьямъ на него крестьянскаго „міра"? Возможно, ибо Т. О. Челищевъ слишкомъ часто фигурируетъ въ чарондскихъ „мірскихъ приговорахъ" въ роли большаго охотника до мірскихъ подношеній „въ почесть"...<br>Съ другой стороны, Т. О. Челищевъ могъ быть родственникомъ &#1138;едора и Василія Максимовичей Челищевыхъ и быть прикосновеннымъ къ какому-то сыску о нихъ, несомн&#1123;нно производившемуся въ Рязрядномъ приказ&#1123; около 1674 года и раньше [См. мое „Обозр. столбцовъ и книгъ Сибирскаго приказа", I, 269, 271]. Могло быть у Т. О. Челищева отношеніе и къ сибирскому воевод&#1123; (въ Туринск&#1123; и Илимск&#1123; ) Богдану А&#1138;иногеновичу Челищеву, о злоупотребленіяхъ котораго сохранились въ Сибирскомъ приказ&#1123; два сыскныхъ д&#1123;ла конца XVII в&#1123;ка [Ibid., I, 365, 367]. <br>Нижесл&#1123;дующее обозр&#1123;ніе разсматриваетъ документы Чарондской земской избы въ 8 группахъ: <br>1) „мирские приговоры",. <br>2) „розводы". <br>3) „мирскыя челобитнiя", <br>4) „челобатмыя мiру", <br>5) „памяти", <br>6) мірския кабалы", <br>7) „мiрская счетная роспись", <br>8) „отписи". <br>Посл&#1123;дній отд&#1123;лъ самый многочисленный (бол&#1123;е 200 документовъ) и очень ц&#1123;нный въ бытовомъ отношеніи, но по разм&#1123;рамъ это самые мелкіе документы - въ 1/4, 1/8 склейки и меньше, р&#1123;дко больше. Самые крупные документы - „разводы" въ 15-20 и бол&#1123;е склеекъ.<br> Maikll Fri, 05 Dec 2025 23:26:53 +0300 https://forum.vgd.ru/8164/180453/p5522946.htm#pp5522946 https://forum.vgd.ru/8164/180453/p5522946.htm#pp5522946 Уездные земские съезды действуют в течение всего XYII в. Довольно подробныя сведения мы имеем о таких собраниях в уездах Сольвычегодском, Устюжском, Тотемском, Чердынском и в Чарондской округе . Указания на такие съезды постоянно мелькают в актах. Так напр, тотемский воевода в своей отписке в Москву жалуется, что тотмичи “посадские люди и уездные волостные посыльщики, которые к Се меню дни Летопроводца (к 1 сентября) пришли на Тотьму" - не выбрали ямских старость, выбора которых от тотемскаго съезда, он, воевода, требовал. Чарондский воевода сообщает в Москву, что командированный на Чаронду следователь по важнейшим уголовным делам, «в татиных и разбойных делах сыщик П. Поленов» , приехал туда как раз в то время, когда на Чаронде «для государева дела и для целовальничьих выборов в государевы службы были из волостей старосты и крестьяне на съезде». -«Как я службу отслужил» , пишет сольвычегодский ямской староста, избранный в эту должность на год, «и после году со всех волостей целовальники и посылыцики к Соли на посад съехались”. Этот съезд проверял отчетность, представленную старостой и т. д. Но помимо таких общих случайных указаний, есть и целыя категории документов, позволяющих детально познакомиться с составом съездов. Это прежде всего сохранившиеся приговоры съездов, которые обыкновенно излагались письменно и скреплялись рукоприкладствами членов съезда.<br><br>Посад на всеуездном земском совете был представляем двояким образом. В одних случаях его представляли выборныя посадския власти. Так на уездных советах Чарондской округи представителем посада является всегда земский судья чарондскаго посада; он и упоминается в личных перечнях приговоров непосредственно вслед за окружским старостой, стоявшим во главе Чарондской округи.<br><br>Представительство волостей их выборными должностными лицами, волостными властями, является постоянной особенностью Чарондской округи, отличающей ее от других уездов. Чарондский всеуездный совет в обыкновенном и наиболее частом своем составе , это - съезд старост волостей, составлявших округу, с земским судьею чарондскаго посада или окружским старостой во главе. Иногда «в старостино место» является на собрание особый депутатъ, заменяющий старосту, если этот последний почему либо не мог прибыть на собрание. Фактически не на каждом съезде присутствуют все старосты; но в актах съездов после поименнаго перечня более или менее значительная числа старост обыкновенно находится формула: «да и все старосты и во всех крестьян место Чарондской округи, показывающая, что нормальным по составу собранием считался именно съезд всех старост и что старосты действуют в качестве представителей всех волостных крестьянъ <br>[Пр. Д. 1614 №2, л. 1—8; Сенигов, Памятники земской старины, стр. 249 и сл.; Пр. Д. 1626 № 41, л. 19—21;<br>1652 №96. Оглобин, Обозр&#1123;ніе документовъ чарондской земской избы, Ж. М. Н. Пр. 1898, апр&#1123;ль, стр. 271—272: <script type='text/javascript'>document.write('<a href="https://forum.vgd.ru/post/8164/180453/p5523864.htm#pp5523864" rel="noopener" target=_blank>https://forum.vgd.ru/post/8164/180453/p5523864.htm#pp5523864</a>');</script><br>«Но во всякомъ случа&#1123; предс&#1123;дателемъ сходки не могъ быть глава Чарондскаго міра - земскій окруской староста (въ 1662 г. это былъ Ст. Авакумовъ, а въ 1663 г. Никифоръ Тимо&#1139;еевъ). Нигд&#1123; въ приговорахъ ни С. Авакумовъ, ни Н. Тимо&#1139;еевъ не стоятъ во глав&#1123; перечня членовъ сходки и вообще ихъ имена отсутствуютъ въ этомъ перечн&#1123;. Съ другой стороны, вс&#1123; приговоры представляютъ приказы отъ имени міра своему исполнительному органу - земскому окрускому старост&#1123;: везд&#1123; говорится, что члены сходки “приговорили есми и вел&#1123;ли" земскому окрускому старост&#1123; исполнить такія то р&#1123;шенія міра. Несомн&#1123;нно, что земскій староста обязательно присутствовалъ на сходкахъ, докладывалъ міру текущія д&#1123;ла, давалъ по нимъ объясненія, участвовалъ въ преніяхъ, но руководящая роль принадлежала не ему, какъ исполнительному органу міра, но земскому судейк&#1123; или одному изъ волостныхъ старостъ». Ср. однако вышеуказанные приговоры, напечатанные Сениговымъ, стр. 249: «Л&#1123;та 7123 г. сент. въ 31 д. се язъ Чарондскіе округи земскій староста Данило Ермолинъ да волостные старосты» и т. д; стр. 250: “Се язъ староста Чарондскіе округи Давыдъ Меншиковъ да Чарондскаго посаду земской судья Иванъ Ермоловъ, да Чарондскіе округи волостные старосты» и т. д. Въ третьемъ приговор&#1123;, стр. 251, д&#1123;йствительно во глав&#1123; перечня только посадскій земскій судья, но этотъ приговоръ - какъ разъ выборъ новаго окруского старосты.]. <br>В наиболее важных случаях наряду с старостами на окружных съездах присутствуют и особые “выборные". Такой состав съездов встречаем реже [Оглобин, op.cit., 273].<br><br><br>Другая сложная волость Сольвычегодскаго уезда Лузская Пермца в начале столетия имеет общее представительство на съездах в лице одного или двух посылыциков; но затем каждый из входящих в нее приходов начинает посылать на съезд своего особаго депутата. То же замечается в Чарондской округе. Волости, высылавшия в начале столетия на съезды по одному депутату, делятся затем на приходы, при обретающие все большую самостоятельность, и депутата посылает уже каждый приход. Так напр. на съездах 1614 г. от Вещеозерской волости был один староста, а в 1660-х гг. эта волость представлена уже четырьмя старостами, стоявшими каждый во главе одного из тех четырех приходов, на которые волость разделилась [Пр. Д. 1627 № 65; 1628 № 72; 1649 № 74, выборъ. Сенигов, Памятники земской старины, 250—252; Оглобин, Обозр&#1123;ніе документовъ чарондской земской избы, Ж. М. Н. Пр. 1898, апр&#1123;ль, 272—273]. Подобно тому, как перечень посадских представителей заканчивается в приговорах формулой: “и во всех посадских людей место”, перечень депутатов от волостей сопровождается такою же формулой, напр.: “и всего Устюжскаго уезда вместо волостных крестьянъ" или: “и вместо всего Устюжскаго уезда станов и волостей земских судей и старост, и целовальников, и волостных крестьянъ"; но иногда эти обе формулы сливаются в одну, напр.: “и во всех посадских людей и волостных крестьян место. Подобно тому, какъ не вс&#1123; деревни были обыкновенно представлены на волостномъ сходе, въ свою очередь и волости были представляемы не на каждомъ уездномъ съезде съ одинаковой полнотой, и одни съезды бывали более, другіе менее многолюдны. Прі&#1123;здъ депутатовъ затруднялся отдаленностью волостей отъ уезднаго центра, неудобствомъ путей сообщенія черезъ леса и болота, которые могли становиться совсемъ непроходимыми во время весенняго бездорожья или осеннихъ непогодъ.<br><br><br>В одном избирательном протоколе Чарондскаго съезда 1614 г. в перечне нет старост 8 чарондских волостей из 31 известных волостей этой округи, в другом таком же протоколе не хватает старост 10 волостей. Наивысшая цифра наличных старост, присутствовавших на съездах 1662-1663 гг. была 29, и никогда, как замечает изследователь этих приговоров, волостные старосты не собирались на мирския сходки в полном составе [Сенигов, Памятники земской старины, 250—252; Оглобин, Обозр&#1123;ніе документовъ Чарондской земской избы, Ж. М. Н. Пр. 1898 г., апр&#1123;ль, стр. 273.]<br><br><br>Земское самоуправление волостей в Чарондской округе слагается из двух выборных должностей: старост&#1123; и земских судей. Старост&#1123; в волости принадлежите первенство над судьею. Староста ведает финансовое управление и, как уже мы знаем, является обычным представителем волости на всеуездном съезде округи. Он подаете от имени волости ходатайства- правительству, хотя впрочем иногда то же делает и судья [Пр. Д. 1627 № 65. «Царю государю... бьетъ челомъ сирота твоя государева Чарондскіе округи Печенскіе волости старостишко Сидорко Аввакумовъ и во вс&#1123;хъ крестьянъ м&#1123;сто Печенскіе волости». Пр. Д. 1628 № 66, л. 2—3: «бьютъ челомъ Шалги Захарьины старостишко &#1138;едка Олексіевъ и во вс&#1123;хъ крестьянишекъ м&#1123;сто Шалги Захарьины». Пр. Д. 1630 № 72, л. 160: староста Кленовской волости. Пр. Д. 1654 № 116: «Государю царю бьютъ челомъ сироты твои Чарондскіе округи Хотеновскіе волости земскій судейка Ивашко Борисовъ вм&#1123;сто вс&#1123;хъ крестьянъ Хотеновскіе волости»]. Обыкновенно же на судье лежат специально судебныя обязанности [Напр. Пр. Д. 1653 № 60. Ссора между крестьянами деревни Мытника Пунемской волости изъ за спорныхъ с&#1123;нныхъ покосовъ. «И тотъ Павелъ съ братьями поднимали (т. е. призывали) земскаго судейку Тихона Прохорова съ понятыми людьми къ тому къ нашему къ с&#1123;нному заполоску". Пр. Д. 1628 .№ 13: «бьетъ челомъ сирота твоя Чарондскіе округи Тавенскіе волости крестьянишко Ивашко Дементьевъ сынъ Струнинъ. Жалоба, государь, мн&#1123; тое жъ Тавенскіе волости на судью прошлого году на Мосея Сысоева сына Попова да на дьячка па Дружину Савельева въ томъ: д&#1123;ялось, государь, въ прошломъ въ 135 г., билъ я челомъ теб&#1123;, государю, а съ Чаронды отъ воеводы &#1138;едора Извольскаго приносилъ память на ихъ имя тое жъ волости Тавенскіе на сус&#1123;дъ своихъ деревни Огибаловскіе на Ивана Игнатьева сына Конашина да на Ивана Еремина въ земляномъ д&#1123;л&#1123; въ поскотинныхъ и въ запольныхъ пашняхъ, и въ с&#1123;нныхъ покосахъ. И по той, государь, памяти тотъ судья Мосей и дьячекъ Дружина т&#1123;мъ людемъ изноровили, пашенъ д&#1123;лить и м&#1123;рить не стали». Значитъ судья былъ обязанъ производить разд&#1123;лы земли при поземельныхъ тяжбахъ.]. <br>Число этих выборных лиц в разных волостях различно. Наибольшее количество волостей имеют, по видимому, по одному старосте и по одному земскому судье; по крайней мере, нам не пришлось встретить в этих волостях упоминания о болышем количестве старост или судей. Таковы волости: Печенская, Шалга Бодунова, Шалошка Малая и Чепца, Шильская, Кленовская, Тавенская, Колнобойская, Падчеварская, Тигинская, Вожеская и Липинская. Есть волости, где встречаем при одном старосте двух земских судей; таковы: Коротская, Пунемская, Хотеновская и Свидская [Пр. Д. 1627 № 67, л. 378 и сл. “Списокъ съ выбора слово въ слово, а въ выбор&#1123; пишетъ: 134 году декабря въ 5 д. Коротецкіе волости староста Леонтей Александровъ да земскіе судьи Филиппъ Клементьевъ да Андрей Васильевъ, да крестьяне" и т. д.; Пр. д. 1636 № 66. Оц&#1123;нная роспись таможенной изб&#1123;: “Л&#1123;та 7144 дек. въ 5 д. По государеву указу и по наказной памяти воеводы Ивана Горд&#1123;евича Судакова земскій ц&#1123;ловальникъ Третьякъ Михайловъ прі&#1123;халъ на Короткое и взявъ съ собою къ оц&#1123;нк&#1123;... государеву таможенную избу и амбаръ со вс&#1123;мъ заводомъ оц&#1123;нить Коротецкіе волости старосту Макарка А&#1139;анасьева да земскихъ судей Богдана Павлова да Пиная Иванова, да сотскаго Ивана Минина" и т. д.; Пр. Д. 1626 № 41, л. 40—83. Повальный обыскъ. Пунемская вол.: староста Панкратъ &#1138;едоровъ, земскіе судьи Тугаринъ Вахрам&#1123;евъ, Пятой Прокофьевъ. Хотеновекая вол.: староста Гр. Коротаевъ, земскіе судьи &#1138;. Васильевъ, Кирило Павловъ; Пр. Д. 1628 .№ 66, л. 48—49. Староста Евдокимъ Сергіевъ, судьи Герасимъ Артемьевъ, Данило Антипинъ.]. В сложных чарондских волостяхъ, состоявших из нескольких приходов, мы встречаем старост в каждом приходе. Так на всеуездном съезде округи в 1652 г. Ротковская волость, распадавшаяся на два прихода, Введенский и Троицкий, была представлена двумя старостами [Пр. Д. 1652 № 96. Въ рукоприкладствахъ подъ всеу&#1123;здною челобитной: «вм&#1123;сто ротковскихъ старостъ Введенскаго Филиппа Савина да троицкаго Григорья Лукина по ихъ вел&#1123;нью тое жъ волости Ивашко Козьминъ р. п.»]. Вещеозерская волость состояла из четырех приходов: Пречистенскаго, Петровскаго, Воскресенскаго и Рождественская, и в документах, бывших у нас под руками, упоминаются староста и земский судья Воскресенскаго прихода, двое старост и четверо земских судей Пречистенскаго и Петровскаго приходовъ [Пр. Д. 1628 № 66, л. 40-44.]. На всеуездных съездах 7 мая и 24 июня 1663 г. принимали участие четверо старост от четырех приходов Вещеозерской волости [Оглобин, Обозр&#1123;ніе документовъ Чарондской земской избы, Ж. М. Н. Пр. 1898, апр&#1123;ль, стр. 279, 280.]. <br>Были с другой стороны волости, в которых обе должности старосты и судьи совмещались одним лицом. Так было в волостях Мунской, Роксомской, Шалге Большой и Тордоксе в 1620-х годахъ [Пр. Д. 1626 № 41,л. 40-83. Мунская волость: староста и судья Софонко Яковлевъ; ПІалга Большая: староста и судейка Важенъ Родіоновъ; Тордокскій улусъ: староста и земскій судья Марко Семеновъ; Пр. Д. 1628 № 66, л. 34-36. Роксомская волость: староста и земскій судейка Титко Савельевъ.]. Одних только старост без упоминания о земских судьях мы нашли в волостях Шалге Захарьиной, Ковеской, Каликинской, Солзенской и Боровской; возможно, что земские судьи не упомянуты здесь совершенно случайно. В качестве низших выборных агентов с полицейскими обязанностями упоминаются в волостях сотские5 [Пр. Д. 1626 № 41, л. 27-28. «И того жъ де часу къ сотскому къ Ивашк&#1123; Степанову (Колнобойской волости) в&#1123;сть пришла (о разбо&#1123; ) , и тотъ сотскій того жъ часу грамотки послалъ въ Шалгу Бодунову да на Короткое (въ Коротецкую волость) къ сотскимъ и къ крестьяномъ»; Пр. Д. 1653 № 60: «и въ томъ ихъ воровств&#1123;, и въ наход&#1123;, и въ ночномъ ихъ бою билъ челомъ и являлъ сус&#1123;демъ своимъ и явки на нихъ давалъ въ той же Пунемской волости мірскому дворовому сотнику В. Харламову». Для состава волостного управленія въ Чарондской округ&#1123; см. вообще Пр. Д. 1614 №2, напечатано у Сенигова, Памятники земской старины, 249-253; Пр. Д. 1626 №41,л.19—21; Пр. Д. 1626 А 41, лл. 40-83; Пр. Д. 1628 № 66, л. 18-71; Пр. Д. 1637 № 14, л. 29; Пр. Д. 1652 № 96.]<br><br><br><br><br><br>Во главе чарондскаго посада стоял посадский земский судья, который и являлся в качестве представителя посада yа всеуездные съезды округи. Одна из грамот 1614 г. адресована посадским целовальникам, но этих целовальников на всеуездных съездах не видим. Не входил туда также упоминаемый на чарондском посаде бобыльский судья, обязанности котораго нам неизвестны [Пр. Д. 1614 № 2, л. 5-6. «Се язъ староста Чарондскіе округи Давыдъ Меншиковъ да чарондскаго посаду земскій судья Иванъ Ермоловъ, да Чарондскіе жъ округи волостные старосты» и т. д.; ibid л. 7-8; Пр. Д. 1614 №6. «Отъ царя и в. кн. Михаила &#1138;едоровича... Чарондскіе округи посадскимъ ц&#1123;ловальникамъ Семейк&#1123; Савельеву съ товарищи»; <b>Пр. Д. 1628 А 66, л. 18-22. «И чарондскаго посаду златоустовскій попъ Викулъ Сергіевъ да вдовой попъ Алекс&#1123;й Сергіевъ сказали по священству, а земской судья Исакъ Дмитріевъ, да бобыльской судья Чудинъ А&#1139;анасьевъ, да крестьяне</b>» и т. д.]. Всеуездным органом округи служил чарондский Окружской староста, избиравшийся на всеуездном собрании округи. В мирском выборе, который ему давался при избрании, перечислялись его обязанности. Он должен был ведать раскладку и сбор казенных податей и налогов на мирския нужды и быть вообще «у всяких государевых и у мирских дел». Собрав деньги через волостных старость, он должен их хранить и выдавать по казенным требованиям и на мирския нужды. Окружской староста действует под постоянным наблюдением и контролем окружного съезда, перед которым он обязан отчетностью: всем своим финансовым операциям он обязан вести книги: «а в тех ему деньгах по розводным росписям в наших в мирских расходех по книгам нам, старостам и крестьянам, отчет дать». Без постановления окружного съезда он не может раскладывать подати или производить какие либо расходы: «а без нашего ему без мирского совета ни в какие розводы денег не раз водить и наших мирских денег ни в какие расходы без мирского совету не держать» [<b>Пр. Д. 1614 №2, л. 7-8</b>].<br>Чарондская округа обладала губною грамотой, данной ей при Гроз ном по ходатайству окружного земскаго съезда еще в то время, как Чаронда находилась во владении боярина Д. И. Годунова. Грамота подтверждена была царем &#1138;едором в 1595 г. и впоследствии царем Михаилом в 1619 г .[Ш<b>умаков., Губныя и земскія грамоты. Чт. О. И. Др. 1895 кн. 3.</b>]. По этой грамоте округа представляла из себя особую губу и имела право выбирать своих губных старость и к ним целовальников. Губного старосту Ив. Калинина и четырех губных целовальников мы встречаем в одном документе 1626 г. [<b>Пр. Д. 1626 №41, л. 22-26]</b>. Позже нам встретить губных старость на Чаронде не случилось.<br><br><br>Непременной принадлежностью состава самоуправления каждаго волостного и посадскаго земскаго мира был его секретарь - земский дьячек, заведующий письмоводством. Он пишет приговоры мирского схода, всякаго рода бумаги земских властей и обыкновенно частные акты. Все уездные миры не всегда имеют своих особых секретарей; иногда они пользуются услугами посадских или волостных. Так при сольвычегодском всеуездном земском или, как он назывался также, ямском старосте мы видим особаго секретаря, который носит название всеуезднаго ямского дьячка и который пишет приговоры сольвычегодскаго всеуезднаго съезда; но приговоры устюжскаго всеуезднаго съезда пишутся дьячком, состоявшим при посадских разрубных деловальниках, а приговоры Чарондской округи волостным дьячком Вещеозерской волости [ <b>Пр. Д. 1627 №27. Списокъ съ мірского выбору. Сенигов, Памятники земской старины, 250, 251</b>]. Волостные земские дьячки носят иногда также название судецких дьячков, так как ведут письмоводство на суде земских властей. Должность волостного земскаго дьячка совмещается нередко с должностью церковнаго дьячка при приходском храме волости; но оне бывают также заняты и разными лицами.<br><br><br>Известно, что вообще выборам в Московском государстве не всегда была присуща эта свобода; иногда выбор происходил так, что кандидата на какую либо должность намечался и даже прямо назначался свыше, земскою же или правительственною властью, а вся роль мира сводилась при этом к вынужденному рукоприкладству под избирательным списком, к недобровольной даче «выбора за руками». Таким значением выборов в Московском государстве объясняется непонятное с нашей точки зрения выражение памятников о выборах: “велеть выбрать такого то”, напр.: “и яз царь и великий князь &#1138;едор Иванович. .. пожаловал в Чарондской округе... велел быти в губных старостах выбранным головам и губным целовальником, кого велит выбрать боярин наш Дмитрий Ивановичъ" Годунов, которому была пожалована тогда Чаронда [ <b>Чарондская губная грамота. .Шумаков, Губныя и земскія грамоты, Чт. О. И. Др. 1895 кн. 3, стр. 119</b>.]. Значит, кандидатов на выборные посты губного старосты и целовальников назначал боярин Годунов, а местное общество их “выбирало", т. е. давало на них выбор за своими рукоприкладствами, имевший значение поручительства за указаннаго свыше кандидата и принятия обществом ответственности за его промахи и упущения на себя. Если “миръ" отказывался дать такой «выбор» на навязаннаго ему кандидата, то правительство в таком случае предписывало выбор взыскать, “доправить” с мира, т. е. принудить мир дать его против воли. При таком порядке выборов не было места свободному проявлению воли мира, которое и заключалось в подыскании именно желательнаго миру кандидата; мир действовал механически, только подписывая свидетельство о своей ответственности за недостатки сверху назначеннаго кандидата; в этом случае мир “не излюблялъ" кандидата, а только “выбиралъ" его, т. е. давал на него выбор по приказанию сверху. В противоположность этому свободное избрание миром желательнаго ему кандидата обозначалось термином “излюбили". Добровольный самостоятельный выбор и называется, вероятно, “излюбомъ"; но, впрочем, название “излюба" носит иногда и самый избирательный списокъ. Maikll Fri, 05 Dec 2025 00:31:54 +0300 https://forum.vgd.ru/8164/180453/p5522945.htm#pp5522945 https://forum.vgd.ru/8164/180453/p5522945.htm#pp5522945 "В летнее, государь, время", писал о волостях Устюжскаго уезда посланный туда для сыска беглых крестьян дворянин Микулин, "из многих волостей конскаго проезду не живет за безмерными болотами" [<i>Пр. Д. 1646 № 52</i>] — "Волости в Чарондской округе " , сообщает в своей отписке государю чарондский воевода, "в розни, за озеры и за реками, и за мхи; иныя от Чаронды удалели верст за семьдесят и больше!<br><br>Такие же улусцы мы встречаем в Чарондской округе , напр. Патлеварский и Тордоский улусцы в Божеской, Пилемский улусец в Хотеновской волостях [<i>Пр. Д. 1628 № 66; 1636 № 27; 1654 № 116.</i>]. В иных волостях такия подразделения, состоящия из группы деревень с церковью, сов падающая с церковными приходами, так и называются "приходами." Так Вещеозерская волость Чарондской округи состояла из трех приходов: Петровскаго, Пречистенскаго и Воскресенскаго. Эти приходы обращались в самостоятельные округа, независимые от волости, в которой они возни кали и сами становились такими же волостями. "А наше, государь, волостишко Воскресенской приход" , пишут жители этого последняго в 1627 г., «от тое Вещеозерские волости отдалело верст за 10 и больше. И с 1610 г. по подписной челобитной кн. М. В. Скопин, как была за ним Чарондская округа, нас отделил от той волости Петровскаго и Пречистовскаго приходов» . Крестьяне указывают далее, что и в по следующих дозорных и писцовых книгах они «от тое Вещеозерские волости оприче написаны» и платят государевы подати «оприче Вещеозерские волости, собою». [ <i>Пр. Д. 1628 №72</i>]<br><br>А между тем писцовыя книги, подробно описывая разные промыслы, напр, рыбныя ловли или соляныя варницы, не указывают точно пространств, ими занятых. Затем и самый писцовый материал, к которому приходится прибегать, не однообразен. Это не только писцовыя, но и переписныя книги, дающия только цифры дворов и живущих во дворах людей и не касающияся земельных угодий; оне сохранились, притом для разных уездов от разных моментов времени, чем в значительной мере затрудняется сравнение их данных. Наконец, для двух уездов Чарондскаго и, как мы только что упомянули, Важскаго нам не удалось отыскать никаких книг, ни писцовых, ни переписных. Благодаря всем этим условиям надо отказаться от мысли узнать точное отношение между указанными выше видами землевладения.<br><br>Всего в XVII столетии в Поморском крае кроме уездов: Важскаго и Чарондскаго, писцовыя книги которых не сохранились, можно насчитать 76 монастырей, не включая сюда Соловецкаго и не скольких зависимых от него ближайших к нему скитов.<br><br>Разсматривая количественное отношение, в каком находились частно-владельческия земли к землям других категорий в Поморье по писцовым книгам XVII в., мы прежде всего должны отметить несколько обширных районов, в которых мы вовсе не заметили частновладельческих земель. Таковы уезды: Каргопольский, Кольский, Двинский, Мезенский, Устьянския волости и Чарондская округа.<br><br>Первоначальной формой общежития сельскаго населения на севере была деревня, к изучению которой мы теперь и обратимся. Начнем с внешняго вида. Поморския деревни XVII в. иногда были разбросаны одна от другой на далеком разстоянии, как в Заонежском краю, о котором современник очевидец писал, что здесь "деревня от деревни на переезде версты по 2 и по 3, и по 5, и по 10, и по 15, и по 20, и по 30, и по 40, и больши" [<i>Пр. Д. 1649 № 29. Донесеніе В. Золотарева, дворянина, посланнаго для производства переписи и сыска б&#1123;глыхъ крестьянъ.</i>] ; или как в Чарондской округе , где напр, волость Шалга Большая составлялась из деревень, стоявших по выражению местных жителей "врозне , от деревни до деревни версты по 2 и по 3, и больши" [<i>Пр. Д. 1628 .№ 74</i>] . В других местах, наоборот, деревни, ютясь по берегу реки, тесно жались одна к другой с очень малыми промежутками между ними, так как земля удобная для обработки тянулась по берегу реки узкою полоской, за которой простирались "леса и мхи, и болота неугожия".<br><br>1634 г. крестьяне Чарондской округи волости Шалги Бодуновы: С. Гаврилов из деревни Елябина и Г. Степанов из деревни Пидемской держат вме сте на оброке "государеву пустошь Акинину" в той же Шальской волости.[ <i>Пр. Д. 1634 № 42</i>]<br><br>В XVII в. встречаем однако акты, указывающие на некоторое стеснение свободы заимок в черном лесу. Так знакомый уже нам поп Василий, один из складников Кузоверской деревни в Устьянских волостях, приобретая 1/14 этой деревни вместе с разными угодьями, "что к тому повытью изстари потягло", получает и право "в черном лесу сечи по мере на год с ними", т. е. с остальными складниками. Значит, в этой деревне пользование черным лесом под пашни было регулировано какою то мерою. Возможно, что в иных местностях запасы чернаго леса не были особенно внушительны и благодаря этому даже и в шири этого леса, по крайней мере вблизи деревень, возникали столкновения, в роде напр, того, которое так живо описал крестьянин деревни Елябина в Чарондской волости Шалге Бодуновой С. Гаврилов в челобитной, поданной им на своего складника, в товариществе с которым он держал на оброке пустошь. Помимо этого владения в товариществе , он еще единолично снимал на оброк пахотную землю и сенокосы в других волостях и между прочим занимался разчисткою новин в прилегавшем к деревне черном лесу. "Да в прошлом, государь" , пишет он в челобитной, "во 141 г. (1633) секъ я, сирота твой, позади той деревни, где я живу на черном лесу подсеку под рожь и на той подсеке посеял ржи три чети. И в прошлом во 142 г., как стали рожь жать, и тот Григорий (складник) насильством ту мою рожь пожал. И я ему учал говорить: за что ты, Григорий, насильством рожь мою денешь? И он мне сказал, что он тот черный лес взял на оброк на Чаронде у воеводы... А тот, государь, черный лес, на котором я сек подсеку и рожь сеял, изстари к той деревнишке , где я живу и к иным деревням дан в угодья, а внаймы того лесу никому преж сего не отдавывали" .[ <i>Пр. Д. 1634 №42</i>]<br><br>Любопытно, что хотя земские миры были организациями публично правового характера и в силу этого их значения их приговоры были обязательны для всех членов мира, однако наряду с такими приговорами мы иногда встречаем другие, облекающиеся в форму частных договоров между участниками схода, так что их обязательность выходит как будто из частная соглашения, а не из публичных прав мира. Отличительной особенностью такой договорной формы приговора является упоминание в нем свидетелей, в присутствии которых при говор написан и которые скрепляют его своим рукоприкладством. <br>Присутствие свидетелей указывает на возможность впоследствии судебных исков между участниками договора со ссылкою на упомянутых свидетелей. Такую форму имеет напр, приговор схода волостки Нижней Еденги об избрании сборщика с поручением ему собрать с двора по полтине. В этом случае можно еще впрочем видеть частное соглашение 8 деревень. Но в такую же форму договора облечен напр, приговор Колнобойской волости Чарондской округи, которым поименованныя в начале приговора лица [<i>Пр. Д. 1627 .№ 71, л. 5: „Се язъ Мартьянъ Ивановъ сынъ и въ брата своего м&#1123;сто Пятого Иванова, да &#1138;едоръ Михайловъ, да А&#1139;анасій &#1138;едоровъ, да Микула Филипповъ, да Иванъ Ефимовъ, да Оксенъ Кузьминъ, да Меншикъ Дмитріевъ, да Михайло Автономовъ, да Левонтій Кириловъ и въ брата своего м&#1123;сто Данила Кирилова, да Антонъ Филипповъ и въ д&#1123;тей своихъ</i>] „да и все крестьяне" этой волости сделали ряд постановлений относительно ходатайства о пустых деревенских участках, какие могли оказаться по производившемуся тогда в волости дозору А. Я. Дашкова и о порядке пользования ими, именно: просить пустые участки на льготу и в оброчное держание тому из крестьян, кто мог бы их засеять; друг у друга их не перебивать; возвращать эти покинутые участки их прежним владельцам, если таковые появятся - условие, обыкновенно встречающееся в данных, выдававшихся волостями на пустые участки.<br> Maikll Fri, 05 Dec 2025 00:30:55 +0300 https://forum.vgd.ru/8164/180453/p5522930.htm#pp5522930 https://forum.vgd.ru/8164/180453/p5522930.htm#pp5522930 (л. 27)…<br>К западу от Устьянских волостей, гранича с Вологодским, Белозерским и Каргопольским уездами, охватывая со все х сторон озеро Воже и простираясь по рекам, впадающим в это озеро, а также по рекам, впадающим с юга в озеро Лаче, лежала Чарондская округа. Ея административным центром был посад Чаронда (теперь село Белозерскаго уезда). Писцовых книг по Чаронде не сохранилось, так что ея административное деление приходится возстановлять по случайным документам [1].<br>Насколько можно по ним судить, округа состояла не менее чем из 31 волости. В этом уезде строго выдержано деление на волости; равнозначащих волостям округов с другими названиями мы здесь не встречаем. При царе Федоре Ивановиче Чарондская округа входила в состав Вологодскаго уезда и принадлежат Д. И. Годунову. Вместе с нею во владении того же боярина находилась Вещезерская волость Белозерскаго уезда, позже в XVII в. вошедшая в состав округи [2]. При Шуйском эта округа пожалована была кн. Михаилу Васильевичу Скопину-Шуйскому [3]. В течение XVII в. ею правят воеводы наравне с прочими уездами.<br><br>(Прил. л. 59)<br><b>ХХ. Чарондская округа.</b><br>По оз. Воже и р&#1123;камъ, въ него впадающимъ: Совз&#1123; / Солз&#1123;, Модлон&#1123;, Вожг&#1123; съ Чужгой и Тавенгой, по р. Пустой и по южнымъ притокамъ оз. Лаче: Шильд&#1123;, Свид&#1123; и Волошк&#1123;.<br><b>Списокъ волостей относится къ 1620-мъ гг. и составленъ на основаніи: <br>а) списковъ, встр&#1123;чающихся въ Пр. Д. 1614 № 2, 1626 № 41, л. 19 - 21, 40 - 83 <br>б) атласа Россіи, изданнаго въ 1735 г. <br>Писцовыя книги по Чаронд&#1123; не сохранились.</b><br><br>Волость Вещеозерская - по оз. Вещеозеру къ З. отъ оз. Воже.<br>Вол. Короцкая.<br>Вол. Печенская - по р. Солз&#1123;.<br>Вол. Пунемская - къ Ю. отъ оз. Воже.<br>Вол. Шалга Бодунова - по р. Ухтомк&#1123;.<br>Вол. Мунская - на Ю. В. берегу оз. Воже.<br>Вол. Роксольская.<br>Вол. Шалга Захарьина.<br>Вол. Полченская - въ бассейн&#1123; р. Солзы.<br>Вол. Шалошка Малая и Чепца.<br>Вол. Шалга Большая - между рр. Свидью и Шильдой, (л.60)<br>Вол. Шильская - по р. Шильд&#1123;.<br>Вол. Хотеновская на р. Свиди.<br>Вол. Свидская - по р. Свиди, ближе къ устью.<br>Вол. Ковеская - къ С. В. отъ оз. Воже.<br>Вол. Кленовская - къ СВ. отъ оз. Воже, въ бассейн&#1123; р. Волошки.<br>Вол. Ротковская - къ СВ. отъ оз. Воже.<br>Вол. Тавенская - на оз. Тавенг&#1123; къ В. отъ оз. Воже.<br>Вол. Полнобойская - къ Ю. отъ оз. Воже на оз. Перечномъ.<br>Вол. Падчеварская.<br>Вол. Тигинская - къ Ю. В. отъ оз. Воже, по р. Вожг&#1123;.<br>Вол. Вожеская - по р. Вожг&#1123;.<br>Вол. Липенская - къ ЮВ. отъ оз. Воже.<br>Вол. Каликинская.<br>Вол. Луненская.<br>Вол. Толченская.<br>Вол. Солзенская - по р. Солз&#1123;.<br>Вол. Чуженская - по р. Чужг&#1123;, притоку Вожги.<br>Вол. Боровская - по р. Свиди?<br>Вол. Долгозерская - по оз. Долгому къ ЮВ. отъ оз. Воже.<br>Вол. Тордокса - на В. берегу оз. Воже.<br><br>Прим&#1123;ч. <br>Пр. Д. 1637 № 57, л. 2: „да въ Чарондской округ&#1123; во вс&#1123;хъ волостяхъ 1847 дв., люд. 2542. <br>Пр. Д. 1649 № 62: „По переписной книг&#1123; Ив. Баклановскаго да подьячаго Ив. Іевлева 154 г. въ Чарондской округ&#1123; во вс&#1123;хъ волостяхъ живущихъ крестьянскихъ и бобыльскихъ 2481 дв.<br><br><br>[1] Пр. Д. 1614 №2; 1626 №41, л. 19-21<br>[2] Шумаков, Губныя и земския грамоты. Чт. О. И. Д. 1895, кн. III, стр. 117<br>[3] Пр. Д. 1628 № 72: Бьетъ челомъ сирота, твоя государева Чарондскіе округи Воскресенскаго приходу….. А наше, государь, волостишко Воскресенскій приходъ отъ тое Вещезерскіе волости отдал&#1123;ло верстъ за десять и больше. И со 118 г. по подписной челобитной князь Михайло Васильевичъ Скопинъ, какъ была за нимъ Чарондская округа, насъ отд&#1123;лилъ отъ тое волости.<br> Maikll Thu, 04 Dec 2025 23:58:27 +0300