https://forum.vgd.ru/9830/173140/ Мои Тверские предки. Тоболины, Белоусовы ru https://forum.vgd.ru/9830/173140/p5751669.htm#pp5751669 https://forum.vgd.ru/9830/173140/p5751669.htm#pp5751669 14. Приключение Алексея Кирилова<br>(1825 – 1844)<br><br>При описании жизни прародителей в первой четверти XIX века, несмотря на понимание общего контекста крестьянской жизни в это время и наличие фактографического материала из метрических книг и ревизских сказок, мне не хватало каких-то живых свидетельств, чтобы за именами из этих книг начали проявляться личности. Казалось бы, каких живых свидетельств о крестьянской жизни можно было ожидать из далеких 1820-х годов? Однако, как я заметил, история разговаривает с заинтересованным и чутким исследователем не только языком сухих фактов. Иногда происходят те или иные события, указывающие в определенную сторону, встречаются люди, что-то между делом подсказывающие, вдруг находятся какие-то документы, сообщающие о том, о чем думает исследователь. Так случилось и на этот раз.<br><br>Поездка в тверской областной архив в начале мая 2026 года оказалась очень плодотворной. За два дня было найдено три весьма ценных документальных свидетельства, относящихся к разным периодам данного исследования. Во-первых, была найдена исповедная ведомость Савина монастыря 1730 года, не оцифрованная, не входящая в картотеку генеалогии, хранящуюся совсем в другом фонде, чем исповедки соседних лет. И именно эта затерявшаяся исповедная ведомость ответила сразу на несколько вопросов, которые у меня были относительно того времени, предположения заменились на факты, и мне даже пришлось пересмотреть и уточнить некоторые из уже готовых к публикации материалов. Во-вторых, был найден документ, относящийся уже к 1920 году, простой, но очень живой – список пожертвований для фронта от жителей деревни Фенино. Там все знакомые лица, мой пра(2)дед председатель сельсовета, и список пожертвований с именами, кто что мог: от клубка ниток и волокна льна до кисета с табаком и приличной суммы денег. Именно благодаря таким документам и оживают далекие времена, личности и характеры. Генеалогия – это не только имена и цифры, это живые люди, с которыми можно познакомиться и спустя много лет. И, наконец, в-третьих, самая ценная находка – документ о событиях 1825-1828 годов, касающийся моего родственника из Фенино, троюродного пра(4)деда Алексея Кирилова, о котором я писал в предыдущей главе.<br><br>Документ этот из фонда Новоторжского уездного суда и называется он «Об утрате бывшими головами казенной суммы Семеновским – деревни Фенина крестьянином Алексеем Кириловым 1193 рублей 83 1/2 копеек, Петропавловским – погоста Спасского крестьянином Ермолаем Максимовым 324 рублей 54 3/4 копеек». Это довольно объемный документ (на 92 листах), в нем объединены два разных, но схожих расследования, он еще нуждается в тщательном изучении и, вероятно, в отдельной публикации. Пока же расскажу об общей сути дела и приведу дословно самую интересную для данного исследования его часть.<br><br>Суть дела такова (в материалах два схожих дела – Алексея Кирилова из Фенино и Ермолая Максимова из погоста Спасского, я буду говорить только об Алексее Кирилове). В 1825 и 1826 годах Алексей Кирилов был избран волостным головой 3-й Семеновской волости Новоторжского уезда Тверской губернии. Волостной голова – выборная должность в крестьянском волостном самоуправлении в XVIII – первой половине XIX века. Избирался он на мирском волостном сходе, обычно на два года. Выбирали, как правило, зрелого, авторитетного крестьянина, домохозяина с хорошей репутацией, несудимого, «чистого» пред Богом и законом. В обязанности волостного головы входило множество задач на территории подведомственной волости: доведение распоряжений свыше до крестьян, контроль сельских старост, ответственность за порядок и безопасность, за состояние дорог и мостов, принятие мер по предотвращению эпидемий и борьбы с пожарами, разрешение мелких судебных споров, присмотр за вдовами и сиротами, участие в сборе податей в казну и другое. Волостному голове полагалось жалованье.<br><br>Работу волостного головы контролировал волостной мирской сход. И вот в самом начале 1827 года, волостной сход провел ревизию деятельности бывшего (в 1825 и 1826 годах) головы Алексея Кирилова по денежной части. И обнаружил, что Алексей Кирилов, по подсчетам волостных старост и активных мирских людей, потратил из собранных в казну налогов (податей) некоторую сумму в 1193 рублей и 83 с половиной копеек. Был составлен приговор, подан рапорт и началось разбирательство. Оно длилось долго, последний документ в деле датирован 1844 годом. Все дело я еще тщательно не изучил, в нем много материала, написанного от руки и канцелярским языком, требующего расшифровки. Дело с первого взгляда производит впечатление конфликта между волостным головой и волостными старостами (и, возможно, исправником). Заглянув в конец, я увидел, что закончилось оно тем, что Алексей Кирилов от личного наказания был судом избавлен, но подробности комментировать пока, до изучения всех материалов, рано. А подробности, насколько я увидел интересные: и в плане оценки личностей, и в плане механизмов работы системы крестьянского самоуправления и взаимодействия ее с вышестоящими органами. Эти детали – хороший материал для публикации в приложении к исследованию.<br><br>Пока же приведу два документа из дела, позволяющие ближе познакомиться с Алексеем Кириловым.<br><br>Первый документ представляет собой протокол допроса Алексей Кирилова в Новоторжском Земском суде. В этом документе Алексей Кирилов, фактически сам рассказывает о себе (удивительное свидетельство-«голос» из 1827 года!), и о той ситуации, в которую он попал, с его точки зрения. Вот текст этого документа (81, лл.7, 7об, 8), знаки препинания, отсутствующие в документе, расставлены мной для улучшения восприятия.<br><br>[1827го года Марта 16го дня в присудствии Новоторжского Земского суда при господине уездном стряпчем Назарове бывшей экономической 3й Семеновской волости голова Алексей Кирилов в нижеследующем допрашиван. И показал. Алексеем меня зовут Кирилов сын, от роду мне 44 года. Грамоте читать и писать незнаю. Исповедую грекороссийскую веру, на исповеди и святого причастия каждогодно бываю у приходского своего села Медна священника Никиты Алексеева. Новоторжского я уезда экономической 3й Семеновской волости деревни Фенина крестьянин, и бывшей в 1825 и 1826м годах голова. Cудим и штрафован напредь сего низачто не был. Мастерства никакого кроме хлебопашества незнаю. Был я избран мирским общестовом в волостные головы на 1825й и 1826й годы. И по прошествии 1825го года был темже обществом щитан. И пощету не оказалось в число собранной мною казенной суммы четыре ста семдесят рублей по случаю затраты мною по волостному правлению на необходимые надобности, которые земенены быть должны не полученным мною за тот же 1825 год жалованьем, четырьмя стами семидесятью двумя рублями шестидесятью копейками. Ибо то жалованье оставалось на вотчинных старостах, а именно: на Семеновском 183 рубли 65 копеек, Погорельском 55 рублей, Осинковском 51 рубль 60 копеек, Дмитровском 61 рубль, Романовском 27 рублей, Вескинском 67 рублей, за сборщиками Вескинском 8 рублей, Прудовском 20 рублей. А при начале 1826 года бывшим исправником Жемчужниковым никакого сбора казенной суммы чинить мне было неприказано, а велено ту сумму сбирать вотчинным старостам и взносить имим собою в уездное казначейство, которые и чинили взнос. Я же в том году ни до каковой суммы не касался. А от чего показано мирским обществом якобы начтено на меня казенных податей и оброчной суммы с прочими, всего тысяча сто девяносто три рубли восемьдесят три с половиною копейки, о сем вовсе неизвестен и таковой суммы в том году никогда не имел. И завсем тем за тот же 1826 год находится на мирском обществе причитающегося мне жалованья семь сот девяносто четыре рубли восемдесят копеек и поднесь неполучены, которые также находются на вотчинных бывших старостах: Дмитровском 180 рублей, Семеновском 298 рублей 80 копеек, Осинковском 80 рублей, Крупошевском 56 рублей, Вескинском 55(?) рублей и Погорельском 85 рублей. В обезпечение же взыскиваемой с меня суммы впредь до решения дела представляю к описи собственное свое имение, какое только оказать бы может, что и показую по сущей справедливости и по христианской должности. <br>К сему допросу вместо бывшего головы Алексея Кирилова за неумением его грамоте по личному прошению отставной солдат Иван Феодоров руку приложил.<br>При оном присудствовал исправник <подпись><br>Уездный стряпчий Назаров]<br><br>Второй документ представляет собой описание дома и имущества Алексея Кирилова, с точностью до икон в доме и имеющей ценность посуды и одежды (еще более удивительное свидетельство-«фотография» из 1827 года!). Вот текст этого документа (81, лл.23, 23об, 24, 24об).<br><br>[1827 года Августа 17го дня Новоторжского земского суда сельским заседателем Примеровым в сходстве указов Тверской Казенной Палаты, и отобранного от бывшего головы Семеновской волости деревни Фенина крестьянина Алексея Кирилова допроса о утраченной им в бытность головою 1825го и 1826го годов казенной суммы 1193 рублей 83 1/2 копеек, при нижеписанных понятых людях учинена сия опись с оценкою имению его Кирилова, что же описано и понятыми оценено значит под сим.<br>А именно.<br><br>Святые иконы.<br>Образ Господа Вседержителя на доске, 1 шт, 40 коп.<br>Образ Божия Матери со изображением Николая Чудотворца с прочими на доске, 1 шт, 40 коп.<br>Распятие Господне медное отливное, 1 шт, 60 коп.<br><br>Хоромного строения.<br>Изба елового леса крытая старым тесом, в избу одна дверь на железных крючьях и петлях, в избе чулан с перегородкою, пол из плах, потолок бревенчатый круглый, в избе три окна красных, с рамами, стеклами и ставнями, 1 шт, 40 руб.<br>Пристроенная к избе связь, клет с подклетом и сеньми, в клете одна дверь на железных крючьях и петлях, в подклете дверь и в сени дверь же на железных крючьях и петлях, оная связь крыта ветхим тесом, 1 шт, 15 руб.<br>Двор обнесенный забором с одним ольшаником(?) с тремя воротами, на железных крючьях и петлях, 1 шт, 10 руб.<br><br>Огуменного строения.<br>Житница крытая тесом старым, в житницу дверь на железных крючьях и петлях, в ней пять засовов, 1 шт, 10 руб.<br>Сарай для поклажи корму скоту, крыт соломою, во оной одни ворота в деревянной (?, <три слова неразборчиво>), 1 шт, 5 руб.<br>Овин крытый соломою, 1 шт, 12 руб.<br><br>Крестьянские сбруи.<br>Телега с ящиком высланным дранкою, с кованными железом передними и задними колесами, 1 шт, 8 руб.<br>Крестьянские сани с лубом изъезженные, 1 шт, 40 коп.<br>Дровни из кленовых полозьев довольно поезженые, 1 шт, 15 коп.<br>Соха с лемешам и палицею и борона подержаные, 2шт, 80 коп.<br>Езжалой(?) хомут со шлеею ременною о трех поперечинах(?) с медными кольцами, 1 шт, 1 руб. 50 коп.<br>Седелка(?), возжи веревочные, дуга вязовая, 3 шт, 50 коп.<br><br>Железные вещи.<br>Заслон печной листового железа, 1 шт, 1 руб.<br>Топор, 1 шт, 50 коп.<br>Косарь, 1 шт, 10 коп.<br>Сечка, 1 шт, 10 коп.<br>Коса с брусом подержаные, 2 шт, 80 коп.<br>Сковородник, 1 шт, 5 коп.<br>Серпов, 2 шт, 40 коп.<br>Светец деревянный с железными ушми и кольцом, 1 шт, 10 коп.<br><br>Посуды.<br>Чугунный горшок в ведро, 1 шт, 50 коп.<br>Сковорода чугунная, 1 шт, 20 коп.<br>Чашка и блюдо осиновые с 5ю березовыми лошками, 7 шт, 20 коп.<br>Кадка в 8м ведер подержаная, 1 шт, 20 коп.<br>Бочка дубовая в 12ть ведер подержаная, 1 шт, 50 коп.<br>Лоханька еловая ветхая, 1 шт, 10 коп.<br>Жолуб для дачи скоту корма, 1 шт, 2 руб.<br><br>Скота конского и рогатого.<br>Мерин гнедой 6ти лет, 1 шт, 25 руб.<br>Мерин сивой задесять лет, 1 шт, 12 руб.<br>Корова черная с белыми пятнами 5ти телят, 1 шт, 15 руб.<br>Корова рыжая 8ми телят, 1 шт, 15 руб.<br>Овца с нынешним ягненком, 2 шт, 5 руб.<br>Кур руских(?) с петухом, 3 шт, 75 коп.<br><br>Разного хлеба стоячего.<br>Ржи в копнах примерно на шесть овинов, с зернами и соломою, 6 шт, 90 руб.<br>Овса нежатого в поле примерно на четыре овина, 4 шт, 60 руб.<br>Гороху немолоченого примерно на одну меру, 1 шт, 2 руб.<br>В сенном сарае сена примерно 5 возов, 5 шт, 15 руб.<br>В пустоши Негареве купленной земли принадлежит крестьянину Алексею Кирилову шесть десятин и три четверти, каждая десятина оценена по 15ти рублей, 6 3/4 шт, 100 руб.<br><br>Платья.<br>Шуба поношеная, 1 шт, 1 руб. 50 коп.<br>Кафтан серого крестьянского сукна поношеный, 1 шт, 1 руб.<br>Возле дома тесу елового и соснового, 70 досок, 14 руб.<br><br>Итого, 467 руб. 75 коп.<br>А всего описано и оценено на четыре ста шестьдесят семь рублей семдесят пять копеек<br>Описывал сельский заседатель Примеров<br>При сей описи находились и оценку чинили понятые люди 2й экономической волости крестьяне деревень: Крупошева: Андрей Пименов, Прокофий Филипов, Андрей Иванов, Саввин Артамонов, Егор Артамонов, Кондратий Федотов, Осинок: Никита Тимофеев, Мартин Логинов, Василий Савельев, Иуда Парамонов, Флор Иванов, Иван Иванов. А вместо означенных понятых крестьян за неумением их грамоте по личному прошению вочены господина Перского деревни Костешина крестьянин Евсегней Обакумов руку приложил] <br><br>Вот такая неожиданная весть пришла спустя два столетия из далекого 1827 года. Она познакомила меня и с фрагментом системы крестьянского самоуправления, и с работой вышестоящего бюрократического механизма, и главное – с далеким родственником, троюродным пра(4)дедом Алексеем Кириловым сыном. Судя по избранию на должность волостного головы, репутация у него была хорошей, даже на уровне не только деревни, но и волости. Подтвердились такие черты характера как умение работать и брать на себя ответственность, активность, деятельность, небедность, характерные для предков этой линии и в другие времена. <br><br>О конфликте, ставшим поводом для разбирательств, сказать что-то сложно, могло быть всякое, и не исключено что человеческая зависть со стороны сельских старост (скорее всего активными были единицы) могла подтолкнуть к оклеветанию человека, завершившего свою деятельность в должности головы, и, возможно, нажившего себе недоброжелателей. При желании, можно поближе изучить личности другой стороны конфликта, чтобы составить более объективное мнение. Могла быть вина в злоупотреблениях и Алексея Кирилова, но к его чести говорят два факта. Во-первых, он не побоялся в допросе заявить о готовности внести залогом свое имение и имущество, до окончания разбирательства и решения по нему. Во-вторых, суд его все-таки не осудил, хотя, может быть, ему помог и «всемилостивейший» манифест 22 августа 1826 года по случаю коронации императора Николая I. <br><br>Кроме указанных черт характера Алексея Кирилова, мне посчастливилось познакомиться и с его бытом. Увидеть во всех подробностях дом и двор, в котором жила его семья, а в доме иконы Господа, Божией Матери и святителя Николая, шуба и кафтан, чашка и блюдо из осины, пять березовых ложек, и много еще чего по-хозяйству необходимого. И коровы – рыжая и черная с белыми пятнами. Ну как будто в гостях побывал. Спасибо тебе, Алексей, за эту весть и это знакомство.<br><br>Погостив у родственника, двинемся дальше. И посмотрим, как живут-поживают рядом мои прародители Савельевичи. <br><br>Иллюстрации:<br>1. Опись имения Алексея Кирилова от 17 августа 1827 года IvIvIv Tue, 30 Jun 2026 00:11:01 +0300 https://forum.vgd.ru/9830/173140/p5749302.htm#pp5749302 https://forum.vgd.ru/9830/173140/p5749302.htm#pp5749302 13. Первые Кирилловичи: Евдоким, Алексей и Федосья<br>(1800 – 1837)<br><br>Итак, из трех сыновей Ивана Исаева и Натальи Евдокимовой, обосновавшихся в деревне Фенино на берегах Тверцы-реки, потомков в этой деревне оставили двое: Кирила и Савелий Ивановы. Две этих ветви, дробясь, засыхая и оживая, дорастут до новых времен. Будем называть их обобщенно Кирилловичами и Савельевичами, чтобы понимать от какой давней развилки пошли те или иные побеги. И, хотя мне хочется скорее перейти к описанию перипетий жизненных путей моих прямых предков – Савельевичей, логика повествования и недавние открытия требуют сначала обратить взгляд на родственников – Кирилловичей. <br><br>Кирила был старше Савелия лет на пятнадцать, поэтому и дети его обгоняли по старшинству и времени активной деятельности детей «семьянистого» Савелия-Саввы. Сам Кирила умер в 1818 году, четырьмя годами ранее похоронив свою жену. У Кирилы было четыре дочери и два сына, из них в Фенино остались трое: сыновья Евдоким и Алексей Кириловы, и дочь Федосья Кирилова. Судьбы Евдокима и Федосьи в чем-то синхронны: они оба обзавелись семьями в ноябре 1801 года, а закончили свой земной путь в несчастливом 1837 году. Алексей был немного моложе: он женился в 1809 году и прожил до 1864 года. Прежде чем перейти к описанию жизни каждого из них, посмотрим, в какое время довелось им жить и хозяйствовать.<br><br>Первая половина XIX века, время царствования Александра I и Николая I – это, помимо прочего, время поиска обществом и правительством путей решения крестьянского вопроса, главным образом – путей переустройства отношений между помещиками и крепостными крестьянами. И, хотя герои моего повествования не относились к категории помещичьих крепостных крестьян, а входили в число крестьян государственных, все же стоит немного остановиться на основных моментах поиска путей освобождения крестьян от изжившего себя и постыдного крепостного права.<br><br>В начале царствования Александра I, 20 февраля 1803 года, был издан указ о вольных хлебопашцах. Этот закон воплощал модель личного освобождения крестьян помещиками с наделением их землей за выкуп. Именно эта модель легла позже в основу реформы 1861 года (отмена крепостного права), но за все это время купить себе свободу смогли только около 1% крепостных крестьян, вследствие нежелания большинства помещиков, отсутствия экономической возможности у крестьян и других факторов. С 1816 года в западных, прибалтийских землях была опробована другая модель – освобождения крестьян без земли. Позже такая модель была признана ошибочной, и пришло понимание, что безземельное освобождение хуже крепостного права, а оптимальным вариантом является личное освобождение крестьян с превращением их в наследственных арендаторов помещичьей земли. <br><br>Крестьянский вопрос и отмена крепостного права занимали большое место в воззрениях декабристов, ставивших себе целями революционные политические преобразования с упразднением самодержавной власти. Поэтому после подавления восстания в декабре 1825 года и начала царствования Николая I, поиск путей решения крестьянского вопроса со стороны правительства активизировался с новой силой и рассматривался в череде секретных комитетов, однако без серьезных практических подвижек.<br><br>Наконец, во второй половине 1830-х годов к вопросу крестьянской реформы был привлечен Павел Дмитриевич Киселев, умный и образованный генерал и толковый администратор. Киселев получает полномочия от государя Николая I начать преобразования, направленные на улучшение состояния крестьянства. Первым этапом больших преобразований было решено провести реформу управления государственными крестьянами, положение дел среди которых было не блестящим, судя по все увеличивающимся недоимкам. Киселев активно взялся за дело, с мыслью о том, что улучшение положения в государственной деревне сможет в дальнейшем стать образцом для проведения реформы в помещичьем хозяйстве. Каких-то успехов он, конечно, достиг, однако нельзя сказать однозначно, что реформа существенно улучшила положение крестьянства. Однако, есть мнение, что значимым результатом этих реформ явилось то, что государство стало рассматривать крестьянство не как исключительно податное население, а как своих сограждан, права которых необходимо учитывать и обеспечивать. <br><br>Сама необходимость реформ Киселева, касающаяся государственных крестьян, и предшествовавшая им ревизия (ревизоры были отправлены в разные губернии, в том числе и Тверскую), говорят о том, что в период царствования Александра I и Николая I положение государственных крестьян становилось все более тяжелым. Архивные данные о ревизии государственных имуществ в Тверской губернии, способные дать более конкретный материал, нуждаются в изучении (79). Незадолго до начала реформ государственной деревни под руководством Киселева, в 1834 году, в России прошла восьмая ревизия населения.<br><br>Вернемся к детям Кирилы Иванова, жившим в тверской деревне Фенино в то время, когда государство мучительно искало пути решения крестьянского вопроса.<br><br>Федосья Кирилина (или Кирилова: писали по-разному, но смысл один – дочь Кирилы) родилась 29 мая 1780 года. 8 ноября 1801 года она вышла замуж за фенинца Гаврилу Семенова. К слову – дочери чаще всего выходили замуж в другую деревню, но если какая-то оставалась в родной деревне, то писали что она «старинная такой-то деревни», старинная – означает местная. Из записей в метрических книгах видно, что родственники часто приглашали Федосью в качестве восприемницы, крестной матери при крещении новорожденных детей, и это может говорить о ее характере. Муж Гаврила умер в 1823 году в возрасте 45 лет. Сама Федосья прожила 57 лет и умерла в 1837 году от чахотки. Гаврила и Федосья оставили после себя трех дочерей и двух сыновей. Все дети Федосьи и Гаврилы: Фёкла (1802), Никифор (1805), Осип (Иосиф) (1813 – 1848, из детей, похоже, никто не выжил), Настасья (1816), Елена (1819). Потомков в Фенино оставил старший сын Никифор (1805 – 1857). Первая жена у него Аграфена Петрова из Тухини, и у них сын Алексей (1833) и дочь Татьяна (1837). Вторая жена Олимпиада Никитина из Иванцево, и у них дочь Матрёна (1843). Закончил жизнь Никифор в 1857 году, примерно в 52 года с третьей женой Марфой Ивановой из Поддубок. К 1858 году по линии Федосьи Кириловой в Фенино остаётся внук Алексей Никифоров, женатый на Авдотье Степановой (это его вторая или третья жена). Заглянув еще дальше вперёд, можно сказать, что у них будет много детей и эта ветка в эпоху становления фамилий станет Бобковыми. Алексей Никифоров Бобков дожил до 1913 года (80 лет). Его потомки жили в Фенино под фамилией Бобковы до 1942 года. Из похозяйственной книги 1942 года (80) следует, что в апреле 1942 года их хозяйство было ликвидировано, а оставшиеся Бобковы выбыли в город Калинин (ныне Тверь). <br><br>Старший сын Кирилы – Евдоким Кирилов – родился в 1783..1784 году, женился 3 ноября 1801 года на Мавре Ермоловой из деревни Волынцево, и после смерти отца и матери унаследовал родительский дом и хозяйство. Евдоким несколько раз выступал в качестве поручителя на свадьбах у родственников. Детей у Евдокима и Мавры было семеро: пять дочерей и два сына. Все дети Евдокима и Мавры: Василий (1806..1808 – 1861), Евдокия (1809), Лукерья или Гликерия (1813), Анисья (~1817), Евдокия (1820), Устинья (1821), Диомид (1824 – 1830). Евдоким прожил 54 года и умер в тяжелом 1837 году, его жена Мавра дожила до 71 лет и ушла из жизни в 1851 году. Младший сын Диомид прожил лишь пять с небольшим лет, так что продолжение фенинского рода выпало на долю старшего сына Василия. В 1823 году Вася женится на Анне Макаровой из Романово, и главное что они с Анной сделали, это в 1827 родили шустрого мальчика Мину, Миняя (были ещё Васса (1830), Акулина (1833) и Дарья (1839)). Вторая жена Василия – Авдотья (Евдокия) Антонова из Голыхино. И вот она-то родила Василию сыновей Семёна (1841..1844), Василия (1847), Поликарпа (1854) и дочь Аграфену (1851). Как и у всех были и умершие дети. В общем, к 1858 году у Василия Евдокимова полон дом забот и детей. Семён, Василий меньшой и Поликарп – о них позже будет подробнее: у Семёна и Поликарпа впервые появятся фамилии Тоболевых и Тоболиных, а Василий Васильев станет предком моего недавно обретенного родственника. Сам Василий Евдокимов умер в 1861-м примерно в 54 года. Тоболины этой ветви жили в Фенино до 1931 года.<br><br>Младший сын Кирилы – Алексей Кирилов – родился 12 марта 1790 года. 25 января 1809 года он женился на Евфимии Григорьевой из Тутани. Алексея часто приглашали быть поручителем на свадьбах и восприемником на крестинах у родственников. Как мы уже видели, между 1811 и 1816 годами Алексей с семьей (ему было тогда 21-25 лет) выделяется в отдельное от родителей и старшего брата хозяйство. Алексей и Евфимия жили долго – Алексей 74 года, Евфимия 80 лет – и детей у них родилось много – 3 дочери и 6 сыновей. Дети: Егор (1811 – 1823), Анна (1813), Абрам (1816 – 1844), Тимофей (1818), Лукерья (1824), Татьяна (1828), были ещё дети умершие рано. Но несмотря на множество детей, дальнейший заметный след в истории Фенино оставил только сын Тимофей Алексеев (1818 – 1892) и внук Николай Тимофеев (1843 – 1924). В 1858 году Алексею Кирилову 66 лет, в доме сын Тимофей с женой Еленой Семёновой и внуки Николай и Василий. Василий, увы, доживёт только до своего 18-летия в 1864 году. В том же 1864 двумя месяцами ранее уходит и дед Алексей Кирилов (72 года). Потомки Тимофея и Николая известны под нехитрыми фамилиями Тимофеевых и Николаевых, и прослеживаются в Фенино до 1920-х годов.<br><br>О семьях Кириловичей в Фенино в 1834 году рассказывает проведенная перепись. Полная расшифровка ревизской сказки 1834 года по деревне Фенино с семьями детей Кирилы Иванова (78, лл.118об, 119, 122об, 123):<br><br>[Ревизская сказка 18 года дня Тверской губернии Уезда волости Фенина деревни<br>1. Кирила Иванов, по последней ревизии 60 лет, умер 1820<br>Кирилы Иванова сын Евдоким, по последней ревизии 32 года, ныне 50 лет<br>Евдокимов сын Василий, по последней ревизии 9 лет, ныне 27 лет<br>Васильев сын Миняй, новорожден, ныне 6 лет<br>Евдокима Кирилова жена Мавра, ныне 48 лет<br>Его же дочери Лукерья, ныне 20 лет<br>Анисья, ныне 17 лет<br>Василия Евдокимова жена Анна, ныне 35 лет<br>Его же дочери Василина, ныне 3 года<br>Акулина, ныне 1 год<br>2. Алексей Кирилов, по последней ревизии 25 лет, ныне 43 года<br>Алексеевы сыновья Егор, по последней ревизии 4 года, умер 1823<br>Абрам, новорожденный, ныне 17 лет<br>Тимофей, новорожденный, ныне 15 лет<br>Алексея Кирилова жена Афимья, ныне 43 года<br>Его же дочери Лукерья, ныне 9 лет<br>Татьяна, ныне 5 лет<br>…<br>14. Гаврила Семенов, по последней ревизии 36 лет, умер 1823<br>Гаврилы Семенова 1 сын Никифор, по последней ревизии 10 лет, ныне 28 лет<br>Никифоров сын Алексей, новорожден, 1 год<br>Гаврилы Семенова 2 сын Осип, по последней ревизии 3 года, ныне 21 год<br>Гаврилы Семенова жена Федосья, ныне 52 года<br>Его дочери Настасья, ныне 16 лет<br>Елена, ныне 13 лет<br>Никифора Гаврилова жена Аграфена, ныне 30 лет]<br><br>Вот, казалось бы, и все, что я мог рассказать о первом поколении Кирилловичей до мая 2026 года. Вроде бы все есть: понятен в общих чертах государственный контекст их жизни, известны факты – кто и когда родился, женился да помер. Но что-то мне не хватало, чтобы оживить, представить себе более живо и ясно жизнь этого поколения. С такими мыслями я ехал в Тверь, в областной архив ГАТО, между майскими праздниками 2026 года. И как уже не раз бывало в этом генеалогическом исследовании, история преподнесла мне даже не подарок – дар, бесценный документ, касающийся этого времени, этого места и этих личностей, с которыми мне хотелось познакомиться ближе несмотря на толщу разделяющего нас времени. Такая удача нечасто выпадает исследователям своего прошлого. Документ сей касается Алексея Кирилова, о котором шла речь. И рассказ об этом заслуживает отдельной главы.<br> <br>Иллюстрации:<br>1. Дерево потомков Кирилы Иванова, Кириловичи: показаны ветви, оставившие потомков в деревне Фенино к первой четверти XX века, степени родства указаны относительно знакомого мне современного потомка<br> IvIvIv Sat, 27 Jun 2026 01:48:27 +0300 https://forum.vgd.ru/9830/173140/p5744851.htm#pp5744851 https://forum.vgd.ru/9830/173140/p5744851.htm#pp5744851 12. Три брата: Лаврентий, Кирила и Савелий<br>(1800 – 1824)<br><br><i>«Вот так пропел небесный шансонье,<br>Вот так решили каверзные боги:<br>Три брата было нас в одной семье,<br>И каждый шёл по собственной дороге…»<br><br>Михаил Щербаков, «Песня пажа».<br></i><br>20 января 1800 года, в возрасте около 70 лет, ушла из земной жизни Наталья Евдокимова, дочь и жена савинских мельников, переселившихся в Фенино. И вместе с ней окончательно перешла в историю целая эпоха жизни мельников, связанных с Савиным монастырем и речкой Тьмой. Конечно, старшие сыновья Натальи могли еще помнить о савинской слободке: Лаврентий прожил в ней первые 10 лет своей жизни, Кирила – примерно первые пять лет. Но все три сына уже давно живут иной жизнью, и наверняка считают Фенино своей родной деревней. В этой главе мы посмотрим как живут сыновья Ивана и Натальи на рубеже XVIII и XIX веков, и в первой четверти XIX века. В это время были проведены две переписи населения. 6-я ревизия, назначенная на 1811 год, была сокращённой (только мужчины) и неоконченной (из-за войны 1812 года), поэтому вскоре вслед за ней, в 1816 году, была проведена следующая. <br><br>Двое из трех сыновей Ивана Исаева и Натальи Евдокимовой на рубеже веков живут в родительском доме. Это старший – Лаврентий, и младший – Савелий. Средний сын – Кирила – выделяется в отдельное хозяйство. Попробуем взглянуть на каждого из трех братьев.<br><br>Лаврентий Иванов был вторым ребенком в семье, и старшим из сыновей. Родился он еще в подмонастырной слободке Савина монастыря 10.08.1751 года. С малых лет взрослые берут его с сестрой Домной в церковь, они регулярно записаны в исповедных ведомостях, хотя и до 7 лет не причащаются за малолетством. К моменту переезда в Фенино Лаврентию около 10 лет, мальчик вполне уже помощник отцу. Еще спустя 10 лет, 23.01.1771 года, Лаврентий женится на Меланье Андреевой, девке из ближнего к Фенино сельца Осинки. Примерно в 1783 году у них родилась дочь Аграфена, видимо их единственный ребенок. Лаврентий часто выступает поручителям на свадьбах (*) и восприемником при крещении, и у савельевичей, и, в большей степени, у кирилловичей. Должно быть, была в нем некая солидность, и человеком он был уважаемым и любимым. В 1816 году Лаврентий живет вдвоем с женой, и учитывается отдельной от кирилловичей и савельевичей семьей и хозяйством, хотя в 1811 году еще числился в одном доме с семьей младшего брата Савелия. Умер Лаврентий 06.04.1824 года естественной смертию в возрасте 72 лет. За четыре года до этого, 03.03.1820 года он похоронил жену Меланью, тоже ушедшую натуральною смертию в 67 лет. И, поскольку из детей у него была только дочь, дальнейшая судьба ветви Лаврентия в моем исследовании теряется.<br><br>Кирила Иванов (писали именно так, Кирила или Кирил с одной буквой «л»), третий ребенок в семье и второй по старшинству сын. Родился приблизительно в 1755 году, записи о его рождении я не нашел, вероятно он был крещен не в савинской церкви (так же как и все дети после Лаврентия). Впервые в известных мне источниках Кирила появляется в ревизской сказке по деревне Фенино 1782 года, когда ему уже 27 лет (со ссылкой на то, что в предыдущую ревизию 1763 года он был восьмилетним). Из этой же ревизии мы узнаем, что Кирила женат на Матрене Филиповой, взятой опять же из сельца Осинки. В дальнейшем жена часто записана как Матрона Филипова. Женился он, вероятно, в 1775 или 1776 году. У Кирилы и Матроны было шестеро детей: четыре дочери и два сына. Кратко о них. <br><br>Старшая дочь, Анна Кирилина родилась 09.12.1776 года, в 1795 году ей 18 лет, и после этого она ускользает из поля зрения, скорее всего, будучи выдана замуж.<br>Вторая дочь, Федосья Кирилина, родилась 29.05.1780 года. 08.11.1801 года Федосья вышла замуж за фенинского крестьянина Гаврилу Семенова, и поскольку она осталась жить в родной деревне, ее потомки прослеживаются на пять поколений жителей Фенино. Они дали жизнь фамилии Бобковых, представители которой, по крайней мере, в 1925 году еще жили в Фенино. Умерла Федосья Кирилова 23.10.1837 года чахоткою.<br>Старший сын, Евдоким Кирилин, родился в 1783–1784 году. Евдоким (возможно названный в честь деда, мельника Евдокима Тимофеева) – основатель одной из двух сильных подветвей кирилловичей, в которой в свое время зародится фамилия Тоболиных, и эта фамилия распространится на других родственников за пределами этой ветви. О Евдокиме и его семье еще пойдет речь.<br>Третья дочь, Ирина Кирилина, родилась 12.04.1786 года. Про нее больше сведений нет, разве что косвенные признаки указывают на то, что она вышла замуж за крестьянина деревни Крупышево.<br>Второй, младший сын, Алексей Кирилин, родился 12.03.1790 года, основатель второй подветви кирилловичей, представители которой будут жить в Фенино до новых времен (среди них фамилии Тимофеевых, Николаевых). Об Алексее тоже еще речь впереди, ибо человек он заметный.<br>Младшая дочь, Мавра Кирилина, родилась 23.04.1792 года, и, судя по всему, умерла до 1795 года.<br><br>Сам Кирила Иванов прожил около 63 лет, и умер натуральною смертию 02.04.1818 года, то есть, раньше, чем его братья – и старший, и младший. Его жена Матрона Филипова умерла немного ранее, 07.10.1814 года в возрасте 58 лет.<br><br>Наконец, третий брат, Савелий Иванов, младший сын и последний ребенок Ивана Исаева и Натальи Евдокимовой. Мой прародитель, пра(5)дед. В записях он фигурирует и как Савелий, и как Савва, видимо, одно имя было бытовым, другое церковным. Савелий родился, вероятно, в 1770 году (записи о рождении в метрических книгах я не нашел, поэтому точной даты пока нет), и, видимо, уже в Фенино, после переезда семьи из савинской слободки. Женой Савелия стала Евдокея или Авдотья Памфилова, крестьянка из деревни Крупышево. Евдокея, судя по записям, была на несколько лет старше мужа, но, в общем, это было правилом в деревне – то, что невеста старше жениха. Тем более, что Савелий женился совсем молодым: если первый ребенок родился у него в конце июля 1787 года, то женился он, судя по расчетам, чуть ранее своего 17-летия (так же как и его отец, Иван Исаев). У Саввы с Евдокией было восемь детей: пять сыновей и три дочери. Старший сын, Дементий, родился 28.07.1787. Старшая дочь, Екатерина родилась 21.11.1789 года. Второй сын, Тит, родился 27.01.1791 года. Третий сын, Михаил, родился 22.11.1794 года. Четвертый сын, Алексей, родился 17.03.1797 года. Вторая дочь, Анисья, родилась примерно в 1804 году. Третья дочь, Ирина, родилась между 1804 и 1806 годами. И, наконец, пятый, младший сын Иван увидел свет 15.10.1806 года.<br><br>Из дочерей Савелия хочется отметить Ирину. Ирина 15.06.1823 года выйдет замуж за односельчанина, фенинского крестьянина Ивана Артемьева. Муж ее оказался мужчиной весьма темпераментным, и у Ирины родилось 11 детей. Когда супруги принесли крестить десятого своего ребенка, священник назвал девочку редким именем Сигклитикия. Именем, безусловно, достойным, но, по-моему, непривычно звучащим в наших тверских широтах. Возможно, нарекая ребенка таким именем, батюшка намекал родителям, что кроме дел плотских, есть ещё деяния духовные, и хорошо бы соблюдать между ними гармонию. Иван с Ириной, наверное, согласно покивали и следующего – одиннадцатого – мальчика принесли крестить только через три с лишним года. Батюшка вздохнул и назвал его Филипом. Из потомков Ивана и Ирины до новых времен в Фенино останутся жить несколько фамилий: Смирновы, Филипповы. Ирина умерла 28.03.1851 в 47 лет от чахотки. А темпераментный Иван Артемьев, неутомимый старичок, доживет до 80 лет, взяв себе новую жену.<br><br>Судьба у сыновей Саввы была разной. Сыновей много, пятеро, а это значит что согласно представлениям о справедливости, действовавшим в крестьянской общине, возрастает вероятность их рекрутирования для военной службы. В рекруты, прежде всего, старались отдавать «гуляков» и безтягловых бобылей, а при их недостатке – сыновей «семьянистых» крестьян. Так вышло и с семьей «семьянистого» Савелия: в 1806 году отдан в рекруты старший сын Дементий, а в 1814 – четвёртый по старшинству Алексей. Дальнейшую судьбу рекрутов отслеживать ещё труднее, чем судьбу выданных замуж дочерей. Солдат утрачивал связь с крестьянским сословием, переходя в сословие военное. Военная служба поначалу была пожизненной, потом срок ее ограничивался 25 годами, затем двадцатью, пятнадцатью. Но даже тогда уволенные в запас далеко не всегда возвращались в свою деревню. Зато у рекрутов появлялась возможность повысить свой социальный статус, а у запасников – возможность попытаться устроить свою жизнь как-то иначе, выйти из крестьянства, может быть обустроиться в городе. Военная служба способствовала развитию грамотности, а так же, как увидим позднее, являлась одним из способов обретения крестьянами фамилий. Как бы то ни было, но дальнейшая судьба рекрутов Дементия и Алексея Савельевых мне неизвестна. Можно лишь представить «печальный пир» и «разгул» будущих рекрутов – обряд рекрутский был в деревне одним из главных наряду со свадебным и похоронным. Это были времена наполеоновских войн, охвативших Европу и Россию. И можно лишь понадеяться, что Дементию удалось пережить все трудности военных лет. Судьба оставшихся троих сыновей – Тита, Михаила и Ивана, тоже окажется не лишенной трагичной драматичности, а главным продолжателем рода, хозяином фенинского дома и моим прямым предком окажется опять-таки младший, Иван Савельев. Но речь об этом впереди.<br><br>Перечислив факты и даты, попытаемся уловить основные черты жизни трех братьев – Лаврентия, Кирилы и Савелия – исходя из общей характеристики жизни бывших монастырских крестьян после перехода их в государственное экономическое ведомство, и с учетом проявлений их индивидуальных характеров, насколько их можно разглядеть через толщу лет и скудость фактов.<br><br>Активная жизнь и деятельность поколения, к которому относились братья Лаврентий, Кирила и Савелий Ивановичи, приходилась на период последней четверти XVIII века – первой четверти XIX века (у Савелия, как самого младшего из братьев, этот период смещен на 10–15 лет вперед). Это время царствования Екатерины II, Павла I и Александра I. В аспекте крестьянского вопроса – это первое поколение бывших монастырских крестьян, которое после секуляризационной реформы 1764 года полностью хозяйствовало уже в новых условиях: как экономические крестьяне (крестьяне в подчинении коллегии экономии), которые слились с другими видами государственных (казенного ведомства) крестьян после 1786 года. Вероятно, что при новых условиях у экономических крестьян появилась большая свобода в ведении хозяйства, и большая заинтересованность в своем труде. К сожалению, совсем нет сведений о роде занятий братьев, но из общих соображений о жизни крестьян в рассматриваемый период можно предположить, что не только лишь к земледелию прилагали они свой труд. Возможно, кроме земледелия, они занимались ремеслами, промыслами, торговлей, извозом, сезонными работами, к примеру, проводкой барок по Тверце. Конечно, после перехода в 1764–1786 годах в сословие государственных крестьян, гораздо более свободных в личной и хозяйственной жизни по сравнению с частновладельческими крестьянами (монастырскими и помещичьими), жизнь их должна была улучшиться. Однако, вряд ли она была легкой, поскольку и подушная подать, и оброк за пользование государственными землями, неуклонно росли, и к концу первой четверти XIX века они в сумме уже вдесятеро увеличились по сравнению с 1764 годом. <br><br>Наиболее активным и деятельным из трех братьев мне представляется Кирила Иванов. Он довольно рано выделяется из общего семейного хозяйства в собственное. В двух ревизиях (1795 и 1811 года) его семья в плане хозяйственного учета учитывается отдельно от совместного хозяйства Лаврентия и Савелия. Мало того, его сыновья – Евдоким и Алексей, согласно ревизии 1816 года, тоже довольно рано разделяются на отдельные хозяйства. Это может говорить о присущей мужчинам в этой семье активности и стремлению к независимости. Кирила из всех братьев прожил наименее долгую жизнь (63 года против 72 Лаврентия и 77 Савелия). Может быть, это тоже косвенно подтверждает его более активную и напряженную деятельность. Жизнь Лаврентия и Савелия в этом плане кажется более размеренной и спокойной. Я ни разу не видел, чтобы Кирила становился восприемником (крестным) при рождении или поручителем на свадьбе, тогда как Лаврентий и Савелий довольно часто участвовали в этих событиях. Сосредоточенность более на хозяйственной деятельности, чем на других аспектах жизни, насколько можно почувствовать, отличает Кирилу от братьев.<br><br>А вот в плане «семьянистости» Лаврентий отличается от Кирилы с Савелием. У Лаврентия родилась только одна дочь, и то спустя более чем 10 лет совместной жизни Лаврентия с женой Меланьей. Эта сфера его жизни сильно отличается от жизни братьев: у Кирилы было шесть детей, у Савелия – восемь.<br><br>Мне кажется, что отношения между братьями были непростыми, и не только потому, что они сами были разными. Женами Лаврентия и Кирилы стали невесты из сельца Осинки. Сельцо Осинки было тоже, и даже в большей степени, чем Фенино, местом жительства бывших детей боярских. И, вероятно, невесты из Осинок – это барышни, происходившие из родов детей боярских или их потомков. Соответственно характер у них мог быть более надменный, и это могло создавать атмосферу в семье Лаврентия и Кирилы, неприязненную к семье Савелия, женатого на простой крестьянке из Крупышево. Жену Лаврентия звали Меланьей, жену Кирилы – Матрена, а чаще Матрона. Конечно, сейчас я перехожу от фактов к интуициям (хотя и не беспочвенным), но мне прямо представляется как Матрона могла относиться к Авдотье, жене Савелия, и всей его семье. <br><br>Но вернемся к документальным сведениям. <br>Полная расшифровка ревизской сказки 1811 года по деревне Фенино с семьями Лаврентия, Кирилы и Савелия Ивановых (75, л.318об, только мужчины):<br>[Той же вотчины в деревне Фенине крестьяне<br>1. Лаврентий и Савелий Ивановы<br>Лаврентий, по последней ревизии 43 года, ныне 59 лет<br>Савелий, по последней ревизии 25 лет, ныне 41 год<br>Савельевы дети<br>Дементий, по последней ревизии 7 лет, отдан в рекруты в 1806 году<br>Тит, по последней ревизии 4 года, ныне 20 лет<br>Михайло, по последней ревизии 10 недель, ныне 16 лет<br>Вновь рожденные<br>Алексей, ныне 12 лет<br>Иван, ныне 4 года<br>2. Кирил Иванов, по последней ревизии 40 лет, ныне 56 лет<br>Кириловы дети<br>Евдоким, по последней ревизии 12 лет, ныне 28 лет<br>Алексей, по последней ревизии 5 лет, ныне 21 год<br>Евдокимов сын<br>Василий, вновь рожденный, ныне 5 лет<br>Алексеев сын<br>Егор, вновь рожденный, ныне полугода]<br><br>Полная расшифровка ревизской сказки 1816 года по деревне Фенино с семьями Кирилы Иванова, Евдокима и Алексея Кириловых, Савелия и Лаврентия Ивановых (76, лл.811об-812, 814об-815):<br>[Ревижская сказка. 1816 года февраля дня Тверской губернии Новоторжского уезда деревни Фенино<br>Крестьяне<br>1. Кирила Иванов, по последней ревизии 56 лет, ныне 60 лет<br>Кирилов сын<br>Евдоким, по последней ревизии 28 лет, ныне 32 года<br>Евдокимов сын<br>Василий, по последней ревизии 5 лет, ныне 9 лет<br>Крестьянки<br>Евдокима Кирилова жена<br>Мавра Ермолова, ныне 30 лет<br>Его же дочери Евдокия, ныне 7 лет<br>Лукерья, ныне 2 года<br>2. Алексей Кирилов, по последней ревизии 21 год, ныне 25 лет<br>Алексеев сын<br>Егор, по последней ревизии полгода, ныне 4 с половиной года<br>Алексеева жена Афимья Григорьева, ныне 25 лет<br>Его же дочь Анна, ныне 3 года<br>3. Савелий Иванов, по последней ревизии 41 год, ныне 45 лет<br>Савельевы братья (**)<br>Тит, по последней ревизии 20 лет, ныне 24 года<br>Михаил, по последней ревизии 16 лет, ныне 20 лет<br>Алексей, по последней ревизии 12 лет, отдан в рекруты в 1814 году<br>Иван, по последней ревизии 4 года, ныне 8 лет<br>Савельева жена Авдотья Памфилова, ныне 45 лет<br>Его же дочери Анисья, ныне 12 лет<br>Ирина, ныне 10 лет<br>Титова жена Анна Леонтьева, ныне 25 лет<br>Его же дочь Дарья, ныне 2 года<br>…<br>14. Лаврентий Иванов, по последней ревизии 63 года, ныне 67 лет<br>Лаврентьева жена Марья(***) Андреева, ныне 70 лет]<br><br>Подводя итоги, можно сказать, что если прародители Евдоким Тимофеев и Иван Исаев, в 1761–1786 годах утвердились на новом месте жительства в Фенино, то их дети Лаврентий, Кирила и Савелий, хозяйствовавшие уже как государственные крестьяне, заложили основы крепких крестьянских хозяйств. Лаврентий Иванов производит впечатление уважаемого и кириловичами, и савельичами человека, но не увлеченного ни семейной, ни хозяйственной жизнью. Кирила – крепкий хозяйственник, по характеру, возможно, более замкнутый, чем братья. А Савелий, Савва, самый молодой, самый «семьянистый» – и повеселиться, и поработать всегда готов.<br><br>Уже при жизни братьев намечается разделение рода на две крупные ветви: потомков Кирилы и потомков Савелия, кириловичей и савельевичей. В дальнейшем эти две ветви также будут дробиться, мы попытаемся проследить основные обстоятельства их развития. Пока же достаточно указать, что каждая из ветвей – кириловичи и савельевичи, оставит в Фенино по три подветви. Ветвь кириловичей разделяется на потомков детей Кирилы – Евдокима, Алексея и Федосьи, ветвь савельевичей – на потомков детей Саввы – Ивана, Михаила и Ирины. «Малосемьянистый» Лаврентий, с одной дочерью, не оставит в Фенино своих потомков, и мы с ним попрощаемся, пообещав не забывать.<br><br>Летом 1811 года петербургским трактом проехал из Москвы в Петербург для поступления в Царскосельский лицей 12-летний Саша Пушкин. Он не мог миновать ямщицкое село Медное. Жизнь полна событий, которые не остаются в истории, потому что история набрасывает на прошлое вуаль, под которой угадывается лишь общее, или значительное, или записанное, и не факт что всегда правдивое. Кто знает, может быть в тот момент, когда Саша Пушкин проезжал по петербургскому тракту через Медное, в этом селе по своим крестьянским делам были Лаврентий, Кирила или Савва Ивановы. Может быть, они даже увидели друг друга, но это малозначительное для каждого из них событие лишь отвлекло на секунду, и разные жизни потекли далее по руслам своих рек, через перекаты своих забот. Течение жизни Александра Пушкина изучали многие. Мы же последуем далее за поворотами судеб других героев этой воображаемой встречи, потомков Кирилы и Савелия Ивановых. <br><br>Примечания:<br>(*) При бракосочетании в метрических книгах писали имена поручителей или поезжан, которые выбирались произвольно среди правоспособных родственников (кроме родителей) или односельчан. Поезжане – участники свадебного поезда, процессии, осуществлявшей передвижения (на лошадях) в ходе свадебного обряда. <br>(**) Ошибка, далее перечислены не братья, а сыновья Савелия<br>(***) Ошибка, жену Лаврентия звали Меланья<br><br>Иллюстрации:<br>1. Дерево: разделение детей и внуков Ивана Исаева и Натальи Евдокимовой на ветви, показаны ветви, оставившие потомков в деревне Фенино к первой четверти XX века и известные современники-потомки<br>2. Семьи Лаврентия, Савелия и Кирилы Ивановых в ревизской сказке по деревне Фенино 1811 года<br>3. Семьи Лаврентия, Савелия и Кирилы Ивановых в ревизской сказке по деревне Фенино 1816 года IvIvIv Mon, 22 Jun 2026 00:56:45 +0300 https://forum.vgd.ru/9830/173140/p5395812.htm#pp5395812 https://forum.vgd.ru/9830/173140/p5395812.htm#pp5395812 Часть 2. Фенинский период. Раздел 2. XIX век IvIvIv Sun, 10 Aug 2025 23:46:29 +0300