[q]

Приветствуем всех любителей истории и исследователей своего родословия!

Предоставляем вам новую книгу серии «Материалы по истории и генеалогии Брянского края». Каждая книга серии – это документальная история населенных мест Брянщины, которая собирается исследовательским путём по расшифровкам архивных документов.

Про Ляличи написано не мало, но в этой истории ещё много граней, которые делают её по-настоящему увлекательной. Усадьба Завадовского буквально «вывело» Ляличи на карту культурного наследия России. Этот грандиозный и великолепный ансамбль превратил обычное село в уникальную точку, где пересекались судьбы великих зодчих, императорские тайны и жизнь брянской глубинки. В XX и XXI веках именно руины усадьбы привлекли в село историков, архитекторов, писателей и волонтеров, которые начали изучать не только сам дворец, но и местный фольклор, быт и топонимику. Ляличи стали обязательной точкой для любителей «заброшенной России» и исторического туризма Брянского края.

Проводить границу между документальной историей села и историей самого имения — это тупиковый путь для исследователя. Правильный подход заключается в их синтезе. Одно невозможно понять без другого, так как они представляют собой две стороны одной медали — макроисторию (дворец, архитектура, государственные деятели) и микроисторию (люди, быт, архивные документы). Отправной точкой по исследованию для авторов стал фундаментальный труд Пикиной Галины Александровны – «Ляличи. Усадьба Завадовского». Брянск: Буквица, 2014 г.

Перед авторами этой книги стояла исследовательская задача – дополнить печатные издания по усадьбе Ляличи документальной историей, выделив на первое место жителей села. Благодаря расшифрованным архивным материалам, Ляличи становятся не просто красивой декорацией Джакомо Кваренги, а обретают живую историю малороссийского и русского народа.

Имение — это первопричина появления феномена Ляличей. Если «забыть» про имение, то Ляличи в архивных документах предстанут как обычное рядовое село Черниговской губернии. Но это не так. Именно амбиции графа Завадовского и создание грандиозного имения сформировали ту уникальную источниковую базу, которую мы изучаем по сей день.

Соавторы книги пришли к обоюдному решению – совместить исследование по усадьбе «Ляличи», где величественный палладианский дворец Кваренги служит грандиозной декорацией и, на этом фоне, через архивные документы раскрыть подлинные драмы и судьбы простых людей, проживающих здесь. Изучение только крестьян (без контекста имения) лишает исследование главного причинно-следственного стержня. Забыв об имении, мы не сможем объяснить, почему местный фольклор, язык, традиции и даже планировка современного села отличаются от соседних деревень Суражского района. Господские владения влияли на крестьянское миропонимание, а крестьянская культура проникала в усадебную жизнь.

Мы пытались создать комплексную работу на стыке архитектуры и генеалогии, связывая конкретный архитектурный элемент с конкретным человеком, который его строил, проектировал или в нём жил.

Важность документальной истории села Ляличи заключается в том, что она полностью меняет масштаб восприятия этого места. Если книги об усадьбе показывают Ляличи как «памятник архитектуры», то архивные первоисточники превращают его в уникальную лабораторию по изучению социальной истории России.

Архивные документы — это главный фильтр против экскурсионных текстов. В результате такого анализа формируется более объективное, многомерное и рациональное представление о прошлом конкретного усадебного комплекса.

Церковь села Ляличи являлась церковным приходом для жителей населенных мест-
с. Ляличи
д. Миновка
д. Кисловка
д. Каменск
д. Поповка
х. Кожуховка
д. Александровка

По метрическим книгам и ревизиям четко прослеживается, как Ляличи переходят от фаворита императрицы к его сыну, затем к Энгельгардту, а в конце XIX века — к купцам Голодцам. Это классическая иллюстрация «Вишневого сада» в масштабах одного села. Ляличи — это не типичная помещичья деревня, а огромная «мануфактурная» и дворцовая вотчина. Архивные документы по село Ляличи позволяют историкам изучить многие стороны жизни людей из разных сословий. В Ляличах был огромный штат обслуживающего персонала (от архивариусов до музыкантов). Исповедные ведомости дают детальную картину жизни этой специфической прослойки, запертой между крестьянским миром и барскими покоями.

Ревизские сказки середины XIX века фиксируют момент, когда бесфамильные крепостные (записывавшиеся ранее как «Иван Петров сын») официально обретают фамилии, которые до сих пор носят жители Суражского района Брянской области. Завадовский активно переселял крестьян из своих малороссийских имений. Документы позволяют проследить эти перемещения, объясняя специфику местного говора, традиций и антропонимики Ляличей. Для сотен потомков ляличских крестьян эти документы — единственный способ восстановить свою родословную, пройти путь исследования в поисках своих корней.

Исповедные росписи храма Святой Екатерины — это ежегодный учет прихожан, приходивших на исповедь. Для историка это уникальный демографический срез. Документ четко разделял жителей: «военные», «статские», «дворовые люди» (слуги усадьбы) и собственно «крестьяне» (посполитые). Метрические книги церкви фиксировали три главных вехи: рождение, брак и смерть. В них отражена изнанка «барской жизни». Каждая смена помещика отражалась на формулировках: «крестьянин помещика такого-то».

Архитектурные чертежи Джакомо Кваренги — это замысел, а ревизские сказки и списки рекрутов — это ответ на вопрос, чьими руками и какими человеческими судьбами этот замысел был воплощен в камне. В планах было – показать историю Ляличей через поколения местных жителей. Жизнь дворовых во дворце, жизнь пахарей в селе. Документы о дворовых и крестьянских семьях помогли выявить коренные фамилии, реконструируя их быт, брачные связи (по метрическим книгам) и уровень религиозности (по исповедным ведомостям).

Для генеалогов и местных жителей документальная история села станет бесценным памятником их предкам. Простые люди перестанут быть безликой массой, они обретут имена, фамилии и привязку к великому историческому объекту. Перед авторами книги для реализации этой задумки и стояла задача - свести воедино два типа источников: графические (планы, чертежи, карты межевания усадьбы) и текстовые (таблицы ревизий, выписки из метрик). Надеемся, что мы полностью справились с поставленной задачей.

Известная традиционная фраза, которой римские консулы завершали передачу дел и полномочий друг другу на латыни звучала так: «Feci quod potui, faciant meliora potentes». Дословно её можно перевести как: «Я сделал, что смог, пусть те, кто сможет, сделают лучше».
Хотим закончить текст такими словами: «Мы сделали, что смогли, пусть те исследователи, которые идут за нами, сделают это лучше!»

Спасибо всем неравнодушным к истории Брянщины!


Калинина Наталья
Пикина Галина
Шпунтов Александр
Савин Дмитрий

[/q]