Всероссийское Генеалогическое Древо

Генеалогический форум ВГД

На сайте ВГД собираются люди из многих городов и стран, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Генеалогический форум ВГД »   Ономастика (антропонимы, топонимы и пр.), этимология »   Донские казачьи фамилии Вниз ⇊


Донские казачьи фамилии

Происхождение, антропонимика, структурное образование фамилий донского ареала


<<Назад    Вперед>> [ <<<<< ] Страницы: 1 2 3 4 5 ... 57 58 59 60 61 62 63 64 65 [ >>>>>> ]
Модераторы: valcha, Geo Z
ALEX1
Долгожитель форума

ALEX1

г. Москва
Сообщений: 2251
Регистрация: 2004
Рейтинг: 594 

ФАМИЛИИ ДОНСКИХ КАЗАКОВ

Существование особого донского ареала русских фамилий доказывается, во-первых, наличием некоторой ядерной группы фамилий, устойчиво бытующей в наиболее старых поселениях Подонья, фамилий, в семантике основ которых отразились социально-исторические и физико-географические особенности края, во-вторых, преобладанием в составе местных фамилий моделей и формантов, типичных для данного ареала, и, в-третьих, своеобразным количественным соотношением генетических типов местных фамильных антропонимов.

Среди фамилий, исторически устойчивых для двух, трех и более станиц, выделяются классы фамилий широкой распространенности (более 10 станиц), умеренной распространенности (3-10 станиц) и редкие (1-3 станицы). Разновидностью редких фамилий можно считать уникальные фамилии, которые не только не встречаются в других населенных пунктах Подонья, но и в силу семантики основ маловероятны для других русских антропонимических ареалов.

Примерами донских фамилий широкой распространенности могут служить такие, как Макаров (25 станиц), Фролов (24 станицы), Лазарев (21 станица), Иванов, Петров, Тарасов, Фетисов (20 станиц) и еще 63 отантропонимические фамилии, Попов (80 станиц), Кузнецов (51 станица), Болдырев (44), Калмыков (33), Морозов (29), Чеботарев (27), Ковалев (26), Колесников (16), Табунщиков (11) и др.

К фамилиям умеренной распространенности следует отнести такие фамилии, как Волгин (5 станиц), Выпряжкин (4), Кагальницков (4), Каргальсков (7), Кривошлыков (5), Молоканов (5), Московкин (5), Мушкетов (5), Осетров (4), Раздорсков (4), Рубашкин (5), Туголуков (6) и др.

Редкими в исследуемом ареале являются такие фамильные антропонимы, как Афонин (2 станицы), Каменщиков (2 станицы), Монетов (1 станица), Недорослев (2 станицы), Никитушкин (1 станица), Нюхарев (2 станицы), Поликарпов (3 станицы), Рыковсков (2 станицы) и ряд других.

К классу уникальных мы относим фамилии Виноходов, Виножадов, Винохватов (все из станицы Багаевской), Катагаров (Голубинская), Лазутчиков (Кагальницкая), Недомерков (Нижнечирская), Нестреляев (Багаевская), Одров (Кумылженская), Тумин (Правоторовская), Тюрморезов (Кочетовская) и др.

Словообразовательная характеристика донских фамильных антропонимов отличается четко выраженной стереотипностью: по своей структуре они относятся к производным (94%), сложным (5%) и простым, или безаффиксным (1%). Простые фамилии, структурно не отличимьге от прозвищ, многочисленны в донских документах XVIII в., но в последующие 50 лет в подавляющем большинстве обросли антропонимическими суффиксами. В разновременных документах одних и тех же станиц прослеживаются преемственные пары антропонимов, свидетельствующие о перерастании простых фамилий в производные по аналогии с господствующим аффиксальным стереотипом: Растяпа (1745) — Растяпин (1800) (ст. Голубинская), Сивом (1752) — Сивохин (1894) (ст. Багаевская), Катагаръ (1745) — Катагаров (1800) (ст. Голубинская), Поцелуй (1752) — Поцелуев (1800) (ст. Филипповская) и др. Всего обнаружено свыше 200 таких преемственных пар. Аффиксальный арсенал донских производных антропонимов значительно меньше общерусского и ограничивается суффиксами -ов, -ев, -ин. Фамилии на -ый, -ий, -ой (Ладный, Великий, Сказоватой) встречаются крайне редко.

Фамилии на -ский в большинстве документов имеют синхронные диалектные дублеты на -сков: Дубовский - Дубовсков, Бузулуцкий - Бузулуцков, Золотовский - Золотовсков, Хоперский - Хоперсков и т.п.

В ряде производных фамилий отмечается нагнетание суффиксов, по-видимому связанное со стремлением писарей к единому стереотипу на -ов: Бабкинов, Бородинов, Ильинов, Маминов, Харинов и т.п. В этом случае можно также усматривать давление аналогии с фамилиями, образованными от прозвищ оттопонимического или этнонимического происхождения: Грузинов, Немчинов, Татаринов, Трубчанинов и т.п. Существенной чертой словообразования донских производных антропонимов является то, что каждый из господствующих суффиксов (-ов, -ев, -ин) не исчерпывает, а только завершает деривативную модель с разнородными основами и большим числом промежуточных строевых элементов. Эти последние, принадлежащие к традиционному словообразовательному арсеналу мирских имен и прозвищ, на уровне фамилий подверглись структурному перераспределению, в результате которого суффикс фамилии объединился с суффиксом производящей основы.

Так, суффикс -ов дал не менее 15 распространенных моделей: 1) -сков, аков (-яков). -иков, от именных основ: Блинков, Лысаков, Пухляков, Сватиков; 2) -анов, от именных и глагольных основ: Беланов, Молчанов, Рубанов; 3) -унов, от глагольных основ: Крикунов, Моргунов, Ревунов, 4) -щиков, от именной основы: Рыльщиков, Табунщиков; 5) -айлов, от глагольной основы: Вещевайлов, Качайлов, Хитайлов и др.

Суффикс -ев завершает 8 структурных моделей: Ведмедев, Двойнев, Жутнев, Айданцев, Зимовцев, Висящев, Плугатырев, Гуляев, Потатуев, Романовичев, Гладышев и т.п.

Образования на -ин (-ын) распадаются на 9 моделей: Саблин, Сироткин, Соловейкин, Старушкин, Братанин, Шумилин, Черепахин, Скакурин, Хромушин.

Регулярным словообразующим элементом уровня фамилий можно считать префиксы без-, за-, пере-, по- не-(недо-): Бесхлебнов, Забродин, Забазнов, Перелыгин, Попаримов, Немудрякин, Невредимое.

В образовании сложных фамилий типа Белоусов, Быкадоров, Туголуков принимали участие две отчетливо разграничиваемые равновеликие группы основ (около 200 основ в каждой), выступающих в качестве первого или второго компонента сложной фамилии. Лишь около 30 из них встречаются в функции обоих компонентов (Мясоутов — Толстомясов, Пяторезов — Чернопятов, Коновалов — Красноконов). Наиболее продуктивными первыми компонентами оказались прилагательные, обозначающие цвет, характер поверхности, форму и размер — чаще всего в сочетании с существительными — названиями частей тела: Белобоков, Белоглазов, Белогрудов, Белоусов, Вислобоков, Вислоусов, Вислоухов, Кривозубов, Кривоногов, Кривоперстов, Долгоногов, Долгопятов, Долгошеев и т.д. Наиболее продуктивные вторые компоненты сложных фамилий — кроме названий частей тела — названия домашних животных и термины родства: Пятиволов, Трекозин, Семибратов, Семидетков.

Синтаксически сложные фамилии восходят к прозвищам — сочетаниям определения с определяемым: Голошубов, Рябоконев, Трегубов; к сочетаниям прямого дополнения и сказуемого: Быкадоров (от драть быков, т.е. снимать шкуру), Дерикозов, Костоломов, к сочетаниям обстоятельства образа действия и сказуемого: Долгодумов, Криволаев, Разноглядов.

Важнейшей чертой ареальной антропонимии является ее количественная структура, исторически сложившееся количественное соотношение различных генетических типов фамильных антропонимов. Поскольку качественный состав антропонимов, сами генетические типы являются общими для всех или большинства ареалов национальной антропонимии, специфика ареала проявляется именно в степени продуктивности различных типов в рамках местного антропонимического фонда. Донская фамильная антропонимия имеет следующую количественную структуру: 1) фамилии, образованные от описательных прозвищ, запечатлевших черты внешнего облика или характера человека: Тонконогов, Усачев, Бешанов, Бодраков, Ленивов — 51%; 2) фамилии, восходящие к прозвищам этнонимического происхождения: Греков, Калмыков, Литвинов, Ляхов, Мордовкин — 2%; 3) фамилии, имеющие в своей основе термины родства: Вдовин, Дедушкин, Мачехин, Кумов — 0,4%; 4) фамилии оттопонимического происхождения: Раздорсков, Медведицков, Московкин, Саратовсков — 8%; 5) фамилии, образованные от прозвищ топографического характера: Загороднов, Колобродов, Колобанов, Наугольнов, Суяров — 0,9%; 6) фамилии, возникшие из сословно-должностных и профессиональных прозвищ: Блинников, Генералов, Титарев, Хорунжев, Шляхтин — 12,5%; 7) фамилии отантропонимического происхождения: Аникин, Дейкин, Мустафинов, Питонин, Харламов —2б,1%; фамилии, восходящие к некалендарным русским именам: Квасов, Поздняков, Субботин, Шестаков, Ярилов — 1,6%.

Отличительной особенностью рассматриваемой структуры является значительное количественное преобладание фамилий, образованных от описательных прозвищ. Уступая отантропонимическим фамилиям в распространенности, по своему многообразию они не имеют себе равных. Из того факта, что описательные прозвища, содержавшие индивидуальную информацию о конкретном носителе, послужили источником большинства донских фамилий, следует вывод о том, что в местном языковом сознании при образовании прозвищ первостепенную роль играли индивидуальные признаки лица (внешность, манера поведения, внутренние качества), а признаки наследственные (происхождение из определенной местности и определенной семьи) были оттеснены на второй план. Исторически это явление можно объяснить особенностями формирования языкового коллектива, многие члены которого (беглые холопы и посадские люди) должны были в целях безопасности скрывать свое происхождение и наследственные имена.

Важным шагом в изучении ареалов национальной антропонимии является выделение ядерной группы фамилий, основы которых образуют антропонимическую панораму исследуемого ареала. Понятие «антропонимическая панорама» может быть определено как совокупность социально-исторических, естественно-географических, мировоззренческих, морально-этических и эстетических характеристик эпохи становления фамилий в данном ареале, отраженных в основах ядерной антропонимии.

Ядерная антропонимия донского ареала складывается из нескольких подгрупп фамилий, в основах которых отразились природа Подонья; названия донских станиц и хуторов; названия мест, откуда пришли на Дон первые поселенцы; названия примечательных топографических пунктов, около которых они селились; черты их внешности, характера и поведения; их национальность; родственные связи; занятия и ремесла, имущественное положение, чины и должности, памятные эпизоды их жизни. Местные и общерусские названия представителей фауны Дона лежат в основе 9% всех фамилий ареала (Бабин от баба, — пеликан; Бугаев от бугай — бык; Витютнев от витютень — дикий голубь; Чебедушкин от чебедушка — соловей; Бакланов, Дятлов, Раков, Щучкин).

Названия трав, деревьев, плодов и овощей вошли в основу более 100 местных фамилий, например: Вербичев, Рогозин, Шипшин от шипшина - шиповник. Фамилии казаков, переехавших в разное время из одной станицы в другую, повторяют в своих основах почти весь местный топонимический словарь: Багаевсков, Камышансков, Мигулинсков, Раздорсков, Тютеревсков. Разнообразные этнические включения в преимущественно русское население края запечатлены в фамилиях Арнаутов, Греков, Калмыков, Мордовин, Поляков, Чувашин. Около 600 донских фамилий сохраняют в своей основе память о занятиях, ремеслах, должностях и чинах их основателя или его зависимости от человека соответствующего (социального) положения Кузнецов, Попов, Солдатов, Чеботарев, Полковников.

Около 2500 фамилий произошли от прозвищ, которые огромным набором синонимических вариантов выразили мысли современников о внешности и душевных свойствах людей XVII-XVIII вв. Только одной портретной черте — худобе или тучности посвящено свыше 50 антропонимических основ: Жировов, Икрянов, Круглов, Пухляков, Пузанов, Палкин, Щепин. Чубы, усы и бороды стародавних донцов вдохновили создателей почти 40 разных фамильных прозваний.

Ядерные фамилии ареала отличаются высокой степенью исторической информативности. Нередко значение их основ позволяет проследить общественно-бытовую дифференциацию, связанную с географической отнесенностью семантически родственных исходных прозвищ к разным частям Подонья. Так, фамилии Булеев (ст. Вешенская), Булешкин (ст. Нагавская) происходят от прозвища, данного по характерному присловью низовых казаков бул, було, а фамилия Чиганское (ст. Кумылженская) из прозвища верховых казаков чига. Прозвищем Волдырь (отсюда распространенная фамилия Болдырев) отмечали по всему Дону происхождение от смешанного брака русского с татаркой, калмычкой и т.д. Значительно реже встречаются фамилия Тумин (ст. Скородумовская) от прозвища тума 'некоренной казак, приблудный, метис', которое адресовалось верховыми казаками низовым, среди которых смешанные браки были более частым явлением.

Виды охотничьего промысла, которыми преимущественно занимались в разных станицах, отразились в фамильных прозваниях Камышанов, Камышкин (ст. Верхнечирская) — от прозвищ охотников на водоплавающую дичь и Гулебщиков (ст. Елизаветинская) от гулебщик — охотник на крупную дичь. Еще большая охотничья специализация запечатлена в фамилиях Бобровников и Лебедятников.

Особое место в антропонимической панораме занимают фамилии, основы которых сообщают о таких памятных событиях в жизни первых носителей прозвищ, которые были типичными для донской повседневной действительности XVII в: Драницын (ст. Дурновская) — от дранец — человек, которого драл медведь; Купленов (ст. Иловлинская) — от прозвища казака, выкупленного из азовского плена; Подрезов (ст. Нижнечирская), Тюрморезов (ст. Кочетовская) — от «подрезать тюрьму» — подкопать или подломить стену темницы с целью побега, Недуванов (ст. Старочеркасская) — от неучастия в каком-то памятном для современников дележе (дуване) военной добычи после набега на турок или татар и т.д.

Унииверсальной характеристикой донской фамильной антропонимии, сохранившейся поныне, является орфографическая многовариантность. Большинство нормативных записей соотносятся с 3-5 ненормативными вариантами.

Несомненно, что любой искаженный вариант антропонима становится при регистрации юридически самостоятельным именем и не может быть исправлен без соответствующей юридической процедуры. Однако историческая практика функционирования антропонимов в донском ареале свидетельствует о том, что наряду с орфографической дивергенцией антропонимов постоянно действует и обратный процесс конвергенции, процесс нивелировки по известному антропонимическому или апеллятивному образцу. Многократно приходится наблюдать, как в одном и том же документе или в преемственных документах (в разновременных или разноцелевых списках казаков одной и той же станицы) со сменой почерка составителя Астраухов вновь становится Остроумовым, Арешкин — Орешкиным, Авчаров — Овчаровым, Уласов — Власовым, Уколов — Вуколовым. Члены семьи, носившей в XVIII в. фамилию Абуховых или Алейниковых, в XIX-XX вв. нередко превращаются в Обуховых и Олейниковых.

Источник:
Щетинин Л.М. Русские имена, 3-е изд. Ростов н/Д, 1978.
Русская ономастика и ономастика России. М.: «Москва-пресс», 1994, с. 253-260.

temir_kazek
Начинающий



Мюнхен
Сообщений: 49
Регистрация: 2015
Рейтинг: 13 


ALEX1 написал:
[q]
ФАМИЛИИ ДОНСКИХ КАЗАКОВ
[/q]


Вот статья И.Ф.Быкадорова ''Происхождение Казачьих Фамилий'', интересно оное тем, что он с носителями тех фамилий в жизни встречался, а не на просторах соц сетей:

Тождественно русским, большинство казачьих фамилий оканчивается на: ов, ев, ин. Для многих это дает основание предполагать и даже утверждать, что предки носителей таких фамилий были русскими (великороссами). Из этого делается исключение предположением, что предки носителей таких фамилий, как: Персиянов, Грузинов, Мордвинцев, Греков, Туркин и т.д. были не русскими, а представителями народностей, соответственно указанию самой фамилии. Но этим положением вопрос о казачьих фамилиях в действительности далеко не исчерпывается.

Фамилии с окончанием на ― ов, ев, ин более древнего происхождения, чем сама русская (великорусская) народность, образование которой, как известно, началось всего с XIII в. по Р. Хр. Так, во 2-м договоре Киевского князя Игоря с греками (912 г.) в списке его (прозвища): Фастов, Кари(й), Тудков, Каршев, Тудоров, Свирьков, Войков, Бернов, Гунарев, Колоклеков, Гудов, Туадов, Куци(й), Вузлев, Утин, Синко, Борич.

Такие фамилии и им подобные, встречающиеся в позднейших исторических документах, устанавливают, что указанные выше окончания в фамилиях не только были обычны для населения Киевской Руси, предков украинцев, но, что и фамилии от иноземных, не славянских слов (Берн, Туад, Тудор, Фаст), принимали окончания ов и тем ославянивались.

Эти данные и то, что с указанными выше окончаниями фамилии обычны и до настоящего времени на Украине, дают основания утверждать, что они не являются творчеством великороссов, а позаимствованы, как и большая часть культурных основ, от Киевской Руси; у великороссов образование фамилий с окончанием на ов, ев, ин достигло лишь наибольшего развития, ― эти окончания легко заменяют другие (ий, ей, ой) или легко прибавляются к любым и не русским словам.

У болгар фамилии с окончанием ов и ев обычны теперь, как обычны были в древности.

А если это так, то мы вправе предполагать, что такие окончания в фамилиях были обычными и у славяно-тюркского населения Казакии (после Тмутараканского княжества, откуда и образовалась казачья народность). Были они и позже, и только со времени владычества русских (великоруссов), т.е. за последние 2 века, достигли наибольшего развития.

У казаков фамилии на ой, ий, ей изменяются в ― ов, ев; другие окончания изменяются в ин, а к окончанию ко прибавляется прибавляется звук в: Сулацк(ий)ов, Кадацк(ий)ов, Нагиб(а)ин, Рынд(а)ин, Жученко + в, Семенченко + в, Позд(ей)еев, Шульг(а)ин.

У поляков обычны окончания фамилий –- ий, ич, ек; свойственны они и украинцам.

Сохранившие такие окончания казачьих фамилий (или замененные) указывают, что предки носителей таких фамилий были или украинцы, или поляки: Калиновский, Буковский, Левицкий, Кохановский, Щетковский Хрещатицкий, Кадацков, Курганинский.

Окончание фамилий (прозвищ) на ко, как видно это из документа 912 г. и других, очень древнего происхождения. Окончание ко (великороссами было позаимствовано и превращено в ка – Ивашка, Фомка и т.д.) в Русском (Киевском) государстве (позже у преемницы ее — Украины) обозначало младшую степень, подчиненность, меньшую часть предмета.

Так, в Киевской Руси окончание ко прибавлялось иногда к именам князей (Володимирко, Василько, Юрко), не имевших уделов (изгоев), т.е. подчиненных; но никогда не прибавлялось к именам Киевских стольных князей.

На Украине сын или внук Тараса, Шевчука, Бульбы, Остапа назывался Тарасенок, Шевченок, Бульбенок, Остапенок, а отсюда уже и образовывались и фамилии – Тарасенко, Шевченко и т.д.

Такие образования, можно предполагать, сначала были свойственны преимущественно западным областям Украины; в поднепровской же части, где было более интенсивное приселение тюркских народностей, преобладало окончание ый, ой, ей, а, ас; причем все они тюркского происхождения.

Окончание ей (Кундувдей, Палей, Кочубей, Берендей и т.д.) очень часто изменялось в окончание еев.

Так, из многих документов, устанавливающих вступление в ряды донского казачества в конце XVI в. и в первой половине XVII в. отдельных представителей украинского народа, из поднестровской его части, в казачьих и московских документах называемых черкасами, фамилий на ко почти не встречается. Так в списке таких черкасов от 1647 г., вступивших в ряды казачества. Из 200 с лишним фамилий нет и десятка с окончанием на ко, а преимущественно на ов, ев. (Купреянов, Харитонов, Нагиб(а)ин и т.д.).

Развитие фамилий на ко на Украине во второй половине XVII ст. обязано, можно полагать, колонизации западных областей ее.

Было бы нелепым полагать, что предки носящих фамилий — Ованесов, Чебукчиев, Биг(ай)ев и т.д. или даже сами они, являются русскими. Обратно, если бы прибавили окончания ов, ев или ин к фамилиям – Гримм, Врангель, Струве и т.д., то все равно не скрыли бы, что предки носителей таких фамилий были шведы, немцы или представителем другой какой-нибудь национальности, но не русской.

Обратно, прочное существование окончания ов и ев даже кажущееся обрусение фамилии не может скрыть, что предки носителей фамилий — Милюков, Чувильд(ей)еев, Турген(ь)ев, как устанавливают сами слова и исторически документами, были татарами. Подтвержде­нием тому часто бывает и сама внешность, характер но­сителя такой фамилии. В таком случае может лишь воз­никать вопрос, когда или какой предок или сам владелец такой фамилии стал русским (великороссом).

Очень многие фамилии казаков (в некоторых ста­ницах они являются преобладающими) имеют основой слова не славянского происхождения; приведем как пример: Мержан-ов, Катасон-ов, Мишустов, Коломан-ов, Кульгач-ев, Дукмас-ов, Менделе-ев, Галд(а)-ин, Каклюг(а)ин, Малюг(а)ин, Араканцев, Секрет-ев, Туровер-ов, Болдыр-ев, Кунделек-ов, Бирюк-ов, Кудин-ов.

Определением от какой народности позаимствовано слово, или принесено оно как фамилия, устанавливается очень часто и национальность предка носителя такой фамилии; это иногда подтверждается и историческими документами. Так, Мержан (родоначальник, вероятно, носителей этой фамилии) — был родом араб, вышед­ший вместе с донскими казаками из турецкого плена в 1640 г.; он принял христианство и стал донским казаком.

Мисустов — фамилия черкесского княжеского ро­да, существовавшего еще в середине прошлого столетия.

Менделеев происходит от калмыцкого слова — менделе (здравствуй-ся).

Кунделековы, как устанавливается доку­ментами, происходят от калмыцкого мурзы, принявшего христианство и ставшего казаком в первой половине XVIII в.

Галда — калмыцкое имя; происхождение от калмыка подтверждают и черты лица носителей этой фамилиями семейное предание.

Ошибочно было бы считать, что фамилия Секретев происходит от французского слова — секрет (тайна); по-татарски секреть — название особой породы рыбы; это название существует и у казаков.

Фамилия Туроверов образовалось из 2 слов: тюркского и славянского: тур (дур) — неправильный, неверный; туровер в бук­вальном смысле — человек неправильной веры, инове­рец. И, как я слышал от одного из представителей ро­да Туроверовых, семейное предание говорит, что пред­ком их был перс.

Фамилия Араканцев происходит от слова Арак(с)-араканец — выходец из Арака, может и из Аракса.

Иногда тюркские и другие слова, послужившие ос­новой для образования фамилии, кажутся славянскими. По такому сходству было бы ошибочным утверждать, что предки носителей фамилий — Харламов, Боков, Веденеев были русскими (великороссами). Так, если бы фамилия Харламов образовалась от имени Харлампий, то было Харлампиев; по-калмыцки: хар — черный, лам (е) священник, в буквальном переводе харлам — монах. Боковы происходят от калмыцкого мурзы — Бока, су­ществование которого и переход в казаки после при­нятия христианства устанавливается документами пер­вой половины XVIII в.

Веденеев образовалось от слова — ведене, каким называет на своем языке себя мордва.

Внешность и характер очень часто являются под­тверждением, иногда и вне зависимости от изложенного устанавливают национальность предков казака.

Казачья народность сложилась из славянской (руссов) и тюркской (казаков-черкасов), живущих на территории Казакии, позже в пределах образовавшегося из нее Тмутараканского княжества. (Курсив мой. — Ред.)

Если мы примем во внимание, что в Киевской Руси у части населения ее — черных клобуков (поднепровских Черкасов, народности тюркского происхождения), как видно из летописей, фамилии предводителей имели в основе слова тюркские (Лавор, Тудор, Кундувдей, Аркашара и т. д.), то мы вправе предполагать, что и у предков донских и прочих казаков фамилии, прозвища, в основе имевшие слова тюркские, были обычными на­ряду с фамилиями, имевшими славянские корни.

Во время владычества монголов, во времена пре­бывания донских казаков в составе Золотой орды (XIII—XIV в.) тюркско-татарский язык для всего Востока Европы являлся государственным, а у донских казаков, живших в непосредственной близости от татар, тесно связанных со столицей ее — г. Сараем, являлся на­ряду со своим, славянским, и разговорным.

До возникновения Вольного Казачества (ухода в Дикое поле и за него) и образования им независимых республик (войск) в XV ст. донские казаки, жившие по рубежам Московского и Рязанского княжеств и слу­жившие как ратная пограничная сила, были в общении с соседями — тюркско-татарскими народами и не забы­вали их язык. Для донских казаков, сохранившихся на территории Казакии — по р.р. Хопру и Медведице (Салаваске) с притоками и в низовьи Дона (у азовских казаков), наряду с своим был в употреблении язык и тюркско-татарский.

Известно, что Московское государство волжским казакам (отрасли донских) еще в начале XVII ст. пи­сало грамоты на татарском языке. Пополнение Каза­чества в XVI—XVII в.в. шло значительно больше от тюркско-татарских народов, чем от великороссов, не го­воря уже об украинцах (черкасах). Наконец, говорить по-татарски у донской старшины конца XVIII в. и на­чала XIX в. было признаком хорошего тона, как у рус­ской аристократии того времени — говорить по-французски.

На основании сказанного мы можем утверждать, что фамилии, основой которых служат тюркско-татарские слова, могли образовываться у самих казаков и не яв­ляются обязательно принесенными (т. е. что предки их были выходцами на Дон); но они все, безусловно, древ­него происхождения.

Такие характерные фамилии, как Колиманов (измен. Коломанов), Аркашарин (существовавшие у донских казаков в первой половине XVIII в.) и Каледин указы­вают на преемственность фамилий у казаков издревле.

Коломан и Аркашара — одни из предводителей черных клобуков (поднепровских Черкасов) XIII в. Имя Коло­ман встречается еще и раньше. Каледа — один из пред­водителей поднепровских Черкасов начала XV ст. Как известно, украинский народ — особенно с поднепровья (черкасы) явились значительным элементом, дополняв­шим донских казаков при возникновении Вольного Ка­зачества, а после являлись главным источником попол­нения его.

Фамилии, происшедшие от славянских слов, иногда дают возможность установить происхождение предков носителей их.

Так, предки обладателей фамилий: Кравцов, Шве­цов, Лимарев, Ковалев, Чеботарев, Мирошников, Осипов, Остапов, Астахов, Гусельщиков, Грецыхин были, безусловно, черкасами.

Но нет данных утверждать, что предки носящих фамилии Кузнецов, Сапожников, Ведерников, Мельников непременно были великоросами; эти фамилии могли образоваться и на Дону.

Есть у казаков фамилии, происходящие от слов, определяющих иногда национальность, чаще социальное положение, род занятий и т. д.: Воеводин, Бояринов, Бударщиков, Пушкарев, Барабанщиков, Рындин (рында — княжеский или царский телохранитель — паж). Но было бы ошибочным считать, что фамилии Воеводин и Бояринов произошли от беглых боярина и воеводы мо­сковских (это было бы скрыто бежавшим). Можно по­лагать с достаточным основанием, что они происхождения новгородского, когда в конце XV и в первой по­ловине XVI в., после московского разгрома Новгоро­да и Вятки, на Дон бежали (эмигрировали) к казакам представители и высших сословий В. Новгорода — и бояре, и воеводы, и купцы, и духовенство, спасая свои головы от московской плахи.

Такая фамилия, как Бара­банщиков, не устанавливает великорусского происхож­дения владельца ее — в Московском государстве во второй половине XVII в., когда заводились войска «иноземного строя», ими были как раз немцы.

Имеется много казачьих фамилий, происходящих от магометанских имен: Алимов, Сеимов (Усейн, Сеим), Киреев (Гиреев), Измайлов, Темирев и т. д. Предками носящих такие фамилии были, безусловно, лица, исповедовавшие ислам — или татары, или турки, или черкесы, или, наконец персы; но какой точно народности — решить невозможно.

Едва ли не большинство казачьих фамилии в на­стоящее время, как и в XVII—XVIII ст. в сравнении с другими, если их разбить на группы, происходит от православных имен.

Как известно, донские казаки (как и другие казаки) были издревле православными; у донских казаков с 1261 г. до конца XIV в. существовала своя особая Подонская (или Саранская) епархия с пребыванием епископа в столице Золотой Орды г. Сарае. Сильно пополнив­шие ряды Казачества новгородцы и черкасы были также православными. Наконец, и предки донских казаков славяне (руссы) и казахи (казаки), жившие в Казакии и Тмутараканском княжестве еще с IX в., были право­славными.

Таким образом, образование фамилий от право­славных имен было, безусловно, обычным у самих ка­заков и было весьма древним.

Многие казачьи фамилии, известные по документам второй половины XVI в., сохранились и до настоящего времени; многие уже не встречаются, но это не зна­чит, что не осталось потомков таких казаков.

Очень часто одна фамилия заменялась другой. Если было две семьи или несколько одной и той же фамилии, то новая получала фамилию по имени старшего представителя — или его личному прозвищу, характерно­му признаку.

Когда не было письменных документов, фамилии терялись, а прозвища или имена старших к семье закреплялись как фамилии. Так образовались фамилии — Косоротов, Рябов, Долгов, Курносов, Шкур(а)ин, Желтоножкин, Востров, Култышкин и т. д. Сами по себе они не характерны, но первоначально они бы­ли дополнением к фамилии. Такие «уличные» фамилии, которые уже не могли закрепиться вследствие суще­ствования письменных документов, образовывались у казаков до последнего времени.

Но фамилии от православных имен могут скры­вать предков любого национального происхождения.

При вступлении в ряды Казачества не казака и не христианина, особенно малолетнего, он приобретал иногда фамилию крестного отца.

Так, потомки выкре­ста цыгана, ставшего казаком, не обязательно обрати­лись в Цыганковых, они могли обратиться и в Василь­евых, Поликарповых, Петровых, если такое имя носил крестный отец родоначальника.

Иногда получали фа­милии по имени и вступившие в ряды Казачества греки, что было нередко. Так, греческие купцы, разделявшие с донскими казаками тяжесть «Азовского сидения» в 1641 г., были все приняты в казаки. От грека Яна по­шла фамилия Яновых (ошибочно считать ее польского происхождения); от Максима Грека — Грековы и от одного из них — Корольковых («королек» — серебряная монета того времени, бывшая в употреблении у казаков и турок, иностранной чеканки, с изображением мало­летнего короля — «королька»). Все остальные греки получили фамилии по именам (отцов, дедов); так значатся они в документе.

Казалось бы, обширный материал должны были дать списки казаков Зимовых станиц (посольств с Дона в Москву), сохранившиеся в делах Московского По­сольского Приказа, но в них, в действительности, нет фамилий.

Вo взаимоотношениях Дона и Московского государства было принято: Московский царь в грамо­те не называл обычно фамилии Донского атамана, а только имя и отчество его (Осип Петров); это было особым почетом; обратно, и Донское Войско не ста­вило фамилии атамана в отписках Московскому царю, а только имя и отчество.

Эти грамоты и отписки яв­ляются главным материалом для истории, и мы до сих пор не знаем фамилии таких донских атаманов, как — Ермак Тимофеев, Осип Петров, Наум Васильев, Яковлев и др. Тимофеев, Петров и т. д. являются отчеством, а не фамилией; потомки этих атаманов живут не под этими фамилиями, а теми, какие имели в действитель­ности эти атаманы.

В списках состава Зимовых станиц XVII ст. фами­лии также не показаны (важность состава станицы), а лишь имена и отчества.

Имеются у казаков фамилии и от женских имен и женских названий (Сидоркины, Гапкины, Сидорины, Дьячихины, Ясыркины и т. д.).

Эти фамилии образовывались таким порядком — если пленник или выходец женился на природной казачке, то потомство получало фамилию по имени матери; мог принять фамилию по имени матери или по харак­терному признаку ее и ребенок, если отец его был не­известен.

Очень много фамилий у казаков от названия того или иного духовного сана (Дячкины, Поповы и т.д.). Особенно распространена фамилия Поповы у донских казаков. Назвать фамилию Попова на Дону — ровно ничего не сказать.

В Донском Кадетском корпусе к таким фамилиям присоединяли еще и №.; у приготовишек, или перво­классников у Поповых бывали №№, обычно превышающие 2 десятка.

Известен такой анекдот, имеющий историческое основание. После занятия союзными войсками Парижа в 1813 г. Донской атаман гр. Платов представлял на смотру импер. Александру I казачьи полки.

Последние в то время не носили №, а назывались именами командиров полков. Во время прохождения в конном строю полков атаман гр. Платов среди других будто бы назвал: «Полк Дячкина... Дьячихина, Дьякова... Дьяконова... Попова 8... Попова 12, Попова 13, Протопопова... полк Апостолова.»

Когда был назван последний полк, Александр I, будто бы, спросил: «А где же полк Иисусов?» На что Донской атаман ответил: «Не успели сформировать: война кончилась.»

Часть указанных фамилий действительно носили командиры казачьих полков, другие встречаются среди офицерских фамилий 1812-13 г., как устанавливается это документами.

Фамилии такие могли образоваться еще во время вхождения новгородцев и вятчан в ряды казачества, но лично я ни в одном из исторических документов до середины ХVII ст. не встречал фамилии, происходящей от духовного сана. Вероятно, они образовались на Дону после эмиграции великороссов после духовного раскола, единственного периода, когда вхождение в ря­ды казачества их было более или менее заметно.

Возможно, что предками носящих эти фамилии бы­ли великороссы, хотя я встречал казаков, носящих фа­милию Поповых, во всем семействе которых был резко выражен тюркско-татарский тип.

Из этого необходимо сделать исключение и добавле­ние. Фамилия Апостолов (редкая на Дону, — один род), безусловно, украинского происхождения.

Дьяк лишь в последнее столетие обозначал только духовный сан, в XVII ст. дьяк — это писарь, столоначальник и т.д. Званию (весьма высокому) в Запорожском войске «войскового писаря» в Донском соответствовал — «войсковой дьяк». Вероятнее, что фамилия Дьяков присходит отсюда, а не от духовного сана. К указанной выше категории нужно отнести и фамилию Растрыгин.

Фамилии казачьи, происходящие от географических названий, преимущественно городов, городков и станиц (Богаевский, Букановский, Каргальск(ий)ов, Кундрюцков, Терновсков, Хоперский, Кумшацков, Богучарсков, Са­марин, Короченцов и т. д.), дают мало данных для опре­деления национальности предков — особенно, если назва­ния станиц послужили основой для фамилий.

Фамилия Букановский говорит лишь о том, что предок носящего эту фамилию был выходцем из Букановского городка Донского войска. Богаевский — переселенец из Богаевской станицы или городка в другую, — что весьма мало говорит.

Больше говорила сама внешность покойного М. П. Богаевского, что предок его был, безусловно, калмык, а черты лица его братьев это подтверждают.

Кароченец — выходец из г. Карочи — и был, вероятно, черкасом (украинцем).

Богучарсковы, Самарины, Калуженины были выходцами из соответственных городов; выходцы из окраинных городов — из детей боярских, стрельцов, городовых казаков в рядах последних были черкасы и татары.

Так что и в этом случае принадлежность носящих такие фамилии к предкам великороссам не устанавливается.

Таким образом, фамилии казачьи не дают указаний на сколько-нибудь значительное вхождение великорос­сов (русских) в ряды казачества; конечно, они не могут дать вовсе материала для доказательства о происхожде­нии донских и прочих казаков от великороссов, так как казаки от великороссов (русских) в действительности и не происходят.

Изложенное относится ко всем казакам, кроме кубанцев-черноморцев. У них фамилии тождественны украинским; преобладают окончания ий, ой, ый, а, ас. В основе они имеют славянские (украинские) слова и тюркские, некоторые позаимствованные еще от предков — черных клобуков (черкасов).

Но этот вопрос требует особого исследования.

---
Тимирёвы (разночтения Темирёвы, Темерёвы) станицы Милютинская, Букановская, Усть-Хоперская, Потемкинская, Верхне-Курмоярская, Кагальницкая
Чернышковы (Нижнечирская, х. Чернышков) Область Войска Донского. Жалнины (?)
СТОКРАТ
Долгожитель форума

СТОКРАТ

Ростовская область
Сообщений: 4225
Регистрация: 2011
Рейтинг: 3414 

В статье вообще куча ляпов и натяжек.
[q]
Имеется много казачьих фамилий, происходящих от магометанских имен: Алимов, Сеимов (Усейн, Сеим), Киреев (Гиреев), Измайлов, Темирев и
[/q]

Предположим, насчёт Сеимова , Гиреева и Темирева замечание может быть верным, но зачем придумывать исламское происхождение, когда есть крестильные имена Алим (Алимпий), Кирей, Измаил?
[q]

Так, предки обладателей фамилий: Кравцов, Шве­цов, Лимарев, Ковалев, Чеботарев, Мирошников, Осипов, Остапов, Астахов, Гусельщиков, Грецыхин были, безусловно, черкасами.
[/q]

С чего эти безапелляционные утверждения, как минимум без широкого генетического исследования?


[q]
Веденеев образовалось от слова — ведене, каким называет на своем языке себя мордва.
[/q]

Где мордва и где казаки? Зачем что-то выдумывать, когда есть обычный Веденей-Венедикт.
Мне это напоминает историю одного астраханского ли карельского товарища, который выводил обычных Воробьёвых от какого-то хитромудрого карельского слова.



---
АЖИНОВ, ЗАЖЕРИЛО, ПИГИДА, СНЕГОВОЙ, ДМУХ, БИБЛЫЙ-ВСЁ
ДОН.КРЕСТ.
На пыльных тропинках
Далёких планет
Останутся наши следы
temir_kazek
Начинающий



Мюнхен
Сообщений: 49
Регистрация: 2015
Рейтинг: 13 


Cynamon написал:
[q]
Неужели статья так и называется - "Происхождение Казачьих Фамилий"?
[/q]


да, так и называется. Статья Донского казака Исаака Федоровича Быкадорова ''происхождение казачьих фамилий''.
Вот ссылка: https://www.yuga.ru/articles/society/4259.html




---
Тимирёвы (разночтения Темирёвы, Темерёвы) станицы Милютинская, Букановская, Усть-Хоперская, Потемкинская, Верхне-Курмоярская, Кагальницкая
Чернышковы (Нижнечирская, х. Чернышков) Область Войска Донского. Жалнины (?)
temir_kazek
Начинающий



Мюнхен
Сообщений: 49
Регистрация: 2015
Рейтинг: 13 


СТОКРАТ написал:
[q]
Предположим, насчёт Сеимова , Гиреева и Темирева замечание может быть верным
[/q]


меня эта статья именно в контексте списка Донских казачьих фамилий заинтересовала, с носителями которых И.Ф.Быкадоров был знаком скорее всего по жизни (а не мнение Быкадорова на их происхождение), среди них и наша (Темирев), писалась еще в вариантах Тимирёв, Темерёв и Тимерёв, которая в статьях исследователей нашего времени почему то не встречается.

---
Тимирёвы (разночтения Темирёвы, Темерёвы) станицы Милютинская, Букановская, Усть-Хоперская, Потемкинская, Верхне-Курмоярская, Кагальницкая
Чернышковы (Нижнечирская, х. Чернышков) Область Войска Донского. Жалнины (?)
temir_kazek
Начинающий



Мюнхен
Сообщений: 49
Регистрация: 2015
Рейтинг: 13 


Cynamon написал:
[q]
Достаточно прочесть замечания СТОКРАТа, чтобы узреть низкий уровень работы
[/q]


не знал что именно правописание (большие заглавные буквы) Вас заинтересовало, а не само название статьи. Я не знаю как яндекс, им не пользуюсь, а google (русскоязычная версия) сразу находит, будь то заглавные/незаглавные буквы. А насчет оценки версии Быкадорова о происхождении фамилий, я по моему упомянул, что заинтересовал меня в этой статье именно список упомянутых там фамилий, а не версии Быкадорова о их происхождении, ибо те казачьи рода были раньше известны на Дону, возможно с носителями тех фамилий Быкадоров встречался в жизни а не на просторах и-нета.


---
Тимирёвы (разночтения Темирёвы, Темерёвы) станицы Милютинская, Букановская, Усть-Хоперская, Потемкинская, Верхне-Курмоярская, Кагальницкая
Чернышковы (Нижнечирская, х. Чернышков) Область Войска Донского. Жалнины (?)
Yuri1718
Долгожитель форума

Yuri1718

станица Романовская, Ростовской обл
Сообщений: 2735
Регистрация: 2015
Рейтинг: 1081 

Cynamon как я понял тема называется "Донские казачьи фамилии" - Происхождение, антропонимика, структурное образование фамилий донского ареала - тут не указано только происхождение фамилий, а всё гораздо шире. Не буду дальше спорить, поэтому всё удаляю

---
Сысоев, Камаев - станица Романовская, Ростовской обл
Алтунин - поиск Курская обл, Алтайский край, Ростовская обл,
Грошевец Gruszowiec (Groszewiec / Hroszewiec); Масевич Masewicz / Masiewicz
мой дневник http://forum.vgd.ru/2696/
FindMyRoots
Новичок



Сообщений: 17
Регистрация: 2016
Рейтинг: 12 


Stan_is_love написал:
[q]
[/q]

Вы привели данные о Копейкиных, которые во время войны были в Елань- Коленовский. Это Ваши исследуемые ? У меня предки из Сухой Елани Копейкины, и они явно приезжие из Украины. Т.к. дед помнил (1918 г.р.), что его бабка разговаривала по украински.

---
Ищу предков Чуркины (г. Бобров Воронежская область), Копейкины (Россия, Волгоградская, Саратовская обл.), Лубенские, Полуян, Британ (Украина, Днепропетровская область), Болдыревы, Кандаковы (Россия, Ростовская обл), Козловы, Шуварские (Брестская область)
Stan_is_love
Долгожитель форума

Stan_is_love

Москва
Сообщений: 13591
Регистрация: 2008
Рейтинг: 6603 


FindMyRoots написал:
[q]
Вы привели данные о Копейкиных, которые во время войны были в Елань- Коленовский. Это Ваши исследуемые ?
[/q]

Нет, это не мои.

---
Все мои личные данные, размещены мною на сайте добровольно в трезвом уме и твёрдой памяти, специально для поиска родственников

Высокотехнологичное удаление бородавок на pla3ma.ru
Salni
Новичок

Salni

Уфа
Сообщений: 23
Регистрация: 2018
Рейтинг: 5 

Добрый день,
изучаю свою родословную, о которой мне практически ничего не известно за давностью лет. Выяснила, что мои предки были переселенцами из Данковского уезда Рязанской губернии примерно в 1809 г. (300 переселенцев основали село Шарлык Оренбургской области).

Вот обнаружила обе фамилии в списке Донских казачьих фамилий.
Интересно происхождение данных фамилий, может у кого есть мысли или кто-то тоже ими интересовался.

Сальников - я так понимаю либо торговец салом либо толстяк?

Свиридов - тут кроме того, что есть такое имя Свирид, больше ничего и предполагаю...


---
Ищу сведения о Сальниковых и Свиридовых из с. Шарлык Оренбургской области
Geo Z
Модератор раздела

Geo Z

LT
Сообщений: 19171
Регистрация: 2008
Рейтинг: 10143 

Сальник это не сало и жир.
https://ru.m.wikipedia.org/wiki/Сальник
<<Назад    Вперед>> [ <<<<< ] Страницы: 1 2 3 4 5 ... 57 58 59 60 61 62 63 64 65 [ >>>>>> ]
Модераторы: valcha, Geo Z
Генеалогический форум ВГД »   Ономастика (антропонимы, топонимы и пр.), этимология »   Донские казачьи фамилии
RSS