Всероссийское Генеалогическое Древо

Генеалогический форум ВГД

На сайте ВГД собираются люди из многих городов и стран, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Генеалогический форум ВГД »   Дневники участников »   Дневник Gelena »   КВВМКУ »   Выпускники Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова (1939-1992)
RSS


Выпускники Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова (1939-1992)


<<Назад  Вперед>>[ <<<<< ] Страницы: 1 2 3 4 5 ... ... 110 111 112 113 114 * 115 [ >>>>>> ]
Модератор: Gelena
Gelena
Модератор раздела

Gelena

Минск
Сообщений: 8119
Регистрация: 18 янв. 2006
Рейтинг: 738 

Выпускники Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова (1939-1992)

Проект "История КВВМКУ в лицах..."

Пилагин Александр Юрьевич

Капитан 2 ранга
Ветеран подразделений особого риска РФ

Родился 7 января 1959 г. Окончил в Баку школу №91 (1966-1976).
Выпускник штурманского факультета Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова (1976-1981).
Служил в воинской части 36070 с 1981 по 1987 гг.
Служил в воинской части 25176 с 1981 по 1987 гг.
Служил в воинской части 34218 с 1981 по 1987 гг.
Служил в воинской части ОС-572 с 1987 по 1990 гг.
Служил в воинской части Технический танкер "Амур" с 1989 по 1998 гг.
Служил в воинской части 60176 с 1992 по 1998 гг.

https://ok.ru/profile/298252233359


О нем

Пилагин Александр Юрьевич: Профиль пользователя aleksandr0701 // Система.RU [Каспийское ВВМКУ им. С.М. Кирова]. – Режим доступа:
День рождения: 07 Янв 1959
Год поступления: 1976
Год выпуска: 1981
Факультет: штурманский
Звание: капитан 2 ранга


Александр Пилагин в ВКонтакте // ВКонтакте: социальная сеть. – Режим доступа: https://vk.com/id163477278

Александр Пилагин в Одноклассниках // Одноклассники: социальная сеть. – Режим доступа:
https://ok.ru/profile/298252233359


Был участником Всесоюзной спартакиады школьников в 1976 году в г. Львове в составе сборной команды Азербайджана по водному поло.



21 марта 2018 года Ветеран подразделений особого риска капитан 2 ранга запаса Пилагин Александр Юрьевич участвовал в мероприятиях регионального отделения Всероссийского детско-юношеского военно-патриотического общественного движения "ЮНАРМИЯ" Самарской области.








---
Каспийское высшее военно-морское Краснознаменном училище им. С.М. Кирова (история, персоны);
Зых и зыхчане
Gelena
Модератор раздела

Gelena

Минск
Сообщений: 8119
Регистрация: 18 янв. 2006
Рейтинг: 738 

Медаль «Ветеран подразделений особого риска» - ведомственная награда, учрежденная в апреле 2006 г.


Положение о медали "Ветераны подразделений особого риска"

Вручение медали подразделения особого риска производится непосредственным участникам ликвидации радиационных аварий, участникам испытаний ядерного вещества, участникам проведения и обеспечения работ по захоронению ядерных отходов, личному составу подразделений по сборке ядерных зарядов, а так же ветеранам подразделений особого риска.







С сайта https://voenpro.ru/voentorg/medal-veterany-podrazdelenij-osobogo-riska

---
Каспийское высшее военно-морское Краснознаменном училище им. С.М. Кирова (история, персоны);
Зых и зыхчане
Gelena
Модератор раздела

Gelena

Минск
Сообщений: 8119
Регистрация: 18 янв. 2006
Рейтинг: 738 

Выпускники Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова (1939-1992)

Проект "История КВВМКУ в лицах..."

Якимов Юрий Михайлович

19..(?) - 2000

Капитан 2 ранга
Окончил школу в 1968 г.
Выпускник химического факультета Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова (1974)





---
Каспийское высшее военно-морское Краснознаменном училище им. С.М. Кирова (история, персоны);
Зых и зыхчане
Gelena
Модератор раздела

Gelena

Минск
Сообщений: 8119
Регистрация: 18 янв. 2006
Рейтинг: 738 

Выпускники Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова (1939-1992)

Проект "История КВВМКУ в лицах..."

Маргулис Петр Матвеевич

Капитан 1 ранга

Выпускник штурманского факультета Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова (1967).
26.06.1979 - 28.08.1983 гг. + начальник штаба 6-й дивизии подводных лодок Северного флота (дипл) , затем служил в Военном представительстве Министерства обороны (ВП МО) СССР.


Публикации

6-я дивизия подводных лодок Северного флота. – СПб, 2013. – 608 с. ISBN ВВН 0213-БН2-100318-01
Шестнадцать лет существования 6-й дивизии ПЛ — яркий период в истории отечественного ВМФ. Волей судьбы подводникам дивизии довелось осваивать самые современные и совершенные корабли XX века и добиться ряда достижений, которые вряд ли будут превзойдены в обозримом будущем. Неординарность, а порой и эпохальность событий, подвигла многих офицеров дивизии оставить свои воспоминания о создании и освоении АПЛ различных проектов, входивших в состав дивизии.
В предлагаемом читателю сборнике предпринята попытка, рассмотреть историю существования соединения с различных точек зрения, вспомнить о людях, посвятивших свою жизнь служению Родине, дать информацию о кораблях и экипажах.
Поэтому при подготовке издания составитель не стремился ограничиваться временными рамками существования дивизии, так как, например, история создания АПЛ пр.705 (705К) весьма сложна и терниста и началась задолго до начала формирования управления дивизии, но её нельзя отделить от истории соединения, так же как нельзя изолированно рассматривать освоение опытной АПЛ.
По понятным причинам многие документы все еще не доступны для широкого круга исследователей, поэтому часть представленных в сборнике статей написаны по воспоминаниям участников событий.

Содержание
В.В.Осинцев. Боевой путь 6-й дивизии ПЛ СФ
В.Т.Прусаков. У нас была одна профессия — подводник
П.М.Маргулис. У истоков 6-й дивизии ПЛ СФ
В.А.Долгов. Нет ничего невозможного для офицера военно-морского флота. Из опыта освоения атомных подводных лодок электромеханической службой 6-й ДиПЛ СФ
С.Пушкин. Подводная лодка "Голубой кит"
Д.Гайдук. К-123 вступает в строй
В.В.Гринкевич. Воспоминания командира К-373 пр.705
Г.Д.Баранов. Несколько страниц из истории АПЛ пр.705
Б.Г.Коляда. Воспоминания командира К-493 пр.705К
А.С.Богатырев. Воспоминания командира К-123 пр.705К
А.Елькин. Воспоминания командира 582-го экипажа ПЛ СФ
А.Долгов. Воспоминания начальника электромеханической службы дивизии
Г.Г.Бабич. В первом экипаже К-64 пр.705
А.П.Вижунов. Из истории формирования второго экипажа К-64 пр.705
Ж.Д.Петровский. Атомная подводная лодка К-64 пр.705
А.С.Богатырев. Экипаж энтузиастов
А.С.Богатырев. 46-й экипаж ПЛ пр.705
А.С.Богатырев. Забытый экипаж
А.С.Богатырёв. В экипаже К-123 пр.705К
А.С.Богатырёв. «Барракуда»
А.С.Богатырев. О службе в 32-м техническом экипаже К-64 пр.705
А.С.Богатырёв. В морях Ледовитого океана
М.Ю.Кузнецов. Воспоминания последнего командира 6-й ДиПЛ С Ф|
А.С.Богатырёв. Атомные титановые
Г.А.Зуммер. О службе на АПЛ пр.705
И.Н.Садовничий. Экипаж несбывшейся мечты
С.В.Котляр. У моряка нет лёгкого пути



Прусаков Владимир Тимофеевич (вице-адмирал, командир 6 дипл, затем командующий 1 флпл), Мурзаев Михаил Петрович, Маргулис Петр Матвеевич (капитан 1 ранга, начальник штаба 6 дипл, затем в ВП МО СССР), Долгов Владимир Афанасьевич (капитан 1 ранга, начальник электромеханической службы 6 дипл), Подусов Владимир Михайлович (командир дивизиона живучести К-493), Карьялайнен Сергей Матвеевич (капитан 1 ранга, командир пла К-493 705 проекта, затем начальник штаба 11 дипл)

О нем

Шестая дивизия подводных лодок Северного флота. Люди, корабли, события. - Санкт-Петербург, 2003. Серия "На страже Отчизны", выпуск 1, 208 с. Издание выпущено к 25-летию соединения.
А.А.Елькин. Воспоминания командира 582-го экипажа ПЛ СФ
"Барракуды" поступают на флот

В сентябре 1980 г. состоялось мое назначение командиром 582-го экипажа ПЛ. Экипаж был предназначен для новейших по тем временам АЛЛ пр.945. Атомные ПЛ этого проекта строились в Нижнем Новгороде на заводе "Красное Сормово" и после спуска на воду по системе внутренних водных путей доставлялись в Северодвинск, где размещалась сдаточная база завода-строителя. Головная АЛЛ К-239 пр.949 еще находилась в Горьком.
После окончания постройки лодки пр.945 планировалось включать в 6-ю ДиПЛ СФ. К этому же соединению был приписан и наш экипаж. Командиром дивизии к моменту моего назначения командиром экипажа был контр-адмирал О.М.Фалеев, начальником штаба капитан 1 ранга П.М.Маргулис.
Олег Михайлович Фалеев запомнился своей строевой выправкой и физической подготовкой, а также тем, что практически никогда не повышал голоса на подчиненных.

Петра Матвеевича Маргулиса можно назвать самым интеллигентным офицером нашей дивизии. Свое дело он знал досконально, отличался высокой штабной культурой, был корректен в общении с подчиненными, избегал употребления нецензурных выражений. Прекрасный педагог, он воспитал и обучил многих командиров и старших помощником командиров нашей дивизии. Он вызывал неизменную симпатию окружающих мужчин и представительниц прекрасного пола.

582-й экипаж формировался в основном из офицеров и мичманов 1-й ФлПЛ СФ. Старшим помощником командира был назначен капитан 3 ранга Евгений Алексеевич Ванин. Ранее он был старшим помощником командира К-467 пр.671РТ. Помощником командира был назначен капитан-лейтенант Геннадий Викторович Барышков, позднее командир К-239 и заместитель командира 6-й ДиПЛ СФ. Командиром БЧ-5 был капитан 3 ранга Борис Григорьевич Чернов.
В основном становление и обучение экипажа проходило в 270-м УЦ ВМФ. Много сил к "сколачиванию" экипажа приложил мой заместитель по политической части капитан 3 ранга Сергей Владимирович Поваляев, к сожалению, погибший в автомобильной катастрофе на Севе

Контрольно-ревизионная комиссия // Международная ассоциация общественных организаций ветеранов ВМФ и подводников. – Режим доступа:
В списке:
Маргулис Петр Матвеевич


Тесленко Василий, Маргулис Петр, Миронов Геннадий, Албузов Юрий.


---
Каспийское высшее военно-морское Краснознаменном училище им. С.М. Кирова (история, персоны);
Зых и зыхчане
Gelena
Модератор раздела

Gelena

Минск
Сообщений: 8119
Регистрация: 18 янв. 2006
Рейтинг: 738 

Выпускники Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова (1939-1992)

Проект "История КВВМКУ в лицах..."

Коряка Виталий Николаевич

1944-2016

Родился 16 декабря 1944 г. в г. Новоаннинский (Новоаннинский район).
Выпускник штурманского факультета Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова (1967).
Служил на ПЛ К-145.
Служил в воинской части 20579 с 1979 по 1990 гг. Северодвинск.
Умер 13 июня 2016 г. Жил с семьей в г. Дубна (Московская область).



О нем

Виталий Коряка в Одноклассниках // Одноклассники: социальная сеть. – Режим доступа: https://ok.ru/profile/266353833075
Родился 16 декабря 1944 г.
Место рождения г. Новоаннинский (Новоаннинский район)
Живет в г. Дубна (Московская область)
Окончил школу 22 школа с 1953 по 1961 г. Новоаннинский (Новоаннинский район)
Окончил школу 4 школа с 1952 по 1954 г. Новоаннинский (Новоаннинский район)
Служил в воинской части 20579 с 1979 по 1990 Северодвинск
Служил в воинской части КВВМКУ им С.М.Кирова с 1961 по 1967 г. штурманского факультета КВВМУ им. С.М.Кирова.


Капитан 1 ранга Александр Яковенко :
Ушёл из жизни не просто прекрасный специалист, замечательный человек, но ещё и мой земляк, рождённый на легендарной Сталинградской земле, мой товарищ ещё по Каспийскому ВВМУ, которое он окончил в 1967 г. Вечная тебе память, Виталик. Пусть земля тебе будет пухом. Искренние соболезнования семье, всем родным и близким Виталия Николаевича.


ЕМЕЛЬЯНЕНКО М.В., КОТЛЯР В.С., ЛАВРЕНТЬЕВ В.А., БУКОВ А.Г., КУТУКОВ А.П., ГВОЗДЕВ В.Н., ДОБРОВОЛЬСКИЙ В.С., ВОЛОДИН С.И., ДАВЛЕТБАЕВ С.Б.
(2 ряд) ТИТАРЕНКО Д.П., ВЕЛИЧКИН А.К., АМЕЛИН А.В., МАРГУЛИС П.М., ОГАНОВ Б.А., МИКУЛИЧ В.Ф., ЗЕМСКОВ В.Н., КОРЯКА В.Н., ГРИЦКОВ Г.Л.,
(3 ряд) ВСЕВОЛОДОВ Е.Г., ЛАШИН В.П., СЕЛИВАНОВ И.М., КЛИМЕНКО В.А., БОЛЬШЕНКО В.И., УСТИНОВ В.П., ЗАБАРА В.Н., ЮПАТОВ А.Е., БОРОДИН А,В. АНТОНОВ В.В.


---
Каспийское высшее военно-морское Краснознаменном училище им. С.М. Кирова (история, персоны);
Зых и зыхчане
Gelena
Модератор раздела

Gelena

Минск
Сообщений: 8119
Регистрация: 18 янв. 2006
Рейтинг: 738 

Выпускники Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова (1939-1992)

Проект "История КВВМКУ в лицах..."

Милаш Александр Федорович

Капитан 3 ранга

Родился 7 мая 1966 г.
С ноября 1984 г. проходил срочную службу в морчастях погранвойск.
Выпускник штурманского факультета Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова (1991).
Продолжил службу в морчастях погранвойск на Севере в Кувшинской Салме - Береговой охране ПУ ФСБ России. Уволился в декабре 2016 г. Прослужил 32 календарных года.



О нем

Герасименко, Н. [О выпускнике Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова Милаше Александре] / В рубрике «Компас» заметка и фото мичмана Н.У. Герасименко // Каспиец: ежедневная газета Краснознаменной Каспийской флотилии. – 1991.

Старшине 2 статьи Александру Милашу, в отличие от многих сверстников, есть что вспоминать. И как пришел он на службу в морчасти погранвойск, и как служил, и как, наконец, принял решение стать офицером Военно-Морского Флота. Учеба, можно сказать, близится к благополучному и закономерному для влюбленного в море человека финалу. Но Александр не расслабляется, все так же настойчиво и упорно идет к своей цели – стать хорошим специалистом, командиром, эрудированным и всесторонне развитым офицером. Что ж, «Компас» желает выпускнику исполнения этих желаний.


Милаш Александр Федорович: Профиль пользователя Shalim07 // Система.RU [Каспийское ВВМКУ им. С.М. Кирова]. – Режим доступа: .
День рождения: 07 Май 1966
Год поступления: 1986
Год выпуска: 1991
Факультет: штурманский
Звание: капитан 3 ранга


Александр Милаш в ВКонтакте // ВКонтакт. – Режим доступа: https://vk.com/id39837775
День рождения:7 мая 1966 г.Город: Росляково-1
Образование: АВВУ им. Алиева (бывш. КВВМКУ им. Кирова) '91






Александр Федорович, большое спасибо за фотографии и биографическую информацию о себе для проекта «История КВВМКУ в лицах…»

Прикрепленный файл (Милаш увольнительный.jpg, 96938 байт<!--, скачан: 0 раз-->)
---
Каспийское высшее военно-морское Краснознаменном училище им. С.М. Кирова (история, персоны);
Зых и зыхчане
Gelena
Модератор раздела

Gelena

Минск
Сообщений: 8119
Регистрация: 18 янв. 2006
Рейтинг: 738 

Выпускники Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова (1939-1992)

Проект "История КВВМКУ в лицах..."

Федчик Лукьян Васильевич

Ветеран подразделений особого риска РФ
Капитан 1 ранга

Родился 12 июня 1948 г.

Золотой медалист штурманского факультета Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова 1972 г.

Лучший ШТУРМАН КТОФ (1975).

6 ВСООК ВМФ (1982-1983).

Командир атомной подводной лодки К-431 проекта 675 Тихоокеанского флота.

Уволился в 1986 г.
Начальник Припятьского регионального представительства-главный государственный инспектор Главной государственной инспекции Украины с безопасности судоходства.



О нем

Варганов, В. Золотая медаль лейтенанта Л. Федчика [Каспийское ВВМКУ им. С.М. Кирова] // Каспиец: ежедневная газета Краснознаменной Каспийской флотилии. – 1972. – 1 июля.

С золотой медалью окончил училище лейтенант Л. Федчик. Позади 5 лет учебы – годы напряженного труда, познания, совершенствования в избранной специальности.
Перед тем как поступить в училище Лукьян Федчик преподавал математику в селе Нуйно на Волыни. С волнением слушал молодой сельский учитель рассказы о флоте братьев моряков и особенно балтийца Федора. Созрело решение - посвятить свою жизнь морю.

Л. Федчик с благодарностью вспоминает сейчас первого командира отделения старшину 2 статьи Трегубова. Никогда Лукьяну не приходилось краснеть перед Трегубовым.
Взыскательность к себе, постоянная тяга к повышению военных и политических знаний сразу выделили его в коллективе как вдумчивого и грамотного курсанта. На втором курсе Федчик стал коммунистом.

С большим упорством и настойчивостью овладевал он военным делом. Все экзамены сдал только на отлично, по праву заслужив стипендию им. П.С. Нахимова. В 1970 году ему была установлена стипендия им. В.И. Ленина.
С увлечением добросовестно занимается Л.Федчик общественной работой. Не раз избирался он в состав выборных руководящих партийных и комсомольских органов класса, роты, факультета.
Активный участник художественной самодеятельности, он все годы возглавлял танцевальный коллектив.
Исполняя обязанности старшины и заместителя командира роты, опираясь на коммунистов и комсомольцев, всегда добивался хороших результатов в учебе и соблюдения уставного порядка. Ближайшими его помощниками были коммунисты Фадеев, Стрелец, Пахомов и другие.
Верится, что лейтенант Л. Федчик будет служить всегда так, как велит ему долг члена Ленинской партии.
Офицер В.Варганов.
На снимке: ленинский стипендиат, окончивший КВВМКУ им. С.М. Кирова с золотой медалью лейтенант Л. Федчик.

ЧП в бухте Чажма стало грозной предтечей Чернобыля // Газета Держава Экспертиза . – 2002. - №15. – 12-18 апреля. – Режим доступа: https://www.2000.ua/v-nomere/derzhava/ekspertiza/chp-v-bukhte-chazhma-stalo-groznoj-predtechej-chernobylja_arhiv_art.htm

**Как и солдаты в Чернобыле, моряки лопатами выгребали загрязненную землю, облучались, но в медицинские документы ничего не вписывалось. В России сейчас этим хоть как-то занимаются, поднимают архивы, определили статус военнослужащих и ветеранов подразделений особого риска. А у нас — увы...

В начале августа 1985 года, почти за девять месяцев до чернобыльской аварии, на судоремонтном заводе в бухте Чажма (130 км от Владивостока) произошел тепловой взрыв реактора атомной подводной лодки. О самом факте ЧП и масштабах катастрофы, приведшей к гибели людей и радиоактивному загрязнению моря и суши, в «лучших» традициях того времени СМИ ничего не сообщали.

Атомная подводная лодка Тихоокеанского флота проекта 675 «К-431» стояла возле причала завода — проводилась операция №1, иными словами — перезарядка обоих реакторов, во время которой отработанное ядерное топливо заменяли новым.

Над реакторным отсеком были вырезаны участки легкого и прочного корпусов и установлен специальный технологический домик. Перегрузку выполняли 10 офицеров береговой технической базы (БТБ), профессионалы высшего класса, которым приходилось заниматься этим делом не раз.

9 августа работы на реакторе левого борта закончили без замечаний. Успешно перезарядили офицеры и реактор правого, однако при проведении гидравлических испытаний оказалось, что он не герметичен. Почему — неизвестно, но высказали предположение, что на корпусе реактора мог остаться какой-то мелкий предмет. О появлении такой «неувязки» надлежало доложить по команде, но так как была пятница, заместитель начальника электромеханической службы дивизии капитан 2 ранга Виктор Андреевич Целуйко вместе с выполнявшими работу представителями БТБ принял решение в субботу крышку подорвать и посмотреть, в чем там дело.

По времени операция не очень длительная, но требующая безупречной собранности и аккуратности, ведь через крышку реактора проходят приводы всех стержней — поглотителей и компенсирующей решетки — органов, поглощающих запас реактивности.

Эти приводы представляли собой прямые стальные стержни, которые соединяли органы поглощения и электродвигатели. Зазор между втулками и стержнями был очень маленький и в случае самого малого крена лодки не исключалась возможность того, что вместе с крышкой вверх может подняться и компенсирующая решетка, что привело бы к неконтролируемому запуску реактора.

Во избежание этого для надежного закрепления решетки в нижнем положении в конструкции реактора было предусмотрено очень простое механическое устройство. С его помощью вручную, даже при отсутствии электропитания или давления в системе гидравлики, можно и нужно было поставить решетку на надежные фиксаторы. Сейчас остается только предполагать, по каким причинам этого не сделали...

Поднимали крышку осторожно, миллиметр за миллиметром, строго вертикально и внимательно следили, чтобы не произошло перекоса, но он, скорее всего, появился — движение крышки замедлилось. Всем хотелось быстрее закончить работу. Решили рискнуть и увеличили нагрузку на кран...

И вдруг раздался мощный взрыв. Многотонную крышку вместе с компенсирующими элементами отбросило на несколько сот метров, клубы бурого дыма закружились над лодкой, из реакторного отсека вырвалось пламя.

Через дыру в разорванном борту хлынула морская вода, начавшая поступать и в другие кормовые отсеки. Лодка тонула. С большими трудностями с помощью морского буксира ее все же удалось подтянуть к берегу и посадить на осушку. Позже воду из ее корпуса откачали прямо в море вместе с остатками ядерного горючего. Лодка оторвалась ото дна, отверстие заварили.

Из объединения подводных лодок к месту происшествия прибыла аварийная партия, укомплектованная опытными офицерами и мичманами. Вместе с ней приехали и офицеры радиационной безопасности. Все радиационные приборы, имевшиеся на кораблях и заводе, зашкаливали. Через полтора—два часа стало ясно, что случилось невероятное — выброс в атмосферу и море большого количества радиоактивного топлива. По приказу начальства связь с расположенным неподалеку поселком Дунай отключили (нечего болтать лишнее!), но местных жителей не эвакуировали.

Аварийные работы непосредственно на корабле продолжались до 23 августа. Каждый день группу, побывавшую в зоне аварии, отправляли в госпиталь, где у людей брали кровь на анализы. Всего тогда в этих работах принимали участие более 150 человек.

...Во время встречи бывших моряков-подводников в киевском ДК завода «Арсенал» в день их профессионального праздника (19 марта) ветеран Тихоокеанского флота капитан 2 ранга Николай Вижак, специалист по обслуживанию реакторов подводных лодок, поделился со мной своим мнением:

— Если бы взрыв произошел на уже поработавшем «котелке», загрязненность была бы неизмеримо выше. В данном случае воду первого контура в реакторе заменили чистой, чистыми были и только что загруженные тепловыделяющие элементы (ТВЭЛ), а так как крышка реактора была разъединена с его корпусом, она почти свободно двигалась вверх, и давление при взрыве оказалось сравнительно небольшим.

По сути хоть и самопроизвольный, но это был первый пуск реактора после загрузки топлива. В отличие от Чернобыля, там все только пыхнуло и само собой как бы заглохло — не было мощного пожара, да и объемы поменьше. Повезло и в том, что ЧП произошло в выходной — на заводе было мало рабочих. Кроме того, бухта Чажма незначительно врезается в берег, и течение очень скоро вынесло в океан радиоактивную «грязь». На суше, конечно, все было гораздо сложнее. Загрязненную землю долго убирали, отдельные участки территории оградили потом забором.

Мне удалось встретиться и побеседовать также с бывшим командиром «К-431» капитаном 1 ранга Валерием Шепелем. Сейчас он живет в Киеве, работает в системе МЧС. Я спросил у него, как развивались события после взрыва.

— ЧП произошло около 11 часов. Значительная часть экипажа в тот момент находилась на корабле — в первом отсеке со старшинами и матросами проводили политзанятия. Сразу после взрыва им была дана команда покинуть лодку, и люди убыли на плавказарму (ПКЗ). На борту остался капитан-лейтенант Виктор Челенко, временно исполнявший обязанности командира.

Вскоре на завод прибыли пожарные. Надо отдать им должное — еще не зная причин, но учитывая, что событие случилось на атомной лодке, они включились в изолирующие аппараты и вскоре укротили огонь. Потерь среди них, в отличие от Чернобыля, не было.

Людей, находившихся в реакторном отсеке, взрывом разорвало на куски и раскидало по акватории бухты. Несколько дней потом всплывали они на поверхность, изувеченные до такой степени, что нельзя было даже определить, что это за часть тела. По оторванному пальцу одного из погибших с золотым обручальным кольцом удалось установить мощность дозы излучения в момент взрыва — она достигала 90 тысяч рентген в час.

Сразу после взрыва прошел небольшой дождик, ветер как раз был с моря, и радиоактивное облако пошло в сторону поселков Дунай и Тихоокеанское. Дозиметристы начали определять зону заражения. На заводе усилили охрану, доступ рабочих в цеха запретили. Всё постарались прикрыть завесой секретности (забегая наперед, скажу, что буквально через неделю у матросов, мичманов и офицеров начали брать расписки о том, что они были свидетелями взрыва не реактора, а аккумуляторной батареи лодки).

В Чажму приехал заместитель командующего ТОФ вице-адмирал Ясаков. Поднятые по тревоге на завод прибыли подразделения флотского химполка и приступили к первичным мероприятиям по дезактивации.

— Где в это время находился командир резервного экипажа?

— Капитан 2 ранга Федчик в тот день, в субботу, был отпущен в отпуск. Он уже приехал с завода в поселок Ракушка, и когда о ЧП сообщили туда, на следующий же день вернулся назад. Руководил действиями своего экипажа, принимал активное участие в аварийных работах и, как выяснилось потом, получил очень большую дозу облучения.

Ну а дальше в плановом порядке мы начали осуществлять мероприятия по ликвидации последствий взрыва. В них задействовали личный состав многих служб и подразделений ТОФ, экипажи других подводных лодок. Организовали работы по съему грунта, дезактивации построек, пирсов. Они продолжались вплоть до конца 1987-го.

— Оказывалась ли медицинская помощь участникам ликвидации аварии и населению поселков?

— Мы находились под постоянным наблюдением врачей и почти все отлежали в госпитале. На место трагедии из Ленинграда прибыл главный терапевт ВМФ генерал-майор медслужбы Иванов. Вместе с ним приехало полтора десятка аспирантов Военно-медицинской академии, которые приступили к соответствующим исследованиям.

Наиболее тяжелых больных из числа военнослужащих направляли на лечение в Ленинград. Среди них и начальник перегрузки капитан 3 ранга, фамилия его, по-моему, Ткаченко. Все, кто был в отсеке, как я уже говорил, погибли, а он, находился наверху, над реактором и чудом остался жив. Радиацией ему обожгло левую половину тела и взрывной волной бросило в море. Долго лежал в госпитале, ему сделали пересадку костного мозга... Когда встал вопрос о привлечении офицера к ответственности по суду, врачи сказали прокурору, что кап-3 уже не жилец. По болезни его судить и не стали. Но он выжил. Дальнейшая его судьба мне неизвестна.

Большую дозу облучения получил и Лукьян Васильевич Федчик, командир резервного экипажа. Сейчас он живет в Луцке, работает в инспекции по безопасности судоходства маломерных судов. Правда, очень болеет, по три раза в год лежит в госпитале.

Из всей команды пожарных, насколько я знаю, на лечение в Ленинград увозили только одного.

Людьми же гражданскими, жителями поселков никто не занимался, да и не хотел заниматься, хотя по ним трагедия ударила тоже очень сильно. Сначала что-то обещали, потом вовсю пошла перестройка, рванул Чернобыль, и на этом фоне все стало выглядеть не столь существенно. А у женщин, я это знаю точно, стали рождаться дети с шестью пальцами и другими аномалиями.

...Очень жаль наших матросов. Как и солдаты в Чернобыле, они лопатами выгребали загрязненную землю, облучались, но в медицинские документы ничего не вписывалось. В России сейчас этим хоть как-то занимаются, поднимают архивы, определили статус военнослужащих и ветеранов подразделений особого риска. А у нас — увы... Хотя их проживает в Украине немало.

Родители погибшего капитана 2 ранга Целуйко, Тамара Аполлоновна и Андрей Иванович, живут сейчас в Крыму, в Ленинском районе под Керчью. Вдова погибшего капитана 3 ранга Дедушкина, командира третьего дивизиона, оставшегося за командира БЧ-5 лодки, проживает в Севастополе (ей, правда, оказали помощь — дали квартиру).

— Простите за некорректный вопрос: так попал кто-то на скамью подсудимых за это ЧП?

— Нет. К счастью, никого не посадили. Да и судить было некого. Непосредственные виновники происшествия погибли. Командира экипажа приказом Министра обороны СССР сняли с должности и отправили в запас — командование учло, что у него было три маленьких дочери, и то, что сам он сильно пострадал. Вот по болезни его и уволили.

— Но его ведь тогда и на лодке-то не было!

— Все так, но командир всегда в ответе за все — присутствовал он при этом или нет. У нас так было всегда.

Лишь через месяц после взрыва была назначена комиссия для разбора и ликвидации последствий аварии. Согласно ее выводам, основными причинами несанкционированного пуска реактора стали нарушение требований руководящих документов по перегрузке активных зон реакторов и отсутствие надлежащего контроля за организацией перегрузки.

Конечно, это имело место. Но главная причина происшедшего, я считаю, — в самой командно-административной системе. С ядерной установкой и тогда, и сейчас надо разговаривать на «вы», бесшабашности она не терпит. Для командующего это всего лишь два слова: «Произвести перегрузку!», а для личного состава за ними — масса мероприятий, которые надо предусмотреть и грамотно выполнить. У нас ведь как было? Техника эксплуатировалась на износ, нарушались правила безопасности, о людях и говорить ничего — они должны были выдерживать все.

Винить резервный экипаж в происшедшем нельзя, он был хорошо подготовлен. Тем более, по операции №1 за перегрузку в основном отвечает БТБ, — такой вывод сделал бывший командир «К-431».

— Как сложилась в дальнейшем судьба лодки, да и ваша тоже?

— В связи с тем, что «К- 431» в те годы была уже неперспективной, восстанавливать ее не стали.

После этих событий я некоторое время командовал лодкой «К-127» того же проекта, затем был переведен в штаб флота. Потом — в Генштаб ВСУ в Киев. Похоронили излучавшие огромную радиоактивность останки десяти погибших в специальных свинцовых тумбах, и не на кладбище, а на территории технической базы. Позже там поставили памятник.

Сначала в годовщину этой трагедии со всей тогда огромной страны в Чажму съезжалось немало родственников погибших, представителей командования. Теперь бывают лишь немногие — слишком дорого.

...Казалась бы, трагедия давала веские основания осмыслить ситуацию и предпринять самые энергичные меры, чтобы подобное нигде и никогда больше не повторилось.

Однако обсуждение этого вопроса в кругах военно-морских специалистов прошло кулуарно. Был, правда, разработан и утвержден план, «предусматривающий ряд мероприятий по предотвращению аварийности на АПЛ и повышению их безопасности».

О людях же, поплатившихся своим здоровьем, забыли: в документе не было ни единого пункта, продиктованного заботой о пострадавших.

Своевременное и правдивое информирование о случившемся не только военных, но и гражданских специалистов, возможно, помогло бы вычеркнуть из череды ядерных катастроф страшнейшую — на Чернобыльской АЭС, которая не заставила себя долго ждать, и мир от которой вздрогнул уже в 1986-м.




63902 (298 ЭКИПАЖ) в 1985 году // Комитет ветеранов подразделений особого риска Российской Федерации. – Режим доступа:

«Когда на подводной лодке К-431 взорвался ядерный реактор, его крышку весом 12 тонн выбросило на высоту больше километра»
Игорь ОСИПЧУК, «ФАКТЫ»
10.08.2013 https://vk.com/wall-92352424
Эту аварию, случившуюся 28 лет назад 10 августа 1985 года на Дальнем Востоке в бухте Чажма, ученые называют предвестником Чернобыльской катастрофы
«Обручальное кольцо одного из погибших офицеров излучало 90 тысяч рентген!»
— Я уехал в отпуск, а на следующее утро в одном из поселков военных моряков Тихоокеанского флота меня догнала тревожная весть — на атомной подводной лодке К-431 произошел взрыв, — говорит капитан первого ранга в отставке Лукьян Федчик из Луцка. — Я был командиром этой субмарины. Первая моя реакция на новость — это просто невозможно, ведь не планировалось никаких серьезных работ на борту!
Примчавшись в бухту Чажма, где стояла К-431, узнал подробности произошедшего. Оказалось, когда я уехал, техническое управление флота самовольно решило снять крышку ядерного реактора подлодки, и это привело к взрыву. Десять офицеров, которые непосредственно находились возле места работ, погибли мгновенно. Тел не осталось — находили лишь их фрагменты. На чьей-то оторванной руке было обручальное кольцо. По нему определили уровень излучения в момент взрыва — 90 тысяч рентген! Останки погибших похоронили в свинцовых капсулах. Чудом выжил вахтенный матрос, который проверял документы этих офицеров на право доступа в реакторный отсек. Этот парень находился рядом с эпицентром взрыва, но судьба уберегла его от смерти. Он получил большую дозу радиации. Впрочем, облучились все, кто там был.
*Лукьяна Федчика уволили с флота по состоянию здоровья
Нужно сказать, что предшествовало аварии: в бухте Чажма на обоих реакторах К-431 заменили ядерное топливо. Эта сложная, чрезвычайно ответственная и опасная операция заняла несколько месяцев, выполнялась на воде с помощью специального судна, оснащенного подъемным краном. Перед тем как я уехал в отпуск, был успешно проверен на герметичность один из реакторов (в него нагнетали давление 250 атмосфер). Испытания второго реактора показали: из-под его крышки просачивается вода. Заподозрили, что под ней остался кусок электрода или какой-то инструмент, поэтому и понадобилось вновь поднять крышку. Во флотских инструкциях эта работа называется операцией номер один. Для ее проведения нужно получить приказ главкома Военно-морского флота. Однако техническое управление действовало на свой страх и риск — не захотело, чтобы о забытом электроде узнало командование. Но если бы только это. Организовать работы следовало так, как при обращении с атомной бомбой, — тройной контроль выполнения каждой из операций. Но крышку реактора снимали с грубейшими нарушениями правил. Возможно, все бы обошлось, однако в бухту как раз в это время влетел военный катер. Поднялась волна, на ней качнулось специальное судно с краном, поднимавшим крышку реактора. По одной из версий, это стало, так сказать, последним толчком — и началась неуправляемая цепная реакция, произошел взрыв. Очевидцы утверждают, что крышку реактора весом 12 тонн выбросило на высоту больше километра! Ядерное топливо вылетело, заражая все вокруг радиацией. Хорошо еще, что это был свежий уран, ведь отработанный излучает гораздо больше рентген.
На пятый день после аварии меня вызвали на заседание комиссии по расследованию причин взрыва. В зале сидело человек тридцать — адмиралы, генералы, гражданские специалисты. Я прямо сказал, кого считаю виновными в случившемся. Кстати, зайти в зал мне пришлось в одних носках — дозиметристы потребовали снять обувь, из-за того что на ней было много радиации.
— Вы участвовали в ликвидации последствий аварии?
— Конечно. Вернулся в Чажму и вновь возглавил свой экипаж. В районе шестого отсека К-431 уровень радиации замерить не удавалось — дозиметры зашкаливали. В борту нашей лодки зияла дыра: корпус пробила одна из крупных частей реактора — компенсирующая решетка. При взрыве она улетела высоко вверх, а затем упала на подлодку, проломив прочный корпус. Внутрь К-431 начала поступать вода. Чтобы субмарина не затонула, пришлось подвести под ее днище понтоны. Кстати, компенсирующая решетка излучала 1500 рентген. Ее нужно было поднять краном и уложить в специальный бокс. Мне пришлось участвовать в этой опаснейшей операции. Самую большую дозу получил тогда крановщик — три рентгена.
Из Москвы требовали каждые полчаса докладывать о радиационной обстановке и состоянии лодки. Но я, признаться, это игнорировал, ведь каждый подход людей к аварийной субмарине означал, что они получат дополнительное облучение.
К сожалению, одной из первостепенных задач, которые пришлось тогда решать, было пресечение мародерства. Матросы аварийных команд воровали с нашей подлодки, что приглянется. Кортики, например. К тому же они громили молотками приборы — как будто ураган прокатился. Проблема состояла даже не столько в их недостойных поступках, сколько в том, что вещи на К-431 излучали радиацию, а мародеры приносили ее в свои кубрики.
— Ночевать вас увозили в безопасное место?
— Нет, здесь же, в бухте Чажма, спали на одном из кораблей. Дни стояли жаркие, поэтому я укладывался под открытым небом, постелив матрас прямо на палубе.
— Выжили все члены вашего экипажа?
— Во время взрыва погиб один мой офицер, который был возле реактора, капитан третьего ранга Анатолий Дедушкин. У него тогда родился сын Андрей. Вдова Дедушкина уехала в Севастополь, и я направил председателю горисполкома этого города письмо с просьбой выделить ей квартиру. И женщине таки предоставили жилье. Остальные члены команды находились на подлодке, но в других отсеках. Как раз шли политзанятия. Экипаж был хорошо обучен, и когда после взрыва лодка начала тонуть и объявили аварийную тревогу, мои люди действовали грамотно. Ситуация усугублялась тем, что загорелись кабели. Тушить пожар помогали команды других кораблей. Затем часть моего экипажа отправили в госпиталь. А мне кто-то удружил: отправил в Москву доклад о том, что командир К-431 самовольно уехал в отпуск. На самом деле отпуск мне предоставили с разрешения заместителя командующего флотилией.
«Жены начальства пытались уехать с детьми подальше от Чажмы, но в аэропорту их задерживали и отправляли обратно»
— Говорят, алкоголь помогает выводить из организма радиацию.
— Это все знают, поэтому ликвидаторы аварии в Чажме пили, а я ввел для себя сухой закон. Ведь если бы потреблял, пошли бы разговоры — командир пьянствует. Кстати, маску-лепесток, которая не дает радиоактивной пыли проникать в легкие, я не носил — дышать через нее трудно, особенно в жару. Облучился за тот месяц сильно. Возникали типичные в таких случаях симптомы — рвота, головокружения, шелушилась и облезала пострадавшая от лучевых ожогов кожа. Меня дважды возили на обследования. Главный радиолог Вооруженный Сил генерал-лейтенант Петров настаивал на неотложной госпитализации, но я отказывался, объяснял доктору: командир не имеет права покидать корабль в таких ситуациях.
Во время визита в госпиталь собрал находившихся там членов своего экипажа и отчитал: «Ваши товарищи сейчас на родной подлодке, а вы здесь героев из себя строите!» После этого некоторые матросы сбежали к нам в Чажму. Я уехал оттуда, лишь когда через месяц после аварии К-431 отбуксировали для длительного хранения в другую дальневосточную бухту — Павловск. И только затем я занялся лечением.
— В бухте Чажма находится завод, а неподалеку — поселок Дунай. После аварии население эвакуировали?
— К сожалению, нет. Хорошо, что всю ночь после аварии лил дождь, задержавший распространение радиоактивной пыли. Нам приказали не рассказывать правду о трагедии. Если кто-либо из посторонних спросит об аварии, следовало отвечать, что на подлодке взорвалась аккумуляторная батарея. Однако в семьях высокопоставленных лиц знали, что взорвался ядерный реактор. Жены райкомовских работников и другого начальства пытались выехать с детьми подальше от Чажмы, но в аэропорту их задерживали и отправляли домой. Я это узнал от знакомых сотрудников КГБ.
— У вас было предчувствие, что на К-431 стрясется беда?
— Пожалуй, нет. Это вторая авария, которую мне довелось пережить в своей флотской карьере. Первая случилась в 1973 году, когда подлодка, на которой я служил, столкнулась с научным судном «Академик Берг». Примерно за час до этого ЧП я собрал вещи и перешел на центральный пост, а на мою койку лег начальник радиотехнической службы капитан третьего ранга Якус. Когда произошло столкновение, удар пришелся как раз в это место и человеку размозжило голову.
— Как сложилась ваша судьба после Чажмы?
— Меня уволили с флота по состоянию здоровья. Кстати, с нашим экипажем беседовал радиолог и настоятельно рекомендовал в ближайшие годы не заводить детей. У нас с женой уже было трое детишек, и на этом мы остановились.
— Когда звоню в Луцк Лукьяну Федчику, в шутку спрашиваю: «Ты зачем взорвал мою лодку?» — говорит капитан первого ранга в отставке киевлянин Валерий Шепель. — Дело в том, что я был командиром К-431. Мы вернулись из очередного похода, и я со своим экипажем должен быть участвовать в перегрузке топлива реакторов, но мне приказали принять другую субмарину. Я заявил, что соглашусь, если мне разрешат забрать свой экипаж. Командование пошло навстречу. Свою подлодку я передал резервному экипажу, которым командовал Лукьян Федчик. Вскоре после этого на К-431 взорвался реактор. Мне сразу же приказали прибыть в Чажму, так что я тоже участвовал в ликвидации последствий аварии. К нам направили полк химической защиты, сборные экипажи с подводных лодок. Вручную они лопатами снимали зараженный радиацией грунт, дезактивировали оборудование — самые серьезные загрязнения были ликвидированы. Важно, что все работы организовали квалифицированно и люди не получали уж очень больших доз облучения.
*Валерий Шепель: «На этой картине один из моих сослуживцев изобразил подлодку К-431»
— Авария отразилась на вашем здоровье?
— Мне скоро исполнится шестьдесят пять, в таком возрасте определенные проблемы со здоровьем есть у всех. Но у меня достаточно сил, чтобы работать — возглавляю Центр навигационно-гидрографической информации Госгидрографии Украины.
— Подлодка К-431 до сих пор стоит в бухте Павловск?
— В прошлом году ее отправили на утилизацию на дальневосточный завод в городе Большой Камень.
Знаете, если бы взрыв ядерного реактора на К-431 не засекретили, возможно, не было бы Чернобыльской катастрофы. Через девять месяцев аналогичное событие — тепловой взрыв реактора — случилось на ЧАЭС. Ученые называют аварию на К-431 предвестником Чернобыля.



Продолжение следует

---
Каспийское высшее военно-морское Краснознаменном училище им. С.М. Кирова (история, персоны);
Зых и зыхчане
Gelena
Модератор раздела

Gelena

Минск
Сообщений: 8119
Регистрация: 18 янв. 2006
Рейтинг: 738 

«Когда на подводной лодке К-431 взорвался ядерный реактор, его крышку весом 12 тонн выбросило на высоту больше километра» // Мы – чернобыльцы. Помоги нам, Господь! – Режим доступа:

Эту аварию, случившуюся 28 лет назад 10 августа 1985 года на Дальнем Востоке в бухте Чажма, ученые называют предвестником Чернобыльской катастрофы

«Обручальное кольцо одного из погибших офицеров излучало 90 тысяч рентген!»

— Я уехал в отпуск, а на следующее утро в одном из поселков военных моряков Тихоокеанского флота меня догнала тревожная весть — на атомной подводной лодке К-431 произошел взрыв, — говорит капитан первого ранга в отставке Лукьян Федчик из Луцка. — Я был командиром этой субмарины. Первая моя реакция на новость — это просто невозможно, ведь не планировалось никаких серьезных работ на борту!

Примчавшись в бухту Чажма, где стояла К-431, узнал подробности произошедшего. Оказалось, когда я уехал, техническое управление флота самовольно решило снять крышку ядерного реактора подлодки, и это привело к взрыву.

Десять офицеров, которые непосредственно находились возле места работ, погибли мгновенно. Тел не осталось — находили лишь их фрагменты. На чьей-то оторванной руке было обручальное кольцо. По нему определили уровень излучения в момент взрыва — 90 тысяч рентген! Останки погибших похоронили в свинцовых капсулах. Чудом выжил вахтенный матрос, который проверял документы этих офицеров на право доступа в реакторный отсек. Этот парень находился рядом с эпицентром взрыва, но судьба уберегла его от смерти. Он получил большую дозу радиации. Впрочем, облучились все, кто там был.

*Лукьяна Федчика уволили с флота по состоянию здоровья

Нужно сказать, что предшествовало аварии: в бухте Чажма на обоих реакторах К-431 заменили ядерное топливо. Эта сложная, чрезвычайно ответственная и опасная операция заняла несколько месяцев, выполнялась на воде с помощью специального судна, оснащенного подъемным краном. Перед тем как я уехал в отпуск, был успешно проверен на герметичность один из реакторов (в него нагнетали давление 250 атмосфер). Испытания второго реактора показали: из-под его крышки просачивается вода. Заподозрили, что под ней остался кусок электрода или какой-то инструмент, поэтому и понадобилось вновь поднять крышку. Во флотских инструкциях эта работа называется операцией номер один. Для ее проведения нужно получить приказ главкома Военно-морского флота. Однако техническое управление действовало на свой страх и риск — не захотело, чтобы о забытом электроде узнало командование. Но если бы только это.

Организовать работы следовало так, как при обращении с атомной бомбой, — тройной контроль выполнения каждой из операций. Но крышку реактора снимали с грубейшими нарушениями правил. Возможно, все бы обошлось, однако в бухту как раз в это время влетел военный катер. Поднялась волна, на ней качнулось специальное судно с краном, поднимавшим крышку реактора. По одной из версий, это стало, так сказать, последним толчком — и началась неуправляемая цепная реакция, произошел взрыв. Очевидцы утверждают, что крышку реактора весом 12 тонн выбросило на высоту больше километра! Ядерное топливо вылетело, заражая все вокруг радиацией. Хорошо еще, что это был свежий уран, ведь отработанный излучает гораздо больше рентген.
На пятый день после аварии меня вызвали на заседание комиссии по расследованию причин взрыва. В зале сидело человек тридцать — адмиралы, генералы, гражданские специалисты. Я прямо сказал, кого считаю виновными в случившемся. Кстати, зайти в зал мне пришлось в одних носках — дозиметристы потребовали снять обувь, из-за того что на ней было много радиации.

— Вы участвовали в ликвидации последствий аварии?

— Конечно. Вернулся в Чажму и вновь возглавил свой экипаж. В районе шестого отсека К-431 уровень радиации замерить не удавалось — дозиметры зашкаливали. В борту нашей лодки зияла дыра: корпус пробила одна из крупных частей реактора — компенсирующая решетка. При взрыве она улетела высоко вверх, а затем упала на подлодку, проломив прочный корпус. Внутрь К-431 начала поступать вода. Чтобы субмарина не затонула, пришлось подвести под ее днище понтоны. Кстати, компенсирующая решетка излучала 1500 рентген. Ее нужно было поднять краном и уложить в специальный бокс. Мне пришлось участвовать в этой опаснейшей операции. Самую большую дозу получил тогда крановщик — три рентгена.

Из Москвы требовали каждые полчаса докладывать о радиационной обстановке и состоянии лодки. Но я, признаться, это игнорировал, ведь каждый подход людей к аварийной субмарине означал, что они получат дополнительное облучение.

К сожалению, одной из первостепенных задач, которые пришлось тогда решать, было пресечение мародерства. Матросы аварийных команд воровали с нашей подлодки, что приглянется. Кортики, например. К тому же они громили молотками приборы — как будто ураган прокатился. Проблема состояла даже не столько в их недостойных поступках, сколько в том, что вещи на К-431 излучали радиацию, а мародеры приносили ее в свои кубрики.

— Ночевать вас увозили в безопасное место?

— Нет, здесь же, в бухте Чажма, спали на одном из кораблей. Дни стояли жаркие, поэтому я укладывался под открытым небом, постелив матрас прямо на палубе.

— Выжили все члены вашего экипажа?

— Во время взрыва погиб один мой офицер, который был возле реактора, капитан третьего ранга Анатолий Дедушкин. У него тогда родился сын Андрей. Вдова Дедушкина уехала в Севастополь, и я направил председателю горисполкома этого города письмо с просьбой выделить ей квартиру. И женщине таки предоставили жилье. Остальные члены команды находились на подлодке, но в других отсеках. Как раз шли политзанятия. Экипаж был хорошо обучен, и когда после взрыва лодка начала тонуть и объявили аварийную тревогу, мои люди действовали грамотно. Ситуация усугублялась тем, что загорелись кабели. Тушить пожар помогали команды других кораблей. Затем часть моего экипажа отправили в госпиталь. А мне кто-то удружил: отправил в Москву доклад о том, что командир К-431 самовольно уехал в отпуск. На самом деле отпуск мне предоставили с разрешения заместителя командующего флотилией.

«Жены начальства пытались уехать с детьми подальше от Чажмы, но в аэропорту их задерживали и отправляли обратно»

— Говорят, алкоголь помогает выводить из организма радиацию.

— Это все знают, поэтому ликвидаторы аварии в Чажме пили, а я ввел для себя сухой закон. Ведь если бы потреблял, пошли бы разговоры — командир пьянствует. Кстати, маску-лепесток, которая не дает радиоактивной пыли проникать в легкие, я не носил — дышать через нее трудно, особенно в жару. Облучился за тот месяц сильно. Возникали типичные в таких случаях симптомы — рвота, головокружения, шелушилась и облезала пострадавшая от лучевых ожогов кожа. Меня дважды возили на обследования. Главный радиолог Вооруженный Сил генерал-лейтенант Петров настаивал на неотложной госпитализации, но я отказывался, объяснял доктору: командир не имеет права покидать корабль в таких ситуациях.

Во время визита в госпиталь собрал находившихся там членов своего экипажа и отчитал: «Ваши товарищи сейчас на родной подлодке, а вы здесь героев из себя строите!» После этого некоторые матросы сбежали к нам в Чажму. Я уехал оттуда, лишь когда через месяц после аварии К-431 отбуксировали для длительного хранения в другую дальневосточную бухту — Павловск. И только затем я занялся лечением.

— В бухте Чажма находится завод, а неподалеку — поселок Дунай. После аварии население эвакуировали?

— К сожалению, нет. Хорошо, что всю ночь после аварии лил дождь, задержавший распространение радиоактивной пыли. Нам приказали не рассказывать правду о трагедии. Если кто-либо из посторонних спросит об аварии, следовало отвечать, что на подлодке взорвалась аккумуляторная батарея. Однако в семьях высокопоставленных лиц знали, что взорвался ядерный реактор. Жены райкомовских работников и другого начальства пытались выехать с детьми подальше от Чажмы, но в аэропорту их задерживали и отправляли домой. Я это узнал от знакомых сотрудников КГБ.

— У вас было предчувствие, что на К-431 стрясется беда?

— Пожалуй, нет. Это вторая авария, которую мне довелось пережить в своей флотской карьере. Первая случилась в 1973 году, когда подлодка, на которой я служил, столкнулась с научным судном «Академик Берг». Примерно за час до этого ЧП я собрал вещи и перешел на центральный пост, а на мою койку лег начальник радиотехнической службы капитан третьего ранга Якус. Когда произошло столкновение, удар пришелся как раз в это место и человеку размозжило голову.

— Как сложилась ваша судьба после Чажмы?

— Меня уволили с флота по состоянию здоровья. Кстати, с нашим экипажем беседовал радиолог и настоятельно рекомендовал в ближайшие годы не заводить детей. У нас с женой уже было трое детишек, и на этом мы остановились.

— Когда звоню в Луцк Лукьяну Федчику, в шутку спрашиваю: «Ты зачем взорвал мою лодку?» — говорит капитан первого ранга в отставке киевлянин Валерий Шепель. — Дело в том, что я был командиром К-431. Мы вернулись из очередного похода, и я со своим экипажем должен быть участвовать в перегрузке топлива реакторов, но мне приказали принять другую субмарину. Я заявил, что соглашусь, если мне разрешат забрать свой экипаж. Командование пошло навстречу. Свою подлодку я передал резервному экипажу, которым командовал Лукьян Федчик. Вскоре после этого на К-431 взорвался реактор. Мне сразу же приказали прибыть в Чажму, так что я тоже участвовал в ликвидации последствий аварии. К нам направили полк химической защиты, сборные экипажи с подводных лодок. Вручную они лопатами снимали зараженный радиацией грунт, дезактивировали оборудование — самые серьезные загрязнения были ликвидированы. Важно, что все работы организовали квалифицированно и люди не получали уж очень больших доз облучения.


*Валерий Шепель: «На этой картине один из моих сослуживцев изобразил подлодку К-431»

— Авария отразилась на вашем здоровье?

— Мне скоро исполнится шестьдесят пять, в таком возрасте определенные проблемы со здоровьем есть у всех. Но у меня достаточно сил, чтобы работать — возглавляю Центр навигационно-гидрографической информации Госгидрографии Украины.

— Подлодка К-431 до сих пор стоит в бухте Павловск?

— В прошлом году ее отправили на утилизацию на дальневосточный завод в городе Большой Камень.

Знаете, если бы взрыв ядерного реактора на К-431 не засекретили, возможно, не было бы Чернобыльской катастрофы. Через девять месяцев аналогичное событие — тепловой взрыв реактора — случилось на ЧАЭС. Ученые называют аварию на К-431 предвестником Чернобыля.




Из книги Терещенко, Александра Яковлевича. Рыцари восточного бастиона. Гвардейцы К-56.


Трагедия в заливе Петра Великого
14 июня 1973 года в 01.04 в заливе Петра Великого в Японском море произошло столкновение подводной лодки К-56 с научно-поисковым судном «Академик Берг». В результате, лодка получила пробоину в правом борту в районе второго жилого отсека. В затопленном отсеке погибли 27 человек. На судне повреждений не было.
… Упоминание.
В 00.00 с 13 на 14 июня на командирскую вахту заступил старший помощник командира К-23 капитан 2-го ранга Виктор Алексеевич Петров, сменив на мостике Четырбока. Вахтенным офицером заступил капитан-лейтенант Михаил Георгиевич Хоменко, вахтенным сигнальщиком – гвардии матрос Александр Кузнецов. Стоит заметить, что штатный старпом К-56 гвардии капитан 3-го ранга Геннадий Дмитриевич Горохов на выход в море не прибыл, что и вынудило командование дивизией срочно сделать ему замену. На штурманскую вахту заступил лейтенант Лукьян Васильевич Федчик, командир электро-навигационной группы второго экипажа К-23, но вскоре его сменил штатный штурман К-56 гвардии капитан-лейтенант Юрий Иванович Калошин.


В катастрофе атомной подводной лодки к-56 обвинили весь экипаж, в том числе 27 задохнувшихся от хлора моряков, которые пожертвовали собой ради спасения субмарины и товарищей

https://fakty.ua/100745-v-katastrofe-atomnoj-podvodnoj-lodki-k-56-obvinili-ves-eki..

https://webcache.googleusercontent.com/search?q=cache:lV278NnfgkEJ:https://fakty.ua/100745-v-katastrofe-atomnoj-podvodnoj-lodki-k-56-obvinili-ves-ekipazh-v-tom-chisle-27-zadohnuvshihsya-ot-hlora-moryakov-kotorye-pozhertvovali-soboj-radi-spaseniya-submariny-i-tovaricshej+&cd=13&hl=ru&ct=clnk&gl=by
0:00 — 8 июня 2001 4886
Александр ГОРОХОВСКИЙ «ФАКТЫ»

28 лет назад, 13 июня 1973 года, в заливе Петра Великого атомная лодка с ядерными ракетами на борту столкнулась с большим поисковым судном «Академик Берг». Обстоятельства катастрофы очень схожи с трагедией атомохода «Курск», вот уже почти год покоящегося на дне этого же залива

Летом 1973 года после успешных учебных стрельб атомная субмарина Северного флота К-56 возвращалась на базу. Лодка шла в надводном положении, и, как рассказывают очевидцы, даже традиционный на флоте вечерний чай от свежего воздуха в этот вечер казался особенно вкусным. Второй спальный отсек, который вскоре станет братской могилой для моряков, был переполнен — после нескольких дней напряженных учений подводники отдыхали. На вахте стоял старпом, на лодке было тихо и спокойно. Никто не мог предположить, что через три часа стальной атомный монстр превратится в настоящее пекло.

«Если бы не чудо, я оказался бы в числе первых погибших»

-- В ту ночь я остался жив благодаря чуду, — рассказывает штурман второго экипажа подводной лодки К-23 Лукьян Федчик, в тот день находившийся на атомоходе К-56. — Минут за сорок до катастрофы я покинул второй отсек. Дело в том, что этот отсек считался спальным. В том недолгом походе на одной лодке шло два экипажа — экипаж лодки К-56 и часть — с К-23 (экипаж второй подводной лодки выполнял учебные стрельбы, поэтому главным на подлодке был командир экипажа К-23, капитан второго ранга Леонид Хоменко, а не командир К-56 капитан второго ранга Александр Четырбок). Людей было много. Поэтому, отдохнув, я уступил место другому офицеру, а сам отправился на свое место штурмана на центральный пост. Уже потом, когда спасатели доставили тела погибших, я увидел, что именно напротив моей койки зияла огромная трехметровая пробоина. Так что, если бы судьба не была ко мне так благосклонна, я погиб бы одним из первых от столкновения с судном «Академик Берг».

Но тогда ничто не предвещало беды. Я прокладывал курс — вскоре лодка должна была совершить поворот в узком месте залива, у мыса Поворотный. Передали на берег: все в порядке, идем домой. И вдруг лодку затрясло, вибрировала каждая переборка. Все полетело вниз: приборы, личные вещи, инструменты… Через секунду мы поняли, что лодка тряслась от реверса — самого полного хода назад. В этот момент я увидел, как из кают-компании в одних носках выбежал командир лодки Леонид Хоменко. За ним на центральный пост бросились другие офицеры. В считанные секунды на субмарине началась страшная суета: все бегали, занимали свои боевые посты, пытались выяснить, что происходит, слышались какие-то отрывистые команды. Неожиданно раздался огромной силы удар. Субмарину тряхнуло так, что многие моряки не смогли устоять на ногах, несмотря на то, что держались за поручни или опоры. Посыпались искры от электрозамыкания, задымила горящая электропроводка. Все это усилило неразбериху первых минут. Но буквально через мгновение в лодку начала поступать забортная вода. Заместитель командира дивизии Ленислав Сучков, присутствовавший на лодке как представитель командования (он, кстати, находился в злополучном втором отсеке), бросился к громкоговорителю и закричал: «Во втором отсеке пробоина! Задраить переборки! Начать борьбу за живучесть корабля!» Это была последняя команда, отданная им и зафиксированная в вахтенном журнале.

«Моряков, заточенных во втором отсеке и обреченных на гибель, успокаивали, обещая спасти»

-- Стало ясно, что подлодка столкнулась с надводным судном, — продолжает Лукьян Федчик. — Первые минуты после столкновения были самыми драматическими. На флоте есть железное правило: в случае аварии все переборки между отсеками задраиваются мгновенно и никто после этого не может покидать отсек до распоряжения командира, даже если его жизни угрожает опасность. Все это предусмотрено для того, чтобы в случае локальной аварии спасти лодку от потопления, а уцелевших членов экипажа от гибели. Что же произошло на К-56? Удар поискового судна «Академик Берг» пришелся на второй отсек. Он ударил в борт лодки почти под прямым углом и буквально распорол корпус. Образовалась огромная пробоина — более трех метров длиной и сантиметров семьдесят шириной. Мощным потоком в отсек хлынула вода. В тот момент там находились тридцать шесть человек. Вопреки железному правилу, пренебрегая приказом, девять человек успели покинуть отсек. Да, их можно обвинять в трусости, но они просто хотели выжить. Кстати, многих из них позже не хотел брать к себе в команду ни один экипаж флота.

Вскоре через открытый лаз вода начала поступать в следующий, третий отсек, что неминуемо привело бы к гибели лодки (лодка может держаться на плаву только с одним затопленным отсеком). К двери лаза бросился Леонид Пшеничный, командир пятой боевой части К-56. Он закрыл лаз и прикрыл собой поворотный механизм, чтобы никто не смог его открыть. Он так и умер: повиснув на двери, не выпуская из рук поворотного руля. А заместитель командира дивизии Ленислав Сучков в это время пытался остановить обезумевших от страха моряков, которые силой пытались отбросить Пшеничного от входа и открыть люк. Но офицеры держались стойко, так как понимали, что если они не пожертвуют собой и остальными моряками отсека, то на дно пойдет вся лодка с двумя экипажами (а это больше сотни человек), ядерными ракетами и торпедами на борту…

В книге военного моряка и историка Владимира Мормуля, который восстановил события тех дней, описан этот трагический эпизод: «Инстинкт самосохранения утраивал силы рвущихся к спасению моряков. Они молотили руками направо и налево, не разбирая званий. Когда впоследствии подняли тела Сучкова и Пшеничного, то лица офицеров были сплошь в синяках и кровоподтеках. Их били свои же товарищи. Но дверь они так и не сумели открыть — офицеры держались стойко. А буквально через минуту в отсеке все стихло — хлор сделал свое дело… »

-- Основная масса моряков во втором отсеке погибла в течение нескольких минут, — продолжает рассказ Лукьян Федчик. — На нижней палубе второго отсека были расположены огромные аккумуляторные батареи. Морская вода попала в них. Началась бурная химическая реакция — разлагавшаяся кислота стала выделять ядовитый хлор в огромных количествах. В считанные секунды он заполнил отсек. Моряки умерли, наверное, уже после первого вдоха. Шансов спастись у них практически не было. Как оказалось, второй экипаж не взял с собой на лодку дополнительные индивидуальные дыхательные аппараты. В злополучном втором отсеке их оказалось всего пять. И только пять человек смогли ими воспользоваться. Но и это их не спасло, так как в аппарате запаса воздуха хватало на двадцать минут, а до берега или отмели, куда в конце концов и выбросилась лодка, было около часа ходу. Эти двадцать минут оставшиеся моряки и продержались.

-- С ними была связь в это время?

-- Да, командир лодки и другие офицеры разговаривали с ними по переговорному устройству. Они успокаивали их, сообщая, что лодка идет к берегу, что скоро их спасут, но сами-то понимали, что не успеют это сделать. Понимали это и заточенные моряки. Некоторые из них прощались, просили передать родным последние слова — о любви, о том, что умерли они геройски, не струсили, не предали товарищей. Кто-то умолял спасти его — это был просто жест отчаяния. Было страшно слышать и осознавать свою беспомощность, но мы должны были бороться за живучесть корабля. Нервы не выдерживали даже у бывалых моряков. Помню, как в какой-то момент командир экипажа К-56 капитан второго ранга Алексей Четырбок попросил Леонида Хоменко, командира экипажа К-23, считавшегося старшим на лодке, спасти его ребят. Но Хоменко отказал. Четырбок взял себя в руки и остался на центральном посту, помогая руководить спасением лодки.

«Командир экипажа К-56 поседел за несколько секунд, пока шел к машине, которая увезла его на допрос»

В это же время в первом отсеке, который оказался изолированным из-за затопленного второго отсека, сложилась не менее драматическая ситуация — там заточенными оказались 22 человека.

-- В первый отсек через трещины в корпусе тоже стала поступать вода, — рассказывает Александр Самохвалов, капитан первого ранга в отставке, в то время — командир второго экипажа К-23. — Здесь как раз находились несколько ребят из моего экипажа. Офицеров там было только двое: лейтенант Алексей Кучеров и мичман Гасанов. Когда произошло столкновение, то, как и положено, лаз во второй отсек был задраен. Но тут между матросами, среди которых было немало новобранцев, началась борьба за индивидуальные дыхательные аппараты (ИДА). Их тоже на всех не хватало. Матросы запаниковали. Приказы не могли остановить перепуганных людей. Тогда мичман Гасанов собрал все ИДА возле себя, вооружился кувалдой из аварийного набора и сам охранял аппараты. Паника прекратилась.

Людей, заточенных в первом отсеке, от гибели спасло отсутствие аккумуляторных батарей. Их вовремя успели вытащить, когда командир выбросил лодку на мель. Рассказывали, что когда моряков вытаскивали наверх, на верхней палубе воды было уже по колено. Еще немного — и людей не спасли бы.

Когда начались спасательные работы по извлечению тел погибших, то перед каждым заходом морякам-спасателям наливали по сто граммов спирта. Но и это не всегда помогало — картина в отсеке была страшной. Некоторые матросы, отравившись газом, умерли во сне. У кого-то даже застыла на лице улыбка — видимо, что-то хорошее снилось. Погиб в отсеке и врач из моего экипажа Валерий Климашевский. Вообще-то в этот поход должен был идти медик из штаба, а Климашевский по просьбе штабиста его подменил. Тот пообещал накинуть пару лишних дней к отпуску. У Валеры родилась вторая дочка, и он должен был лететь домой. Билет на самолет лежал у него в кармане.

-- Был ли в той ситуации какой-то выход, позволивший бы избежать трагедии?

-- Выход был, и не один, — продолжает рассказывать Лукьян Федчик, — но мы выбрали худший. Нашу лодку сопровождал большой противолодочный корабль «Владивосток». Еще за два часа до столкновения он засек надводную цель, идущую навстречу лодке. Расстояние тогда между нами было около 75 километров. Крейсер передал на лодку: включите локатор и сопровождайте цель. На лодке локатор был отключен: экономили ресурс, так как в то время эта аппаратура была еще не очень надежной, поэтому прибор держали в резерве, на крайний случай, и включали лишь периодически. По сигналу с крейсера его тоже не включили. Через некоторое время с «Владивостока» передали более тревожное сообщение: замеченная цель сближается с лодкой, расстояние сократилось до 40 километров. Еще раз посоветовали включить локатор и провести маневр расхождения со встречным судном, как и полагается. Командир субмарины информацию принял, но никаких распоряжений не давал, и радар остался не включен. Оставив на мостике старпома, допущенного к самостоятельному управлению кораблем, командир ушел отдыхать. Старпом тоже не включил радар. Только резко ухудшившаяся видимость из-за быстро насевшего тумана заставила старпома включить радар. Это произошло за пять минут до столкновения.

Но на включенном экране локатора возникло сразу четыре цели. Времени, чтобы оценить, какая из целей является самой опасной, уже не было. А через три минуты над лодкой нависла громадина «Академика Берга» — там тоже пренебрегли правилами безопасности. Старпом отдал команду на задний ход и поворот влево. Но было поздно. Уже потом, когда мы просчитывали эту ситуацию, то пришли к выводу, что маневр заднего хода с поворотом оказался самым неудачным решением из всех возможных. Если бы лодка двигалась даже с прежней скоростью и прежним курсом, вполне вероятно, что столкновения можно было бы избежать.

А вот после столкновения командир действительно принял самое верное решение — посадить лодку на мель, чтобы она не затонула. Мне довелось прокладывать этот спасительный курс. Можно сказать, что нам повезло и в этом, так как я сумел отыскать одну из немногих песчаных отмелей среди десятка каменистых. Но это уже нам не зачлось. Наоборот, весь экипаж, в том числе и погибших, обвинили в катастрофе. Помню, когда командир Хоменко направлялся к машине, которая должна была увезти его на допрос, то за эти секунды пути он полностью поседел. После первого же допроса с него сразу сорвали одну звезду, понизив в звании с капитана второго ранга до капитана третьего.

А весть о столкновении и гибели моряков уже разнеслась. Утром, когда уже шли спасательные работы, многие жены с детьми примчались из поселка, расположенного в 17 километрах от базы, чтобы узнать, не погибли ли их мужья. Многие это расстояние преодолели ночью пешком. Потом было первое следствие и допросы. Вслед за ним назначили второе — как мы потом узнали, следователи пытались выгородить капитана «Академика Берга», хотя его вина была не меньше нашей, так как он допустил вопиющую халатность в управлении судном. По всей видимости, министерство рыбного хозяйства, которому и принадлежало судно, очень хорошо «попросило» прокуратуру флота признать виновными военных моряков. На одном допросе меня продержали четверо суток, допрашивая с девяти утра до девяти вечера, без перерыва. Тогда я понял, почему многие из наших ребят давали противоречивые показания. Давление со стороны следователей было очевидным — можно было просто сойти с ума. Чтобы не подставить друг друга, мы стали требовать очных ставок… После всех испытаний те, что выжил, остались друзьями. А с погибших обвинение сняли — похоронили их, как героев.


Автор фото-коллажа Николай Самофал.

Лукьян Федчик в Одноклассниках // Одноклассники: социальная сеть. – Режим доступа: https://ok.ru/profile/534674764772?st._aid=AboutUser_Friend_LoveSpouseLink
https://ok.ru/profile/534674764772

---
Каспийское высшее военно-морское Краснознаменном училище им. С.М. Кирова (история, персоны);
Зых и зыхчане
Gelena
Модератор раздела

Gelena

Минск
Сообщений: 8119
Регистрация: 18 янв. 2006
Рейтинг: 738 

Выпускники Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова (1939-1992)

Проект "История КВВМКУ в лицах..."

Булавко Анатолий Владимирович

1954 - 2015

Капитан 1 ранга

Родился 15 февраля 1954 г.
Выпускник штурманского факультета Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова 1978 г.
После выпуска служил на разных должностях на атомных подводных лодках Северного флота, штабе флотилии подводных лодок. С 1994 г. по 2005 г. вплоть до увольнения в запас служил в УПАСР Северного флота. После увольнения в запас и до последнего дня работал в ВМА имени Кузнецова.
Умер 11 июня 2015 г.


Капитан 1 ранга Булавко А.В. на праздновании 50-летия старейшей — 3 дивизии атомных ПЛ
Написал ostr60 3 ноября 2015 г. 16:22

О нем

Булавко Анатолий Владимирович: Профиль пользователя Булавко Анатолий // Система.RU [Каспийское ВВМКУ им. С.М. Кирова им. С.М. Кирова]. – Режим доступа:
День рождения: 15 Фев 1954
Год поступления: 1973
Год выпуска: 1978
Факультет: штурманский
Звание: капитан 1 ранга


Скоропстижно ушел из жизни Анатолий Булавко // // Система.RU [Каспийское ВВМКУ им. С.М. Кирова им. С.М. Кирова]. – Режим доступа:

11 июня 2015 года в г. Санкт - Петербурге скоропостижно ушел из жизни выпускник штурманского факультета 1978 года капитан 1 ранга в запасе Булавко Анатолий Владимирович....
После выпуска служил на разных должностях на атомных подводных лодках Северного флота, штабе флотилии подводных лодок. С 1994 года по 2005 год до увольнения в запас служил в УПАСР Северного флота. После увольнения в запас и до последнего дня работал в ВМА имени Кузнецова. Не стало хорошего человека, нашего друга и товарища.
Самые искренние соболезнования супруге Галине, родным и близким Анатолия. Пусть земля будет ему пухом ... светлая память....

Boris1952: Искренне соболезную родным и близким. С курсантских лет о Толике у меня сохранились только положительные воспоминания. В моей памяти он остался хорошим товарищем, добродушным человеком, который не обижался на наши шутки в отношении него. Нет уже нашего Бульбаша. Пусть земля ему будет пухом. Мы помним о нем

Информация для сокурсников, сослуживцев, друзей и товарищей:
Прощание с Толей состоится в 12 часов 16 июня в г. Всеволожске в здании морга городской поликлиники. Похороны пройдут в г. Коломне 17 июня.



Толю похоронили 17.06.2015 на Новом кладбище в Коломне Московской обл. В Коломну из Всеволжска скоро переедет и его жена Галина.

---
Каспийское высшее военно-морское Краснознаменном училище им. С.М. Кирова (история, персоны);
Зых и зыхчане
Gelena
Модератор раздела

Gelena

Минск
Сообщений: 8119
Регистрация: 18 янв. 2006
Рейтинг: 738 

Выпускники Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова (1939-1992)

Проект "История КВВМКУ в лицах..."

Крайнов Валерий Николаевич

Капитан 2 ранга

Родился 13 ноября 1957 г.
Выпускник химического факультета Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова (1980).
С 1980 г. НХС ПЛАРК "К-104" войсковая часть 81275 7 ДиПЛ - 50 ДиПЛ АРА-ГУБА 9 ЭскПЛ КСФ посёлок Видяево.
Участник 5-ти автономок в составе экипажа ПЛАРК «К-104».
В 1995 г. перевелся в СРБ.
С 1997 г. на пенсии.

О нем

Самофал Николай в Одноклассниках // Одноклассники : социальная сеть. – Режим доступа: https://ok.ru/profile/32835267266?st._aid=NavMenu_Friend_Main
Фотоальбом Крайнов Валерий Россия, Волгоград. НХС ПЛ.


Автор фото-коллажа Николай Самофал.

Автор фото-коллажа Николай Самофал.

Крайнов Валерий Николаевич Профиль пользователя k10457 // Система.RU [Каспийское ВВМКУ им. С.М. Кирова им. С.М. Кирова]. – Режим доступа:
День рождения: 13 Ноя 1957
Год поступления: 1975
Год выпуска: 1980
Факультет: химический
Звание: капитан 2 ранга
Откуда: г. Волгоград


Валерий Крайнов в Одноклассниках // Одноклассники : социальная сеть. – Режим доступа:
https://ok.ru/profile/565143639691

---
Каспийское высшее военно-морское Краснознаменном училище им. С.М. Кирова (история, персоны);
Зых и зыхчане
<<Назад  Вперед>>[ <<<<< ] Страницы: 1 2 3 4 5 ... ... 110 111 112 113 114 * 115 [ >>>>>> ]
Модератор: Gelena
Генеалогический форум ВГД »   Дневники участников »   Дневник Gelena »   КВВМКУ »   Выпускники Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова (1939-1992)
RSS

Реклама от YouDo